47
Оставшись наедине с телом, Тессиус рассмеялся и откинул волосы назад. Его голос, пропитанный влагой, пробормотал:
— Дела усложняются, Дженервин.
Он оглядел сарай, сплюнул на труп и щёлкнул пальцами, поджигая помещение. Щёлкнув ещё раз, он исчез.
Той ночью на окраине леса Салтерс вспыхнул пожар, поглотивший множество растений и животных. Существование человека в маске, сгоревшего в огне, осталось незамеченным, словно его и не было.
---
Эллиот видел сон. В этом сне он смотрел на самого себя — на Им Сонсика.
Им Сонсик спал на кровати, лёжа на животе. В руке он сжимал телефон, который вибрировал, но он не подавал признаков пробуждения.
*Я бы так не спал…*
Эллиот всегда оставлял телефон на максимальной громкости вибрации и держал его в руке, чтобы не пропустить будильник или звонок с работы. Хоть он и просыпался от малейшего шума, постоянная усталость заставляла его засыпать так крепко, что он завёл эту привычку на всякий случай.
Но Им Сонсик спал, будто мёртвый. Да, именно так — как мёртвый.
Внезапно Эллиот, даже во сне, почувствовал леденящий озноб до костей.
*Он мёртв. Это случилось после того, как я попал в этот мир. Я умер.*
Вскоре дверь в его однокомнатную квартиру открылась, и вошли медики. Они осторожно проверили тело Им Сонсика и быстро перенесли его на носилки. Даже при этом телефон так и остался зажатым в его руке.
Сцена сменилась. Это был семейный ресторан перед началом рабочего дня. Менеджеры и коллеги собрались в зале, и атмосфера была тяжёлой.
— Говорят, умер от переутомления. Как же так, Сонсик… — произнёс кто-то.
*От переутомления…*
Эллиот в оцепенении повторил эти слова.
— У него же не было семьи. Полиция ищет родственников…
— Если не найдут, муниципалитет, наверное, займётся похоронами. Но разве его отец не жив? — с тревогой спросила менеджер.
— И что толку, что жив? Кажется, он сбежал, оставив Сонсику все свои долги. Это просто бесчеловечно, — со слезами в голосе сказала Суджи.
Но в воспоминаниях Эллиота — Им Сонсика — он никогда не рассказывал им о своей семье. Он всегда был тем, кто слушал, а не говорил. Как же они узнали?
— Теперь не придётся видеть, как эти кредиторы каждый день заказывают хлеб перед едой и устраивают тут бандитские разборки, — сказал кто-то.
— Эй, как ты можешь так говорить? Сонсик… Сонсик… — возмутился другой голос.
Эллиот кивнул про себя, услышав слова коллеги, который его недолюбливал. Значит, кредиторы разболтали. Он думал, что справился с этим незаметно, но, похоже, все всё знали.
Эллиот смотрел на Суджи, которая разрыдалась. Даже в глазах менеджера, всегда его любившей, блестели слёзы.
Он был благодарен, что они плачут по нему. Но конец этой жизни не казался ему таким ужасным. Это было немного неожиданно, но он чувствовал, что всё к этому шло.
Эллиот — или Им Сонсик — где-то в глубине души знал, что такой образ жизни приведёт его к смерти. Он гнал себя к ней на полной скорости.
Но что он мог поделать? Бросить работу было невозможно. Ему нужны были деньги. Он просто делал, что мог, в каждый момент времени. И не жалел об этом.
Но стать безродным покойником, обузой для муниципальных служащих — это уже слишком.
Эллиот горько усмехнулся.
Сцена снова сменилась. Теперь это был дом, где он оказался, впервые попав в этот мир. За столом сидел Эллиот — тот, настоящий Эллиот Браун, он же Эл Блэк.
Он пил, и его руки сильно дрожали. Эллиот, вспомнив, как страдал от этой дрожи в первую неделю после переноса, содрогнулся при виде этого.
— Мяу? — Камамбер запрыгнул на колени Эла Блэка и потёрся головой о его живот.
Эллиотют был потрясён сильнее, чем когда узнал о своей смерти от переутомления.
*Камамбер… Ты… Такой ласковый?!*
Он почувствовал себя преданным, но в этот момент Эл Блэк, захлёбываясь слезами, пробормотал:
— Камамбер, прости. Прости меня. Мне так жаль, что я тебя бросаю.
Эллиот заметил на столе пустой флакон от лекарств и записку, похожую на завещание, с надписью: «Позаботьтесь о Камамбере».
Это были те самые вещи, которые он увидел, только попав в этот мир. Тогда он подумал, что имя кота забавное, и выбросил записку вместе с остальным мусором на столе, потому что тот был слишком грязным. Если бы он знал, что это следы смерти Эла Блэка, он бы так не поступил.
Вскоре Эл Блэк, издав булькающий звук, словно что-то закипало в его горле, забился в конвульсиях и рухнул на пол. Камамбер, жалобно мяукая, тёрся о его лицо. На этом сцена оборвалась.
Эллиот смотрел на это с болью. Тьма накрыла его, но перед глазами всё ещё стояла последняя картина жизни Эла Блэка. Он снял очки и вытер слёзы рукавом, но они не останавливались. В конце концов, он просто прижал глаза к руке и замер.
И вдруг откуда-то донёсся знакомый голос, эхом разлившийся вокруг.
— ...иот.
*Кто это?*
Эллиот, шмыгнув носом, поднял голову.
— Элли…
— …Ваше Высочество?
— Почему… пожалуйста… смотри… Браун.
Голос, словно с помехами радиосигнала, становился всё ближе. Эллиот инстинктивно понял: пришло время просыпаться.
— Ваше Высочество! Ваше Высочество! — закричал он в пустоту.
— …иот.
— Ваше Высочество! Я здесь! Пожалуйста, разбудите меня!
— …
— Великий герцог Арджен Терон!
— …
— Эй, Арджен!
— …
— Арджен, ты, чёртов придурок!
*Бах!* Глаза распахнулись. И в тот же момент Эллиот осознал, что действительно выкрикнул последние слова, проснувшись.
Арджен, Дженервин, Хендерсон и миссис Меган, стоявшие вокруг кровати, уставились на него с круглыми глазами. Дженервин, расхохотавшись, рухнул на пол. Хендерсон нахмурился, а миссис Меган, сжав губы, пыталась сдержать смех.
Арджен же смотрел на Эллиота с непроницаемым выражением лица, что пугало ещё больше.
— Эллиот Браун, — произнёс он.
— Д-да? Я… я не хотел вас оскорбить, Ваше Высочество…
— Ты в порядке?
— Э… Что?
— Я спросил, ты в порядке?
— Да, в поряд…
Эллиот замер, собираясь ответить автоматически. Воспоминания о том, что произошло перед обмороком, внезапно нахлынули. Его взгляд погрузился в тёмную бездну. Арджен тут же заметил эту перемену.
— Всем выйти, — приказал он.
— Эй, я хочу остаться с писателем! Мы три дня не разговаривали, правда, писатель? — запротестовал Дженервин.
— Выйди, — повторил Арджен спокойным, но властным тоном, не допускающим возражений.
— Приходите позже, господин Дженервин, — сказал Хендерсон, уводя его.
Миссис Меган, поклонившись Арджену, вышла следом.
Когда все покинули комнату, Арджен сел на край кровати Эллиота и достал из кармана платок — тот самый, что подарил ему Эллиот.
— Вытри, — сказал он, протягивая платок.
— Что…?
— Ты плакал. Ещё до того, как пришёл в себя.
Эллиот, словно в трансе, взял платок и вытер слёзы. Хотя он совершал это действие, ощущения движения руки не было. Он был ошеломлён.
*Как я мог забыть? Это ужасное событие…*
Человек умер прямо у него на глазах. Ещё секунду назад он двигался и говорил, а через секунду был мёртв. Кровь, остановившееся дыхание, угасший взгляд. Им Сонсик умер. Эл Блэк умер.
*А я кто? Я вообще жив?*
Мысли в голове Эллиота спутались.
— Не думай ни о чём, — сказал Арджен.
— …Что?
— Все люди в итоге умирают. Разница только в том, как.
Арджен, вероятно, имел в виду смерть человека в маске, но для Эллиота эти слова прозвучали иначе. Перед его глазами промелькнули все, кто умер, включая его самого.
— Это не отмахнуться сразу. Но ты… со временем примешь это, — продолжил Арджен.
— Я…
*И он тоже такое пережил?*
Взгляд Эллиота стал осмысленным. Он посмотрел на Арджена.
— Так что не думай ни о чём. Понял?
— Ваше Высочество… — сказал Эллиот. — Иногда вы мне нравитесь.
— …Что?
— Я посплю ещё немного.
— Что… что ты… почему…? — Арджен запнулся.
Но Эллиот, не обращая внимания на его растерянность, закрыл глаза. Его слова словно взорвали бомбу в душе Арджена, но сам Эллиот чувствовал себя спокойнее, чем раньше.