Хлипкие стены.
Хоть Чонгук и сказал, что заставит Тэхёна в себя влюбиться, но так ничего и не предпринял. Младший был готов ко всему, но только не к игнорированию: за всю прошедшую неделю они разговаривали всего раза четыре от силы, когда белокурый слишком сильно увлекался рисованием, а про ужин вспоминал только тогда, когда Гук возвращался с работы. Пара невесомых фраз и на этом всё, как будто незнакомые друг другу люди, и даже судьбой не связаны. Сначала было обидно, ведь Тэхёну интересно, что же может сделать старший, а потом он просто забил на это. Чимин, кстати, всё-таки переехал к родным, конечно, был ещё вариант пожить с братом, ведь те ещё не знали, что старший нашёл свою судьбу, но рыжик всё-таки смирился, что в свои 22 будет жить с родителями. А Тэхён бы предпочёл остаться с родителями, чем с ледышкой, которая даже своё слово не может держать.
Тэхён уже хотел идти в ванную, как его остановила сильная хватка, может, наконец-то придумал свой коварный план. Но нет. Чонгук объявил, что сегодня вечером они идут на банкет по случаю юбилея компании, так что тому лучше не опаздывать, если не хочет разозлить старшего. На что младший просто выдернул руку и громко захлопнул за собой дверь. Месть всегда сладка. А может да ну этот банкет? Но в голове появилось воспоминание того, как из кабинета донеслись не очень-то приятные звуки, не, Тэхёну ещё дорога жизнь. Сейчас же ему лучше поторопиться, потому что Юнги не любит долго ждать, так что может уехать и без него. Тот, кстати, жил отсюда неподалёку, поэтому садился на метро с той же станции, что и Тэ.
Благо младший успел, и они отправились в учебное заведение. Но Тэхёна всё равно гложили вопросы насчёт прошлого друга. Но он всё боялся задать вопрос, а что, если его задумки верны? Что, если Чимин всё-таки его судьба? Интерес будет удовлетворён, но помочь он не сможет, только хуже сделает. А ему больше не хотелось видеть грустное лицо рыжика, который напоминал ромашку. Такой же хрупкий, простой, но в то же время прекрасный. Кстати, в альбоме появилось изображение миловидной девушки с рыжими волосами и с огромным букетом ромашек в руках. Глаза той были прикрыты, а на лице красовалась грустная улыбка, скрывающая боль. Этот рисунок он не показывал Чимину, чтобы не было лишних вопросов, он просто иногда любовался им, думая, что было бы, если бы Чонгук и вправду не заметил его и не привёл к себе в дом.
— Что ты хочешь? — отвлёк его хриплый голос.
— То есть? — не понял младший и поднял взгляд на друга.
— Твой взгляд, ты всё время так смотришь, когда что-то хочешь спросить. Так спрашивай или покажи мне свой альбом, — Юнги научился определять, что же на душе младшего только по его рисункам.
— Скажи, что у тебя написано на запястье. Я прошу тебя, ответь мне, не игнорируй. Может это покажется тебе странным, но я подозреваю, что ты скотина, которая поступила глупо в прошлом, — Юнги только хмыкнул и опустил взгляд.
— Пак Гунмён, доволен? — а вот этого Тэ не ожидал, он ошибся. — Ну, так я скотина, которая поступила глупо в прошлом?
— Нет, прости. Наша станция, — младший почувствовал себя виновато и опустил голову, выходя из вагона.
Лекции прошли, на удивление, быстро, но Тэхён почти их не чувствовал. Может, просто Юнги похож на судьбу Чимина? Всё-таки же есть похожие люди. Взглянув на своё запястье, белокурый провёл пальцами по браслету. Он клеймован, но это не радует, только добавляет груза, который так и грызёт изнутри. Почему эту чёртову надпись просто нельзя стереть? Почему нельзя от неё избавиться? Раньше Тэ был благодарен судьбе, что та показала имя того, кому он принадлежит, а сейчас жалеет, что вообще имеет истинного. Зарывшись пальцами в осветлённых прядях, завыл на всю аудиторию, чем привлёк на себя внимание. Но быстро нашёл отмашку, типа у него болит голова, тогда мужчина разрешил ему выйти и направиться в медпункт. Но студент отправился во двор, доставая альбом.
Тэхён не любил на себе чрезмерное внимание, так что старался быть тише воды, ниже травы. Но во 2 классе старшей школы явился в школу с совершенно белыми волосами, словно первый снег, чем и привёл учителей в гнев. Но ему нравилось, ведь этот цвет подходил Тэ. Не зря же мать говорила, что он подобен цветку, а если точнее, то белой лилии. Сейчас же цветными волосами никого не удивишь, даже был такой случай, когда студенты приходили с волосами всех цветов радуги. Так что про Тэхёна благополучно забыли. Конечно находились такие смельчаки, которые пользовались природой и пытались заставить того перекраситься обратно, но папа это предусмотрел, так что сразу наказал сыну, чтобы тот этого не делал, ведь поддерживал того. Жалко, что теперь его приказы не помогут, теперь у Тэ есть Чонгук, чьё слово весомее остальных вместе взятых.
Вскоре к нему присоединился Юнги, который увидел друга через окно. Он начал наблюдать за тем, как младший выводит на бумаге очередное очертание лица. Тот сразу понял, кто это: это была мама Тэхёна, заботливая и милая женщина. А окружали её голубые фиалки, очень красивые цветы, которые нравились женщине. Так, что в старом саду даже имелась специальная клумба для них. Сейчас же в квартире на столике стоит горшочек с ними, за которыми усердно ухаживает мама. Из-за того, что младший был увлечён рисованием, то не сразу заметил друга, только тогда, когда потянулся за ластиком, который протянул Юнги. Вздрогнув, белокурый чуть не свалился со скамейки, но удержался. Старший предложил ему не сидеть здесь, а пойти куда-нибудь перекусить, всё равно последняя пара. На что Тэ кивнул и убрал альбом в рюкзак.
Когда же они оказались в кафе, Тэхён заметил, что Юнги как-то не так смотрит на него, слишком пристально, как будто что-то пытается понять. Но промолчал, проходя к свободному месту и зовя официантку. Правда, этот взгляд никуда не пропал. Друзья сделали заказ, и старший всё-таки попросил показать ему альбом, белокурый на секунду завис, но потом всё-таки протянул того доминанту. Он внимательно разглядывал новые рисунки и отметил, что одного листа не хватает, видны обрывки. Всё-таки Тэ ненавидел альбомы на пружинах, так что всё время брал слитные, зато так точно ни один лист не вылетит. Дальше Юнги отметил, что его друг снова использовал тёмные тона, что удивило, да и рисунок был устрашающим, как будто прямиком из ада. Но когда на глаза попался рисунок рыжей девушки с ромашками, старший завис, всматриваясь в черты лица, в пухленькие пальчики, трогательный румянец. А самое главное, грустная улыбка, которая не была настоящей, как будто маска.
— Тэхён, почему ты решил, что я совершил в прошлом ошибку? — спросил Юнги, закрывая альбом и передавая его владельцу.
— Да так, ничего особенного. Просто человека одного встретил, вот и перепутал, — неловко усмехнулся Тэхён и махнул рукой.
— Балда, — хмыкнул старший.
Вскоре им принесли заказ. Но Тэ не успел насладиться кофе и пирожным. Пришло СМС от Чонгука, в котором говорилось, что тот должен быть дома уже через 15 минут. Младший извинился перед другом и быстро рванул к станции метро. Благо успел он вовремя. В его комнате уже висел серебристый костюм с отглаженной рубашкой. Ткань была дорогой, а все эти узоры просто великолепны, похожи на цветы. Быстро переодевшись, Тэхён привёл себя в порядок и вышел из комнаты, где его уже поджидал полностью готовый Чонгук. На нём был строгий чёрный костюм, только вот пиджак был обшит золотой тесьмой, а под ней была атласная тёмно-синяя рубашка. Волосы уложены и открывали широкий лоб. Сразу можно было понять, какого достатка старший. От увиденного у Тэ перехватило дыхание, слишком идеальный, а ещё было чувство, что пуговицы не выдерживают всех мышц и скоро отлетят.
С Чонгуком аналогичная ситуация. Он не ожидал, что серебристый костюм будет смотреться настолько эффектно. Он даже не прогадал с оттенком, белое серебро — самое то для такого, как Тэхён. Только вот пиджак как-то портил образ, так что старший снял его со своей пары, оставив в жилете, теперь-то лучше. Осталось только крылья добавить. Но надо было уже выходить. Скоро начнётся официальная часть, на которую директору фирмы вообще не вариант опаздывать. Благо, всё обошлось, и они успели как раз к началу.
Первая часть прошла хорошо, без происшествий, дальше было празднование. Тут-то и началось. Слишком много внимания: из-за того, что Тэхён постоянно ходил около Чонгука, все начали на него поглядывать, а так же и на запястье. У обоих чёрные браслеты, притом — одинаковые, тут мог любой догадаться в чём дело. Да и из-за того, что Тэ никого не знал, то ему хотелось куда-нибудь забиться, чтобы его никто не трогал. Слишком много незнакомцев, которые только так и пожирали глазами, а Чонгук хоть и видел волнение пары, но нисколько не пытался того успокоить. Благо, спасение Тэ появилось как нельзя скоро, оказывается на празднование пришла семья Гука, в том числе и Чимин, который сразу украл сабмиссива брата. Они быстро разговорились, с рыжиком было легко общаться, что радовало.
— Ладно, ты пока здесь посиди, а я за напитками, — проговорил Чимин и исчез в толпе.
Опять Тэхён один, но глаз зацепился за знакомый пиджак, Чонгук разговаривал с молодой девушкой, которая мило хихикала. На её правом запястье был чёрный браслет, дама занятая, но всё равно кокетничала с темноволосым, иногда ударяя того в грудь, услышав очередной комплимент. На самом деле, Чха ИнБум потеряла своего истинного два года назад в автокатастрофе, так что не отказывала себе в беседе с доминантами, особенно с такими, как Чонгук. А тому на самом деле не было дела до красавицы, он почувствовал то, что его пара сейчас злится. Пусть почувствует себя в шкуре Гука, пусть тоже побесится. Так что старший только продолжал говорить с молодой особой, отчеканивая комплименты. А когда леди положила свою ладошку на широкую грудь, даже не откинул её, только улыбнулся и мельком посмотрел в сторону, где Тэхён чуть не зеленел от бешенства. А когда вернулся Чимин, то отправился с тем на балкон. Внутри всё бушевало.
Рыжий сразу заметил раздражение друга (?) и даже знал из-за чего, ведь давно увидел махинации брата. Два идиота, мучают друг друга, а ведь предназначены судьбой, нет бы быть вместе и жить любя — нет, воюют. Ему было обидно, ведь если два человека предназначены друг другу, то они идеально подходят своей паре, так что никаких разногласий не должно быть. Хотя судьба показала ему совершенно иной итог, так что Чимин просто усмехнулся и продолжил разговор на отдалённые темы. Вспоминать прошлое — не выход. Когда же они вернулись в зал, то Тэхён не смог найти Чонгука взглядом и начал волноваться, а вдруг он с этой девицей… Но тут его обняли за талию и повели к выходу, Гук хотел как можно быстрее вернуться домой, праздники утомляют. И опять младший пытается вырваться и ворчит, постоянно огрызаясь, но Чонгук буквально запихивает того в машину, решив там узнать, почему это мелкий такой дёрганный.
— Ну, я жду, — в ответ тишина, а Тэхён смотрит в окно. — Я сказал, причину мне назови, — и снова по всему телу мурашки, больно противиться приказу.
— А ты это у той брюнеточки спроси, она тебе всё доступно расскажет и покажет, — фыркнул младший.
— Если нормально? Я ведь не шучу.
— Просто у старых дяденек, кажется, только на третий размер груди и встаёт, — снова недовольно выдаёт Тэхён.
— Ты ревнуешь что ли?
— Тебя? Мечтайте, хён. Для меня вы слишком стары, как мир. Так что поскорее верните меня домой, вы мне противны.
— Повтори.
— Ой, у кого-то уши плохо работают. Что, старость не радость? Ну, бывает. Может вам ватную палочку, уши прочистить, или слуховой аппарат прикупить? Отвези меня домой, не хочу тебя видеть! — последнюю фразу белокурый выкрикнул. Но получил пощёчину. Приложив ладонь к больному месту, Тэхён затих и как-то даже сжался. Его ударили, впервые в жизни его кто-то ударил. По щеке тут же прошла слеза, которую он даже не стёр, а Чонгук просто взял и завёл машину.
Дальнейшая дорога прошла в тишине, Тэхён боялся даже шелохнуться. Всё время смотрел на одинаковые дома, потирая покрасневшую щёку. Было больно не на столько физически, как душевно, как будто взяли и сердце вырвали. К нему применил насилие его доминант, не дядя Петя из третьего подъезда, а его истинный. А когда они поднялись на этаж, первый скрылся Чонгук, закрываясь у себя в кабинете. Тэ же всё-таки протёр покрасневшие глаза и отправился в свою комнату. Там он переоделся и написал Юнги, чтобы тот забрал его, белокурый не сможет остаться в этой квартире, хотя бы на эту ночь.
Благо, Чонгуку, кажется, было без разницы, что делает его пара, так что даже не заметил его исчезновение, а тот уже плакался на плече у друга, который поглаживал его по голове. Они решили прогуляться по парку. Там Тэхён всё и рассказал, как начал говорить колкости, из-за чего потом получил пощёчину, которая, кстати, до сих пор жгла, всё-таки у Чонгука тяжёлая рука.
— Юнги, я не хочу иметь истинного, помоги мне избавиться от метки, — чуть ли не выл младший, его глаза уже распухли.
— Прости, не смогу, её даже кислотой не вывести, — грустно усмехнулся Юнги и засунул руки в карманы.
— Тогда скорее спаси меня от этого монстра.
— Обязательно, просто потерпи.
Друзья пробыли в парке около получаса. А потом присели на скамейку. Тэхён положил свою голову на плечо темноволосого и прикрыл глаза. Свежий воздух успокаивал, но и погружал разум младшего в сон. Правда долго ему не дали отдыхать. Его руку кто-то схватил и оттащил от Юнги — Чонгук, он пришёл за ним. Но друг не собирался на это просто так смотреть, так что решился вмешаться, а зря. Рука у Гука и вправду тяжёлая, так что челюсть ещё долго будет болеть. Хотя это не помешало ему продолжить. Юнги налетел на старшего, а тот ответил. Тэ же не знал что делать, в парке было безлюдно, а влезать в драку нет смысла, он хилый, только огрызаться и царапаться может.
— Чонгук, прекрати! — кричал белокурый, но тот его не слушал, правильно, он же только сабмиссив, а старший — доминант. — Прошу, хватит.
— Стой и молчи! — рявкнул тот, перехватывая кулак Юнги.
И снова какой-то механизм переклинивает, и Тэ не смеет ослушаться приказа. Он просто стоит и смотрит на это всё. Но тут пальцы Гука как-то зацепились за коричневый браслет и тот отстегнулся. «Пак Чи…», больше Тэхёну не удалось разглядеть. Юнги сильнее замахнулся в солнечное сплетение старшего и надел обратно браслет. Правда это отвлекло не надолго. Тэхёна уже всего ломало, он хотел кричать, чтобы хотя бы кто-нибудь помог, но не мог. Из глаз снова пошли слёзы, а сердце бешено билось. Вскоре Чонгук повалил темноволосого на землю и сел на бёдра того.
— Тэхён — мой, так что ты не имеешь права его утаскивать, уясни это, — шикнул Гук и повернулся к измученному сабмиссиву. Тут же сердце сжалось и он произнёс уже более спокойно, но холодно.— Домой и быстро, чтобы я не слышал никаких пререканий и нытья, больше даже не думай от меня сбежать.
И снова Тэхён в клетке. Виновато взглянув на друга, белокурый направился за Чонгуком, царапая свои руки. Его организм такими темпами скоро сломается. Он хотел подбежать к Юнги и помочь ему, но ноги сами тащили за истинным. Природа слишком жестока, раз даёт доминантам такую власть.