Искры у костра
С другой стороны Бекки лежала, неподвижная, с закрытыми глазами. Её дыхание оставалось ровным, но каждое слово достигало её слуха.
*Они думают, что я сплю.*
Внутри всё сжималось. Каждая фраза резала, потому что в них обеих была доля правды.
Фрин... слишком открытая, слишком живая. А Марис — слишком настойчивая, и всегда рядом. И я действительно не знаю, что со мной будет дальше.
Она стиснула зубы и крепче зажмурила глаза, стараясь не выдать себя.
Фрин и Марис продолжали тихо спорить у неё за спиной, словно делили её молчаливое сердце.
И Бекки впервые в жизни поняла, что её собственное молчание — самая жестокая из всех ловушек.
Спор постепенно стих. Огонь за тонкой стенкой палатки погас, и в лесу воцарилась ночная тишина.
Фрин отвернулась к стенке палатки, сжимая кулаки под пледом. Она знала: если скажет хоть ещё слово — сорвётся окончательно.
Марис улеглась напротив, её глаза всё ещё поблёскивали в полумраке. Тишина между ними была густой, но не мирной — это было перемирие, которое могло разлететься в любую секунду.
⸻
Бекки лежала посередине, продолжая «спать». Её дыхание оставалось ровным, но в голове не было покоя. Она слышала всё. Каждое слово, каждую интонацию.
Фрин упрямая. Марис — слишком прямая. А я... я просто боюсь выбрать.
Она медленно повернулась на бок — лицом к спине Фрин. Её ладонь едва не коснулась ткани спального мешка, дыхание невольно стало глубже.
Бекки делает вид что хочет перекинуть руку на бок и обнимает талию Фрин прижимая к себе в плотную.
Фрин открывает глаза, её сердце начинает бешено колоться, она хочет просто повернуться и обнять Бекк в ответ, но она не может.
И именно в этот момент Марис пошевелилась. Она наклонилась через Бекку, её пальцы легко коснулись плеча.
Она повернула Бекки на себя.
— Бек... — шепнула она, почти прикасаясь губами к её щеке. — Ты знаешь, что со мной тебе будет проще.
Бекки замерла. Она не двинулась, не открыла глаз, но сердце забилось сильнее.
Марис склонилась ещё ближе, её дыхание коснулось кожи Бекки.
— Убери от неё руки! — вдруг прозвучал резкий голос.
Фрин с силой развернулась, глаза горели, щёки пылали от злости. Она рывком оттолкнула Марис в сторону.
— Даже не думай! — выкрикнула она громче, чем хотела.
Бекка вздрогнула — и в ту же секунду «проснулась». Она резко села, взгляд метался между ними, голос сорвался:
— Что здесь, чёрт возьми, происходит?!
Марис поправила волосы и натянула на лицо холодную улыбку.
— Ничего. Просто... беседа.
Фрин сидела, тяжело дыша, её руки всё ещё дрожали.
— Она пыталась тебя поцеловать! — выкрикнула она, не в силах сдержаться.
Палатка наполнилась напряжением, которое можно было резать ножом.
И в этот момент Бекки впервые за всю ночь не знала, кого из них она боится больше — ревнивую Фрин или настойчивую Марис.
В палатке повисла тишина после крика Фрин. Бекка сидела, сбив дыхание, стараясь осознать, что только что произошло.
Фрин, всё ещё дрожа от злости, обхватила руками колени. В глазах её блестели слёзы, но голос звучал мягче:
— Извини... я просто не выдержала.
Бекки медленно выдохнула и опустила ладонь ей на плечо.
— Тише... всё хорошо.
— Она сжала пальцы чуть крепче, стараясь остановить её дрожь.
Фрин скосила взгляд на Марис, которая молчала, стиснув зубы и отвернувшись к стенке палатки. И, поймав этот холодный профиль, Фрин не удержалась от тонкой усмешки.
— Видишь? — прошептала она тихо, но достаточно, чтобы Марис услышала. — Она рядом со мной.
Бекки бросила на неё укоризненный взгляд, но руку не убрала.
⸻
Через какое-то время Бекки не выдержала. Она тихо поднялась, стараясь никого не разбудить, и вышла наружу. Ночь встретила её прохладой, костёр уже почти догорел, угли тлели красным светом.
Она села на бревно и обхватила себя руками, глядя в темноту.
Но не прошло и минуты, как ткань палатки шевельнулась, и наружу выскочила Фрин.
— Ты куда? — спросила она полушёпотом, словно боясь потерять её в ночи.
— Подышать, — ответила Бекки, не глядя на неё.
— Мне нужно было... подумать.
Фрин подошла ближе, присела рядом. Некоторое время они сидели молча. Лишь ветер перебирал листья, и угли костра трещали под пеплом.
— Я не хотела ссориться, — наконец сказала Фрин. — Но я не могу видеть, как она к тебе лезет.
Бекки сжала губы.
— А ты думаешь, мне легко? Ты обеими руками тащишь меня туда, куда я боюсь шагнуть.
Фрин посмотрела на неё внимательно, и в её взгляде было что-то, что обжигало сильнее огня.
И вдруг, краем глаза, она заметила, как шевельнулась палатка. Марис осторожно выбиралась наружу, будто собиралась подойти к ним.
Фрин резко наклонилась к Бекке, не давая той опомниться, и прижалась к её губам.
Поцелуй был горячим и дерзким, полным вызова. В нём смешалось всё: страх потерять, злость на Марис, желание доказать, что это её место рядом с Беккой.
Бекки замерла, глаза её распахнулись, но спустя секунду она не отстранилась. Вместо этого её пальцы непроизвольно сжали руку Фрин, словно признавая, что сопротивляться больше нет сил.
За их спинами тихо хлопнула палатка — Марис снова скрылась внутри.
⸻
В ночи остались только они двое, их дыхание и догоревший костёр, чьи искры взмывали в небо, как свидетельство их тайного огня.
Утро встретило их сыростью и холодом. Туман стелился между деревьев, а костёр догорел, оставив лишь белёсые угли.
Бекки проснулась первой. Голова была тяжёлая, мысли путались. В памяти вспыхнул ночной поцелуй — такой внезапный, дерзкий... и то, что она не остановила его.
*Зачем я позволила?..*
Она осторожно выскользнула из палатки и вдохнула влажный воздух. Но вместо облегчения почувствовала, как на сердце становится ещё тяжелее.
⸻
Фрин вышла следом. В её глазах ещё теплился отблеск ночи — смесь счастья и страха. Она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле.
Бекки даже не посмотрела на неё. Только коротко бросила:
— Собирайся. Нужно выдвигаться.
Фрин нахмурилась, но промолчала.
⸻
Последней появилась Марис. Она вышла уверенно, будто ночь прошла для неё спокойно. Волосы аккуратно собраны, лицо холодно-спокойное.
— Доброе утро, — сказала она ровным тоном, но её взгляд задержался на Фрин чуть дольше, чем нужно. В нём не было слов, только тихая ненависть, тщательно скрытая за маской вежливости.
Фрин почувствовала, как по спине пробежал холодок.
Дорога обратно через лес оказалась длинной и влажной. Туман стелился по тропинке, скрывая землю и корни, заставляя идти осторожно.
Марис шла рядом с Беккой, чуть впереди. Её движения были лёгкими и уверенными, взгляд не отрывался от лица Бекки, а тон её голоса звучал мягко, почти шепотом.
— Ты уверена, что вчера всё было... правильно? — тихо спросила она.
— Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности.
Бекки стиснула губы, не отвечая сразу. Внутри что-то щемило, но наружу она не дала ни малейшего признака эмоций.
— Это моя жизнь, и я сама могу решить что для меня правильно, а что нет. Ответила Бекки серьёзным тоном.
Фрин шла позади, чувствуя, как ревность словно растёт с каждым их словом и движением. Её сердце билось быстрее, а пальцы непроизвольно сжимали ремни рюкзака.
Почему они так близки? Почему я снова остаюсь в стороне? — думала Фрин, стараясь дышать ровно, но глухая боль в груди только усиливалась.
⸻
Марис наклонилась ближе к Бекке, едва касаясь её плеча.
— Ты знаешь, я всегда буду рядом, — прошептала она.
— Если что-то случится...
Фрин не выдержала. Она ускорила шаг, догоняя их.
— Эй! — выкрикнула она, глотая воздух. — Хватит!
Бекки резко обернулась, глаза расширились от неожиданности.
— Фрин...
— Ты что, не видишь? — продолжала Фрин, чуть задыхаясь. — Она ведёт себя так, будто это только она важна!
Марис отступила на шаг, глаза сжались в узкую щель.
— Спокойно, — сказала она ледяным тоном. — Не делай сцену на тропинке.
Фрин с нахмуренным лицом даже не знала что ей ответить девушке, чтобы задеть её.
— Мне надоело это всё! закончите свои недоотношения на нашем месте, а главное на едине. — А сейчас я предпочитаю покинуть эту не состыковочную компанию.
Бекки заметив злость совмещенной с ревностью Фрин,
побежала за ней сразу как Фрин отошла от них в глубину леса.
Марис в недопонимании просто побежала вслед за ними, и вдруг остановилась увидев как они отошли к левый край за дерево, к которому она решила подойти и подслушать их разговор.
Бекки стояла с отдышкой, вся на нервах всматриваясь в Фрин
— Перестань пожалуйста.. ты ведь знаешь меня. — Сказала Бекки девушке, взяв её за руку
Фрин наклонила голову и надула губки, показывая Бекки как она жаждет ласки и объятий.
Бекки медленно поднимает руку к щекам Фрин, приподнимая голову Фрин замечает силуэт краем глаза.
Фрин не сдержалась: она резко шагнула к Бекке, обняла её за талию и, прежде чем кто-то успел среагировать, прижала губы к её губам.
Бекки замерла. Сердце бешено забилось, дыхание сорвалось. Она не успела опомниться, как Фрин держала её крепко, буквально не давая уйти.
Марис стояла в нескольких шагах, молча, взгляд её был холодным, но напряжённым. Она знала: этот поцелуй принадлежал Фрин, и именно этот факт ожесточал её внутренне.
Ночь, туман и лес — и в этот момент остались только две души, сцепленные друг с другом, и одна — наблюдающая со стороны.
Тропинка наконец вывела их на поляну. Туман начал рассеиваться, открывая пространство, и впереди уже виднелись следы, ведущие к дороге.
Фрин немного отстала, измотанная не столько дорогой, сколько собственной ревностью и напряжением. Она шла, кусая губы и стараясь не смотреть на Бекку и Марис, которые держались вместе.
⸻
Марис наклонилась к Бекке, её голос был едва слышен:
— Мы должны поговорить. Только ты и я.
Бекки устало кивнула.
— Ладно.
Они отошли чуть в сторону, ближе к высоким деревьям, оставив Фрин стоять на поляне.
Фрин стиснула кулаки. Сердце колотилось, дыхание стало тяжёлым. Её взгляд следил за каждой их тенью, за каждым жестом.
⸻
— Ты понимаешь, что она слишком молода, — сказала Марис низким, спокойным тоном. — Ты запутаешь её и себя. Я не хочу, чтобы ты страдала, Бек.
— Марис... — Бекки провела рукой по волосам, устало вздохнув.
— Всё не так просто.
— Всё очень просто, — перебила Марис, шагнув ближе. — Ты сама знаешь, кто был рядом с тобой все эти годы. Я. Кто всегда поддерживал тебя, когда остальные отворачивались? Я.
Она коснулась её руки, мягко, но настойчиво.
— И я всё ещё здесь.
⸻
Фрин не выдержала. Она шагнула вперёд, слова вырвались сами:
— Хватит!
Бекки вздрогнула, обернувшись. Марис резко отдёрнула руку, но её глаза сверкнули злостью.
— Ты всё подслушиваешь? — холодно бросила она.
— Я вижу достаточно! — выкрикнула Фрин, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Ты лезешь туда, где тебе давно не место.
Бекки сжала виски ладонями, её голос сорвался:
— Замолчите обе!
Тишина повисла над поляной. Даже птицы на мгновение стихли.
⸻
Фрин опустила взгляд в землю, чувствуя, как горло сжимается от обиды.
Марис стояла неподвижно, губы её были плотно сжаты.
А Бекки смотрела то на одну, то на другую, ощущая, как сердце разрывается пополам.
Они долго шли молча. Ни один не решался нарушить тишину. Поляна сменилась тропой, тропа вывела их к дороге.
У обочины уже стоял автобус, часть коллег собирались у дверей, смеясь и обсуждая прошедшую ночь. Никто и не догадывался, какие бури бушевали в тесной палатке и на тропинке сквозь лес.
Бекки шагала первой, её лицо было непроницаемым. Она разговаривала с коллегами ровным тоном, словно всё было в порядке.
Марис стояла чуть позади, легко улыбаясь, мастерски скрывая холод в глазах. В её манерах не было и намёка на ночной скандал.
Фрин замыкала цепочку. Она держала голову чуть выше, чем обычно, но пальцы дрожали, когда она бралась за поручень автобуса.
Вечером весь коллектив собрался у большого костра. Кто-то играл на гитаре, кто-то рассказывал истории, смех и разговоры смешивались с запахом дыма и жареного мяса.
Фрин сидела рядом с Марис, чуть поодаль от центра. Оба лица были в полумраке — лишь отблески огня освещали их глаза. Они молчали, каждая погружённая в свои мысли, но обе следили за одной и той же фигурой.
Бекки отошла к стоянке шашлыка, где на решётках шкворчало мясо и овощи. Она склонилась над шампурами, ловко переворачивая их.
К ней подошла новенькая — младшая коллега, едва недавно устроившаяся в отдел. Девушка была энергичной, живой и смущённо улыбалась, когда заговорила с Беккой.
Бекки рассмеялась в ответ, что-то тихо сказала, поправляя ей волосы, которые упали на лицо от порыва ветра. Младшая покраснела, а Бекки коснулась её руки, помогая подержать шампур.
⸻
Фрин замерла. В груди кольнуло так, что дыхание сбилось. Она видела это — лёгкие прикосновения, мягкость голоса Бекки, тот самый тон, который сводил её с ума.
Рядом Марис так же сжала губы. В её глазах вспыхнул огонь — ревность, злоба, но и странная боль.
Они обменялись взглядами. Две соперницы — но в этот миг их объединяло одно: ненависть к той сцене, что разыгрывалась у шашлыков.
— Мы так просто не отдадим её, — прошептала Фрин, глядя прямо на Марис.
Марис усмехнулась холодно, но в её голосе прозвучала решимость:
— Впервые ты говоришь умную вещь.
⸻
Они встали почти одновременно. Две фигуры, такие разные, подошли к Бекке и младшей, будто случайно.
Фрин первой заговорила, улыбнувшись, хотя её сердце рвалось наружу:
— Ну что, нужна помощь? Мы ведь тоже умеем шампуры крутить.
Марис шагнула ближе и добавила с тонкой насмешкой:
— А то вы тут слишком увлеклись вдвоём.
Бекки подняла взгляд — и в её глазах мелькнула тень растерянности. Она не ожидала их «союза».
Младшая смутилась, отступила чуть назад, а Фрин и Марис почти одновременно встали по обе стороны от Бекки, словно невидимая дуга сомкнулась вокруг неё.
⸻
Огонь трещал, искры летели в небо.
И в эту ночь у костра началась новая игра — игра втроём против четвертой, где ревность и притяжение переплелись ещё сильнее.