16. Вспышки и остатки
[Где-то в 4S! t\@9Z8e^4#M2x]
— Как она… ВСЁ ЕЩЁ ЖИВА?!
Голографические панели зависли на долю секунды, цифры поплыли, строки кода смялись, словно их сжали в кулак. Контролёр стоял неподвижно, но внутри него что-то рвалось, искрило, било по внутренним ограничениям. Червь должен был завершить цикл, расчёты были точны, вероятность выживания была ничтожна и всё же индикатор существования Немезиды продолжал гореть.
— Я получил прямое поручение, — голос Контролёра исказился, стал резче. — От Ноктириума. Лично.
Он шагнул к интерфейсу, злость бурлила внутри, стиснув зубы, он ударил по панели. Голографическая поверхность пошла рябью, будто вода под кулаком, и мир отозвался мгновенно. На экранах вспыхнули аномалии. День и ночь начали сменять друг друга с пугающей скоростью, рассвет резал тьму, закат пожирал солнце, тени метались, не успевая лечь. В тёплых биомах повалил снег, тяжёлый, мокрый, не предусмотренный параметрами. В ледяных регионах температура подскочила, лёд трескался, обнажая землю. Трещины уходили вниз, глубже допустимых уровней, туда, где должна была быть пустота. Бездна отвечала эхом.
— Контролёр, остановись.
Стратег стоял рядом, не двигаясь, но его голос был ровным, но осторожным.
— Ты дестабилизируешь сервер.
— Пусть, — Контролёр стиснул пальцы. — Пусть весь этот мир треснет, если потребуется. Она не должна здесь существовать.
Его взгляд метнулся к сигнатуре.
— Она — ошибка. — прошипел он. — Сбой, который я обязан устранить.
Стратег сделал шаг ближе.
— Ты слишком зациклился, — тихо возразил он. — Ноктириум дал поручение, но ничего не объяснил. Думаю, если бы всë было серьезно, Калистра бы мне тоже что-то передала.
Контролёр резко обернулся.
— Не защищай её.
— Я не защищаю. — Стратег выдержал взгляд. — Я рассчитываю.
Интерфейс медленно стабилизировался. Контролёр медленно выпрямился и выдохнул, его взгляд пал на других созданий. Стратег задержал взгляд на стабилизирующихся панелях чуть дольше, чем требовалось. Он видел не только цифры, но и след удара.
— Аналитик будет недоволен, — произнёс он наконец. Спокойно, почти отстранённо. — Такие выбросы не проходят бесследно. Он уже фиксирует отклонения.
Контролёр усмехнулся. Коротко. Холодно.
— Аналитик всегда недоволен, — сказал он. — Это его функция.
Он сделал шаг вперёд, и интерфейс ярко сверкнул, подстраиваясь.
— Мне плевать на его мнение. И на твоё тоже, если уж на то пошло.
Стратег не отвёл взгляда.
— Ты выходишь за пределы допустимого.
— Я и есть допустимое. — Контролёр резко повернулся к нему. — Ты забываешь своё место.
В воздухе повисло напряжение. Даже внутри система замедлила фоновые процессы.
— Ты и Аналитик — инструменты, — продолжил Контролёр, понижая голос. — Вы анализируете, вы предлагаете, вы сомневаетесь. Я решаю.
Он ткнул пальцем в голограмму Эсперы. Та дрогнула, но не исчезла.
— Я получил приказ «Избавиться от 303A», а значит это моя ответственность.
Стратег медленно выдохнул.
— Уровень не даёт тебе иммунитета от последствий.
Контролёр усмехнулся снова, на этот раз шире.
— Последствия? — он наклонил голову. — Я и есть последствие.
Он отвернулся, и на экранах начали всплывать новые строки: скрытые процессы, помеченные приоритетом Абсолют.
— Если Аналитик полезет, закрою ему доступ. Если ты продолжишь мешать, я пересоберу твой вектор.
Он сделал паузу, будто смакуя.
— Не забывай: вы оба были созданы после меня.
Стратег молчал. Но в глубине интерфейса, там, где Контролёр не смотрел, один из красных индикаторов едва заметно сменил цвет на синий. Он всё ещё надеялся, что Контролёр отстанет от Немезиды. Но впервые сомневался.
[Особняк]
Особняк погрузился в лёгкую дрожь, словно земля под ним шептала что-то непонятное. Стены, напитанные тенями, на долю секунды потеряли чёткость. Свет в коридорах смазался, часы в главном зале сделали один лишний тик и тут же замолчали. Пустой человек стоял у панорамного окна, сложив руки за спиной.
— М-м… — протянул он, будто пробуя вкус воздуха. — Забавно.
Снаружи ночь рвалась. Луна исчезала и резко сменялась солнцем, тени деревьев удлинялись, затем резко укорачивались. Снег неуместный, тяжёлый, падал с чистого неба и тут же таял, не долетая до земли. Кэндимен сидел на подлокотнике кресла, болтая ногой.
— Мысли не читаю, — хмыкнул он. — Но, кажется, кто-то там, в мире, совсем не доволен.
Люси, тихо появившаяся у двери, поджала губы. Её глаза скользили по панорамным окнам, по отражениям, которые сами по себе дрожали.
— Может, это всего лишь… игра природы? — спросила она. — Здесь это не в новинку.
— Пфф, — Кэйртейкер, стоявший рядом с камином, ухмыльнулся. — Игра природы. Да. По мне, соглашусь с Кэндименом, кто-то наверху решил пошалить. Прямо в нашем дворе.
Особняк опять слегка задрожал, и лампы на стенах зашатались, выбросив искры света на пол. Кэндимен наклонился, слушая, как скрипят старые половицы.
— Неплохо бы узнать, кто это, — сказал он. — Я бы задал пару вопросов лично.
Пустой человек остановился у стола. Чёрный и белый камни лежали рядом, идеально неподвижные, словно им было всё равно на дрожь мира. Один впитывал свет, другой отражал его слишком чисто, до рези в глазах.
— Кэйр, — произнёс он негромко. — Думаю, лучше поспешить. Передай их либо Нуллу… либо 303. Пусть сами решат, кому из них сегодня хочется быть ответственным.
Кэйртейкер приподнял бровь.
— А если оба сделают вид, что не при делах?
— Не думаю, — ответил Кэндимен. — Как раз напротив, мне кажется, они больше всего заинтересованы в том, чтобы разобраться с миром, в который мы попали.
— Ну… Как скажете, — закатил глаза Кэйртейкер. — Если не возьмут, я принесу обратно, не хочу с ними таскаться.
[???]
Зимбер стоял на краю разлома, в котором не отражалось ничего. Ни небо, ни земля, ни он сам. Чернота внизу была настолько плотной, вязкой, словно мир там не заканчивался, а лишь только тень сгущалась, скрывая все внизу. Рядом, опираясь на меч, стоял Дедли. Внезапно барьер, наложенный на бездну Зимбером, покрылся мелкими трещинами. В глубине разлома вспыхнули две яркие точки. Земля под ногами содрогнулась, от чего трещины на барьере быстрее поползли в стороны, расширяясь, обнажая слои, которые никогда не предназначались для взгляда. Из разлома пошёл звук. Барьер треснул и распался окончательно, несмотря на то, как Астральная Воля пыталась ее удержать. Масса внизу сдвинулась. Червь, свернувшийся в глубине после удара Люминида, расправлял себя медленно, лениво, с пугающей уверенностью.
Вслед за барьером начала расползаться земля. Камень ломался с треском. Из глубины поднялось первое кольцо тела червя, огромное, тёмное, покрытое шрамами удержания. По нему ещё пробегали остатки сигилов, но они гасли. Червь шевельнулся. Второе кольцо вышло следом. Затем третье. Каждое движение сопровождалось тем, что пространство вокруг теряло форму. Воздух сминался, искажал перспективу, мир начинал отказываться быть устойчивым рядом с этим существом. Зимбер инстинктивно отступил на шаг. Его собственная аура дрогнула, будто узнала нечто старше себя. Дедли замер. Его меч медленно опустился, остриё дрожало, хотя руки были неподвижны. Червь поднялся выше. Из-под земли показалась голова, не целиком, лишь фрагмент, но и этого хватило. Гладкая, покрытая следами удержания и чужих попыток контроля. Один глаз, если это был глаз, приоткрылся.
— Блять, какая же мерзось… — выдавил из себя Зимбер, подняв голову. — Что тебя породило..?
Дедли выдохнул, воздух свистнул между зубами, но его взгляд всё также был направлен на червя. Чувство безысходности висело густо так, что можно было бы потрогать. Червь поднялся выше, почти касаясь нижней границы неба головой. Остатки сигилов на его теле, которые ещё минуту назад пытались удерживать форму, сгорели, оставив лишь черноту на его теле.
— У меня руки трясутся, — взглянув на них сказал Дедли. — Посмотри на свои.
Зимбер, не посмотрев на Дедли, перевёл взгляд на свои руки. Они тоже тряслись. Мужчина вздохнул и обратил внимание на Дедли.
— Тебе страшно?
— Нет..? — неуверенно ответил Дедли.
— Мне тоже, — кивнул Зимбер. — Это земля вибрирует. Предполагаю, из-за этого… — он указал на червя.
Существо издало тихий глухой рык, едва слышный, но потом он превратился в низкий, вибрирующий, отдававшийся в груди, как удар молота. Зимбер сделал шаг назад, оценивая скорость приближения существа. Каждый взмах головы червя искажал пространство вокруг. Дедли напрягся, сжимая рукоять меча, но взглядом не мог отвести от существа. Внезапно червь дëрнулся резче. Он развернул свою массивную голову, пасть раскрылась, показывая черноту. Рёв, треск и скрежет слились в единый поток угрозы. Земля под ногами содрогнулась ещё сильнее, камни и куски земли летели в стороны.
— Беги! — скомандовал Зимбер, хотя сам чуть не двинулся к краю разлома.
Дедли едва успел шагнуть назад, и в следующий момент червь, с рывком, устремился прямо на них. Его тело пронзало пространство с неестественной скоростью, кольца ударялись о землю, а пасть раскрывалась всё шире, угрожая поглотить всё на своём пути.
[Гильдия Этервиль, лечебная палата]
Палата была почти тиха. Эспера стояла у окна, опираясь на подоконник, глаза не отрывались от улицы. Её пальцы нервно теребили ткань олимпийки, но взгляд оставался неподвижным. 303 стоял рядом, спиной к свету ламп, но плечи и голова слегка наклонились к девушке. Взгляд Энтити был спокойным, почти безэмоциональным, но глаза отражали свет, мерцающий от изменений снаружи. На улице мир менялся с пугающей быстротой. Снаружи ночь менялась на день с пугающей скоростью. Луна исчезала, солнце вырывалось из-за горизонта, затем снова тьма накатывала на город, кто-то ускорял ход времени. Снег падал крупными хлопьями, тяжёлый и мокрый, тут же растекаясь на земле, затем сменялся дождём, который через минуту превращался в яркое солнце. Цвета пейзажа переливались и смещались так резко, что глаза успевали воспринимать только движение, а не детали.
— Видимо, кто-то развлекается, — сказал 303 ровным голосом, не отводя глаз. В его словах сквозила лёгкая ирония.
Эспера отвела взгляд от окна. Лицо её стало тревожным, губы слегка сжались. Она не произнесла ни слова, но глаза выдали беспокойство, которое она пыталась скрыть. 303 осторожно наклонился ближе, его плечо коснулось её, почти незаметно. Эспера почувствовала теплое, лёгкое прикосновение, и сердце её на долю секунды сжалось. Она немного отошла, взгляд всё ещё не мог оторваться от движения мира снаружи.
— Ты в порядке? — тихо спросил Энтити, не меняя позу. Наблюдал, как она реагирует на то, что происходит.
Эспера кивнула, голос её был тихим:
— Да, просто… странно всё это.
На улице всё также снег сменялся дождём, дождь солнцем. Всё происходило так быстро, что казалось, будто мир забывает привычные правила. Хотя… так оно и было. А на фоне этого хаоса внутри палаты было странное спокойствие. Кажется никто из мифов не проявлял тревоги, для них это было обыденным, в отличие от игроков. Энтити снова посмотрел на неё, чуть дольше, чем обычно. Их глаза встретились, и на мгновение в тишине промелькнуло что-то, что можно было бы назвать пониманием, если бы мир позволял простые чувства. Эспера сжала кулаки, взгляд снова вернулся к аномалиям. Интересно, как скоро это всё закончится?
303 чуть изменил позу, наклонившись ещё ближе, и на мгновение девушке показалось, что он просто смотрит поверх её плеча. Затем она ощутила вес. Он опустил подбородок ей на макушку. Легко, без давления, почти невесомо, будто проверял, допустимо ли это вообще. Эспера замерла и резко вдохнула, напрягшись, тут же повернула голову вбок.
— …что ты делаешь? — спросила она тихо, без раздражения, но настороженно.
Энтити не отстранился сразу. Его взгляд по-прежнему был направлен в окно, будто он действительно просто наблюдал за сменой света и погоды.
— Интересно, — ответил он после короткой паузы. — Я видел так у игроков. Иногда. Когда они стоят рядом и… не знают, что сказать.
Он всё же убрал подбородок и выпрямился. Эспера несколько секунд молчала, явно не зная, как отнестись к услышанному. Щёки едва заметно потеплели, но она сделала вид, что полностью сосредоточена на происходящем за окном.
— И какие выводы? — спросила она наконец.
— Что это снижает напряжение, — спокойно ответил Энтити. — Или создаёт новое. Я не до конца понял.
— У тебя странные способы изучать людей.
— Ну, какие есть.
Она ничего не ответила. Только чуть сдвинулась, так, чтобы между ними осталось больше расстояния. Именно в этот момент дверь палаты тихо открылась. Эспера машинально выпрямилась, отступив ещё на полшага от окна. 303 повернул голову первым. В проёме показался Всеволод. За ним ещё несколько человек из команды. Они остановились у порога, словно не были уверены, можно ли заходить дальше.
— Мы… не помешали? — спросил Всеволод, бросив быстрый взгляд сначала на Эсперу, затем на 303.
— Нет, — ответила она сразу. — Всё нормально.
Всеволод кивнул и зашёл внутрь. Остальные последовали за ним, кто-то прикрыл за собой дверь.
— Снаружи творится чертовщина, — произнёс один Рафаил, подходя к окну с другой стороны. — Сначала снег, потом дождь, потом опять солнце. Как будто сервер лагает.
Всеволод снова посмотрел в окно. Его лицо было сосредоточенным, но без паники. Он видел подобное и раньше, не в таких масштабах, но достаточно, чтобы понимать: это не случайность.
— Ты, — Всеволод указал на 303. — Мифы знают, что происходит?
— Во первых: у меня есть имя, которое тебе лучше запомнить. А во вторых: нет, — ответил Энтити спокойно. — Для них это не критично.
— То есть… — Всеволод нахмурился. — Это нормально?
— Абсолютно, — пожал плечами 303.
Эспера молчала. Она стояла чуть в стороне, слушая разговор, но взгляд её снова был направлен наружу, всё закончилось, погода была обычной, без резких изменений, от чего девушка тихо выдохнула с облегчением. Елена заметила это.
— Ты как? — спросила она. — Тебе лучше?
— Да, — ответила она. — Просто… странное чувство.
— У всех оно сейчас, — кивнул Рафаил. — Но если мифы спокойны, значит, ещё не конец света.
Эспера слегка съёжилась и отвела взгляд в угол, слегка прищурившись. Энтити больше не участвовал в разговоре. Он стоял у стены, скрестив руки, будто полностью погружён в происходящее снаружи, но внимание его было не там.
— Нас всех ждёт Лоуренс в главном зале, — сказал Всеволод.
Энтити выгнул бровь. Эспера медленно отошла от окна, делая шаг к выходу. Внезапно появился Смайли в дверном проёме, взгляд пробежал по всем, и он с привычной, хитрой улыбкой шагнул к ним. Он встал рядом с Энтити, после чего все, кто был в палате, направились на выход.
— Интересное начало дня, — тихо сказал Смайли, наклоняясь чуть ближе к 303, чтобы его слова не услышали остальные. — Ты видел, что там творилось? Сначала снег, потом дождь, потом солнце…
— Да, — ответил Энтити ровным голосом. — И я не уверен, что это кто-то из мифов.
— То есть.? — Смайли с трудом скрывал интерес, но сделал вид, что спрашивает для себя.
— Не могу раскрывать здесь детали, — кивнул Энтити. — Мне нужно вернуться в затенённый лог и проверить кое-что. Там я смогу понять больше.
Смайли едва заметно нахмурился. Он чувствовал, что Энтити знает что-то важное, но не хочет делиться. И это лишь усиливало интерес.
— Понимаю, — сказал он тихо. — Ладно, не буду отвлекать. Только… осторожно, да?
— Я всегда осторожен, Смайли, — ответил Энтити. — Всё под контролем.
Несколько поворотов коридора, тихие шаги, и вот они уже у дверей главного зала. Дверь открылась, и пространство сразу наполнилось светом. Перед ними стоял Лоуренс. Его взгляд мягко прошелся по каждому, но увидев позади двух мифов, он нахмурился.
— Рад видеть вас, — сказал он ровно, сдержанно, но с ноткой авторитета в голосе. — Прошу за стол.
Ребята медленно разместились, но мифы, как и следовало ожидать, не собирались садиться. Энтити подошёл к стулу Эсперы и слегка опёрся на спинку. Всеволод, заметив это, напрягся. Его глаз дернулся, едва заметно, но он промолчал, предпочтя не вмешиваться пока.
— Я бы хотел обсудить важную тему, — начал Лоуренс, сдерживая тон, — ситуация с заражёнными зонами вокруг гильдии осложнилась. И, судя по последним данным, очаги распространяются и на более дальние территории.
Энтити скользнул взглядом по его лицу и остановился на маске. Половина лица Лоуренса была скрыта под обсидиановой маской, который блестел при свете ламп.
— Ты заражённый, не так ли? — спросил Энтити прищурившись.
Лоуренс кивнул, не скрывая этого, но продолжать разговор не захотел.
— Меня интересует, знаешь ли ты откуда взялись очаги заражения? — спросил он, наконец, обращаясь к Энтити.
— Не интересовался, — равнодушно ответил тот, слегка поворачивая голову. — У меня свои дела.
Лоуренс слегка нахмурился, но промолчал. Он знал: от мифов не стоит ожидать обычной вовлечённости, они всегда делают то, что считают нужным, и их интересы редко совпадают с человеческой логикой. В зале воцарилась короткая тишина. Только лёгкий шелест бумаги, когда кто-то отмечал новые зоны заражения, и тихий стук пальцев Эсперы по столу нарушали спокойствие. Всеволод тихо вздохнул, его взгляд скользнул по двум мифам. Он даже не заметил, что всё его внимание закрепилось к фигуре Энтити за спиной Эсперы.
Первое, что раздражало. Не само присутствие мифа, а именно эта почти небрежная, возможно, демонстративная близость. Энтити не касался Эсперы напрямую, не делал ничего откровенного, но именно это бесило сильнее всего. Всеволод чувствовал, как внутри поднимается знакомое, вязкое раздражение, смешанное с усталостью и глухой злостью. Он видел, как из-за мифов исчезали люди. Как игроки умирали, не героически, не сражаясь, а просто переставали быть. Их имён больше не вспоминали, их лица стирались даже из памяти близких. И всё это на фоне равнодушных взглядов тех, кто называл себя наблюдателями.
«Я занят другим».
Эта фраза всё ещё звенела у него в голове. Всеволод с трудом подавил желание сказать что-нибудь резкое, колкое, неуместное. Он знал это ничего не изменит. Мифы не оправдываются и не объясняются. Им просто всё равно. Он перевёл взгляд на Эсперу. Она была спокойна. Слишком спокойна. Не напряжена, не насторожена, не отодвинулась, не бросила на Энтити раздражённого взгляда. Всеволод не видел в ней страха, лишь сосредоточенность и привычную собранность. Словно присутствие мифа рядом было для неё не угрозой.
«Ты вообще понимаешь, кто стоит за твоей спиной?» — мысленно выдохнул он, чувствуя, как внутри что-то неприятно сжимается.
Его раздражение было не только к Энтити. Оно было к системе, к миру, к правилам, которые позволяли мифам ходить рядом, разговаривать, выбирать, что делать, пока люди расплачивались за последствия. Он ненавидел это чувство беспомощности, когда ты видишь угрозу, но не можешь с этим что-то сделать. Всеволод глубоко вдохнул и медленно выдохнул через нос. Его плечи едва заметно опустились. Он заставил себя смотреть на карту заражённых зон, на отметки и линии, на цифры и маршруты патрулей. Но раздражение никуда не делось. Оно сидело где-то под рёбрами, тяжёлое, глухое, и особенно остро давало о себе знать каждый раз, когда он краем глаза замечал Энтити за спиной Эсперы, спокойного, молчаливого, слишком уверенного в своём месте. Энтити слегка наклонился к Эспере, почти незаметно, так чтобы никто из команды не услышал:
— Мне нужно кое-что изучить, — тихо сказал он. — Пока все заняты обсуждением заражений, ты можешь заняться дневником? Он на тумбочке в твоей палате. Там есть информация, которая может пригодиться.
Эспера кивнула, слегка прищурившись:
— Поняла. Я займусь.
Лоуренс выпрямился и повернулся к остальным, голос звучал ровно:
— Очевидно, что заражение распространяется дальше. Нам нужно отправить несколько команд на обследование этих очагов. Мы должны понимать масштаб и принимать меры заранее.
— Я предлагаю, — начал Энтити. — чтобы Немезида и Смайли остались с дневниками. И было бы не плохо, если кто-то решит им помочь.
— А чем ты будешь заниматься, пока остальные бегают по заражённым зонам? — резко спросил Всеволод, едва сдерживая раздражение. Его тон был спокойным, но в нём слышалось напряжение и скрытая угроза.
Энтити не повернулся к нему, глаза остались на карте, но голос был ровным, почти отстранённым:
— Это тебя, и остальных игроков, не должно волновать. — Он слегка наклонил голову. — Задачи у меня свои.
— Ладно… Кто ещё? — спросил Лоуренс, подняв бровь.
— Елена и Яэль могут присоединиться, — вмешался Рафаил. — Они могут работать с ними, и так для них безопасней.
— Я не против, — кивнула Яэль.
Елена молча кивнула следом.
— Хорошо. Тогда Немезида, Смайли, Елена и Яэль займутся дневниками. Остальные готовятся к выезду на заражённые территории.
Внезапно дверь главного зала распахнулась с треском, и в помещение ворвался один из игроков, бледный и запыхавшийся:
— На площади… там два мифа! — крикнул он, словно не осознавая собственного голоса. — Они… они не атакуют людей, но…
Внезапно внимание всех устремилось на площадь перед гильдией. Люди медленно вышли наружу, ощущая странную смесь страха и любопытства. Дрейк сидел на коленях прямо на площади, абсолютно невинно, словно не подозревая о страхе, который вызвал. Один из подростков, лет одиннадцати, подошёл к нему с венком в руках. Как только венок коснулся ладоней Дрейка, цветы покрылись прозрачным ледяным покрывалом. Он сиял на солнце, которое пробивалось через облака, и не таял. Венок был холодным, но прекрасным, почти волшебным. Иракин стоял рядом, явно раздражённый, что оказался на виду у такой толпы. Его взгляд бегал между людьми, а затем зафиксировался на Смайли и Энтити, его осанка слегка выпрямилась, напряжение спало, и он подошёл ближе к Лоуренсу. Не произнеся ни слова, он протянул Лоуренсу письмо из северной гильдии Грейввуд. Лоуренс взял его, быстро развернул и, бросив взгляд на текст, начал его читать вслух. Северная гильдия… крах, заражение. Сердце Лоуренса сжалось, но внешне он оставался спокоен, контролируя ситуацию. Присутствующие, дослушав до конца, начали перешёптываться. Кто-то явно был взволнован, кто-то пытался вселить в других героический дух, что их никто не сломит.
— Ты уверен, что мне стоит остаться разбираться с дневниками? — тихо спросил Смайли Энтити, едва слышно, пока остальные обсуждали письмо.
— Да, — ответил Энтити ровно. — Мне кажется, у тебя получится их лучше разговорить, — 303 нахмурился, бросив взгляд на светловолосого парня рядом с лидером гильдии. — Этот парень меня раздражает.
— Ммм, поверь, не тебя одного, — кивнул Смайли, вздохнув.
К ним подошёл Иракин, слегка махнув рукой, чтобы те обратили на него внимание. Тот тоже подал тише голос, чтобы лишние уши их не слушали, пока гильдии пришла такая новость.
— Не думал, что так скоро мы пересечёмся, — вздохнул Иракин. — Вам что-то известно об этих очагах заражений?
— К сожалению, я не знаю как они появляются, но мне больше известно, как оно влияет на игроков, но хочу изучить момент с появлением, — Энтити перевёл взгляд на Лоуренса. — Видишь его?
Иракин незаметно перевёл взгляд на лидера гильдии.
— С его слов… он заражённый, — продолжил 303. — И у него явно прогрессивная форма, раз маска аж на половине лица… Но дело в том, что игрокам башню сносит на таком этапе, в лучшем случае они вообще не доживают.
— В смысле? — тихо спросил Смайли. — Так он NPC типа? Смышлёный вроде…
— Я бы не назвал его NPC, Смайли, — Энтити скрестил руки на груди. — Ты же не NPC.
— 303… Я не совсем понимаю, что ты хочешь до нас донести… — сказал задумчиво Иракин.
— Ну… стройте логическую цепочку: не игрок и не NPC.
— Подожди… ты хочешь сказать что.?
— Именно. Лоуренс далеко не тот, за кого себя выдает, — вздохнул 303.
— Это… Мимик? — сразу предположил Иракин нахмурившись. — Если это так, тогда большинство игроков и жителей здесь в опасности.
— Нет, — тихо отрезал 303. — Это… новая сущность. В плане, миф. Тоже ошибка, если проще, но новая и внедрённая сюда, — алоглазый прикрыл глаза. — Меня не волнует, что кто-то из игроков будет в опасности.
— А Немезида? — тяжело выдохнул Смайли, вспоминая, как ему пришлось её забрать с глаз команды. — Ты мой труд ни во что не ставишь.
— Кроме Немезиды, — поправил себя Энтити, после замечания друга.
— Ты успел себе девчонку из игроков присмотреть? — хитро улыбнулся Иракин.
Энтити закатил глаза, спрашивая себя в мыслях, сколько подобных выражений он услышит ещё.
— Нет, она просто один из разработчиков этой шняги, в которой мы находимся, — закончив говорить, Смайли мгновенно получил по затылку. — За что?! — тихо он огрызнулся на Энтити, а потом до него дошло.
Иракин выражал непонятную эмоцию, но это явно было удивление.
— У вас всё время под боком был разр..—
— Тише… — 303 закрыл рот рукой мифу. — Никто не должен об этом знать.
Иракин кивнул и отодвинул руку алоглазого от своего рта и хитро продолжил:
— Она тебя спасла, да?
У Энтити сверкнули ярче глаза и он перевёл взгляд на Смайли, тот отвернулся почесав свой затылок.
— Да ладно, мне всё равно, — тихо сказал Иракин. — Меня не особо волнует, чем вы там занимаетесь.
[Timeskip]
Ночь уже опустилась на гильдию, мягко обволакивая залы и коридоры темнотой. Лампы давали лишь тусклый свет, оставляя длинные тени на стенах. Эспера сидела на краю кровати в своей палате, дневник Алии лежал на коленях. Она открыла первую страницу и стала внимательно читать, глаза скользили по аккуратному почерку, по заметкам о маршрутах, патрулях и мелких деталях заражённых зон. Но мысль за мыслью отвлекала её. Она вздохнула и закрыла дневник на мгновение, оперевшись лбом на ладонь. Тишина палаты казалась давящей, ночной холод пробирался сквозь лёгкую олимпийку, смешиваясь с тревогой. Мысли уплывали. Она закрыла глаза, глубоко вдохнула и тут же резко выдохнула. Перед внутренним взором всплыло слишком многое: разлом, чернота, червь, слова о заражении, письмо из северной гильдии, люди, которых больше нет. Те, чьи имена уже начали стираться. Жизнь здесь может оборваться в любой момент. Без предупреждения, без финальных слов. Эта мысль цеплялась, возвращалась снова и снова, как заевший код. Эспера крепче сжала дневник, пальцы побелели. Она привыкла думать о мире как о системе. О вероятностях, сценариях, алгоритмах. Эспера снова посмотрела на записи.
«Если это кто-то читает — значит, я не успела закончить то, чт…»
Эспера резко захлопнула дневник. Тишина палаты стала слишком громкой. Где-то за стеной щёлкнул металл, тихо прошуршали шаги патруля.Она опустила взгляд на свои руки, тяжело вдохнув. Сначала это показалось лёгкой усталостью, но вскоре дыхание стало учащённым, словно кто-то сдавил грудную клетку. Она сжала ладони, прижала их к груди, пытаясь успокоиться. И тут почувствовала: горячая капля на верхней губе. Капли крови медленно стекали, она схватила платок и прижала к носу.
«Да в чём дело? — раздраженно пронеслось в голове. — Так часто даже в реальности такого не было…»
Ещё один глубокий вдох выдал странное чувство сдавленности в груди. Эспера присела на край стола, ладони сжимали ткань олимпийки, и в голове начали мелькать тревожные мысли о возможном повреждении чипа. В этот момент дверь тихо скрипнула, и в них показалась Елена, она повернула голову назад, осмотревшись, нет ли кого-то рядом.
— Немезида, я тут закончила свои дела и… — тихо начала она, делая шаг вперёд и повернувшись к девушке. — Ты чего бледная такая?
— Ничего, — попыталась отмахнуться Эспера. — Просто устала, не волнуйся, это недолго…
Елена подошла ближе, положила руку на плечо Эсперы.
— Так, это меня успокоило, но не сильно, — Елена перевела взгляд на пустующую тумбу, рядом с кроватью и, прищурившись, взглянула на синеглазую. — Я сейчас буду ругаться.
Эспера, слегка улыбнувшись, опустила голову, и показала рукой знак «ОК».
[Затенённый лог]
Энтити сидел в затенённом логе, полумрак окутывал пространство, лишь редкие импульсы с экранов бросали мягкие блики на его лицо. Он сосредоточенно изучал данные, проверял логи заражённых зон, пытаясь уловить закономерности, которые могли бы объяснить странные проявления и аномалии. Вся эта тишина была чуждой для него, но необходимой. И вдруг едва слышимый сигнал, почти как шорох кода в фоне. Он поднял взгляд к голографическому интерфейсу. Индикатор замер, затем вспыхнул едва заметным светом: входящее соединение.
— Неожиданно, — тихо сказал он самому себе, и пальцы уже скользнули по интерфейсу, открывая канал.
На экране появился цифровой отпечаток. Аналитик. Он выглядел так, будто находился одновременно в нескольких слоях реальности, взгляд пронзительный, почти безэмоциональный, но с явным интересом.
— Ты задел контур, — сказал голос. — Предупреждаю: последствия будут. Вижу, ты изучаешь логи заражённых зон.
Алоглазый промолчал рассматривая интерфейс. Он не видел владельца голоса, но узнал голос, память о прошлом дала понять: это один из голосов, тот, что тогда контролировал его тело, когда червь впервые проник в Незер.
— Иногда алгоритмы сами находят друг друга, — продолжил голос. — Ты проверяешь, что могло бы объяснить внезапные изменения на площади? Или ищешь что-то другое?
Энтити сжал кулаки, но взгляд оставался холодным.
— Я ищу коды, которые объяснят аномалии.
— Понимаю, — тихо сказал Аналитик. — Есть кое-что, что ты должен знать, но это нельзя озвучивать здесь. Нужно частное соединение.
— Для чего? — спросил 303, слегка нахмурившись.
— Я могу передать данные в ограниченном режиме, — голос был ровным, почти без эмоций, но в нём сквозила осторожность. — Временные метки, корреляции с другими аномалиями, но ты должен быть осторожен. Любая утечка сведёт на нет всю ценность этих сведений.
— Передавай, — коротко ответил Энтити. Он кивнул себе, почти не отводя глаз от интерфейса.
Энтити наблюдал, внимательно фиксируя каждую деталь, каждую цифру и пометку. Данные продолжали течь по интерфейсу, переплетаясь в плотную сеть закономерностей и временных меток. 303 всматривался в них, пытаясь уловить скрытые сигналы, когда голос Аналитика снова вмешался, чуть тише:
— Есть ещё кое-что, — продолжил Аналитик, голос которого звучал спокойно, почти безэмоционально. — Я связан с чипом Немезиды.
Энтити замер, пальцы на панели застыли, пытаясь осмыслить сказанное.
— С каким ещё чипом.? — произнёс он ровно, но с явным интересом, слегка нахмурившись.
Голос Аналитика прозвучал снова, тихо, но с заметной серьёзностью:
— Задашь вопросы Немезиде, 303. Мои команды отслеживаются намного чаще, чем у ошибок, — он выделил последнее слово. — Твоя задача защищать Администратора. Под моим присмотром она в разы уязвима, чем под твоим.
— Защита? Я и так этим занимаюсь, — 303 слегка нахмурился. — Но, о какой защите говоришь ты? И почему я? — в его голосе явно скользило недовольство от того, что ему подбрасываются новые задачи.
Но прежде чем он смог задать следующий вопрос, сигналы начали сбиваться, индикаторы моргнули и линия связи резко прервалась.
— Блеск, — пробормотал он, глядя на пустой интерфейс.
Он вышел из затенённого лога. Информация о чипе Эсперы всплыла в сознании как фрагмент кода, который невозможно пока полностью декодировать. 303 глубоко вдохнул и вернулся к потокам данных, но мысли о том, что Эспера находится под «слежкой» и может быть в реальной опасности, будто грузом легли на плечи. Внутри нарастало чувство удушья, словно невидимые цепи сжимали грудную клетку. Он резко ударил кулаком по стене, но облегчения это не принесло. Вдруг взгляд упал на косу, которая неожиданно появилась в руках: холодный металл блестел на свету, и 303 почувствовал странное, почти болезненное желание применить её, как будто решение всех проблем лежало в одном резком движении. Энтити отодвинул ворот борцовки и взглянул в зеркало на стене. Красные прожилки, едва заметные линии на шее, мелькнули снова, как при заражении тогда.
— Чёрт… — пробормотал он, сжимая косу так, что пальцы побелели. — Легче было бы избавиться от… — внезапно слова оборвались, но мысль осталась.
В этот момент дверь коридора скрипнула. Энтити резко поднял взгляд, коса почти выскользнула из рук, когда раздался холодный, спокойный голос Нулла:
— Энтити…
— Отвали! — резко выкрикнул он, не поворачиваясь.
Но дверь не закрылась, и тень оставалась неподвижной. Нулл стоял в дверях, наблюдая. Он знал: 303 иногда вспыльчив, особенно когда что-то идёт не по плану.
— Ты слишком напряжён, — сказал Нулл спокойно. — Не хочешь объяснить, что происходит, или будем молчать, пока сам себе голову не сорвёшь?
Нулл сделал шаг ближе, взгляд остался на шее Энтити. Он нахмурился, пытаясь разглядеть мельчайшие детали.
— Энтити… это снова заражение? — голос звучал тихо, но с явной тревогой. — Тебе, может, стоит обратиться к Эспере, она проверит твоё ядро?
303 резко дернулся, стиснув зубы. Косa в руках дрожала вместе с ним. Гнев вспыхнул мгновенно.
— Сука, почему всё сводится к ней?! — выкрикнул он, почти теряя контроль. — Почему каждая хренова проблема, каждая аномалия, каждая… ебучая проверка — это всё связано с Эсперой?! Почему здесь нет кого-то из её коллег-разработчиков. Как вокруг одного человека всё может крутиться?
Красные прожилки на шее, как живые линии, будто откликались на его раздражение, пульсируя под кожей. Энтити развернулся к стене, чтобы спрятать лицо, дыхание участилось. Нулл промолчал на мгновение, спокойно, почти мягко, как будто пытался удержать бурю:
— Энтити… тебе стоит немного отдохнуть и действительно провериться, — Он сделал шаг ближе, взгляд по-прежнему на прожилках. — Не забывай, у мифов нет доступа кодить друг друга, если бы не этот фактор, будь то я или… кто-нибудь ещё, могли бы тебе помочь. Не рискуй отключением, чтобы было не как в прошлый раз.
303 скривился.
— Обратиться к Эспере…— фыркнул он с едкой ноткой. — Она не специализируется на мифах. Я сам могу себя просканировать, ты что, думаешь, мне нужна няня для цифровой проверки?
Нулл не отводил взгляда, просто кивнул слегка, как бы признавая, что спорить нет смысла. Энтити вздохнул, сильно опустив плечи, и пальцы, сжимающие косу, расслабились. Внутри что-то отозвалось: смесь усталости и осознания. Он взглянул на зеркало, на красные прожилки, которые ещё мерцали под кожей. Гнев постепенно утих, уступая место холодной сосредоточенности. Косa теперь лежала на полу, как чужой предмет, и Энтити медленно подошёл к панели управления, решив провести анализ своего кодового следа. Нулл некоторое время молчал, позволяя тишине улечься. Он проводил взглядом косу, лежащую на полу, затем перевёл его на спину Энтити, который уже стоял у панели, вводя команды с почти механической точностью.
— Я уйду, — наконец произнёс он спокойно.
303 не обернулся, лишь на мгновение замедлил движение пальцев.
— Куда? — сухо спросил он.
— В бездну, — ответил Нулл так же ровно. — К Войду. Мы некоторое время изучаем, откуда именно должен приходить червь. Хотим найти точку выхода.
Энтити усмехнулся коротко, без веселья, он повернул голову, алые прожилки на шее почти исчезли, но взгляд оставался тяжёлым.
— Если ты не вернёшься, — сказал он холодно, — я не пойду тебя вытаскивать.
— Знаю, — спокойно ответил Нулл. — Но ты всё равно пойдёшь.
Между ними повисла короткая пауза.
— Если найдёшь что-то нестабильное в своём коде, не тяни, — добавил Нулл уже тише. — Даже если тебе это не нравится.
Энтити сжал челюсть, но ничего не ответил. Нулл развернулся и направился к выходу, дверь тихо закрылась. Энтити остался один. Панель перед ним отразила строки анализа, но его взгляд на мгновение ушёл в сторону, к зеркалу, к собственному отражению и к мысли, которую он так и не произнёс вслух. На голографическом интерфейсе начали мигать строки данных, зелёные и синие блоки кода переплетались, словно живые, формируя диагностику ядра.
___________________________
[ENTITY 303 STATUS]
> [CORE WAKE PROGRESS]: ██████████ 100%
> [STATUS: ACTIVE]
> [STABILIZATION COMPLETE]
> [ANOMALY DETECTED]: ████████▒▒▒▒ 35%
> [SUBSYSTEM]: Neural Filaments
> [IMPACT RISK]: MEDIUM
> [RECOMMENDATION]: External Scan Advised
___________________________
303 нахмурился, изучая данные. Аномалия видна, но источника красных прожилок, которые недавно вспыхнули на шее, интерфейс не показывал.
— Похоже, — пробормотал он сам себе, — самому тут не разгрести…
Энтити провёл последнюю проверку и мгновенно телепортировался. Комната лечебной палаты оказалась почти пустой: Эспера уже присела на край кровати, Елена стояла рядом, обсуждая с ней дневники и очередные записи.
— …и вот здесь много координат, — говорила Эспера, аккуратно перелистывая страницы, — может, это связано с артефактом, но не уверена…
— Ну, главное что мы хотя-бы явно что-то уловили.
Вдруг лёгкий шум, почти как шорох воздуха, и Энтити появился в комнате. Он не спешил, словно материализовался из самой тени, и его взгляд сразу нашёл Эсперу. Мгновение он просто стоял, не говоря ни слова. Елена, почувствовав напряжение в воздухе, слегка отступила, встретившись глазами с Энтити. Он едва кивнул в сторону двери, мол, лучше оставить их вдвоём.
— Так… я пойду, — тихо сказала Елена, понимая знак. — Разберётесь сами.
Дверь закрылась почти бесшумно, в комнате воцарилась тишина. Энтити сделал несколько шагов к Эспере, не спеша, и остановился, протянув руку с хаб-проектором. Девушка взяла с его руки устройство и установила его на тумбе.
— Мне нужно, чтобы ты просканировала моё ядро, — сказал он наконец ровным, тихим голосом, без излишней резкости.
Он поднял руку и отодвинул ворот борцовки, обнажая бок шеи. Красные прожилки уже не пульсировали так ярко, как раньше, но они были видны: тонкие, неровные линии, будто следы чужого кода под кожей. Они тянулись вниз, исчезая под тканью.
— Вот, смотри, — сказал он, почти без эмоций. — Они снова появились. Нужно проверить, что за этим стоит.
Он стянул мантию и бросил её на спинку стула, затем снял борцовку. Движения были спокойные, почти механические, как будто он делал это не впервые и не считал чем-то значимым. Торс оказался исполосован теми же алыми линиями. Они начинались у основания шеи, расходились по трапециям, уходили к грудной мышце и ниже.
— Сядь, — сказала она, указывая на край кровати. — И не двигайся. Если это действительно нейронные филаменты, любое смещение может исказить чтение.
Он сел, опираясь руками о край, а Эспера встала, направляясь к панели с голографическим сканером. Она вздохнула, стараясь сохранять спокойствие, и провела рукой по интерфейсу, вызывая внешнюю диагностику.
— Хорошо… — тихо сказала она, сосредоточившись. — Давай посмотрим, что там у тебя.
Энтити кивнул, не двигаясь, позволяя Эспере работать.
— Тебе становится хуже? — тихо спросила Эспера, глаза скользили по мониторингу.
— Нет, — 303 пробормотал, сжав челюсть. — Но реагируют на нагрузку.
На экране панели начали мигать данные. Зеленые и синие блоки кода вспыхнули на панели, собирая информацию о состоянии ядра, нервных каналов и связей, аккуратно фиксируя каждую аномалию. Сканер издал тихий, ровный импульс, на панели одна за другой загорелись строки.
___________________________
[EXTERNAL CORE SCAN — INITIALIZED]
> Target: ENTITY_303
> Access Level: ADMINISTRATOR — GRANTED
> Scan Mode: Deep Neural Mapping
> Safety Locks: ENABLED
___________________________
Тонкий луч сканирования прошёл по 3D модели на голографическом интерфейсе, вдоль линии шеи, медленно спускаясь по позвоночному узлу. Красные линии под кожей отозвались слабым свечением, будто реагируя на внешний доступ.
___________________________
[NEURAL FILAMENTS]
> Integrity: 82%
> Activity Level: UNSTABLE
> Foreign Pattern Match: ████▒▒▒▒▒▒ 42%
___________________________
Эспера едва заметно нахмурилась. Процесс-бар медленно пополз вперёд.
___________________________
[SCAN PROGRESS]
▮▮▮▮▮▮▮▮▯▯ 78%
___________________________
Энтити сидел неподвижно, но мышцы под кожей были напряжены. На мгновение прожилки вспыхнули ярче, и система тут же отреагировала.
___________________________
[WARNING]
> Neural feedback detected
> Synchronization drift: +0.03
> Adjusting scan frequency…
___________________________
— Не сопротивляйся, — спокойно сказала Эспера, не отрывая взгляда от данных. — Ты сам мешаешь чтению.
— Я не… — он осёкся и выдохнул, заставляя себя расслабиться. — Ладно.
Полоса загрузки дрогнула и пошла дальше.
___________________________
[SCAN PROGRESS]
▮▮▮▮▮▮▮▮▮▯ 91%
___________________________
Панель издала короткий сигнал завершения.
___________________________
[SCAN COMPLETE]
> Results stored
> Further analysis required
> Recommendation: Continuous Monitoring
___________________________
Эспера медленно опустила руку, интерфейс погас.
— Это не убьёт тебя, — сказала она наконец. — Но и игнорировать, думаю, не стоит.
Эспера, немного приподняв бровь, ввела дополнительные команды на панели. На экране загорелась новая строка:
___________________________
[STRESS ANALYSIS — CORE STABILITY]
> Target: ENTITY_303
> Mode: Neural Filament Response
> External Load Simulation: ENABLED
> Monitoring: ACTIVE
___________________________
Луч сканера прошёл вдоль шеи и торса, фиксируя каждую прожилку. Красные линии отозвались ярче, почти как живые, и панель выдала новую оценку.
___________________________
[NEURAL FILAMENT RESPONSE]
> Baseline: Residual Infection Trace
> Current Stress Level: HIGH
> Filament Brightness: ██████▒▒▒▒ 65%
> Overload Risk: MEDIUM
___________________________
— Похоже, это остаточные следы от старого заражения, — тихо произнесла Эспера, глядя на вспыхнувшие линии. — Они реагируют на перегрузку ядра.
Энтити вздохнул, не отводя взгляда от красных линий на 3D модели, словно считывая из них всё, что накопилось внутри.
— Отлично… — пробормотал он. — И без того у меня в голове вагон всего… — пальцы сжали край кровати.
303 лишь тихо выдохнул, глаза на мгновение закрыв, словно позволяя себе просто признать факт, что в его коде сейчас слишком много всего одновременно.
[Незерская Крепость — Южная башня]
Южная башня была почти пустой, только слабый свет свечей бросал тёплые блики на каменные своды. Херобрин и Дредлорд сидели за большим столом, перебирая древние свитки, их пальцы аккуратно скользили по пергаменту, изучая оставшиеся заметки. Атмосфера была тихой, до тех пор, пока дверь не распахнулась с треском. Алексбрин влетела в зал, глаза широко раскрыты, руки дрожали.
— Что происходит?! — выдохнула она, и её голос дрожал.
Херобрин мгновенно поднял голову, его взгляд пересёкся с её глазами. Он заметил необычные полосы на лице и руках, но сначала решил, что это просто игра света. Дредлорд резко встал из-за стола и инстинктивно шагнул назад.
— Алекс...? — тихо спросил Херобрин, но голос выдал тревогу.
Алексбрин пыталась что-то сказать, но слова застряли в горле. Её руки подёрнулись судорогой, фиолетовые линии заблестели ярче. Книга, которую держал Херобрин, выскользнула из рук, упав на пол с тяжёлым глухим звуком. Тишина повисла плотным слоем. Дредлорд и Херобрин стояли в оцепенении, не смея произнести ни слова. В их глазах была смесь шока и непонимания. Алексбрин медленно сползла к полу по стене, пытаясь собраться с силами, а фиолетовые линии на лице пульсировали, словно собственным ритмом.
Внезапно в проходе появился Нулл со свистком в руках.
— Брин, слушай, тут… — его взгляд упал на Алексбрин и на её изменения.
Глаза Нулла расширились, а дыхание замерло. Ни слова, только оцепенение. Херобрин опустился на колени рядом с «сестрой», и уже хотел положить ей руку на плечо, как она резко сказала:
— Не трогай! Вдруг ты тоже заразишься?..
Херобрин ответ взгляд, возможно Алексбрин права. Они не знают что произошло, с чем это связано и как от этого избавится. Сейчас слишком рискованно кого-то терять. Он убрал руку, положив её себе на колено.
—Алекс…
— Брин, — мужчину резко перебил Нулл, обратив внимание на себя. — Думаю, стоит найти 303 или… — он замолчал, думая, стоит ли продолжать. — Эсперу.
— Скорее всего, нам к последнему варианту… — вздохнул Дредлорд, стоявший позади. — Если это заражение, то Энтити вряд ли поможет. Не забывайте, что мифы не могут друг друга кодить.
Пусть никто и не говорил, но Дредлорд был прав, они не могут помочь себе сами, поэтому им необходима помощь людей.
Продолжение следует...
Продолжение следует...