11. пока все спят
Мне снились странные сны.
Сначала — дом. Пыльный свет сквозь занавеску, детская комната, облупленная краска на окне.
Я видела себя маленькой — босая, с ладонями, испачканными в чернилах.
Кто-то звал меня по имени, но голос был искажённый, будто звучал сквозь воду.
Потом — белая вспышка. Металлический стол. Холод.
И я — взрослая, лежу под светом ламп, слышу обрывки фраз: «она справится» и что-то подобное.
Проснулась я резко — будто вынырнула из ледяного озера.
Грудь сжимала паника, но рядом спокойно спала Анна, дышала ровно.
Я долго смотрела на потолок, пока дыхание не стало медленнее.
Сбросив одеяло, я босиком пошла в умывальню.
Холодная вода обожгла кожу, но вернула дыхание. Я смотрела в зеркало — и не узнавала отражение. Под глазами — тени, на висках — тонкая дрожь.
Когда вышла обратно в коридор, лампы там горели наполовину, как будто база тоже дремала.
Я потянулась, поправив на плечах тонкий свитер, и в этот момент из-за поворота донёсся тихий звук — шаги.
Осторожные, неторопливые, но уверенные.
Я обернулась — и замерла.
Каин.
Он стоял у стены, в полутьме. Взъерошенные волосы, на плечах — куртка с инеем, глаза блестят в свете лампы.
На кухонном столе рядом с ним стояла кружка, от которой поднимался пар — видно, только что заварил чай.
— Ночь не для прогулок, — сказал он спокойно, даже немного насмешливо.
Голос низкий, знакомый до боли, но в нём слышалось что-то тёплое, живое.
— Мне... не спалось, — ответила я. — Кошмары.
— Ты дрожишь, — сказал он. — Замёрзла или нервничаешь?
— Я... — начала я, но слова утонули в коме.
Он наклонился чуть ближе, но не касался. Только смотрел.
В этом взгляде не было привычной отстранённости, не было дисциплины. Там была жадность, желание, будто он сдерживался — и получал удовольствие от самого сдерживания.
Сняв с себя черную кофту, он накинул ее на меня.
— Спасибо, — пробормотала я, вдыхая знакомый запах — дым, металл и что-то терпкое, едва сладкое.
— Пойдём, — предложил он и кивнул в сторону зала. — У камина теплее.
Огонь потрескивал тихо, мягко подсвечивая стены.
Мы сели рядом — не слишком близко, но так, чтобы чувствовать тепло.
Каин подкинул в очаг пару поленьев, огонь ожил, и на его лице вспыхнули отблески.
— Вы с Пилеоном вернулись поздно, — сказала я, глядя на пламя.
— Поздно — это лучше, чем не вернуться, — ответил он.
— Всё прошло нормально?
— Нормально, — коротко кивнул он. — Были помехи, но ничего, что стоило бы сна.
— Не уходи больше так, — выдохнула я наконец. — Без сигнала. Мы... мы волновались.
— «Мы»? — переспросил он с едва заметной улыбкой. — Или ты?
Я покраснела, и это его, кажется, забавляло.
— Тебе бы спать, — сказал Каин мягко. — Завтра будет длинный день.
Он говорил спокойно, но в его тоне чувствовалось что-то другое — едва уловимое напряжение.
Иногда он словно отключался на секунду, глядя в пустоту, а потом снова улыбался — уже своим обычным, дерзким полууголком губ.
— Сколько ночей подряд не спишь?
— Не знаю, — пожала я плечами. — Я просто... всё время думаю.
— О чём?
— О прошлом. О том, что я помню, а что нет.
— Не стоит возвращаться туда, где тебя уже нет, — произнёс Каин тихо. — Иногда прошлое — как лёд. Лучше не проверять, выдержит ли.
Я посмотрела на него.
— А ты? Ты когда-нибудь проверял?
Он усмехнулся.
— Каждый день. Только не говори никому. Пусть думают, что я бессердечный.
Я улыбнулась, впервые за долгое время легко.
— Не думаю. Ты просто не показываешь.
Он наклонил голову чуть ближе, глаза прищурились.
На секунду между нами повисла тишина. Огонь щёлкнул, где-то вдалеке прошёл по трубам воздух.
Каин вдруг вздохнул и откинулся на спинку дивана.
— Лэйн, — сказал он наконец, — иди спать.
— Но я...
— Без «но». — В его голосе прозвучала та знакомая твёрдость, из-за которой я всегда слушалась без возражений.
— Ты дрожишь, глаза устали. Завтра будет день полный дел.
Я фыркнула, но не стала спорить.
— Ладно, командир.
Он встал, подошёл и слегка подтолкнул меня за плечо в сторону двери.
— Не командир, — поправил он мягко. — Просто тот, кто не хочет, чтобы ты была истощенной.
Коридор был тихим, как будто сам слушал наши шаги. Когда подошли к двери комнаты, Каин остановился.
— Спи спокойно, — сказал он тихо. — Сны — это всего лишь шум. Не позволяй им ломать тебе голову.
Я кивнула.
— Спасибо, что... поговорил со мной.
Он улыбнулся чуть уголком губ.
— Я всегда рядом. Даже когда не видишь.
Он развернулся, уходя в тень коридора. Его шаги стихли почти сразу — и только запах его кофты остался, тёплый и живой.
Я вернулась в постель, прижала ткань к лицу и закрыла глаза.
На этот раз сны не пришли. Только треск камина и его тихий голос, оставшийся где-то внутри, убаюкивал меня.