Свяжи мне руки

— Долго ещё собираешься валяться? Ты ведь можешь заболеть. За Тэхёна не бойся, этот урод хоть и эгоистичная мразь, но сабмиссиву не сможет навредить.

— Кто ты?

— Я? Знаешь, немного обидно. А ведь когда-то ты приказал мне забыть тебя и жить своей жизнью. Но тебе не нужно это знать, скоро приедет скорая, так что поднимайся. А, вот и она, ладно, прощай.

      Юнги просыпается весь в поту. Всего лишь сон, но такой реалистичный, он помнил эти черты лица, совсем, как у ангела хранителя. Милая улыбка и полные звёзд глаза. Миленькие щёчки с румянцем из-за ноябрьского холода. Но это лишь сон, видение, ему не вернуть ничего назад, не свернуть с дороги. Время течёт своим чередом и не оставляет надежды на повторные попытки, только не время, ведь никому не суждено жить дважды. Легенды, выдумки, вот в них можно, но не в реальности, и Юнги это понимает. Так что потирает глаза, недовольно косясь на жалюзи, которые нисколько не помогали от слепящего солнца. Хочется заснуть снова, но не получается, в палату входит медсестра и меняет повязку, попутно задавая элементарные вопросы. Всё-таки эта свинья такая сильная, Юнги немного недооценил его, а этот взгляд Тэхёна. Он всё понимал, что сабмиссив не может перечить приказу своего истинного. Ну нет, он обязательно спасёт этого ангелочка из рук тирана.
В больнице он пролежал ещё полдня, а потом его всё-таки отпустили. Черноволосый попытался дозвониться до друга, но ничего не получалось, тот не отвечал на звонки. А потом противный женский голос начал повторять одно и тоже предложение, которое уже бесило старшего, что тот чуть не выкинул аппарат в противоположную стену. В полицию бесполезно обращаться, а идти с голыми руками прямо в логово врага — опасно. Тогда Юнги просто сел за компьютерный стол и задумался. Но тут в голове снова всплыл образ рыжего ангела хранителя. Такой радостный и светлый, не понимающий, что говорит, но делает это с уверенностью. А ведь раньше у того были тёмные, как смоль волосы, которые подчёркивали трогательное детское личико. Как давно это было? 4 года назад? 6 лет? Нет, ровно 10 лет назад, в такой же холодный ноябрь к Юнги подбежал мальчик и произнёс то, чего он и боялся.

— Привет, меня зовут Пак Чимин, почему ты сидишь один?

— Мне так нравится. Меня, кстати, Мин Юнги зовут.

Мальчишка покраснел.

— Мне мама рассказывала, что если я найду человека с именем Мин Юнги, то я не должен его отпускать. Оно у меня даже на запястье написано. А у тебя что?

— Пф, прости, но в этом мире много людей с похожими именами. Прости, но нет, я не твой истинный.

— А…

— Пак Чимин, но ты не можешь быть моей судьбой, прости, забудь меня и живи своей жизнью.

      Всё, больше он не видел того паренька. Он отлично понимал, что встретил свою судьбу, но ему было только 14, а тому и вовсе 12. Слишком молоды для таких поступков. Юнги, конечно, не ожидал, что тот полностью исчезнет из его жизни, но это лучше, чем видеть, как твоя судьба находится рядом, у тебя бурлят гормоны, а он ещё ребёнок. Маленькое невинное солнце, которое способно осветить своей улыбкой всё, даже такой пасмурный Сеул. Одна лишняя фраза и солнце скрылось за горизонт, начался сезон дождей длиною в жизнь. Юнги привык так жить, в непроглядной темноте, где даже на солнце видны тёмные пары. Клубы дыма всё застилают — вот что такое огромный город. В нём всегда много машин, много людей и мало свободы. Все чем-то связаны по рукам и ногам. Все. Кто-то физически, а кто-то морально, но боль такая же. Инвалид — это не обязательно человек, который не может ходить, это может быть и тот человек, который недополучил любви в детстве, а теперь разделывает на куски своего же истинного, убивая в себе человечность и губя свою же судьбу, которая могла бы развернуться в другое русло и наконец-то перетечь в море, где хочется утонуть, а не где топят насильно.

— Привет, меня зовут Пак Чимин…

      Чёртовы воспоминания. Им больше не встретиться, дороги разошлись. Юнги сам приказал себя забыть и жить своей жизнью, так что маленькое солнышко вряд ли сможет его ослушаться. Одна фраза, а столько проблем. Время идёт своим чередом, совсем не дожидаясь чужих раздумий. У жизни свой темп, который не прервать, который не перегнать. Смотреть вперёд могут только шарлатаны. А в отражении зеркала нам не увидеть смерть. Время течёт, а жизнь идёт с ним под руку. Они — соулмейты. Такие же, как и все, просто их связь прочнее, красная нить намного толще человеческой. Простыми ножницами её не разрежешь, когда же человека может убить несчастный случай. Для каждого человека существует только одна пара, второй не дано, так что красная нить обрезком повисает на пальце и постепенно душит своего владельца, всё ближе подбираясь к шее.

— Скажи, что у тебя написано на запястье.

— Пак Гунмён.

      Жизнь — это сложная игра и странная вещь, которую невозможно пройти на сто процентов и не потрогать руками. Остаётся только действовать наугад, чтобы хоть как-то выжить, ведь второй попытки не дано. А Юнги не читер, чтобы добавить себе дополнительную жизнь, он — обычный человек с дурной головой на плечах, которая не думает, что говорит. А может он просто бракованный? Что, если он оказался прав, и они и вправду не имели общую красную нить, связывающую их. Вдруг, просто имена одинаковые, всё может быть. Голова кругом от этого дурдома. Юнги провалился в сон.

— Юнги-хён, ты — пабо. Из-за тебя мне больно.

— Почему?

— А ты не понимаешь?

— Нет, мне не до этого.

— Ты приказал забыть о тебе, а я не смог. Пытался вычеркнуть из жизни, не получилось. Вот, что вышло, — перед лицом Юнги показалось запястье с его именем, а на фоне было множество белых полос-шрамов. — Такое чувство, что имя не на запястье, а на сердце выцарапано гвоздём.

— И что ты предлагаешь?

— Найди меня.

      И снова Юнги просыпается весь в поту. Ему нужно попить. Сделав кофе, темноволосый увидел уведомление в соц. сетях от Тэхёна. Он не будет ходить в универ неделю. Чонгук что-то предпринял? Он убьёт эту скотину. Если же не он, то судьба поможет. Как тот только посмел так поступать с белокурым? Может быть на первый взгляд тот стерва, но это по обстоятельствам, но это не повод так поступать с человеком, особенно таким нежным, как цветок. Даже не ребёнок, а именно цветок, который может растоптать каждый: у них нет защиты, они её не ищут, они просто ждут, пока кто-нибудь прижмёт их к себе близко-близко и огородит от окружающего сумрака. Они не могут жить взаперти, не могут без солнца, им нужен воздух. Им нужен тот, кем они будут дышать. Но не выхлопные газы, а Чонгук ими и был. Крупная шишка, эгоист, самовлюблённый, циник, тиран. Тэхёну просто не суждено выжить в его мире.

— Ты ведь его хотел спасти.

— Я и спасу.

— Не надо.

— Почему?

— Они истинные, значит идеально подходят друг другу. Может сейчас это не видно, но между ними зарождается связь, красная нить крепчает. Жалко, что ты не смог связать ею нас. Скоро она просто исчезнет.

— Зато ты станешь свободным.

— Она убьёт нас.

      Протерев глаза, Юнги всё-таки решил сесть за недоделанный доклад, а то завтра последний срок. Зато отвлечётся, а то всякая ерунда в голову лезет.

— И ты в это веришь?