Академия подлости (РЕДАКТИРУЕТСЯ)

Со страхом и бешено колотящимся сердцем я поднялась в свою комнату, до конца не осознавая, что только что произошло. Эти парни... они ведь едва не раздели меня прямо там. На глазах у всех.

Боже, куда я попала?

В груди всё кипело от злости и унижения. Я всерьёз подумала пожаловаться ректору. Но как только в памяти всплыла сцена, где Аслан избивал Киллиана — жестоко, хладнокровно, не оставив ни шанса даже на сопротивление, — я передумала.

Нет. Пока рано. Дам им один шанс. Только один. Если повторится — я пойду до конца.

Я машинально взглянула на часы, чтобы узнать, сколько времени до первого урока...
И замерла.

На циферблате стояло "19 лет".

Вчера там было "20".

Минус один год.

Глаза расширились. В горле пересохло.
Что это значит? Почему?

Я не сделала ничего хорошего, наоборот — день прошёл в страхе, гневе и унижении. Почему срок уменьшился?

Что, чёрт возьми, происходит?..

Мои мысли путались, но желудок выдал меня с голодным урчанием. Не было сил размышлять — я отправилась в столовую, надеясь, что хотя бы еда поможет отвлечься.

Как только я вошла, меня накрыла волна ароматов — жареное мясо, специи, тёплый хлеб... Впервые за день я почувствовала, как по телу пробегает почти приятная дрожь.

У плиты стояла та же кухарка, что и вчера. Она жарила что-то с явным наслаждением, ловко переворачивая куски на сковороде.

Но взгляд мой задержался на незнакомце.

В самом центре столовой сидел мужчина лет пятидесяти. Он ел медленно, с достоинством, и на его лице было странное выражение — спокойствие и сила одновременно. Он не выглядел, как ученик.

И я, почему-то, захотела того же, что ест он.

Но знала: кухарка мне этого не даст.

Но... я должна попробовать. Хоть чуть-чуть.

— Здравствуйте, — осторожно начала я.

Кухарка мгновенно обернулась, её лицо исказилось.

— А! Это снова ты, — выкрикнула она, указывая на меня пальцем, как на преступницу. — Та самая, которая загадила мне кухню!

— Извините... Я правда не хотела. Всё вышло случайно.

— Случайно?! — завелась она ещё сильнее и шагнула ближе. — Ты ушла, оставив всё в мерзком состоянии! Я, между прочим, выматывалась после тебя, как проклятая! Пол вечера убирала за тобой, адепта!

—Я не...

— Убирайся отсюда! — взвизгнула кухарка, размахивая лопатой прямо перед моим лицом. — Немедленно!Сегодня останешься голодной, поняла?

—Нет... — я ощутила, как голос предательски дрожит. — Пожалуйста... Я ничего не ела со вчерашнего дня. Дайте хоть кусочек, прошу вас...

—Я сказала — вон!

— Дайте девушке то, что она просит, — неожиданно раздался за моей спиной глубокий, ровный мужской голос.

Я резко обернулась.

Он стоял прямо за мной — мужчина лет пятидесяти, с прямой осанкой и умным, цепким взглядом. Волосы с лёгкой сединой были аккуратно зачёсаны назад, на лице — опрятная борода, придававшая ему ещё больше солидности.

—Зачем вы мучаете эту девушку? — спросил он спокойно, становясь рядом со мной. — Разве она просит невозможного?

Кухарка явно стушевалась. В глазах мелькнул страх.

—Но... господин Эдгар... она же...

— Довольно. — Он поднял ладонь, не повышая голоса. — Выполни приказ.

Та молча кивнула, быстро повернулась и, ворча себе под нос, начала накладывать еду в тарелку. Через минуту она передала её мне, не глядя в глаза.

— Приятного аппетита, адепта, — процедила она сквозь зубы и поспешно скрылась за стойкой.

Я осталась стоять с горячей, ароматной тарелкой в руках. Сердце всё ещё колотилось.

— Спасибо вам, сэр, — я слегка склонила голову, стараясь не выдать, как сильно он меня впечатлил.

—Пустяки, — Эдгар мягко похлопал меня по плечу. — Ешь спокойно. Здесь и так слишком много зла. Мой тебе совет: научись давать отпор. Только так ты сможешь выжить в этом месте.

Я удивлённо вскинула брови. Выжить? Не учиться, не адаптироваться, а выжить?

Эдгар поправил пиджак, как будто только что завершил что-то незначительное, и спокойно покинул столовую, оставив после себя ощущение странного покровительства. Всё-таки... мир ещё не совсем лишён добрых людей.

Я посмотрела на тарелку перед собой. Еда казалась роскошью. Но желудок напоминал — не стоит спешить. После вчерашнего... меня легко могло снова стошнить. Я села за ближайший свободный стол, стараясь быть как можно незаметнее.

Горячий пар поднимался от супа, наполняя воздух ароматом трав и специй. Я сделала первый осторожный глоток. Он обжёг язык, но был восхитительно вкусным. Желудок благодарно заурчал, и я улыбнулась. Наконец-то что-то нормальное в этом безумном месте.

Но вскоре покой нарушил резкий, металлический голос, хрипящий из динамика, встроенного в стену:

— Внимание, внимание! — раздался голос Аслана. — Обращаюсь ко всем ученикам академии. Немедленно собраться в зале ожидания. Повторяю: немедленно собраться в зале ожидания.

Я вздрогнула, отложила ложку. Что теперь? Почему такая срочность?

Поспешно доев остатки супа, я аккуратно убрала за собой посуду, стараясь не реагировать на сверлящий взгляд кухарки, который буквально прожигал мне спину, и почти бегом направилась к залу ожидания.

Когда я распахнула тяжёлые двери, сердце застучало сильнее: я немного опоздала. Зал был почти полон. Но всадники ещё не появились.

Моментально десятки взглядов обернулись на меня. Шепот поднялся, как волна, пронёсся по рядам. Я уже знала, о чём они говорили — и не собиралась обращать внимание.

Стараясь сохранить лицо, я уверенно направилась к Кэтрин и Джуди, которые оставили для меня место.

—Привет, — прошептала я, становясь рядом.

—Привет, Джисель. Как ты? — спросила Джуди с сочувствием в глазах.

—Всё нормально, — ответила я, выдав лёгкую улыбку.

—Я переживала, — шепнула Кэтрин. — Ты отдала ему рубашку?

Я кивнула.

—И как он отреагировал?

Я вздохнула, вспоминая, как Киллиан швырнул свою рубашку в мусорное ведро.

—Ужасно, если честно.

—Что случилось? — спросила Кэтрин, хмуря брови.

—Он выбросил рубашку в мусорку, — тихо ответила я.

—Вот гад! — вспыхнула Кэтрин. — Я сразу сказала, что он урод. Скажи, ты его хоть как-то отшила?

—Не-а, — покачала я головой. — Я просто... обиделась и убежала.

Она шутливо, но ощутимо толкнула меня в плечо.

—Ай! — взвизгнула я и инстинктивно схватилась за руку. — Больно же.

—Слабачка, — усмехнулась Кэтрин.

Мы стояли в напряжённом ожидании, пока зал не наполнился странной тяжестью. И наконец, спустя добрую десятку минут, двери с грохотом распахнулись, и в зал ворвался Аслан — как ураган, как дикий зверь, выпущенный из клетки.

Его лицо было искажено гневом, каждый мускул дрожал от ярости. Он метал глазами в толпу, как будто пытался вырвать из нас тайну. Воздух стал тяжелее. Мы затаили дыхание, надеясь, что его взгляд пройдёт мимо.

Он прошёл мимо нас, но вдруг остановился напротив Киллиана. Их взгляды встретились — и замерли, как две холодные стали. Затем Аслан снова пошёл вдоль шеренги, сцепив руки за спиной. Его шаги — глухие и ритмичные — били по нервам, как удары молота.

—Вы все такие... невинные, — наконец заговорил он, с отравленной усмешкой. — Но мы прекрасно знаем вашу суть! — его голос набирал силу, будто буря поднимается с горизонта. — Знаем, кто вы есть на самом деле.

Я сжала пальцы в замок, чувствуя, как холодный страх проникает в кожу. А вдруг он знает про меня? Про то, что говорят?

—Наркоманы. Воры. Убийцы, — продолжал он, шаг за шагом рассекая ряды. — Кто-то из вас вчера нарушил правила Академии. А мы не прощаем тех, кто их нарушает.

Его глаза остановились на мне, и я невольно опустила взгляд в пол. Сердце стучало в груди как барабан в тишине, каждый удар был как выстрел.

—Кто-то покинул территорию Академии без разрешения, — проговорил Аслан с ядом в голосе.

Я резко подняла взгляд на Киллиана. Он стоял в начале шеренги с гордо поднятой головой — как будто ничего не произошло. Но я видела. Видела, как он вчера спускался по стене.

Сказать ректору?

Нет.

...Или да?

Киллиан встретился со мной взглядом. В его глазах была холодная угроза. Он знал, что я видела. И он давал понять: молчи.

—Мало того, что этот человек покинул академию, — продолжил Аслан, — он ещё и оставил... след. Приведите!

Охрана выскользнула из зала и через минуту вернулась. Двое мужчин несли между собой девушку. Нет... волокли. Она была безвольна, как кукла. Когда её бросили на пол, по залу прокатилась волна непонимания и шока.

—Вот что оставили после себя, — сказал Аслан, указывая на её тело. — Её нашли мёртвой. У озера.

Я замерла. Мысли остановились, будто весь мир внезапно перешёл в режим замедленной съёмки. Мёртвая?

Никто не понимал, что происходит. Девушка лежала без движения, её лицо — словно застывшая маска. Так выглядит смерть?

Я вновь взглянула на Киллиана. Он уже смотрел на меня. Его взгляд... был пугающе тяжёлым. Как удар в солнечное сплетение. Он будто предупреждал: «Попробуй скажи хоть слово — и ты будешь следующей».

Аслан продолжал говорить:

—На теле девушки нашли следы изнасилования. Это значит, что преступник — мужчина. И, судя по уставу, он из третьей группы.

Я слышала, как кто-то в ряду всхлипнул. Я же не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Это не мог быть просто несчастный случай. Это было жестокое, осознанное преступление.

— А как мы все знаем, — Аслан медленно подошёл к Киллиану, — ты, Килл, у нас — единственный с подобным прошлым. Убийца. Насильник. Или мне напомнить, за что ты здесь?

Киллиан не дрогнул. Лицо оставалось безразличным, голос — холодным:

—Вы не можете обвинять меня без доказательств.

—Разумеется, не могу, — кивнул Аслан. — Но я уверен. И не только я. Мы все видим, кем ты являешься.

—Если бы я это сделал, — прошипел Киллиан, — вы бы не догадались. Я бы не оставил следов.

—Вот именно, — усмехнулся Аслан. — Ты же у нас настоящий профессионал, да? Мастер в насилии. Поэтому я даю тебе шанс. Признайся сейчас — и, возможно, получишь меньшее наказание.

— Я ничего не делал. Найдите доказательства. Или свидетеля. Вы же говорите, что кто-то видел.

Наступила зловещая тишина.

Аслан повернулся... и посмотрел на меня.

Взгляд был холодным. Я отвела глаза, сжала подол юбки. Руки задрожали.

Он знает...

— Я уверен, что кто-то видел, — сказал он, повышая голос. — И если этот кто-то будет молчать — он станет соучастником. Неужели вам не жалко девушку, которая погибла? Которую изнасиловали?

Моё дыхание сбилось. Всё тело онемело от ужаса. Я должна сказать... должна... Но язык прилип к нёбу. А в голове звучало: если скажешь — он тебя убьёт.

— Спрашиваю в последний раз! Кто-нибудь видел, кто покидал академию вчера ночью?!

Тишина. Гнетущая, как бетонная плита. Никто не двинулся. Никто не сказал ни слова.

Я обернулась. И снова — глаза Киллиана. Его взгляд был словно кинжал, пронзающий насквозь. В нём не было страха. Только ярость, предупреждение... и презрение.

Почему я молчу?

Почему я не могу сделать правильный выбор?

От автора:

Дорогие мои читатели, как вам глава?

Как вы думаете кто виновник?

Пишите свое мнение и поддержите меня звездой ❤️❤️⭐️⭐️