Академия подлости (РЕДАКТИРУЕТСЯ)

— Здорово, Килл, — протянул руку парень с первой парты. Его звали Дэвид.

— И тебе, — ответил я, пожав ладонь.

— Как сам?

— Нормально.

Эти ребята пытались завести со мной дружбу. Не знаю зачем. Может, просто не хотели проблем. Я с первого дня показал, что шутки со мной плохи — возможно, с тех пор они просто меня побаивались.

— Слушай, Килл, все видели, как эта рыжая на тебя блеванула, — начал он, усмехнувшись и кивнув в её сторону. — Не хочешь ей отомстить?

Я перевёл взгляд на Джиселлу. Она даже не осмелилась повернуться ко мне — сидела на первом ряду, будто пряталась.

— Это лишнее, — отрезал я.

— Да ладно тебе. Она откровенно унизила тебя. Ей бы не помешал маленький урок.

— Я сказал — это не нужно, — процедил я сквозь зубы, злобно глянув на него.

— Ладно, ладно, не кипятись, — Дэвид поднял руки в примирительном жесте. — Если ты не хочешь, мы сами разберёмся. Она тут одна такая, мы не можем упустить шанс повеселиться.

Не знаю почему, но во мне вспыхнула злость. Я резко схватил Дэвида за ворот рубашки и потянул на себя, заставляя встать. Его стул со скрипом отъехал назад. Наши взгляды встретились.

— Я сказал, это лишнее, — тихо, но резко. — Не заставляй меня повторять. И даже не думай к ней прикасаться. Понял?

Он судорожно кивнул. Я оттолкнул его, откинулся на спинку стула и начал постукивать ручкой по парте, чтобы сбросить напряжение.

Взгляд сам по себе вновь упал на рыжую. Она сидела впереди, будто зажата невидимой пружиной. Смотрела в одну точку, не моргая.

Напряжённая.

Что-то её явно тревожило.

Чёрт.

Меня бесил Дерек — тот самый, что постоянно сидел на задней парте и доставал её. Сегодня он опять дергал её за волосы. Раз за разом. Смеялся.

Что-то внутри меня задергалось вместе с ногой. Я злился. Сам не понимаю почему... но мне было отвратительно видеть, как кто-то прикасается к ней.

Как будто она была чем-то... не его.

Это чувство — незнакомое, тупое, тяжёлое — защита? Привязанность?

Ненавижу это.

Стараюсь выглядеть равнодушным, а внутри всё пылает от неприязни. К нему. К себе. К ситуации.

Почему она молчит? Почему не отвечает ему, не отталкивает?

Что с ней?

Это бесило ещё сильнее. Бесило, что она сжимается от каждого его прикосновения и ничего не делает.

Словно уже привыкла.

Словно не считает нужным сопротивляться.

Какая же она странная.

Дерек не останавливался.

Во мне нарастало напряжение. Я уже не просто стучал ногой — я сжимал кулаки. Сердце стучало в ушах.

Я вмешаюсь — буду выглядеть дураком?

Наверное.

Но если не вмешаюсь...
...я себя возненавижу.

Я уже собирался вмешаться, но меня остановил резкий звук распахнувшейся двери. В класс вошёл он — наш преподаватель по психологии, или, как мы его между собой называли, псих.

Сел за кафедру, бросив поверхностный взгляд на аудиторию. Его появление всегда приносило с собой какое-то внутреннее раздражение.

С самого первого дня между нами была неприязнь. Мы чуть не сцепились.
А после того, как он избил меня прямо перед всей группой — я окончательно понял, что однажды отомщу. Не спонтанно, не на эмоциях. Хладнокровно. В нужный момент. Я просто жду, когда он наступит.

Не то чтобы я струсил тогда. Нет.
Я осознанно стерпел, потому что не хотел оказаться в карцере. Пока ещё нет.

— Сэр, вы нашли виновника? — спросил кто-то из парней, обращаясь к Аслану.

— Нет. Но мы его найдём. Он от нас не спрячется, — ответил тот с привычной напускной строгостью.

— Может, ему и не нужно прятаться, — отозвался я, не поднимая взгляда от парты.
— Может, он прямо среди вас?

— На что ты намекаешь, Килл? — раздражённо бросил Аслан, уже предчувствуя, как я испорчу ему урок.

— Кто знает, — пожал я плечами и начал ритмично постукивать ручкой по столу.

— Следи за языком, Килл, — процедил он, — Иначе окажешься в карцере. А там... темно, знаешь?

— Узнаю. Скоро, — усмехнулся я, не пряча вызова в голосе.

Я всегда получал удовольствие, выводя его из себя. В отличие от остальных, я не боялся. И не питал иллюзий.

Мы все оказались в дерьмовом месте. И преподаватели тут — часть этой дерьмовой системы.

Я просто вижу это ясно. А значит — играю по своим правилам.

Аслан недовольно покосился на меня, но промолчал. Вместо этого начал свою нудную лекцию, от которой хотелось выть. Я не слушал ни слова.

Всё моё внимание было сосредоточено на ней — на рыжей.

Она старательно избегала моего взгляда. Сидела неподвижно, словно стараясь стать невидимой. Но чем больше она пыталась игнорировать моё присутствие, тем сильнее я в неё вглядывался.

Сжатые губы, напряжённые плечи, затаённое дыхание.

Я ощущал, как её тревога будто пульсирует в воздухе. Она чувствовала, что я смотрю. И это её пугало.

Мне нравилось, что она не могла быть равнодушной.

Лекция, наконец, закончилась.
Парни шумно вышли из аудитории, один за другим. Я задержался. Она — тоже. Стояла на месте, будто чего-то выжидала. Или кого-то опасалась.

Проходя мимо, я сделал вид, что не замечаю её, но взгляд всё равно скользнул вбок.

Она меня боится.

Но почему от этого мне хочется подойти ещё ближе?

В коридоре меня уже ждал Сэм.

— В столовую? — спросил он.

— Нет. Сначала в спортзал. Невозможно качаться с набитым желудком, — усмехнулся я.

— Согласен.

Спортзал был единственным местом здесь, где я чувствовал себя живым.

Это была территория силы. Территория контроля.

Тут нельзя было быть слабым, иначе тебя быстро сотрут. И не важно — словом, кулаком или чем-то похуже.

Сэм тоже был из тех, кто предпочитал силу — и телом, и характером. Мы задержались у входа, перекинулись парой слов с парнями, и только потом зашли внутрь.

***

Как только мы переступили порог спортзала, мой взгляд мгновенно нашёл её.

Джиселла.

Она стояла у беговой дорожки, рядом с полноватой девушкой, которая уже бегала, отдуваясь.

Чёрт. Почему она повсюду?

— Вижу, — буркнул я в ответ на молчаливый локоть Сэма в бок.

Девушки были на другом конце зала, и вроде бы нас не заметили. Или сделали вид.

Мне было плевать.

Я пришёл сюда работать. Я сниму футболку. Пусть смотрит. Пусть отворачивается. Мне всё равно.

— Может, подождём, пока они уйдут? — осторожно предложил Сэм.

— Нет. Я не собираюсь от кого-то прятаться.

— Ты же будешь полуголый? — хмыкнул он.

— Буду, — отрезал я.

Я снова посмотрел на неё.

И понял:

Она притягивает меня. Как магнит. Как опасность.

И именно поэтому я не мог — и не хотел — отвести взгляд.

Она наблюдала за своей полненькой подругой и... улыбалась.

Впервые я увидел её такой.

Улыбка полностью изменила её лицо.
Словно свет скользнул по нему, высветив невесомую, почти болезненную красоту — хрупкую, тихую, упрямо живущую где-то глубоко внутри.

На мгновение всё замерло.

Звук. Пространство. Даже я.

Словно из всего мира осталась только она — с этой своей улыбкой.

Я забыл, кто я. Забыл, что злился. Забыл, зачем пришёл.

В этот момент я принадлежал только ей. Или её улыбке.

Подруга, не подозревая о моём внимании, вдруг повернула голову и встретила мой взгляд.

— Боже, Джисель, он здесь! — ахнула она, судя по мимике.

Рыжая резко обернулась.

Наши взгляды встретились.

Её глаза распахнулись в испуге — и она инстинктивно отшатнулась, словно от удара.
Моё присутствие пугало её. И мне это... нравилось.

Полненькая девушка остановила беговую дорожку и подошла к ней.

Они зашептались, бросая взгляды в нашу сторону. Что-то бурное обсуждали, очевидно — меня.

— Может, всё-таки подождём, пока они закончат? — неуверенно предложил Сэм. — Мы их явно напрягаем.

— Нет. Мы пришли тренироваться, и это не их дело, — отрезал я, не отводя взгляда от Рыжей.

Она была без очков. Почему она их не носит, если плохо видит? Или хочет казаться сильной? Незаметной?

Я снял кофту, затем стянул с себя футболку.
Оказался по пояс голым — и плевать, как они на это отреагируют.

Мне нужно было сбросить напряжение.

Разминка. Медленно, по привычке, начал вращать шеей, разогреваясь.

Мышцы приятно тянулись, мысли немного отпускали.

Подошёл к турнику.

Он скрипнул — старый, но надёжный. Я обхватил перекладину. Холодный металл в пальцах заземлил меня.

Начал подтягиваться.

Каждое движение — медленное, выверенное.

Каждый выдох.

Мышцы вздувались, то сжимаясь, то расслабляясь, будто я боролся не только с весом тела, но и с тем, что творилось у меня в голове.

Она всё ещё смотрела. Я знал это. Чувствовал.
И, чёрт возьми, мне это нравилось.

Когда у меня не было денег на спортзал, я тренировался на уличном турнике.

Простая железяка, но она сделала меня сильнее.

Поэтому сейчас, каждый подход на перекладине значил больше, чем просто физическую нагрузку — это был мой способ сбросить пар, выбить из головы лишнее.

С каждым подтягиванием я бросал взгляд в сторону рыжей.

Они с подругой всё ещё что-то шептали, и я заметил, как Джисель пыталась увести ту с дорожки.

Но та сопротивлялась — не хотела уходить.

Я усмехнулся. Это было... забавно.
Она явно была не из тех, кто молчит.

Сделав ещё пару подъёмов, я спрыгнул на пол, отдышался.

И тут за спиной раздался резкий, надрывный голос:

— Эй, ты!

Я обернулся. Передо мной стояла её подруга — невысокая, полноватая, с боевым выражением на лице.

Рядом — Джисель, которая пыталась увести её за руку.

— Ты это мне? — переспросил я, вытирая пот с лица.

— Да, тебе! — вскипела она, — Хватит уже! Почему ты преследуешь мою подругу?

— Кэтрин, пожалуйста, пойдём, — тихо сказала Джисель, с явной тревогой в голосе.

— Нет, Джисель, не пойдём! — взвилась та, — Мне надоело смотреть, как он на тебя таращится, как будто ты его собственность!

— Идём, — Джисель всё ещё пыталась увести её, но безуспешно.

— Я не знаю, кто ты — Килл, Киллиан или как там тебя. Но запомни: я не позволю тебе обращаться с ней как с вещью. Ты заставил её пришивать тебе пуговицы, а потом швырнул рубашку в мусор. А ещё — прижал её к стене и угрожал. Ты тронешь её хоть пальцем — и я сразу пойду к ректору!

Я фыркнул и отвёл взгляд.

Честно? Мне не хотелось скандалить с девушкой.

Это было ниже моего уровня. Да и вообще — бессмысленно.

Молча вернулся к турнику и продолжил подтягиваться, полностью игнорируя её слова.

— Ты меня вообще слушаешь?! — снова крикнула она.

Не ответил.

Плевать.

Я не преследовал Джисель. Да и девушки в целом — лишняя головная боль. Сопли, истерики, ожидания.

Одиноким быть легче. Чище.

И спокойнее.

— Девушки, простите моего друга, — вмешался Сэм, и меня это только разозлило. — Во время тренировок он не отвлекается. Давайте поговорим позже, хорошо?

Вот же идиот. За кого он меня принимает?

— Нет! — вскинулась эта Кэтрин. — Пусть отвечает за свои действия! Я не боюсь его! Моя подруга напугана из-за него!

— Кэтрин, прошу тебя, давай уйдём, — умоляла рыжая.

— Тебя зовут Кэтрин? — спросил Сэм, как ни в чём не бывало.

— Да, — кивнула она, немного сбавив тон.

— Я — Сэм, — протянул он ей руку, с дурацкой улыбкой на лице.

Что, чёрт побери, здесь происходит?

Я пытался сосредоточиться на тренировке, но это становилось невозможным.

Мой взгляд снова и снова возвращался к ней. К Джисель.

Джисель.

Чёрт, даже имя у неё красивое.

Мне всё в ней нравится. И это — проблема.

Я бы только рад, чтобы она ушла. Чтобы не стояла тут, не отвлекала. Не путала мне голову.

Слишком сильное влияние. Слишком опасная близость.

Кэтрин ответила на рукопожатие Сэма.
Он улыбнулся ей, и мне это не понравилось. Совсем.

— Хотите потренироваться с нами? — предложил он.

Вот теперь ты точно идиот.

— Нет! — резко отрезала Джисель, и голос её ударил по мне, как ток.

У неё был потрясающий голос. Чистый, немного напряжённый — но живой.
Такой голос невозможно забыть.

Я резко спрыгнул с турника, развернулся и отошёл в другую часть зала.

Слишком близко. Слишком сильно. Мне нужно расстояние. Воздух.

Я чувствовал, как сердце колотится где-то в горле, как в висках гудит кровь, а мысли путаются, превращаясь в сплошной шум.

Они ещё что-то обсуждали — я не слушал.

Не мог.

Просто вернулся к тренировке.

Неловкой, скомканной, почти бесполезной — но хоть какой-то.

Потому что всё остальное внутри меня сейчас было — беспорядком.