13. шёпот страниц
После разговора на кухне Каин проводил меня до комнаты, но не ушёл — стоял в дверях, будто проверяя, что я действительно лягу спать.
Утром, когда я открыла глаза, его вещи уже лежали в углу, аккуратно собранные. Всё было как раньше — будто он и не уезжал.
Каин уже был на ногах. Он сидел у стола, пролистывая какие-то бумаги, и выглядел так, будто не спал вовсе.
— Утро, — хрипло сказала я, зевая.
— Доброе, — ответил он, не поднимая глаз. — Надеюсь, ты не решила снова сбежать ночью?
— Я всего лишь вышла умыться, — пробормотала я, натягивая свитер. — Не думала, что за мной теперь стоит ночное наблюдение.
— Стоит, — коротко ответил он. — Пока я здесь — стоит.
Я фыркнула, но почему-то улыбнулась.
Он говорил это спокойно, но в его голосе было что-то слишком личное — не просто забота. Я сделала вид, что не услышала, встала и подошла к зеркалу. Я разглядывала своё изнемощенное лицо и пыталась выбрать нужный мне крем.
В отражении зеркала я увидела, что он всё это время на меня смотрит.
— Перестань, — пробормотала я, вытирая лицо.
— Что?
— Смотреть так.
Он чуть усмехнулся:
— Не знал, что ты умеешь приказывать.
Я бросила в него первое попавшееся под руку полотенце. Он поймал его без усилия и просто положил рядом.
— Кофе налить? — спросил он после паузы.
— Только если ты не отравил его.
— Сегодня — нет. Завтра не обещаю.
Всё это было странно... естественно.
Как будто за эти дни мы снова нашли какой-то свой ритм — тихий, опасно близкий, но не переходящий грань.
После обеда он подошёл, держа в руках старую потрёпанную книгу, переплетённую тонкой проволокой.
— С базы Адам передали. Считают, что это часть "Книги апокалипсиса". Почти всё на старом диалекте, — он бросил взгляд на меня, — нужна твоя помощь с переводом.
Я взяла книгу. Бумага была плотная, шершавая, с запахом пыли и металла. Страницы дрожали под пальцами, будто от слабого дыхания.
Мы устроились за большим столом у камина.
Пламя отражалось в его глазах — и мне было всё труднее сосредоточиться на тексте.
— "...и человек, что носил знак, будет воскрешён не плотью, но светом чужим, отнятым у мёртвых..." — прочла я вслух.
— Звучит знакомо, — сказал он, глядя прямо на меня.
— Может, потому что всё это про всех нас?
— Или про то, кем мы станем, если ошибёмся.
Он говорил тихо, но его слова будто оставляли след — как ожог, невидимый, но ощутимый.
Когда я наклонилась над страницей, он подошёл ближе, глядя в текст через моё плечо.
Тепло от его дыхания скользнуло по шее.
Я почувствовала, как мурашки пробежали по коже.
— Не дрожи, — тихо сказал он. — Я не кусаюсь.
— А стоило бы, чтобы я поверила?
Он усмехнулся:
— Нет. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя в безопасности, когда я рядом.
Я перевернула страницу, стараясь не смотреть в его сторону.
Каин остался стоять за спиной — близко, слишком близко.
— Каин...
— М?
— Ты мешаешь читать.
— А ты мешаешь мне смотреть.
На мгновение я не знала, что сказать.
Он отступил, но не извиняясь — будто просто позволил мне вдохнуть снова.
Когда мои глаза стали закрываться, Каин закрыл книгу и положил рядом.
— Завтра вылазка, — сказал он. — Ты идёшь со мной.
— Снова без права выбора?
— У тебя есть выбор, — усмехнулся он. — Просто ни один из них не лучше этого.
Мы убрали бумаги, и я прошла к кровати.
Он остался у камина, глядя на угли, в которых теплился свет.
— Спи, — произнёс он, обернувшись.
— А ты?
— У меня бессонница.
— От чего?
— От лишних мыслей.
Я легла, отвернувшись к стене.
В тишине слышно было, как он что-то записывает, как трещит дерево в огне.
Перед тем как провалиться в сон, я услышала его шаги — медленные, почти бесшумные.
Он подошёл, поправил одеяло, едва касаясь плеча.
— Спи, Лэйн, — прошептал он. — Пока я рядом, ничто не приблизится.
И в этой тишине я вдруг поняла: самое опасное уже рядом — не снаружи, а здесь, в этом дыхании.