Глава 15 «Вместо дружбы - сплошное предательство»
Оказывается, в жизни для полного её понимания достаточно одного человека. Можно окружать себя десятками людских судеб, можно находиться с той самой предназначенной душой на одном корабле, но пока отчаянно необходимые слова не сорвутся с губ, тонкий луч доверия никогда не превратится в палящее солнце.
Ни Рэймонд, ни Реналь не думали, что нахождение рядом друг с другом может стать ещё более особенным, чем было прежде. Они так и остались на уровне одного единственного, но слишком противоречивого поцелуя, готовности отпустить, ненадобности такой свободы и кольца с двумя змеями. Но даже этого было достаточно для неспешного начала, потому что каждая из этих деталей значила взаимность - настоящее сокровище. Такое же, как доверие. Намного дороже того золота, за которым направлялся «Бунтовщик».
Наконец-то пиратов не обременяли никакие обязанности. Остались позади внезапные корабельные гости, знакомства с королями, путешествия на опасные острова и постоянные остановки. Впереди их ждал путь за Свободный континент мимо Холодного острова в опасные воды, граничащие с морем Чудовищ. Надо быть дураком, чтобы безалаберно относиться к историям, что витали вокруг дьявольского котла. Даже Рэймонд, не знающий об инстинкте самосохранения, но повстречавшийся со змеями, с особой осторожностью подходил к возможным опасностям. И хоть «Бунтовщик» не вплывал на территорию Северного моря, искусно балансируя на границе, капитан прекрасно понимал, что никакие сети не удержат тварей в холодном море. Однако до рискованного участка пути оставалось ещё достаточно беззаботного времени, которое Хейз с удовольствием тратил на маленького принца.
Несколько дней назад шлюп миновал границу Южного и Спокойного морей. Спокойная зелень воды сменилась лёгкими лазурными волнами. Реналь наблюдал за рябистой поверхностью, выискивая среди пенистых ореолов ярких рыбок, стремящихся обогнать корабль. Он прекрасно понимал, что скоро их будет окружать тревожная глубина Северного моря и, по правде сказать, это немного тревожило принца. Наверное, плыви он на корабле побольше, - вроде «Справедливой мести» или «Королевской волны», - то меньше бы переживал о том, что любой змей переломит судно одним движением хвоста. О том, что они были не единственными обитателями северных вод, лан Эккель вообще предпочитал не думать. Он уж не знал, что лучше: омерзительные утопленники или сирены? К чести вторых, от них погибло куда больше моряков. Понятно почему: утопцы были неповоротливыми трупами, с которыми можно было справиться обыкновенным оружием, а вот сирены морочили головы и дурманили иллюзиями благодаря песням.
Не сдержавшись, Реналь обернулся к капитану и прервал приятную тишину между ними:
- А ты когда-нибудь уже встречался с сиренами?
Рэймонд стоял рядом, исподтишка наблюдая за работой команды. При всей его авантюрной натуре он любил безмятежные дни на палубе. Простого ощущения движения было достаточно, чтобы проникнуться рабочей атмосферой и пониманием небезрезультатности своих действий. Всё, как он любил, ещё и в компании маленького принца.
Размяв шею, Хейз повернулся к Реналю. Прежде чем ответить, он изучил уже не совсем пленника долгим взглядом, а потом улыбнулся.
- Только русалок видел.
- Ты не шутишь? - Реналь неосознанно потянулся к нему ближе, сделав маленький шажок вдоль фальшборта.
- Не в этот раз, мой маленький принц. - Рэймонд легонько щёлкнул лан Эккеля по носу. - Не как в той сказке про русалку и солярийского принца, конечно. Просто со стороны, - добавил пират, видя изумление с вкраплениями испуга в чужих глазах. Впрочем, после заявления капитана, оно тут же исчезло, будто будто в сказке вместо «все жили долго и счастливо» автор описал кладбище, полное могильных плит.
- Тогда это не считается, - подразнил принц, почесав кончик носа. - Я слышал много историй от отцовских моряков о том, что они видели проплывающих мимо русалок.
- Это могли быть дельфины.
- Не думаю, что их так легко перепутать.
- Поверь, просто мужчины не приносят потомство.
- Что?.. - замер принц. Он не был уверен, что понял смысл слов, как и не был уверен, хотел ли он пояснений.
- А вот сейчас я шучу, - не пряча улыбки объяснил Рэймонд. Предупреждая королевские капризы, он продолжил: - В русалках нет ничего такого. Ведут себя как дурнушки. Даже чары у них не такие сильные. Хотя, впрочем, лучше встретить их, чем сирен.
Реналь увёл взгляд обратно на воду. Да, всё-таки его очень волновала возможная встреча с коварными обитательницами глубин. Многие говорили, что отдали всё, лишь бы узнать собственные потаённые желания. Принц же готов был и простые желания отринуть, лишь бы у сирен не было возможности его одурманить. Лан Эккель не мог представить обстоятельств, в результате которых он бы в беспамятстве прыгнул в воду. Разве что... Реналь посмотрел на Рэймонда, увлечённо изучающего украшения на пальцах. На месте кольца со змеями, которое теперь не снимая носил бывший пленник, было пусто. Стоило обязательно подарить пирату что-то взамен.
Проведя по ребристой поверхности змеиной спинки, принц уточнил:
- То место на карте, оно ведь в Северном море. Не думаешь, что корабль может наткнуться на сирен?
- Не переживай. - С высока капитанского опыта беспокойство Реналя выглядело по-детски наивным, но Рэймонд и не подумал смеяться. - Даже если они нам попадутся, мы будем готовы.
Реналь слабо улыбнулся. Уверенность Хейза передалась и ему, но не настолько, чтобы выгнать тварей Северного моря из головы. Они внедрились в холодные воды так глубоко, что никакой громадный корабль, полный рыцарей и охотников, не заставит их уйти в недры моря Чудовищ. Рэймонд мог уверенно говорить о готовности, мог вооружить команду и продумать тактику, но на самом же деле невозможно было предусмотреть всё. Вот что пугало больше самих тварей.
Уже собираясь отвести взгляд от горизонта, принц вдруг заметил тёмный силуэт, медленно вырастающий из линии моря. Сначала показалось, что это игра света, но очертания становились всё явственнее. Реналь нахмурился, прищурился и поднял руку, указывая вперёд:
- А к этому мы готовы? - тихо произнёс он, созерцая приближающийся корабль.
Рэймонд отреагировал моментально. Он снял с петли на поясе подзорную трубу, приставил её к глазу и навёл на горизонт. Какое-то время капитан подкручивал металлические кольца, настраивая расстояние, чтобы затемнённое пятно приобрело очертания судна. Оно было немногим больше «Бунтовщика», явно трёхмачтовым и неторопливым - либо не заметила шлюп, либо не стремилось напасть. На самом деле, вне пиратской жизни корабли часто просто проходили мимо друг друга, но Хейз не верил, что его команду можно просто обойти стороной. Он долго рассматривал развивающиеся на ветру паруса, чем заставил Реналя и некоторых пиратов напрячься. Вдруг среди белых парусов скрывался флаг Равендора? Птица, распахнувшая крылья над волнами, значила для младшего принца не свободу, а погибель. Хотя ещё месяц назад лан Эккель не поверил бы собственному счастью, увидев знамёна Свободного континента.
- Внимание! - крикнул капитан, подняв ладонь не отнимая взгляда от подзорной трубы. - Поднять пиратский флаг!
По палубе прокатилась лёгкая суета. Один из матросов поспешил к мачте.Чёрное полотнище пиратского флага взмыло вверх и расправилось на ветру. Белый череп с пробитой палашом головой готов был встречать другой корабль в лучших традициях морского братства. Рэймонд, не отнимая взгляда от подзорной трубы, оставался спокойным и даже будто бы приободрённым, поэтому из команды никто не делал лишних движений. Даже Реналь наблюдал за приближающимся судном без тени тревоги. Его нос рассекал воду, оставляя за собой длинный пенящийся след, а борта постепенно приближались к «Бунтовщику». Вскоре оба корабля шли почти параллельно, покачиваясь в унисон. Длины трапа теперь хватало, чтобы перекинуть его на соседнюю палубу. Раздался скрип дерева, затем глухой хлопок. Дощечка легла между двумя бортами, приглашая уже собравшихся у края матросов.
Пираты «Бунтовщика», к удивлению Реналя, встречали прибывших моряков будто старых друзей. Один только принц не узнавал ни корабля, ни его экипажа. Он стоял чуть в стороне, с интересом рассматривая загорелые лица. Во главе морских разбойников шёл высокий, широкоплечий блондин. Цвет выжженных волос напоминал сухую солому, а на лице, кроме нервного бронзового оттенка кожи, виднелась щетина. Несмотря на неряшливые черты, мужчина, как для пирата, выглядел весьма привлекательно.
- Не могу поверить, что море наконец-то свело нас снова! - весело выкрикнул он, раскинув руки в стороны. Вопреки подтянутым, весьма крупным габариты, мужчина держался так легко, что его невольно можно было спутать с акробатом бродячего цирка.
- Ну конечно, море только этого и ждёт, - хмыкнул Рэймонд, сделав шаг навстречу.
Мужчины заключили друг друга в крепкие объятья, будто давно потерянные братья. Два старых товарища, привыкших делить опасности и радости, снова встретились на палубе. Рэймонд первым хлопнул ладонью по широкой спине старого друга, а тот ответил так же громко и уверенно. Они слегка отстранились, но руки ещё крепко сжимали плечи, улыбки расплылись до ушей. Незнакомый Реналю пират слегка встряхнул Хейза, а капитан в ответ усмехнулся и качнул головой.
- Смотрю, твои дела становятся только лучше. - Рэй сделал шаг назад, теперь приводя себя в порядок после бурного приветствия.
- Кто бы говорил, - хмыкнул друг Хейза, скрестив руки на груди. Он бегло осмотрел «Бунтовщика» и не постеснялся уколоть его капитана: - Когда ты уже сменишь эту рыбацкую лодчонку на что-то твоего уровня?
- Ты думай, что говоришь, - дёрнул бровью Рэймонд. - Хочешь реванша?
- Как-нибудь обойдусь.
Довольно растянув губы, Хейз, конечно же, не мог обделить вниманием своего маленького принца, хотя Реналь, впрочем-то, не был уверен, что хочет влезать в дружескую идиллию. Он пристроился у борта, с интересом наблюдая за происходящим. На его памяти Рэймонд ещё никого не встречал с распростёртыми объятиями. С пиратом он вёл себя не так, как с Калебом или Ливреттом, и уж точно не так, как с Гэбом. Лан Эккелю хотелось узнать подробности, но уж точно не влезая в разговор самостоятельно. Но мысль была. Крошечный укол ревности посмел проскочить в сознании. К счастью, принц не успел напридумывать себе лишнего.
- Реналь! - радостно позвал Рэймонд, взмахнув рукой. - Познакомься. Это мой старый друг Флиппер. Слышал когда-нибудь о его «Чёрном дельфине»?
- Нет... - растянул принц, с лёгким прищуром рассматривая Флиппера вблизи. От совсем уж скептического выражения лица его отвадил довольный смешок Хейза и его рука, лёгшая на тонкое плечо.
- Выкуси, - дёрнул головой Рэймонд, на что Флиппер закатил глаза. - Лип, с Реналем ты ещё не знаком. Он на «Бунтовщике» совсем недавно.
- Рад знакомству. - Лан Эккель всё же улыбнулся. Он не мог скептически относиться к тому, кто настолько поднимал настроение Рэймонда.
- А я как рад, - задорно подмигнул Флиппер.
Всё ещё держа руку на плече Реналя, Хейз поинтересовался:
- Куда держишь путь?
- Пока без цели. Жду наживу. - Капитан «Чёрного дельфина» отвлёкся от разглядывания того, о чьём положении среди континентов и на «Бунтовщике» даже не догадывался. - А ты? На север?
- На железный континент. Есть дела на родине.
Реналь едва заметно свёл брови, подняв голову на Рэймонда. Ему оставалось только догадываться, почему Хейз не сказал старому другу об истинной цели путешествия.
- Вот он - самый занятой пират на всех континентах.
- Зато у тебя никаких перспектив.
Флиппер недовольно выпятил губу, желая скрыть усмешку. Его товарищи свободно разбрелись по палубе «Бунтовщика», пожимая руки давним знакомым и перебрасываясь короткими фразами. Столько времени не виделись, а рабочие лица на шлюпе практически не изменились. Рэймонд бы сейчас сравнил их капитанские навыки, нагло заявив, что справляется с пиратским промыслом лучше него, раз члены экипажа не сменяли друг друга подобно девам в публичных домах. Дни их совместной славы давно миновали, однако оба пирата с энтузиазмом вспоминали месяцы удачной охоты и беспредельных праздников, когда море было их единственным домом.
- Эй, - щёлкнул пальцами Флиппер, привлекая внимание Рэймонда, - раз уж я, по-твоему, шастаюсь без дела, не задержишься на вечерок ради старой дружбы? Устроим праздник в честь долгожданной встречи.
- Ещё спрашиваешь, - не думая, согласился Хейз.
- С меня ром, с тебя корабль.
Суда бросили якоря. Тяжёлые цепи зазвенели, оповещая о том, что пираты задержатся здесь ненадолго. Голубые морские просторы без намёка на непогоду, острова или проходящие мимо торговые пути были отличным местом для совместной трапезы. Что экипаж «Бунтовщика», что экипаж «Дельфина» был рад новостям о предстоящем празднике. Прежние дела были брошены, стоило Флипперу вернуться на свой борт. Трап остался балансировать между кораблями, чтобы матросы могли беспрепятственно перетащить на шлюп обещанную выпивку. Выходит, не совсем и остались позади внезапные корабельные гости. Но кто против?
Реналь дождался, пока все незнакомые лица исчезнут с палубы «Бунтовщика», чтобы поговорить с Рэймондом без лишнего стеснения. Ему всё ещё было стыдно переступить черту даже после их поцелуя, отчего принцу казалось, что со стороны даже самый простой его взгляд кричал о том, что между ними с капитаном всё не так просто. Вероятнее всего, он просто до конца не отошёл от произошедшего и в душе надеялся на большее, но Рэймонд... был очень сдержан. Странно, что такая характеристика вообще встала рядом с его именем, но Реналя это не могло не радовать. Он знал, каким резким и напористым мог быть Хейз, поэтому участившиеся прикосновения, намёки и ставшие откровенным взгляды стали отличным началом.
- Я думал, что ты с другими пиратами не в ладах.
- Ну не то чтобы.
- И давно знакомы? - уточнил принц, проследив за тем, как один из матросов, спешно довязав узлы, спустился вниз, наверняка чтобы помочь остальным со столами.
- Почти столько же, сколько я капитанствую, - Хейз наконец убрал ладонь с плеча Реналя, скрестив руки на груди. - Лип встретился мне через пару недель после мятежа и научил настоящей жизни. Кстати, это тот случай, когда ученик превзошёл учителя, - подмигнул пират, нескромно поведя бровью.
- Не сомневаюсь, - закатил глаза принц и слегка качнул головой, поддерживая чужое настроение.
Видя, что Реналь проявил интерес к этому эпизоду его жизни и весьма приветливо встретил Флиппера, Рэймонд не мог удержать бурлящего в груди удовольствия. Он редко когда поддавался такой ребяческой радости, но сейчас она сочилась из каждого движения и взгляда. Пускай Хейз ни разу не говорил о Липе, пират был для него важным человеком, почти наставником. Капитан «Чёрного дельфина» воспитал в нём настоящего морского разбойника, научил азам в этом непростом деле. Да что там, Флиппер оставался одним из немногих людей, чьё мнение для Рэймонда имело вес. Если бы Хейза волновало благословение на отношения с Реналем, Лип был бы вторым, к кому он обратился с советом после Гэба.
- Однажды мы ради интереса решили попробовать поохотиться на акул, - с энтузиазмом начал Рэй, предвкушая скорое застолье. - Взяли гарпуны, спустили шлюпку на воду и, понятное дело, ничего не поймали. Но это было что-то. Акулы оказались умнее нас, не повелись даже на наживку. Лип, кстати, настолько воодушевился охотой, что готов был лезть в воду нагишом.
- Я боюсь представить, зачем.
- Для лучшего эффекта, по его словам.
- Судя по всему, лучшего эффекта не получилось.
- Скажу больше, мы чуть не перевернулись на этом корыте, пока я пытался его отговорить.
С тёплой улыбкой Реналь слушал и наблюдал. Он не мог вспомнить, чтобы Рэймонд о чём-то ещё рассказывал с таким восторгом. Даже байки о Соколином глазе звучали не так восторженно, как истории о старом друге. И, несомненно, принцу очень хотелось поддержать пирата. Ему нечем было поделиться в ответ, ведь в пределах замка за настоящих друзей он считал своих братьев, но лан Эккель готов был слушать истории Хейза хоть до самого праздника. С каждым днём личина жестокого капитана, которого Реналь встретил на том корабле, меркла на фоне по-настоящему живого человека. Принц восхищался свободой Рэймонда во всём и хотел делить с ним любые проявления искренности, принимая их так же открыто.
- Порой удивляюсь, как ты дожил до встречи со мной, - протянул он, отклонившись назад так, чтобы плечом коснуться груди Рэймонда в осторожном жесте.
- Я очень старался, - не думая об окружающих, Хейз положил обе руки на плечи принца ближе к оголённой шее. - Если бы знал, кто уготован мне судьбой, закрылся бы в каюте и ждал.
Реналь стойко выдержал покушение на его сердечное равновесие. Внизу живота поднялись волны, а ноги норовили подкоситься от любого неаккуратного шага. Поэтому принц замер, чуть приподняв голову, чтобы видеть бесстыдное море в глазах пирата и быть готовым к любому подлому удару.
- Ты бы и дня не выдержал.
- Но я был бы очень осторожен.
- Ограничился бы потасовками в тавернах, - нарочно наморщил нос лан Эккель, догадываясь о том, как эта привычка действовала на капитана.
Хищно сощурившись, Рэймонд специально не пошёл на поводу у принца, продолжая негласную игру на глазах у всех, от которой у него покалывало кожу на затылке. Он чувствовал, как в груди зажёгся огонь, стоило Реналю лишь немного переступить границу. Такая крупица, а столько необузданных эмоций. Сдержанность давалась нелегко, Хейз ловил себя на том, что готов сорваться. Только мысли о скором большем, где пирату наверняка снесёт голову, раз уж простая привычка принца вводила его в мучительное томление, заставляли прятаться за игривой усмешкой.
- Рэймонд...
- М-м-м?
Реналь ловко развернулся к Хейзу. Лицо его сделалось немного серьёзным. Видимо, пока Рэймонд сражался с самим собой, принц успел придумать себе новую причину для беспокойства.
- Раз уж намечается праздник... Ты проследишь за мной?
- Я всегда за тобой присматриваю, - в доказательство его пальцы ловко поправили ворот чужой рубашки, как ни в чём не бывало.
- Я имею в виду выпивку, - Реналь стыдливо увёл взгляд за спину Рэймонда. - Чтобы не получилось... как в прошлый раз.
Капитан довольно хмыкнул, всё же не сдержавшись и легонько щёлкнув маленького принца по носу. Он хотел сказать что-то ещё, но на палубу «Бунтовщика» повалили матросы с «Чёрного дельфина». В следующие несколько часов суета на шлюпе не прекращалась. Для тех, кто ходил в одной рубашке несколько недель, не страшился гальюна и спал среди запаха пота, смешанного с застоявшейся водой, пираты слишком ответственно подошли к подготовке пространства. Главным образом из-за того, что до заката нужно было потянуть время. При свете дня, по их мнению, выпивали только праведники или убитые горем. Под покровом ночи же любой алкоголь становился слаще. Поэтому первым делом матросы решили вопрос с освещением. Они стянули с нижней палубы все возможные лампы, не прикреплённые к кораблю, а после недолгих споров всё же натянули гирлянду из фонариков между мачтами. Калеб был убеждён, что такое украшение опозорит их перед командой «Чёрного дельфина», и только Ливретту с Тарой удалось его убедить. К слову, из-за неудачных подшучиваний над квартирмейстером, именно Нано удостоился чести повесить реквизит из цветного стекла над столами. Там был вынужден проститься со всей посудой, а Гэб со своими нервами в попытках организовать пиратов. Ему казалось, что они скорее пробьют брешь в палубе, чем по-нормальному вынесут столы.
Реналь не мог похвастаться причастностью к суете. И хоть он не раз обращался к Ливретту с вопросом, чем бы помочь, принцу всегда давали отмашку. Хотелось бы верить, что это как раз из-за его происхождения, а не потому, что экипаж не хотел иметь с ним дело. Впрочем, отдыхать с согласия всех - тоже хорошо. Лан Эккель разместился среди мягких мешков, наблюдая за происходящим и параллельно с этим пытаясь постичь искусство вязания морских узлов.
Когда Рэймонд скрылся из виду, разглядывать пиратов стало менее интересно, однако Реналя неожиданно для него привлёк старый друг капитана. Флиппер стоял у двери, то ли пытаясь её открыть, то ли ещё что-то - пальцы нетерпеливо скользили по железной ручке. Видимо, Хейз предусмотрительно запер каюту, зная, что вор всегда остаётся таковым. Поэтому не сделал исключения даже команде друга. Оно и правильно. Имея полный доступ к чужому кораблю, ненароком захочется прикарманить небольшой трофей.
Понаблюдав за капитаном «Чёрного дельфина» ещё немного, принц всё же оставил канат и поднялся с пригретого местечка. Хорошо бы, если товарищ Рэймонда станет и ему другом. Или хотя бы будет иметь положительное впечатление о том, кого Хейз безвозмездно поселил на «Бунтовщике».
- Флиппер, могу я чем-то помочь? - без задней мысли учтиво поинтересовался лан Эккель.
Плечи пирата немного напряглись, он убрал руки от двери и обернулся на Реналя с беззаботной улыбкой. Возможно, она показалась принцу слишком широкой. Можно заказать, вызывающе дружелюбной, но особого значения он этому не придал. Без пометки «лучший друг и наставник Рэймонда», Флиппер, стоило признать, был весьма странным человеком с чересчур открытой душой и отсутствием личных границ.
- О! - преувеличенно воскликнул Лип. - Я искал Рэймонда. Корабль маленький, но я не удивлюсь, если потеряю здесь самого себя.
- Рэймонд же говорил, что собирался спуститься в трюм.
- Уверен? - Он лениво опёрся о косяк. Для полноты картины не хватало сигары, зажатой между пальцами.
- Я ведь стоял рядом с вами.
- Точно... - Флиппер сначала театрально хлопнул себя по лбу, а потом качнул головой. - Какой ты внимательный.
Не успел Реналь незаметно закатить глаза, как капитан «Чёрного дельфина» без церемоний закинул руку ему на плечо и притянул чуть ближе, будто собирался зажать в объятиях старого приятеля. Принц ощутил лёгкое смятение в груди. Он не привык к такой свободной манере общения и совершенно не знал, как следовало реагировать. Дома даже братья редко позволяли себе подобную близость, а Рэймонд, мнилось, вообще не думал общаться с ним настолько фамильярно.
- Если это срочно, могу провести. - Лан Эккель элегантно выпутался из хватки слегка некомфортной близости и с некоторым негодованием оправил рукава, стараясь сохранить вежливость.
Флиппер усмехнулся, но в его взгляде мелькнула лёгкая тень возмущения:
- Занимайся своими делами, я подожду его тут, - отмахнулся он, снова припав спиной к дверному косяку.
Учащённо моргая, Реналь задержал взгляд на Липе, но вскоре всё же вернулся к своему занятию. Наверное, даже если бы Калеб проявил такую душевность, он бы нашёл этому логичное объяснение, оставшись в выигрыше. Флиппера же для небольшого шлюпа было слишком много. К сожалению, как бы принц ни пытался отогнать предвзятость на задний план, упорно напоминая себе о важности Липа для Рэймонда, она только сильнее укоренялась в сознании.
Картинка капитана «Чёрного дельфина», рыскающего у каюты Рэймонда в его отсутствие, стояла перед глазами Реналя до самого вечера. Он часто накручивал себя по пустякам - взять тех же сирен, - поэтому в конце концов крошечная деталь пазла сменилась пёстрыми красками и звуками праздничного вечера. К сожалению, застолье в честь успешного возвращения из лап Соколиного глаза Реналь помнил плохо, поэтому с особым усердием рассматривал корабельный антураж.
Столь грубый и неряшливый пиратский народ справлялся с праздниками на отлично. Возможно, чуть больше цветов да закуски поизысканней, и лан Эккель поверил бы, что находился на одном из праздничных кораблей. Из тех, что выходили в море в самом начале, когда ещё были личными прихотями богатых.
Полупустые столы требовали вина, которое ещё не успели разлить по кружкам, фонари ждали захода солнца, чтобы засиять в полную силу. Сейчас их тусклый огонёк отбрасывал полупрозрачные цветные пятнышки на мачты и лица проходящих мимо матросов. С каждым дуновением ветерка они подрагивали, отчего напоминали стайку рыб, чья яркая чешуя искривлялась под рябой поверхностью воды. Некоторые пираты, не дождавшись общего пира, разбрелись по разным углам палубы. Одни размеренно болтали у фальшбортов, лишь иногда громко возмущаясь и взмахивая руками. Вторые пытались натянуть струны на старенькой гитаре. Реналь отчётливо слышал, как матрос с «Чёрного дельфина» упрямо доказывал, что обычная нитка подойдёт для ремонта инструмента. Третьи достали карты и кости, наконец получив возможность вдоволь поиграть. Принц также заметил свежую мишень на одной из мачт, с содроганием вспомнив свой прошлый опыт в метании ножей. Учитывая, что скоро пираты доберутся до припрятанных бочек с алкоголем, он вообще считал такое развлечение лишним. Но кто его спрашивал?
Раздался шум бьющихся о стенки стакана игровых костей. Затем с десяток, а то и больше, посыпались на деревянный ящик. Мгновение напряжённой тишины и загадочные переглядки в попытках вывести друг друга на чистую воду раньше времени.
- Я считаю, что за столом... три шестёрки.
- А мне кажется, за столом четыре шестёрки.
- Я тебе не верю.
Разочарованный стон, и снова пираты за столом затрясли стаканами, словно погремушками. Следом, вместо ритмичного стука о дерево и предположений, зазвучал «дождь» из костей, разбежавшихся по палубе, ну точно бусины с женского украшения.
- За столом точно один кретин!
- Да я сейчас всё соберу!
Реналь поднял подкатившуюся к ногам шестёрку и вернул её матросу. Принц видел, как один из кубиков ловко ускакал в сторону стола, поэтому пообещал принести его, за что получил с десяток благодарностей. Надо же, всего лишь игральная кость, а столько радости. Отойдя к бочкам у мачты, лан Эккель наклонился, чтобы дотянуться до неё, и почти коснулся одной грани, когда над головой пронеслось чьё-то немного раздражённое, но тихое: «... на корабль. Всё пройдёт быстро, не...»
Он тут же вскочил, забыв об игральной кости, будто молнией ужаленный. В поле зрения внимательных янтарных глаз попали широкие плечи и белобрысая макушка. Реналь узнал голос Флиппера сразу - такой бас трудно забыть, - но не мог быть уверенным наверняка, пока не увидел капитана «Чёрного дельфина», прошедшего мимо с одним из своих матросов.
Один раз - стечение обстоятельств. Возможно, немного предвзятости. Но во второй раз это не показалось чём-то таким, от чего можно было отмахнуться, сбросив всё на тревожность. Реналь нахмурился, пытаясь догадаться, о чём именно мог говорить Лип. Что могло пройти быстро? Праздник? Может, завтрашняя дорога? Сколько бы он ни предполагал, беспокойство в груди не унималось. Тогда лан Эккель твёрдо решил поговорить о произошедшем с Рэймондом. До последнего принц не хотел тревожить капитана, но тут уж дело было в безопасности всей команды. Возможно. Реналь всё ещё не был уверен наверняка, что Флиппер затеял нечто плохое.
Найдя Хейза взглядом, он ещё какое-то время потоптался на месте - переживал, что Рэймонд воспримет его предостережение как нарочную попытку оклеветать Липа, - а потом всё же подошёл. Занятый пират раздавал последние указания экипажу. В руках он держал кружку и, судя по тому, как он ей размахивал, пустую. На голове не было шляпы, и даже на поясе она не висела. Видимо, Хейз планировал и в спорах поучаствовать, и ножи пометать.
- Рэймонд, можем поговорить? - чуть повысил тон Реналь, чтобы его наверняка услышали. Он впился взглядом в спину капитана, дожидаясь реакции, которая последовала незамедлительно: Рэймонд убрал кружку на стол и обернулся. Синева зрачков пробежалась по маленькому принцу стремительно и точно. Безработные черты лица стали чуточку серьёзнее.
- Обычно так начинаются плохие разговоры, - протянул Хейз, медленно скрещивая руки на груди.
Реналь сжал губы в попытке ответить на замечание улыбкой, но, видимо, это совсем не смягчило обстоятельств, потому что пират увёл его в сторону без ожидания объяснений. Они зашли за фок-мачту, откуда все уже переместились за стол. Лучшего места для деликатного вопроса на переполненном людьми шлюпе не найти. По крайней мере, в наглую их никто не подслушивал.
Несмотря на то, что Рэймонд не торопил, Реналь не хотел растягивать. Тревога рисовала в голове ненужные сцены подкупа экипажа, взлома замков и тайных сделок. Принц инстинктивно зажмурился, но тут же сбросил напряжение, напоминая себе, что перед ним - единственный человек на всех трёх континентах и за их пределами, который не осудит за излишнюю осторожность. Да и вообще, с каких пор он так печётся о чужом друге? Почему он должен терпеть пирата только потому, что когда-то давно они с Рэймонд плавали вместе?
- Это по поводу Флиппера. Я всё понимаю, он твой близкий друг. Это очень важно. Но... - Реналь опустил взгляд, подбирая слова. Он переживал, что Хейз воспримет их близко к сердцу. - Тебе не кажется, что Флиппер ведёт себя странно?
- Характер у него непростой, - пожал плечами капитан.
- Нет, я не об этом, - грозно качнул головой принц, - Только что я слышал, как он сказал одному из своих пиратов, что всё должно пройти быстро. А до этого он крутился у твоей каюты.
- И что, по-твоему, он там делал? - протянул Рэймонд. Он сжимал губы не потому, что был раздражён выдумками, а потому, что сдерживал улыбку. На самом деле, чего-то подобного капитан от Реналя и ожидал. Как акт ревности или непринятия нового. С Флиппером поладить было очень трудно. Особенно принцу.
- Мне кажется, это может быть как-то связано с картой. - Реналь бросил быстрый взгляд в сторону, немного смущённый спокойствием Рэймонда. - У меня плохое предчувствие.
- Откуда ему знать?
- Не знаю. Но что-то точно не так.
- Реналь, - мягко позвал Хейз, видя в напряжённо сведённых бровях принца следы сомнений и поиска истины. А ещё он видел в попытках оклеветать Флиппера лишь искреннее желание помочь. И беспокойство. Желая унять чужие безобразные мысли, мешающие наслаждаться праздником, Рэймонд аккуратно коснулся ладонью щеки Реналя, ласково требуя посмотреть на него. - Тебе незачем беспокоиться. Флиппер - мой друг, и я уверен, что ничего подобного он не замышляет. Я ему доверяю.
Ресницы Лан Эккеля затрепетали. Почувствовав прикосновение, он растерял все доводы. Хейз определённо знал его слабые места, потому что даже упрямо обхватив запястье пирата, Реналь не нашёл, что противопоставить. Возможно, ему стоило перестать искать во всём скрытую опасность. И, возможно, ему стоило перестать наговаривать на Флиппера. Если ему доверял Рэймонд, значит, он тоже мог. Вот только так просто признаваться в неправоте Реналь даже не собирался.
- Хотя бы будь на чеку, - упрямо повторил принц, снова нахмурив брови. - Я доверяю тебе, но...
Всё ещё пряча чужое лицо в собственной ладони, Рэймонд наклонился, чтобы оставить быстрый, но искусный поцелуй на щеке Реналя, недалеко от тонкой полоски шрама. Прикосновение к мягкой коже вышло очень смазанным, но подарило обоим волну мурашек, стремительно пронзивших тело. Для пирата это был следующий шаг в разрыве границ - он всё ещё хотел делать это постепенно, нарочно разогревая чувства обоих. Для принца любая близость с непривычки казалась жгучей. Поэтому он замер, так и не договорив.
- Всё будет хорошо. - Рэймонд последний раз провёл пальцем по скуле Реналя, а после убрал руку, напоминая самого наглого лиса на свете. - Расслабься и отдохни. Тебе необязательно относиться к Флипперу хорошо. Можешь хоть ненавидеть его, но тебе же ничего не стоит его потерпеть, правда? Завтра он уже уплывёт.
Реналь безропотно кивнул, растеряв дар речи. Простой поцелуй в щёку... Ох, что же с ним будет, когда Хейз в следующий раз вот так нагло переступит границу.
- Пойдём к остальным, а то они начнут без нас.
К тому времени, как они разобрались с подозрениями, пираты подтянулись к столу. Воздух густо пропитался запахом копчёной рыбы и пряных трав. Оживлённые разговоры лились вместе с реками янтарного напитка, перемежаясь громким смехом и гулкими ударами о столешницу. Мест на всех не хватило, так что некоторые матросы топтались позади остальных, вылавливая момент, чтобы занять чей-то стул или ящик. С таким же успехом можно было разместиться прямо на полу. Тогда бы палуба «Бунтовщика» без проблем вместила на себе две команды. Учитывая, что экипаж «Чёрного дельфина» был многочисленнее, его пираты на правах гостей оккупировали большую часть стола. Для Рэймонда Флиппер, конечно же, заботливо приберёг место рядом с собой. К счастью, у Хейза не возникло проблем с тем, чтобы усадить принца поблизости. Реналь бы не выдержал компанию незнакомых моряков где-то на задворках праздника. А ещё бы тогда он не обратил внимание, как Флиппер заботился о содержимом чужих кружек, подливая алкоголь с выверенной периодичностью. На его половине стола даже не успевали потребовать добавки - Лип практически не выпускал кувшин из рук.
В углу двое спорили, размахивая руками так, что едва не задевали рядом сидящих. Слова тонули в гуле голосов, но интонации были настолько страстными, что спор казался важнее выпивки. Несколько матросов уже клюнули носом прямо над тарелками, но их тут же растолкали, подсунув наполненные до краёв кружки. Стоило сделать один глоток живительного напитка - и те присоединялись к рассказам соседей, улавливая их суть на ходу.
Шум становился плотнее. Понемногу отдельные разговоры о штормах, добычах и сделках затягивали других пиратов, они присоединялись к обсуждениям, пока голоса не начинали переплетаться, цепляясь друг за друга. Один вспомнил про портовый трактир, другой добавил подробности о его хозяйке, третий удачно пошутил, и вот уже весь стол смеялся над общей историей.
- На карты сокровищ ведутся одни дураки! - рьяно выкрикнул пират, завалившись вперёд.
- Видимо, в твоей жизни их было немало.
- Мой прошлый капитан как-то повёлся на подобное, - припомнил один матрос.
- И как, нашли?
- Нашли! Кто-то раньше нас!
Громкий смех заполнил палубу. Реналь в очередной раз проследил за тем, как Флиппер, пользуясь моментом, подлил ром Рэймонду в кружку. Прежде принц уже сбился со счёта, сколько историй вспомнил и сколько тостов в честь дружбы поднял капитан «Чёрного дельфина». Ему было стыдно снова «наделять» действия Липа выгодой и подозрениями, но Реналь не мог отделаться от этого чувства рядом с ним. Даже несмотря на то, с какой уверенностью говорил Рэймонд. С этим надо было что-то делать. Лан Эккель не мог подскочить и спросить напрямую. Это было бы, как минимум, грубо. Особенно если Флиппер действительно ничего не замышлял. Тогда бы принц спился от стыда прямо на празднике. К счастью, пираты сами того не ведая, затронули очень подходящую ситуации тему. Будто нарочно.
Реналь наклонился чуть ближе, будто поддерживая общий интерес, и с лёгкой улыбкой вставил:
- У Рэймонда есть карта.
- Рэ-э-эй, - тут же включился Флиппер, посмеиваясь над другом, - ты ведёшься на эти бредни?
- Почему бредни? - опередил принц, довольно щурясь. Неужели он такой хороший шпион? Вот так новость. - Все ведь слышали о короле Равендора, чью казну выкрали прямо у него из-под носа.
- Реналь... - гневно шепнул Рэймонд, осознав, что тот мог сболтнуть лишнего. Хейз нарочно не говорил о карте, ведь иначе найдутся те, кто захочет войти в долю. Флипперу трудно было бы отказать, но Рэй даже с ним не хотел делиться тем, что могло быть как-то связано с отцом. Поэтому он так разозлился на Реналя. Каково же было его удивление увидеть в янтарных глазах почти молебную просьбу, а затем почувствовать, как элегантная ладонь легла ему на бедро.
- Так вот что за дела у вас на Железном континенте, - хмыкнул Флиппер.
- Нет, это не то, - отмахнулся Реналь, пока вторая рука всё ещё лежала на чужой ноге. Он и сам не понял, в какой момент в нём появилось столько смелости. - Карта ждёт своего времени где-то у Рэймонда.
Хейз дал маленькому принцу немного поразвлечься, раз уж его так волновало поведение Липа, но не позволил зайти слишком далеко. Капитан «Бунтовщика» вмешался, словно невзначай, и повернул штурвал разговора в другую сторону. Он вальяжно бросил в толпу пару советов о морских маршрутах, чтобы переход не казался попыткой уйти от разговора, и рассеянное сознание пиратов тут же переключилось. Хейз был слишком харизматичен, чтобы не привлечь чужое внимание, но даже тут он нашёл минуту, чтобы встретиться взглядом с принцем. Жалко, что они не умели общаться мыслями, тогда бы Рэймонд упрекнул его за бессмысленные игры. И за бесчестную, наглую попытку подкупа.
Смех снова разлился по палубе, кружки звякнули, Флиппер продолжил щедро подливать соседям. Никто не попытался устроить допрос с пристрастием, как ожидал Реналь. Рэймонд казался спокойным, поэтому принцу пришлось смириться с глупостью и мысленно поблагодарить капитана за лояльное отношение к его выходке. Значит, не такой уж он и хороший шпион, раз оклеветал невиновного человека.
Со временем, когда солнце уже давно спряталось за горизонт, бурные обсуждения перетекли во что-то более спокойное. Многие матросы, напившись и наевшись, разбрелись по палубе. С носа корабля потянулась старая морская баллада:
«Сквозь реки предательств и море невзгод,
Подобно течению праведных вод,
Сарвен, не жалея ни сил, ни стараний,
В итоге добился желанных мечтаний.
Но горы богатства и женщин поток
Не дали Сарвену покоя глоток.
Его сердце рвала, а душу сжигала
Любовь, что на том берегу отказала.
В попытке добиться её он был змею подобен:
Душил, отравлял, на убийство способен,
Лишь бы она своё тело отдала,
Поддавшись любви, что пощады не знала.»
Старая гитара, чьи струны едва выдерживали прикосновения пьяных матросов, шептала на фоне шума моря и гомона голосов. Мысли Реналя ушли далеко на второй план. Он уже даже не вслушивался в споры и дискуссии матросов. Рэймонд же неустанно поддерживал разговор. Они с Флиппером всё вспоминали о прошедших днях. На поверхность всплыла и история про акул, и про погоню на Равендорском рынке, и про погром в трактире Ущелья. Памятные моменты первых дней пиратства пробирались сквозь то, что могло бы быть. Давно ушедшие разногласия сопровождались смехом.
В какой-то момент капитан «Чёрного дельфина» неожиданно поднялся, хлопнул ближайшего матроса по плечу и, усмехнувшись, сказал:
- Ну, а я пока схожу глотну свежего воздуха.
- Не потеряйся на моём огромном корабле, - отсалютовал ему Рэймонд, с удовольствием облокачиваясь на спинку стула.
Они ещё некоторое время сидели за столом. Хейз просто наблюдал за остальными, но Реналь видел, что моментами мысли пирата уходили куда-то далеко. Принц не стал заострять на этом внимание, решив оставить его в покое. Весьма кстати, потому что Рэймонд вёл ожесточённую борьбу с самим собой. Хотя, это больше ощущалось как глубокий внутренний монолог. Никогда он не сомневался в Флиппере. И даже не собирался начинать. Однако уход, прежние совпадения, которые казались мелочными, и беспокойство Реналя заставляли неуместную тревогу пробраться в разум. Рэй не видел чёткой созависимости происходящего, но всё равно что-то его беспокоило. В конце концов, перестав крутить кружку на столе, капитан «Бунтовщика» поднялся. Очень неторопливо, но с решимостью свести на нет любые недопонимания.
Лан Эккель сразу же поднялся следом. Он не задумывался почему, но точно должен был быть рядом. Не ради триумфа или чего-то подобного уж точно. На самом деле ему бы не хотелось оказаться правым в этой ситуации. Просто... вдруг понадобится помощь?
Толпа пиратов продолжала веселиться, не заметив, как двое покинули стол. Реналь шагал за Рэймондом в абсолютном молчании. Не то, чтобы он боялся попасть в немилость, но сосредоточенное лицо Хейза говорило о многом.
Они подошли к каюте, и тонкая полоска света, просочившаяся сквозь щель, не предвещала ничего хорошего. Принц украдкой глянул на пирата, так и не осмелившись ничего сказать. Рэймонд толкнул дверь. Внутри, склонившись над столом в тусклом свете лампадки, Флиппер копался в ящиках стола, перебирая бумаги с таким усердием, будто искал что‑то жизненно важное. Пальцы жадно шарили по стопкам карт и свитков, но поспешные движения были идеально выверены. Как у плута или карманника, они не создавали лишнего шума, работая подобно механизму часов.
- После всего, что мы прошли, серьёзно? - голос Рэймонда, полный горькой насмешки, прозвучал глухо. Хейз стиснул зубы, сжимая рукоять двери так, будто готов был сорвать её с петель. Сильнее злобы он чувствовал только разочарование, оставляющее пепел вместо воспоминаний.
- Рэймонд, - резко выпрямился Флиппер, встречая друга с кривой усмешкой.
- Ты ублюдок, Флиппер, - выплюнул Рэймонд, сделав несколько резких, стремительных шагов внутрь каюты. Нечто удерживало его от удара. Он не понимал, но этим «нечто» были долгие годы дружбы, теперь штормом приносящие обломки веры.
Реналь замер у порога. Какая-то невиданная сила заставила его сердце замедлиться на несколько секунд, чтобы сквозь ворох тревоги прикрыть дверь. Отрезав от них гомон палубы, принц остался стоять у порога. Он видел, как Лип пытался скрыть раздражение за ухмылкой. Видел, какой бардак тот развёл, пытаясь найти карту. Понимал, как уверен был капитан «Чёрного дельфина» в успехе, раз действовал так неаккуратно.
- Утаивать правду от друзей нехорошо, - покачал головой Флиппер, обойдя стол и встав перед ним со скрещёнными руками. Пойманный на краже, он даже не собирался раскаиваться.
- Воровать у них тоже, - резко выпалил Хейз сквозь стиснутые зубы.
- Хочешь сказать, что поделился бы?
- Эта карта принадлежит мне.
- Не смеши меня, Рэй, - Лип усмехнулся, облокотившись о край стола. Он говорил слишком спокойно и расслабленно, считая, что происходящее сейчас - абсолютный пустяк. Это ведь так по-пиратски. Подумаешь, предательство. Не убийство же. - Твоя погоня за богатством тебя далеко не заведёт. Просто смирись, и будем считать, что это - плата за долгие годы хорошей дружбы.
Рэймонд не выдержал. Флиппер знал, что его всегда задевала эта тема. Он знал, как Рэй относился к своему статусу, как избегал бедности, что делал ради богатства и славы. Это было хуже бесчестного удара. В одно мгновение Хейз рванул вперёд, занеся руку. Кулак со свистом рассёк воздух, впечатавшись Липу в грудь. Тот пошатнулся, но ему хватило нескольких секунд, чтобы втянуть воздух в спазмированные лёгкие и ударить в ответ: выверенно, чётко, без какой-либо жалости. С носа Рэймонда потекла кровь, в глазах на секунду потемнело. Он зажмурился, не удосужившись стереть красную струйку, сбежавшую к губам.
- Ублюдок, - рявкнул пират.
Главной целью было ответить. Стол заскрипел, бумаги разлетелись по полу, лампадка качнулась, бросая пляшущие, тревожные тени. Удары, толчки, захваты - движения становились яростнее.
- Как жалко, - ответил Лип, облизывая разбитую губу.
Флиппер перехватил руку Рэймонда, сжал её со всей силы и резко толкнул в сторону, так что тот ударился о край стола. Кровь испачкала разбросанные бумаги. Хейз быстро собрался. Размазав кровь по лицу, он впился в ворот Липа пальцами и повалил его на пол. Доски дрогнули под тяжестью тел. Глухие, с хрипами и короткими выкриками удары сыпались один за другим. Тяжёлые металлические кольца оставляли следы, вслед за которыми растекались багровые подтёки. Флиппер успел ещё раз вмазать Рэймонду в живот, по лицу, а потом отхватить по голове, на миг потеряв ориентацию в пространстве. Капитан «Бунтовщика» схватил бывшего друга за грудки, приподнял и занёс кулак для удара. Наверное, способный сломать челюсть или проломить кости, он так и не достиг цели, потому что слабый голос принца прорезал гул крови в ушах:
- Рэймонд... - едва слышно выдохнул он. Реналь хотел шагнуть вперёд, чтобы вмешаться и образумить пиратов, но ноги перестали слушаться. В один момент мир поплыл, звуки драки превратились в гул на периферии. Ресницы задрожали, тело совсем ослабло. Стало жарко и трудно дышать. В прошлый раз это было похоже на сон, сейчас же лан Эккель чувствовал, как его резко покинули силы. Он пошатнулся, едва ухватившись за край... дивана? Пальцы не смогли даже сжать опору.
Хейз мгновенно пришёл в себя. Он отстранился от Флиппера, бросив того на полу, и метнулся к порогу. Состояние маленького принца по-настоящему напугало его. Ярость, клокочущая в груди, разбилась на сотню осколков. Тело невероятно болело. Трудно было двигаться, но Рэймонд подхватил Реналя прежде, чем тот рухнул, окончательно потеряв сознание. Уже не важно было, что Флиппер, находящийся не в лучшем состоянии, перевернулся на бок, выплёвывая кровь и жадно хватая ртом воздух. Капитан прижал принца к себе, осторожно опуская его на пол.
- Реналь, - обеспокоенно позвал Рэй. - Реналь, не смей отключаться.