Баллада о вечном змее: судьба и плен

«Справедливая месть» была громадным, будто бы пустым кораблём, хотя на палубе беспрерывно сновали пираты. Галеон неторопливо перебирался через волны, словно знал: сейчас время и чужие судьбы зависели только от его капитана. Некуда было спешить, оставалось лишь с ленивым интересом гадать, принесёт ли наступивший день заманчивые вести. Как хищница, вдоволь насытившаяся перекусом, «Справедливая месть» ждала, когда ужин сам приплывёт к ней в руки.

Природа, будто присоединившись к естественному отбору, беззаботно поглаживала паруса стоящего судна знойным ветерком. Южное море лениво колыхалось вокруг борта, никуда не торопясь. Солнце поднималось над горизонтом, неся на лучах обманчивые образы манёвренного шлюпа. День за днём надежда на скорое спасение растворялась подобно вечернему туману.

Пленников разместили в капитанской каюте, и все эти дни Соколиный глаз почти не заходил к ним. Оба заложника были королю совершенно чужды. Несколько раз на день им приносили скромные порции еды, а ближе к вечеру даже выводили на палубу подышать свежим воздухом. В остальном Реналю и Моргане приходилось сходить с ума в четырёх стенах, являясь самыми важными и одновременно самыми ненужными трофеями в коллекции. Ни один пират даже не глянул на них, не бросил мерзкого словечка или ухмылки, отчего иногда казалось, что они несчастные призраки на «Справедливой мести», но никак не пленники.

Внутри, на удивление, было слишком просто: никаких позолоченных столов, ни бархатных диванов, ни статуэток, стоимостью с целый корабль, ни редких экземпляров карт, которыми обычно кичились капитаны. От духоты в каюте сильно пахло чем-то сладким, с примесью табака и спирта. Не помогало даже приоткрытое окно - солнце месяца штиля беспощадно прогревало каюту, избавляясь от свежего воздуха. Из-за этого снаружи не гулял ветер. Только палубные крики пиратов просачивались сквозь щели, хотя бы немного оживляя корабль. Закрыв глаза, можно постараться представить, что это Калеб с остальными трудились над такелажем «Бунтовщика».

Если Реналю было не впервой пребывать в запертой каюте, то Моргана не находила себе места. Принц много раз порывался похвалить её сдержанность, но прекрасно видел, как тревога и усталость постепенно выступали на девичьем лице, превращая солнечные веснушки в блеклые пятна. Джонс не привыкла обходиться без брата. Она могла бы сказать, что её волновало бескрайнее море вокруг или плен у короля пиратов, но куда тревожней было не ощущать Сейфира рядом. Они всегда расставались лишь на короткие промежутки времени, и сейчас, в этой душной каюте, среди запаха табака и рома, Моргана будто теряла равновесие.

В последний раз она не слышала голоса брата больше одного дня, когда подхватила простуду в прошедшем сезоне Бурь. Поначалу ничего серьёзного, но Сейфир настоял на том, чтобы Моргана сидела в снятой комнате постоялого дома и не высовывала раскрасневшегося носа. Так уж вышло, что они застали плохую погоду, находясь на Железном континенте. Снег валил без остановки, ветер выл в узких улочках, а небо затянули серые тучи. Так что спустя несколько дней ей действительно стало нехорошо. Усталость, головная боль и ломота в костях заставили младшую Джонс укрыться одеялом и дремать практически постоянно. Когда она просыпалась, Сейфир всегда отсутствовал, а когда засыпала, он, видимо, возвращался в комнату отогреться.

Стоило самым лютым снегам пройти, как состояние Морганы заметно улучшилось. Её не клонило в сон, так что, сидя на кровати у окна, она специально ждала прихода брата, выглядывая чёрную макушку. За окном мелкие белоснежные хлопья падали уже не с таким отчаянием. Светило, но не дотягивалось до земли лучами, солнце. Ему оставалось только играть бликами на снегу, а не греть улицы своими касаниями.

Чародей замер в проходе, увидев неспящую сестру, но тут же улыбнулся, сбивая снег с сапог. Никакое волшебство не могло защитить его от колючего мороза на улице, так что Сейфир был вдвойне рад вернуться в прогретую комнату. Джонс снял плащ, стряхнул с него остатки снега и повесил на спинку стула. В комнате стало чуть теплее от его присутствия. Моргана наблюдала за ним, всё ещё укутанная в одеяло. Щёки её оставались бледными, но в глазах снова появилась привычная искорка.

- Я принёс мёда, - сказал Сейфир, снимая перчатки и ставя глиняный горшочек на стол.

Моргана откашлялась. Голос её был хриплым, но уже не таким слабым. В нём отчётливо слышалось удивление.

- В середине месяца змея?

- Я умею искать, - усмехнулся Сейфир. - Ещё попросил хозяйку принести горячей воды. У нас оставались травы?

- Да, в мешочке на столе.

Он нашёл мешочек среди разбросанной на столе мелочевки, развязал его и принялся перебирать травы с привычной внимательностью. Запах сушёной мяты, зверобоя и шалфея наполнил комнату, смешавшись с лёгким дымком от камина. Пока Сейфир копошился с чайными листьями и посудой, чьё разнообразие оставляло желать лучшего, сын хозяйки принёс им в комнату кувшин с горячей водой. Сначала Моргана молча наблюдала за кропотливыми действиями брата, но когда тот, разлив воду в кружки, взял щепотку трав, она неуклюже поднялась с места, поправляя сползшее одеяло.

- Постой. Лучше заваривать отдельно, - подавив приступ кашля, Моргана подошла ближе и заглянула Сейфиру через плечо. - Так и мусора будет меньше, и вкуснее. Мама всегда смешивала...

- Вернись в постель, я со всем справлюсь.

- Сейфир...

- Я серьёзно.

- Это всего лишь простуда.

- Ты всегда плохо переносишь даже простую простуду, - строго и одновременно заботливо напомнил он, не оборачиваясь. Но совету всё-таки последовал: взял другую ёмкость, засыпал и залил травы отдельно, давая им настояться. Чай получился горьковатым, но мёд замаскировал травяное послевкусие. Моргана с удовольствием выпила несколько кружек под пристальным надзором Сейфира. Надо признать, стало действительно легче, но к вечеру жар снова дал о себе знать.

За окном ветер гнал снег по улицам Железного континента. В комнате горела только одна свеча, её пламя дрожало от сквозняка, отбрасывая на стены длинные, зыбкие тени. Чародей помог сестре принять полусидячее положение, подложив под спину подушку, и подал ей баночку с густым зеленоватым лекарством. Укрыв плечи Морганы, Сейфир присел на край кровати.

- Не садись рядом, заразишься, - почти прошептала младшая Джонс. Она поднесла баночку к носу и поморщилась от терпкого запаха настойки. Страшно представить, у каких вёльв Сейфир выкупил выставленные на прикроватной тумбе лекарства. - Ты, когда болеешь, становишься ещё противней.

Чародей проигнорировал совет сестры, только подоткнул одеяло и отодвинул свечу от края тумбы. Он несколько дней ходил по холоду, но так и не заболел, так что такая возможность его не пугала.

- Неправда, - отозвался Сейфир, глядя на Моргану с заботливой улыбкой.

- Правда, - передразнила Моргана, слабо усмехнувшись. - Всегда так было.

Всегда так было: они никогда не разлучались, постоянно находились плечом к плечу и неизменно поддерживали друг друга. Поэтому разлука ощущалась особенно остро. Возможно, всё воспринималось бы иначе, если бы она не стала вынужденной. Младшая Джонс чувствовала опасность - ей для этого не нужна была никакая магия. Люди при первой встрече часто называли их с Сейфиром близнецами. Была в этом своя доля правды: Моргана чувствовала брата лучше, чем саму себя. И чувство это прямо сейчас напоминало скребущихся на душе кошек.

Она сидела у окна, не глядя наружу. Солнце, пробивающееся сквозь щель, ложилось на плечи. Пальцы нервно теребили край рубашки, а взгляд был устремлён в угол со старыми напольными часами. Когда минутная стрелка сделала очередной круг, Моргана вздохнула и наконец-то зашевелилась. Шурша постельным, она спустила ноги с койки. Уперев ладони в край твёрдого матраса, Джонс осмотрела каюту.

- У них осталось не так много времени, - печально произнесла Моргана, найдя взглядом свернувшегося на кресле Реналя. - Что он сделает с нами?

Принц растерянно заморгал, услышав вопрос. Как бы он ни волновался о самочувствии девушки, сам выглядел не лучше. Первое время порывы бежать ещё имели место в душе, но, оценив шансы, юноша смирился и покорно ждал. Реналь почти не спал все эти дни, изредка отвлекаясь на короткие трапезы и прогулки по палубе. Заснуть в чужой каюте не получалось, хоровод мыслей уносил Реналя к палубе «Бунтовщика», ворчанию Хатберта и Рэймонду, почти наверняка рискующему жизнью ради их спасения. Реналь не сомневался, что Соколиный глаз взамен пленникам потребовал нечто опасное или труднодосягаемое, иначе бы уже давно справился сам. Но ему зачем-то понадобилось «пушечное мясо», которое бы выполнило всю грязную работу за него. Каждый раз, вспоминая об этом, сердце в груди истошно билось от гнева и несправедливости.

- Всё будет хорошо, они успеют, - с ослиным упрямством заверил Реналь. - Рэймонд точно вернётся за нами. - Его слова в иной раз можно было принять за юношескую наивность или упрямство, но принц говорил с холодным, расчетливым акцентом и твёрдой уверенностью... Нет, с верой в Рэймонда.

Моргана задержала взгляд на двери, за мутным стеклом которого показались чьи-то силуэты. Ещё ни разу ни один пират не заглянул «проведать гостей», хотя Джонс слышала множество рассказов о том, как жестоки морские разбойники к пленникам.

- Отчего такая уверенность в пирате? - Через секунду после вопроса Моргане показалось, что он прозвучал слишком резко, поэтому девушка стыдливо опустила голову, пряча лицо за длинными чёрными прядями. У неё не было никакого недоверия к Реналю, но Джонс всё равно чувствовала, что они жили в абсолютно разных мирах, несмотря на то, что, на самом-то деле, были очень даже похожи. Её одолевало странное сомнение. Возможно, так сказалось их нынешнее положение или, может быть, его принадлежность к пиратам. Разравняв несколько складок на юбке, Моргана заговорила снова, стараясь сгладить предыдущий вопрос. - Сейфир не даст ему уйти, но если бы ты был один, разве был бы так же уверен?

- Да. Потому что ради него я бы сделал то же самое, - устало ответил юноша, взглядом испепеляя пыльное окно. Через него едва ли можно было разглядеть что-то, кроме моря, но Реналь не терял надежды в ожидании Хейза. Он не знал, как объяснить Моргане все тонкости их с Рэймондом взаимоотношений, хотя бы потому, что сам не был до конца уверен в том, что между ними происходило. Они столько времени провели в одной каюте, столько вместе пережили и повидали, что ради этого человека Реналь отринул прошлое и пожертвовал статусом наследника, просто чтобы провести с ним остаток своей жизни. Украдкой проглотив комок, вставший поперек горла, лан Эккель твердо добавил: - Он вернётся за мной. Если бы мне пришлось доверить кому-то жизнь, это был бы Рэймонд.

- Считаешь его особенным? - Моргана постаралась непринуждённо улыбнуться, подтянула ноги к груди и положила голову на колени. По её мнению, особенных пиратов не бывало, но это не мешало другим так думать. - Прости, можешь не отвечать.

Опустив ресницы, Реналь задумался. Не о том, считал ли он Рэймонда особенным - на этот вопрос у него давно был ответ, - а наоборот. Считал ли Рэймонд особенным его? Возможно, стоило подобрать не такое яркое слово, и всё же...

Погода в море стояла отличная. Мерно покачиваясь на волнах, «Бунтовщик» шёл вперёд, не нуждаясь в постоянном надзоре капитана. Поэтому Рэймонд пропадал в каюте, что непривычно. Обычно он всегда находился на палубе, а Реналь, наоборот, «сторожил свою клетку». Но в тот день они поменялись местами. Принц, несмотря на ласковое солнце и тёплый ветер, не нашёл себе занятия наверху. Перебросившись парой фраз с Ливреттом и Тарой, он решил вернуться в каюту, не боясь отвлечь капитана. Они с Рэймондом, не прилагая усилий, научились сосуществовать в небольшом пространстве, не чувствуя при этом никакого дискомфорта.

Без стука Реналь вошёл и тут же изумлённо замер. Манеры не позволили ему растеряться окончательно, поэтому, качнув головой, Лан Эккель сначала закрыл за собой дверь, а потом задал неуклюжий вопрос:

- Ты куришь?

Увидев Реналя в дверном проёме, Рэймонд быстро разогнал только что выпущенный пар и потушил сигару. Обычно подобным образом так вела себя пойманная с поличным мелюзга, чей отец или мать обнаружили своё чадо с табачной скруткой между пальцев. Хейз ни от кого не прятался и уж тем более никого не боялся. Каждый второй мужчина хоть раз пробовал курить, а каждый первый был рыцарем. Так что, забывая об этих блюстителях порядка, можно сказать, что сигара - дело всякого. Особенно в тяжёлые времена.

- Очень редко, - с расслабленной улыбкой ответил Рэймонд, разгоняя дым от тлеющего окурка. - Когда нужно сымитировать тяжёлую умственную деятельность. Думаю так, что аж голова дымит! - он взмахнул рукой, облокачиваясь на спинку стула, при этом с вниманием наблюдая за Реналем. Погода снаружи точно соответствовала настроению капитана. Судя по разбросанным на столе бумагам, тому послужили подсчёты добычи и их прекрасные результаты. Хейз всегда занимался этим самостоятельно, не доверяя нанятым клеркам. Пришлось учиться, но зато теперь он мог запросто вести учёты самостоятельно. Именно это Рэй подразумевал под «тяжёлой умственной деятельностью».

- Не нравится запах?

Рэймонд был уверен, что не нравится, поэтому частенько пренебрегал рабочими ритуалами. К сожалению, табак впитывался в окружение намного сильнее, чем запах алкоголя или соли.

- Да нет... - неуверенно ответил Реналь. У него в семье никто не курил, поэтому он не знал наверняка. Но, принюхавшись, всё же определился: пахло не очень приятно. От такого запаха во время качки можно было попрощаться со всеми внутренностями. - Просто не замечал его раньше.

Действительно, принц всегда сбрасывал едва уловимый запах табака, исходящий от Рэймонда, на то, что он много времени проводил с другими пиратами. А в том, что они курили, и много, Реналь не сомневался. Главное, что не жемчужную пыль.

- Я стараюсь не курить в каюте.

Принц кивнул. Слова капитана его даже чем-то обрадовали. Поиски доказательств того, что он не был пустым местом на корабле, порой заставляли радоваться таким мелочам, которые в придворной жизни не имели бы значения. Реналь старался не сильно зацикливаться на этом, поэтому прошёл дальше и сел в своё излюбленное место напротив капитанского стола. Гранёные стёкла по углам большого кормового окна отбрасывали в сторону кресла причудливых солнечных зайчиков, иногда светящихся всеми цветами радуги. Нечто подобное творил и рубин в кольце Рэймонда. Глядя на то, как сиял камень изнутри, сомнений в его волшебных свойствах не оставалось. Другие кольца меркли на его фоне, хотя Реналь каждый раз рассматривал любое из них с особым интересом.

И именно сегодня Хейзу обязательно нужно было обратить внимание на заинтересованный взгляд принца. Он небрежно приподнял руку, пошевелив пальцами, отчего солнечные лучи подсветили контур каждого кольца. Можно было рассмотреть двух серебряных сплетённых змей, аккуратную печатку с изображением корабля и тонкое золотое кольцо.

- Нравятся?

- Они смотрятся очень необычно, - не поддался на провокацию Реналь.

Будто желая убедиться в словах принца, Рэймонд развернул ладонь тыльной стороной к себе, поправил несколько колец и какое-то время в молчании наслаждался видом.

- Хочешь себе одно? - внезапно спросил он абсолютно серьёзно, приняв ответ принца за подтверждение.

Реналь откровенно опешил от такого вопроса. Мысли и воспоминания заметались в голове, кое-как пытаясь выстроиться в последовательную цепочку, но по итогу оставили принца молчаливо краснеть. Он представлял, как глупо выглядел со стороны. Будто Рэймонд только что сделал ему предложение руки и сердца, а не спросил, хочется ли ему в подарок получить одно из колец.

- Выбирай, - мягко поторопил Рэймонд, приводя Реналя в сознание.

- Н-нет, нет, - наконец зашевелился лан Эккель. Он выровнялся, поправил вьющуюся у лица прядь, будто сбрасывал сонливость, а не стеснение. Очень не хотелось обидеть капитана отказом, поэтому Реналь продолжил как можно деликатнее: - Спасибо большое. Они же все особенные.

- Гэб тебе рассказал? - хмыкнул пират, прокручивая кольцо на большом пальце.

- Скорее вскользь упомянул, - Реналь бросил ещё один быстрый взгляд на увенчанные кольцами руки. - Но, на самом деле, отчасти об этом не сложно догадаться. Ты же носишь их каждый день.

- Может, мне просто нравится выставлять своё богатство напоказ.

- Не сомневаюсь, - принц едва сдержал смешок. - Но каждый день? Так носят только значимые кольца и обручальные.

Наблюдая за пленником, слегка прищурив синие глаза, Рэймонд облокотился о спинку. Медленно перебирая пальцами, он всё думал о том, какое бы кольцо выбрал Реналь, если бы в нём было чуть больше смелости. А ещё он думал о том, какое бы кольцо он сам отдал лан Эккелю. Итог не заставил себя долго ждать: любое, на которое принц указал бы пальцем. Возможно, на любое, кроме отцовского.

- Среди них нет обручального кольца, если что. - Хейз был уверен, что этим успокоил Реналя. - Они все просто значимые.

- Значит, я прав.

- Порой ты очень наблюдателен, маленький принц.

В тот день последующий за предложением разговор отвлёк Реналя от главной мысли, так что только перед сном он вернулся к произошедшему. К сожалению, на «Бунтовщике» не было никого, с кем принц мог бы это обсудить. Он посчитал такую тему для разговора слишком личной. Настолько, что не спросил совета у Гэба, которой пролил свет на подробности прежде. Причина проста: в тот момент Реналь почувствовал себя если не избранным, то особенным. Не обычным пленником, а тем, кому капитан пиратского судна предлагал добровольно взять одно из самых драгоценных сокровищ.

Воспоминания вызвали у принца волну мурашек. Казалось бы, такие незначительные, но смогли хоть ненадолго согреть и вернуть на палубу «Бунтовщика».

- Он и вправду особенный, - еле слышно пробормотал юноша, почему-то смутившись своих же слов.

- Не буду тебя в этом переубеждать. - Моргане захотелось как можно быстрее закончить разговор. - Главное, чтобы они с Сейфиром нашли общий язык или хотя бы не поубивали друг друга.

- На палубе они, по крайней мере, терпели друг друга.

- Разорванная карта была тому причиной.

- А сейчас причина - мы.

Моргана согласно кивнула. От мрачных мыслей пленников отвлекли шумные взволнованные голоса и топот ног на палубе. По ту сторону капитанской каюты что-то происходило. Времени у них было в обрез, что в иной раз заставляло думать о самых неприятных исходах их небольшого приключения.

Реналь украдкой оглянулся на дверь, только благодаря дворцовой выдержке сохраняя прежнюю невозмутимость во взгляде и жестах. Не первый раз шум настигал его в четырёх стенах каюты. Была ли это закономерность, случай или насмешка судьбы - разбираться не хотелось. Принц предпочитал думать, что пираты засуетились из-за возвращения Рэймонда. Это единственный исход, который он согласится принять, но, к сожалению, фоновое движение не давало никаких ответов, а лишь больше тревожило разум.

- Слышишь?

- А если это они?

***

Рэймонд отдал приказ спустить паруса, и корабль, подгоняемый тихими волнами, бросил якорь рядом с судном Соколиного Глаза. Команда «Бунтовщика» осталась верно ждать, без возможности пронаблюдать за происходящим на палубе, в то время как капитан в компании вечно недовольного пассажира исчез за чужим бортом. Жемчужина, завёрнутая лоскутом ткани, лежала в нагрудном кармане, являясь единственной гарантией на успех. Что-то подсказывало Хейзу, что ради неё Вильям мог поступиться условиями сделки, даже простив задержку в несколько часов.

К счастью, им удалось прийти раньше назначенного срока. «Справедливая месть», обитающая у берегов Соляриса всё это время, уже и не надеялась встретиться со шлюпом. До конца договора оставалось несколько дней, а в море они могли приравняться нескольким часам. Всё это время экипаж «Бунтовщика» вёл корабль прямо по курсу, будто от этого зависела не жизнь пленников, а всей команды.

На вражеском борту ничего не изменилось. Соколиный Глаз встречал их с противной ухмылкой на лице и оравой моряков, выстроившихся позади капитана. Они стояли с одинаково нахмуренными лицами и руками, скрытыми за спинами. В воздухе витала тишина. Палуба чужого судна была вычищена до блеска, отчего становилось только тревожнее.

- Ты выглядишь вполне живым, - отпустил замечание Вильям, и тут же перешёл к делу. - Где жемчужина?

- Сначала люди. - Рэймонд кивнул в сторону двери капитанской каюты. Для достоверности он достал из кармана жемчужину, продемонстрировал её королю, но передал на хранение Сейфиру, не дав впитать и крошечного лучика солнца.

Случайно удалось обнаружить, что сокровище переставало светиться в руках чародея, хотя тот, как никто другой, был напрямую связан с магией. Поэтому они действовали осторожно, либо не желая раскрывать Соколиному глазу странную особенность его трофея, либо чтобы не показывать, что им известно больше, чем следовало.

Вильям Беккет довольно хмыкнул и махнул подчинённым рукой. Рэймонд высмотрел в этом жесте какое-то облегчение, но ничего говорить не стал, просто впился в одного из амбалов взглядом. Пират небрежно распахнул дверь и окликнул пленников простым «эй, вы». Но Моргане с Реналем не нужно было сигнала к действию - они выскочили из каюты в ту же секунду. Принц действовал более осмотрительно, не доверяя на корабле никому, кроме Рэймонда, а младшая Джонс тут же бросилась к брату в объятия.

- Ты цел! - Моргана обхватила его руками, прижавшись ухом к груди, будто бы Сейфир мог стоять перед ней и не дышать.

- Моргана!.. - обнаружив сестру целой и невредимой, чародей, забыв обо всем, кинулся ей навстречу и заключил в крепкие тесные объятья. Уткнувшись в чужую макушку, он тихо вздохнул, а плечи мелко задрожали от с трудом сдерживаемых чувств. Они с Морганой все эти циклы были так неразлучны, что потеряв её в плену, он чувствовал себя так, словно у него оторвали кусок души. - Ты в порядке? Слава богам, как же я рад тебя видеть.

- Я так за тебя переживала.

Подняв голову, она тут же попала в плен холодных ладоней, обхвативших её лицо. Сейфир обеспокоенно искал следы ужасного содержания, но не нашёл ничего, кроме проступивших под глазами синяков от недосыпа. Чародей облегчённо выдохнул, а Моргана зажмурилась, когда его губы легко коснулись девичьего лба.

- Соколиный глаз ничего нам не рассказывал. Мы сидели в этой каюте и... - пожаловалась она, а потом осеклась. - Прошу, скажи, что мы незамедлительно вернёмся на сушу.

Реналь наблюдал за воссоединением брата и сестры с гордо поднятой головой, а осознав, что опасность миновала, перестал держаться в стороне. Окинув беспристрастным взором собравшихся матросов, он без промедления определил в толпе Рэймонда, что стремительно шагал к нему навстречу. В этот момент принц сам не мог разобрать, что за чувства всколыхнулись в груди: радость от долгожданной встречи, тоска или трепет. Последние шаги Реналь не прошел - пробежал. Ветер растрепал непокорные кудри, а пробираясь за воротник, всколыхнул табун мелких мурашек.

Вопреки эмоциям, пират с принцем просто встали напротив друг друга. Рэймонд молча обхватил руки Реналя, чтобы осмотреть запястья: подкатил рукава и провёл большими пальцами по узору из тонких вен. Не увидев следов от верёвок, Хейз многозначительно посмотрел Реналю в глаза. Морская синева и сияющий на солнце янтарь наконец встретились, подарив друг другу спокойствие.

- Куда хуже чем у меня, да? - Капитан ухмыльнулся, но в целом оставался серьёзным и невозмутимым.

- Без тебя море совсем другое, - еле слышно ответил принц, не желая отходить от Рэймонда ни на шаг. От слов пирата на его губах невольно распустилась горькая тень улыбки.

- Слишком спокойное? - бросил напоследок Рэймонд, чувствуя, как единственный глаз Беккета прожигал в нём дыру. Едва удержавшись от крепких объятий, хотя ему очень хотелось наконец прижать Реналя к себе, Хейз лишь положил ладонь ему на плечо и обернулся. - Сейфир, отдай ему эту жемчужину и давай поскорее свалим.

Чародей кивнул. Не желая задерживаться на «Справедливой мести» ни на секунду, он быстро отдал королю трофей и увёл Моргану с Реналем вперёд, подозревая, что для Рэймонда у Соколиного Глаза подготовлено особенное прощание.

- Очень хорошо, - Вильям быстро спрятал жемчужину, засветившуюся ярче привычного, в специально подготовленную коробочку. - Пожалуй, ты можешь пригодиться мне ещё как-нибудь.

- Буду рад увидеться с тобой только на морском дне.

Капитан пиратов и их король пожали друг другу руки. Убедившись, что на этом их «сотрудничество» действительно закончено, Рэймонд поспешил удалиться на свой корабль, надеясь не получить выстрел в спину просто ради забавы. Он чувствовал абсолютное множество эмоций, но никак не завершение. Будто их ждало что-то ещё...

Не сегодня. Хватит с них опасностей. Пора немного отдохнуть.

- Добро пожаловать домой, - облегчённо выдохнул Хейз. «Бунтовщик» встречал вернувшихся родным поскрипыванием древесины под сапогами и сдержанными возгласами команды. Капитан подмигнул Сейфиру с Морганой, а Реналя удостоил тёплой улыбкой.

После утомительного заключения в плену, полного переживаний, тревоги и тоскливого ожидания, Реналь ощущал, что действительно вернулся домой. Его охватило ни с чем несравнимое чувство душевного тепла и уюта, укутавшего крепкими объятиями.

- Спасибо, - принц вернул пирату сдержанную улыбку, украдкой коснувшись руки Рэймонда одними кончиками пальцев, не в силах единичным порывом выразить всю благодарность за своё возвращение. В глубине карих зрачков, несмотря на усталость, плескалось обеспокоенность, но поскольку они все еще были тесно окружены командой и о приватности не могло быть и речи, Реналь оставался подчеркнуто сдержанным, посылая Хейзу нетерпеливые взгляды.

- Вы в порядке? - подключилась Моргана, впервые в жизни с благодарностью посмотрев на пиратов.

- Будем, когда как следует отдохнём.

Команда «Бунтовщика» прекрасно уловила интонацию капитана. Они довольно засвистели, полностью уверенные, что через пару часов им придётся тащить бочки вина из трюма.