Глава 17: Взгляд в сторону
Джиселла
Прошло уже несколько дней с тех пор, как я оказалась в этой академии. И с каждым новым утром здесь становится всё труднее дышать. Будто стены этой школы пропитаны насмешками, а воздух — презрением.
Никто не называет меня по имени. Вместо него я слышу лишь омерзительное прозвище — «блевотина». Оно звучит со всех сторон: шепотом, в полголоса, с усмешкой. Словно я не человек, а ошибка, от которой все стараются держаться подальше.
Иногда мне кажется, что каждое из этих слов впивается в меня, как тонкие, острые иглы, рвущие душу на кусочки.
А парни... они вообще будто считают меня игрушкой. То дернут за волосы, то шепнут что-то грязное на ухо, то нагло ухмыльнутся и едва не ударят по заднице. Один раз я всерьёз подумала, что стоит пойти к ректору.
Но... не решилась.
Что я скажу?
Что они издеваются надо мной, потому что я не такая, как все? Потому что я серая, чужая, худая, с застывшими глазами?
— Тебе не кажется, что я немного похудела? — Кэтрин разглядывала себя в зеркале, стоя в нижнем белье.
Мы только что вышли из душа. Я сидела на скамье посреди парилки.
Кэтрин выглядела спокойно, уверенно. Несмотря на то, что у неё тоже неидеальная фигура, она не стеснялась ни капли. Она приняла себя. И я... завидовала. Пусть даже чуть-чуть. Мне бы тоже так — смотреть на своё отражение и не испытывать отвращения.
— Джисель, ты что, язык проглотила? — Кэтрин повернулась ко мне, удивлённая моим молчанием.
— Да. Ты похудела, — выдавила я наконец.
— Серьёзно? — Она прищурилась, будто не ожидала услышать это.
— Да. Правда.
Кэтрин и правда старалась. Она работала над собой, хотела измениться. А я... я просто пыталась выжить.
— Джисель, будь у меня возможность, я бы с радостью отдала тебе пару килограммов, — усмехнулась Кэтрин, натягивая на себя топ.
Я невольно улыбнулась. Её лёгкость в словах немного грела.
— Ты права... — тихо произнесла я. — Я действительно хочу прибавить вес. Но без моих лекарств у меня не выходит. Я даже боюсь становиться на весы.
— Тебе нужно проверить свой вес, — сказала она серьёзно.
Я опустила взгляд, упёрлась ладонями в скамейку и уставилась на свои ступни.
— Я боюсь, что весы покажут ещё меньше, — прошептала я.
— Не бойся. Кто знает, может, ты даже прибавила немного, — с надеждой в голосе произнесла она.
— Вряд ли... — я покачала головой.
Кэтрин прищурилась и сдвинула брови:
— Ты боишься снова встретить Киллиана в спортзале?
— Если честно... да. Думаю, он злится на нас за ту выходку. Мы тогда были... слишком резкими.
— Мне плевать, злится он или нет, — отрезала она. — Главное, чтобы держался от тебя подальше. Но... — Кэтрин неожиданно замолчала, а потом лукаво улыбнулась. — Тот блондин, его друг... он, ну... ничего такой.
— Ты положила на него глаз? — удивилась я. — Не забывай, он сосед Киллиана.
— Знаю... просто... — она не успела закончить.
В баню вошли несколько девушек. Они громко переговаривались, но, увидев меня, резко замолчали. Потом послышались злобные шепотки и хихиканье.
— Эй, гляньте, кто здесь у нас, — вскинула брови высокая блондинка. Я узнала её — Лиза. Та самая, что врезалась в меня в первый же день.
— Ну надо же, наша Блевотина жива и даже в баню пришла, — добавила вторая, с фальшивой улыбкой.
— Надеюсь, ты не заблевала кабинки своим дерьмом? — Лиза скрестила руки на груди и с презрением уставилась на меня.
Я почувствовала, как сжимаются пальцы, как сердце сжимается от унижения.
— Эй! Оставьте мою подругу в покое! — резко встала Кэтрин, вставая между мной и Лизой.
— Оу, и толстуха вступается, — усмехнулась та, что стояла позади.
— Сама толстуха, — буркнула Кэтрин и толкнула её в плечо. — Проваливайте.
— Эта Блевотина опозорилась перед красавцем академии! — вдруг закричала шатенка, стоявшая в стороне. — Она заслуживает, чтобы её вышвырнули отсюда!
Грудь сжала боль, как будто от этих слов меня ударили по-настоящему.
— Это не ваше дело! — я резко поднялась со скамейки, прижав полотенце к груди. — Идите по своим делам.
— О боже... — протянула Лиза, лениво осматривая меня с головы до пят, словно я была ничтожеством. — Ты видела себя? Просто ходячий скелет. Ужасно.
— И вправду, — усмехнулась шатенка, стоявшая рядом. — За тебя и схватиться-то не за что. Одна кожа да кости.
Их слова пронзили меня словно иглы — острые, хладнокровные. Сжались плечи, потупился взгляд. Я почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Хотелось спрятаться. Исчезнуть. Прижала полотенце крепче, будто оно могло защитить меня от унижения.
Что если оно соскользнёт?
Что если они увидят мою плоскую грудь и начнут смеяться ещё громче?
— Оставьте её в покое и убирайтесь к чёрту! — рявкнула Кэтрин, встав между нами. Её голос гремел, как удар грома.
— Пф-ф... — фыркнула Лиза и неожиданно толкнула меня в плечо.
Я не удержалась на мокром кафеле и рухнула вниз, больно ударившись бедром о плитку. Холодный пол тут же прилип к коже, пробив меня дрожью.
— Ты слишком часто лезешь нам поперёк, — процедила Лиза. — Больше не смей появляться здесь, когда здесь мы.
— Мы вообще-то пришли раньше вас! — вырвалось у меня, сжав зубы, поднимаясь с пола.
— Вот именно! — добавила Кэтрин, вскипая от злости.
Я молча прошла мимо них, дрожа от унижения. Подобрала своё платье и скрылась в кабинке, поспешно захлопнув дверь.
Ещё бы чуть-чуть — и они бы увидели моё тело. Ещё бы немного — и издевки бы усилились.
Я торопливо оделась, не давая себе расплакаться. Не здесь. Не при них.
Когда вышла, Кэтрин уже ждала. Мы молча покинули баню, не оглядываясь.
— Я просто не могу их выносить, — зло сказала она, когда мы вышли в коридор. — Эти самодовольные, злобные курицы...
— Я тоже, — ответила я, всё ещё чувствуя на себе их взгляды.
— У вас когда начинается урок?
— Через десять минут, — я выдохнула, стараясь вернуть себе контроль. — Аслан сказал, что сегодня будет практика. Просил прийти в спортивной форме.
— Ого, что-то новенькое. А этот Аслан... какой он? — спросила Кэтрин, и это немного удивило меня.
— Ты не знаешь? Разве он не преподаёт у вас?
— Нет, — покачала она головой. — У нас какой-то старик, жутко скучный. Я бы не отказалась от молодого и симпатичного, вроде твоего Аслана.
— Ты шутишь? — нахмурилась я.
— Вовсе нет.
— Я как-то не задумывалась о его внешности, — пробормотала я, немного смутившись. — Думала, он ведёт у всех.
— Ну, тебе повезло.
Я легонько ткнула её локтем в плечо:
— Перестань. Он взрослый мужчина.
— Но красивый, — мечтательно протянула Кэтрин.
— Мне он кажется... странным.
— Почему? — прищурилась она.
Я на мгновение задумалась. Перед глазами всплыло, как он пристально смотрел на моё бельё, как опасно близко подошёл в тот день, когда задавал вопросы. Это было... слишком. Но я не хотела делиться с Кэтрин — вдруг я всё преувеличила? Возможно, мне просто показалось.
И как только я подумала об этом — Аслан появился в коридоре, как будто материализовался из моих мыслей. Он шёл прямо к нам, в своей неизменно чёрной одежде, и в его шаге чувствовалась уверенность.
— Джисель, — остановился он напротив меня, — урок начинается через пять минут. — Его взгляд скользнул по моему телу, чуть задержавшись на обнажённых плечах. — А ты всё ещё не переодета в спортивную форму.
— Извините, сэр. Я сейчас, — выговорила я, стараясь не выдать смущения.
Кэтрин подмигнула мне и грациозно удалилась, оставляя нас наедине. Я поспешно направилась к лестнице, ведущей на третий этаж.
Но перед тем как свернуть за угол, я всё же обернулась — и поймала на себе его взгляд. Он всё ещё смотрел мне вслед.
Что-то в этом взгляде заставило моё сердце забиться чуть быстрее.
Меня прошиб озноб. Я резко ускорила шаг, почти побежала по коридору, будто убегала от чего-то страшного. В груди скапливалось волнение, накатывая волной за волной, и я чувствовала себя так, будто стала героиней фильма ужасов. Жертва. Та, за кем следят.
Я поднялась на второй этаж. Сердце колотилось в груди, но я пыталась дышать ровно.
И вдруг — шаги. Знакомые голоса. Смех.
Парни из моей группы. Те самые, от которых мне хотелось исчезнуть.
Я опустила взгляд и попыталась проскользнуть мимо, стараясь не дышать. Но едва я сделала шаг, как чья-то рука резко схватила меня за локоть. В ту же секунду другая — прижалась к моим губам.
— Тише, блевотина... тс-с, — зашипел мне в ухо знакомый голос. Дерек. Его дыхание было горячим, он стоял у меня за спиной, сжимая рот так сильно, что я не могла ни закричать, ни вздохнуть.
Я застыла. Не в силах вырваться. Они уводили меня — тихо, быстро, как призраки, скользя по пустым коридорам. Я не могла сопротивляться. Просто шла, как загипнотизированная.
Вскоре мы оказались в какой-то незнакомой комнате. Один из них щёлкнул замком, и дверь захлопнулась.
Паника захлестнула меня. Грудь сдавило, мысли спутались. Я чувствовала, как подкашиваются колени. Хотела закричать, но было слишком поздно.
Я пожалела, что не пошла к ректору. Почему я промолчала?
— Привет, крошка, — сказал Дерек, подходя ближе. Остальные остались в тени, наблюдая, словно дожидались сигнала. — Как делишки?
Я попятилась, прижимаясь к стене. Она была холодной. Как и их взгляды.
— Зачем вы меня сюда притащили? Что вам нужно?! — сорвалось с моих губ. Я пыталась быть сильной, но голос дрожал.
— О, ничего особенного, — ухмыльнулся он, медленно приближаясь. — Просто... хочу поближе познакомиться. Например, узнать, что ты прячешь под формой.
Где-то в углу хмыкнули. Смех. Тихий, мерзкий.
Я вжалась в стену, как могла, сжимая край платья. Сердце грохотало так громко, что казалось, они тоже его слышат.
Я не знала, что делать.
Как быть?
Эти парни... они были извращёнцами.
— Отпустите! — Я рванулась к двери, но Дерек схватил меня и с силой прижал к стене.
— У тебя не хватит сил сбежать, рыженькая, — хмыкнул он, его рука сомкнулась на моём запястье.
— Я буду кричать! — паника сдавила грудную клетку, голос сорвался на крик.
— Кричать будешь, когда я тебя трахну, — произнёс он, громко и без стыда.
— Почему именно я?! — Я выкрикнула это, не выдержав — то ли страха, то ли унижения.
— Потому что ты здесь одна. Жалкая. А ещё — ты блеванула на Киллиана, — ухмыльнулся он, глядя на меня с мерзким удовольствием.
— Он попросил вас это сделать? — прошептала я, уже не надеясь на ответ, просто цепляясь за хоть какую-то логику.
С Киллиана, правда, можно было ожидать чего угодно.
— Какая, к чёрту, разница? — Дерек пожал плечами. — Я сам захотел. Просто хочу тебя. Прямо сейчас. Что скажешь?
Его палец медленно коснулся моего лица, скользя по щеке с мнимой нежностью, за которой пряталась откровенная грязь.
— Нежная кожа, — прошептал он, наклоняясь так близко. — Первый раз трогаю такую белую кожу... пахнешь розой. А внизу ты тоже такая белая или рыжая?
Его палец добрался до моих губ. Он давил на них, больно, унизительно.
— Отвечай, — пробормотал он, не отрывая взгляда от моей груди.
Мне стало тяжело дышать. Страх парализовал движения, но я всё же нашла в себе силы — оттолкнула его руку.
— Отстань! — закричала я. — Не смейте меня трогать!
— Дай-ка загляну под платье, — Дерек резко рванул подол вверх. Я едва успела понять, что происходит — моё платье уже было задрано, и они втроём уставились на мой живот и бёдра.
Синие трусы. Они их разглядывали. Словно это было что-то дозволенное.
— Нет! — взвизгнула я, вцепившись в ткань, пытаясь натянуть её обратно. Но его руки были слишком сильны — он держал меня, как куклу. — Не надо! — вырвалось из меня срывающимся голосом.
Я дергалась, извивалась, но чувствовала, как быстро сдают мои мышцы. Слабость, обострённая страхом, сковала меня до онемения.
— Уля-ля, — довольно протянул Дерек, улыбаясь в сторону остальных. — Кто хочет первым прикоснуться к этой крошечной дырочке?
Слёзы хлынули по моим щекам — солёные, жгучие. Их взгляды обнажали меня сильнее, чем действия. Они вторгались в моё тело, в мою душу, не касаясь по-настоящему, но разрушая всё.
Мне хотелось кричать ещё громче. Хотелось бороться, укусить, ударить, убежать. Хотелось отомстить. Но я знала — у меня нет сил.
Я была одна.