55
Дженервин привёл Эллиота в парк Ортель. Это место, куда обычно ходили на пикники или устраивали прогулки дворяне, и простолюдинам вход туда был воспрещён, так что Эллиот впервые оказался здесь.
На широких зелёных лужайках росли всевозможные фруктовые деревья и цветы. Каждый раз, когда дул ветер, листья мягко шелестели, создавая прохладную природную мелодию.
Небольшой оркестр, нанятый дворянами, играл мелодии, подходящие к ясной погоде. Звук воды, льющейся из фонтана, и пение птиц, доносившееся отовсюду, гармонично сливались. Юные леди в разноцветных платьях заливисто смеялись, а вдалеке виднелись господа, неспешно прогуливающиеся верхом.
«Рай на земле…» — пробормотал Эллиот.
Дворяне… Как же им хорошо.
Хотя с момента его переселения в этот мир прошло немало времени, Эллиот никогда не бывал в подобных местах. Естественно, Арджен, его господин, никогда не брал своего ночного слугу на такие прогулки. Они ведь встречались в основном по ночам.
Эллиот смотрел на парк Ортель, словно рай, перенесённый на землю, стараясь запечатлеть каждую деталь в памяти.
Даже в своей прошлой жизни, будучи Им Сонсиком, он не бывал в таких местах. Все ходили на пикники к реке Хан днём или ночью, а он, кроме доставки, никогда не выбирался туда специально.
«Садись сюда, писатель. Подожди немного, я раздобуду что-нибудь поесть».
Дженервин подмигнул с обаятельной улыбкой и уверенно направился к группе юных леди. Его походка выглядела настолько величественной, будто он не за подаянием шёл.
Эллиот уселся в тени дерева и наблюдал, как Дженервин заговаривает с леди, улыбается им и получает небольшую корзинку. В конце он сорвал несколько цветов с лужайки и вручил их девушке, одолжившей корзину. Сидящие рядом леди засмеялись, легонько обмахиваясь веерами.
Дженервин вернулся, радостный, словно щенок, бегущий к хозяину. Это разительно отличалось от его недавнего важного вида. Эллиоту вдруг показалось, что такой Дженервин немного милый.
«Гляди, писатель. Сегодня улов отличный».
Похоже, он не впервые занимался подобным попрошайничеством.
В корзине, которую принёс Дженервин, лежала непочатая бутылка белого вина, два бокала, хлеб, ветчина и сыр.
«Можно хоть хозяйство заводить», — сказал Эллиот.
Дженервин расхохотался: «Заведём? Вдвоём?»
«Клиент, вы слишком далеко заходите.»
«Ха-ха, шучу, шучу».
Дженервин ловко откупорил вино, разлил по бокалам, нарезал хлеб, положил на него тонкие ломтики ветчины и сыра и поднёс к губам Эллиота.
«Ах, писатель».
«Я сам поем, спасиб…!»
Пока Эллиот открывал рот, чтобы ответить, Дженервин засунул ему в рот кусок хлеба. Эллиот укоризненно посмотрел на него, но Дженервин лишь пожал плечами с довольным видом.
«Наш писатель страдает из-за меня, так что я обязан хоть так о нём позаботиться».
«Тогда и мне дай».
Неожиданно сзади раздался нелепый голос. Дженервин и Эллиот невольно обернулись и замерли от изумления.
«Г-г-герцог?»
«Его светлость?»
Арджен с чёрными волосами, в маске, закрывающей лицо до носа, стоял за их спинами, словно дерево. Он так естественно сливался с тенью, что было невозможно понять, как долго он там находился.
«Положи мне хлеб в рот, Дженервин Туллион».
Арджен слегка приоткрыл рот под маской.
Эллиот с открытым ртом уставился на него. Вот это был поистине оригинальный зануда.
Арджен выглядел так, будто и правда ждал, пока ему дадут хлеб, так что Дженервин с кислым выражением лица отломил маленький кусочек, встал и бросил его в рот Аржену, словно в корзину. Только тогда Аржен закрыл рот и начал жевать.
Он, как ни в чём не бывало, уселся рядом с Эллиотом.
«Вы… когда и зачем пришли?» — ошарашенно спросил Эллиот.
Но Арджен ответил холодным тоном, словно вопрос его сильно задел:
«Я помешал?»
«Похоже, да. Мы с писателем отлично проводили время», — шутливо проворчал Дженервин, усаживаясь обратно.
Теперь, когда Эллиот оказался между Ардженом и Дженервином, дворяне в парке Ортель начали обращать на него внимание. Точнее, с появлением Арджена на Эллиота стали бросать недобрые взгляды. Они что-то шептались, и этот шёпот распространялся, как жужжание пчелиного роя. В их глазах мелькала презрительная искра, будто они смотрели на насекомое. Даже издалека Эллиот чувствовал эту враждебность.
«Эм, герцог…»
«Эллиот Браун, не лучше ли нам сменить место? Здесь слишком много людей, некомфортно. Все чувства обострены, и, кажется, даже тело немного болит», — устало сказал Арджен, осторожно касаясь своей маски.
«Где болит?»
«Выглядит вполне здоровым», — тихо буркнул Дженервин, но так, что Эллиот не расслышал.
«Пойдём».
Не прошло и пяти минут с момента, как они сели. Дженервин торопливо допил своё вино.
«Писатель, давай, пей быстрее».
Эллиот наспех осушил свой бокал. Дженервин забрал у него пустой бокал, схватил корзину и поспешил к леди.
Но их взгляды теперь были совсем не такими, как раньше…
Эллиот с тревогой следил за Дженервином, как вдруг Арджен неожиданно обхватил его за талию.
«Ах!»
«Пойдём».
И он буквально утащил Эллиота. Это можно было описать только как «убежал» — настолько стремительным был его бег.
Арджен нёс Эллиота на плече, словно куклу, и мчался с невероятной скоростью. Это был не первый раз, когда его так тащили, так что Эллиот уже не так пугался, но всё равно это было неудобно.
«Герцог, да что опять такое…!»
«Сперва оторвёмся от этого ловеласа, потом поговорим».
Эллиот повернул голову и увидел далеко позади Дженервина, который, став размером с точку, прыгал на месте и что-то кричал в сторону Арджена и Эллиота. Честно говоря, это было забавно.
«Пф…»
Эллиот, сдерживая смех, уткнулся лицом в спину Арджена. Плечо Арджена дёрнулось, но из-за скорости Эллиот этого не заметил. Так они мчались туда, где не было людей.
Наконец Арджен опустил Эллиота в пустынном переулке. Эллиот, слегка побледнев, потирал грудь, пытаясь унять тошноту.
«Император распространяет слухи».
«Что? Внезапно?» — спросил Эллиот, подавившись лёгкой отрыжкой.
Арджен с недовольным видом посмотрел на него, но кивнул.
«Те дворяне в парке Ортель что-то болтали. Мол, я, дворянин, издеваюсь над тобой, простолюдином, и играю с тобой».
«Чтооо? Это что ещё за…» — Эллиот был в ужасе. Его и без того бледное лицо стало белым, как лист бумаги.
Арджен… издевается… играет со мной?
«Видимо, слух о том, как мы с Лореном Федеттом гуляли по улице Пентус, дошёл до императора. Отчасти это было намеренно, но вышло грязнее, чем я ожидал».
«Намеренно?» — Эллиот чувствовал, что его сейчас вырвет. Он не понимал, о чём говорит Арджен, но в то же время всё было слишком понятно, и от этого его тошнило.
«То, что будет делать император, будет жестоко по отношению к тебе. Но чем больше внимания на тебе, тем лучше я смогу тебя защитить. Лучше, чтобы всё сосредоточилось на тебе, чем распылялось по сторонам. Так я смогу сохранить тебя в целости».
«Я не совсем понимаю… То есть вы делаете из меня живой щит, чтобы защитить?»
Лицо Эллиота побелело. Арджен, заметив это, поспешно ответил:
«Даже если бы я не выставлял тебя на передний план, ты уже попал в поле зрения императора. Неизвестно, как он к тебе подберётся. Так что лучше…»
В словах Арджена был смысл. Это соответствовало тому, что он говорил раньше: император может использовать Эллиота, чтобы навредить Арджену, поэтому лучше держаться вместе.
Но идея защищать Эллиота, направляя на него все атаки, была… слишком эгоцентричной, унижающей Эллиота и совершенно не учитывающей его чувства.
«Герцог…»
«Это просто стратегия и тактика. Конечно, тебе может быть неприятно, но…»
«Погодите».
Эллиот закрыл лицо руками. Арджен заметно занервничал и уже собирался спросить, что болит, как вдруг Эллиот убрал руки и согнулся.
«Увееек!»
«…»
«Ууук! Увееек! Вееек! Вэк!»
«Эль… Эллиот, Браун, ты… в порядке?»
Эллиот выплеснул на землю у ног Арджена огромное количество рвоты. Она попала не только на обувь Арджена, но и на его брюки и плащ.
«Фух… Да, получше… Увээк!»
И после этого шоу с рвотой продолжалось ещё долго.