Зов Маяка

Вечер накатывал медленными волнами на их корабль. Облака расплылись в разные стороны, показывая всему миру ярко-красное солнце, и позволили почти что летней теплоте растечься по пространству. Ветер не был тем жестоким ублюдком, что портил всё настроение при каждом выходе на палубу. В данный момент он был именно таким, каким его предпочёл бы видеть Сэм во всех их корабельных похождениях.

Сэм не знал, почему тот вечер ощущался настолько волшебным и странным. И абсолютно не хотел его разрушать, позволяя книгам захватить его разум и вернуть к размышлениям.

Хотя – нет.

Думать ему абсолютно не хотелось.

До ужаса сильно хотелось вчитаться в расплывающийся перед глазами текст и перестать думать. Абсолютно.

Сэм тяжело выдохнул и поудобнее устроился на деревянном полу. Он прятался ото всех на корме. В самой её отдалённой части, на которую, чтобы попасть, нужно было пройти через каюту, принадлежащую самому Сэму. Тут был небольшой участок, ограждённый от основной части стеной с дверью, открыв которую можно было обнаружить ступени, ведущие непосредственно в каюту Сэма.

Сэм был счастлив обнаружить это место годами ранее. Тут всегда можно было незаметно выкурить трубку, если следить за тем, чтобы в противоположном конце корабля никого не было – именно оттуда чаще всего и был виден этот участок. А так же тут можно было расслабиться.

Потому, закинув ноги на стену, противоположно размещенную его голове, он спокойно читал. Скоро это место накроет темноте и тогда Сэму придётся либо тащить сюда свечу, либо оставаться в каюте и терять те минуты приятного наслаждения, которые он проводил сейчас тут.

Конечно, «Карманный Оракул» Бальтасара Грасиана казался ему сейчас далеко не таким увлекательным, каким он посчитал его, когда покупал... Но читать было больше нечего, так что Сэм довольствовался тем, что есть.

И пока он читал, то отчаянно пытался забыть, что под его головой лежит котомка с книгой внутри. Другой книгой.

Тишина, до того тягучая и безразличная, внезапно раскололась пронзительным свистом. Сэм подпрыгнул на месте, рывком возвращаясь в реальность, и мысленно выругался, понимая, кто нарушил его покой.

– Я тут! – прокричал он, стаскивая ноги со стены и захлопывая книгу. Через мгновение он приобрёл сидящее положение и повернулся к двери, за которой раздался практически неслышный скрип половиц.

Дин явно не нашёл способа лучше сообщить о себе, чем свистнуть.

Засранец. Сэм прекрасно видел картину того, как довольная улыбка вырастает на лице Дина, если бы тот выловил момент страха Сэма.

Настоящий засранец.

Через мгновение дверь скрипнула и распахнулась, являя взъерошенного Дина с тем самым диким блеском в глазах, который Сэм видел так часто в самых разных ситуациях. На миг его брат замер, оглядывая небольшое пространство, словно впервые его видел, после чего перевёл взгляд на Сэма и шумно выдохнул.

– Дин, – осторожно произнёс младший Винчестер. – Что...

– Этот, – резко перебил его Дин, – как его, блин, звать? – он щёлкнул пальцами перед лицом Сэма, пытаясь вспомнить. Вскоре его лицо прояснилось. – Кастиэль.

– Что с ним? – Сэм нахмурился, поднимаясь на ноги. – Очнулся?

– Нет, но, походу, скоро очнётся. Идём, мистер Врач. Оценишь его состояние.

После этих слов Дин скрылся за дверью. И Сэм направился вслед за ним.

Корабль пронёсся перед глазами Винчестера так быстро, что растворился в тёмных красках на периферии его сознания. Ноги тянули его всё дальше и дальше, обходя, казалось бы, тысячи дверей одним махом. Только перед той самой каютой Сэм сбавил шаг и, наконец, распахнул деревянную дверь.

Каюта, в общем-то, нисколько не изменилась. Только пространство будто сузилось, натянулось и дрожало от напряжения, что сочилось со всех щелей. И основным его центром было торнадо под названием «Габриэль», с горящими, как и у Дина, глазами, с диким видом, будто он был готов порвать эти верёвки нахрен, лишь бы добраться до «Касси». И частично этого торнадо касался и сам Кастиэль.

Младший принц ворочался, бормоча какую-то несуразицу. Стоило Сэму подойти, как он заметил приоткрывшиеся веки и виднеющиеся белки глаз. Руки Кастиэля мяли простыни, ноги уже сбили одеяло далеко вниз, вышвырнув его на пол. Вся одежда, как и волосы, пропиталась потом.

– Чего ты стоишь, а? – рявкнул неожиданно громко Габриэль, выводя Сэма из транса. – Я клянусь, если вы ему сейчас не поможете, я, блять, распутаюсь и прикончу вас всех нахер!

Сэм бросил на него быстрый взгляд, а через мгновение уже метнулся к выходу, огибая неподвижно стоящего на пороге Дина. Ноги его несли в сторону камбуза, туда, где всегда была вода. Он знал, что она там была. Она не могла там не быть. Потому что спуск к самому морю был бы пустой тратой драгоценного времени.

По пути Винчестер заскочил в свою каюту и забрал с собой раскладной ящик и по совместительству – аптечку.

В камбузе его будто ждал Бобби. Он поднял взгляд. Их глаза пересеклись. После чего последовал кивок в сторону бочки с водой, в которой не было ни единой грязной посудины, и Сэм метнулся к ней, попутно выхватывая пустой котелок, стоящий на полу.

– Помощь нужна?

Сэм быстро взглянул на Бобби.

– Пока что нет. Но вскоре понадобится. У него лихорадка.

Бобби сосредоточенно кивнул – видимо, знал всю ситуацию – но Сэм этого и не заметил, направляясь в сторону бочки с водой.

Котелок оказался заполненным за считанные секунды, а полотенце – слава Богу, чистое и вымытое _ покоилось на краю этого самого котелка. Сэм в последний раз кивнул Бобби и понёсся в сторону каюты принцев.

Ворвавшись внутрь, он поставил котелок и их недо-аптечку на землю, после чего принялся обтирать пышущее жаром лицо младшего принца под бесчисленные комментарии старшего. Дин помогал ему, удерживая чужие мечущиеся конечности по кровати. А Сэм в это время пытался сбить лихорадку всеми доступными способами, которые знал и которые вычитал когда-то сам. И подумывал о том, что им придётся в какой-то момент сунуть принца в холодную воду за бортом. Потому что полотенце и обтирания – это, конечно, хорошо, но, когда тело полностью окружено прохладой хотя бы на некоторое время – это ещё лучше.

Когда Кастиэль безвольной куклой лежал на кровати и не двигался, ведь они только-только с Дином убедились в том, что лихорадка спала, Сэм ещё долгое время сидел на чужой кровати под пристальным взглядом Габриэля и ожидал нового припадка.

Через мгновение Сэм устало выдохнул и с силой потёр глаза, протягивая Дину опустевший котелок.

– Отнеси Бобби, или он нам руки за него поотрубывает.

Дин ничего не сказал – даже не отшутился. Просто молча взял котелок и вышел из каюты в коридор, негромко скрипнув дверью. Половицы под его ногами пронзительно скрипели и вскоре этот скрип затерялся уже где-то вдали – где-то, где Дина ждала вся команда, выжидая ответов на их вопросы. В одну каюту поместиться всем одновременно было невозможно, а создавать толкучку в коридоре, когда нужно свободное пространство – было бы верхушкой глупости.

Сэм медленно покачал головой. Его взгляд перенёсся на Габриэля и замер на нём. Но Габриэль не смотрел на него. Его глаза теперь не отрывались от фигуры Кастиэля на кровати, а руки, снова прижатые к выступу в стене, недовольно подёргивались.

– Если хочешь... – начал было Сэм, но его перебили.

– Ты дал Касу три дня на то, чтобы выздороветь, – медленно промолвил Габриэль. – Уже прошла неделя. Ещё одна. И мы до сих пор тут. И у него лихорадка. И вместо того, чтобы вышвырнуть меня вместе с ним на одном из берегов, вы помогаете нам, – Габриэль плавно перевёл взгляд на Сэма. – Почему?

«Потому что мы никогда не оставляем нуждающихся в помощи на произвол судьбы», – вспомнились Сэму слова Бобби Сингера. Старые, как этот мир. Но от того не менее правдивые.

Вместо того, чтобы ответить, Винчестер махнул рукой в сторону тюфяка принца, где он был привязан надёжными узлами. После чего просто поинтересовался:

– Что думаешь?

Габриэль ничего не ответил – только сильнее дёрнул путы, желая поскорее высвободиться. И Сэм ему позволил, направляясь к тюфяку и начиная отвязывать длинные верёвки.

Именно так и случился первый из многочисленных в будущем припадков Кастиэля.

Сэм уже подумывал остаться в каюте принцев с котелком в руках, чтобы иметь возможность добраться до Кастиэля за считанные секунды и сбить его жар. Но вскоре отказался от этой идеи и предпочёл просто заглядывать в ту самую каюту два раза в час. И попутно наблюдать за Габриэлем, который не сводил глаз с Каса так же само, как и Сэм.

Никто так и не заговорил о том, чтобы высадить принцев. Сэм боялся этого разговора, хотя сам не знал почему. Возможно, Винчестеру не хотелось, чтобы те, кого поручили ему, перешли в небезопасные руки других. А, возможно… возможно, Сэм просто не знал причины, предпочитая держаться на расстоянии от этих мыслей.

Спустя один день Сэм снова застал Габриэля за сказкой, которую тот рассказывал Кастиэлю.

Он практически бесшумно вошёл, прикрыв за собой дверь, и дважды моргнул, прежде чем осознал, о чём говорит старший принц. Тот замолк лишь на секунду, но после – продолжил, приподняв уголок губ в ухмылке. Он рассказывал с закрытыми глазами, будто очень устал, и Сэм заметил под его глазами тёмные круги.

Принц не спал.

И, видимо, ещё долго спать не будет, потому что буквально в тот же момент у Кастиэля снова начался приступ.

И Сэму снова пришлось его обтирать и сбивать температуру, пока Дин удерживал чужие конечности.

***

На следующий день Сэм снова оказался в той же самой каюте.

– Серьёзно? Снова? Что на тебя нашло, Винчестер?

На самом деле, в вопросе Габриэля Сэма больше волновало присутствие раздражения. Будто принца не устраивало то, что делал Сэм.

– Если ты против…

– Я? Ни в коем случае. Но у Касси может случиться снова припадок, и я не хочу опять оказаться виноватым в том, что даже не зависит от меня! – выпалил принц, разводя руками. Мгновением спустя выражение его лица изменилось и поверх тяжести, которая навалилась за эти дни на Габриэля, легла привычная уже Сэму беззаботность. – Ладно. Хорошо. Я не против.

Сэм не ответил на это.

Он просто протянул руку и развязал узлы на чужих кистях, освобождая их. Невольно, но Габриэль всё-таки выдохнул с облегчением, после чего подтянул  к себе и по привычке начал растирать.

– Вставай с кровати, – потребовал от него Сэм.

Габриэль от удивления даже руки перестал растирать – втупился в Сэму растерянным взглядом и непонимающе нахмурился.

– Есть, капитан, – буркнул он.

– Тебе нужно расслабиться, – объяснил ему Сэм. После чего спокойно, будто так и надо было, протянул принцу свою трубку, уже аккуратно заполненную табаком. – Я знаю это.

Габриэль медленно и переводил взгляд с него на трубку и обратно. После чего кивнул на Кастиэля и негромко хмыкнул, запихивая руки в карманы.

– Он всегда пытался отучить меня от этого дерьма.

– Ты не курил несколько дней. Имеешь право, – пожал плечами Сэм и практически вытолкнул Габриэля из каюты, пренебрегая тем, что скажет Дин и остальные, если увидят их.

Или не пренебрегая.

Сэм повёл Габриэля в сторону своей каюты, постоянно оглядываясь и попутно следя за Габриэлем, идущим позади себя. Их шаги одинаково громко разносились по коридору, и только через долгое мгновение к Сэму пришло осознание того, что он позволил Габриэлю идти позади себя. Он никогда никому и ни при каких обстоятельствах не позволял идти за своей спиной – не считая всю его команду, естественно. Никогда.

Но в то же время коридор был слишком узким, чтобы менять положение. Потому Сэм предпочёл просто пережить это.

Скрип второй двери, расположившейся в другом конце комнаты Сэма, отразился в его ушах намного громче, чем скрип первой, входной. Но Сэм всё равно отшагнул назад и позволил Габриэлю пройти к ступеням.

– Что это за место? – поинтересовались у него. – Прячешься от всего мира тут?

– Может быть, – пожал плечами Сэм. После чего подтолкнул Габриэля к проходу. – Иди уже.

Габриэль показушно закатил глаза, но вскоре скрылся за дверью, и Сэм безмолвно последовал за ним. Ступени скрипели под ногами, тишина на мгновение, как и темнота, окутала их и загребла в свои сети.

Сэм не хотел становиться её частью.

Не хотел.

Потому его рука скользнула перед Габриэлем, когда они добрались до конца ступеней, и распахнула ещё одну – третью дверь.

Яркий дневной свет резанул по их глазам.

– У вас тут... прям лабиринты, – выдохнул принц, осторожно ступая на тот маленький участок корабля, который принадлежал лично Сэму.

– Это моя заслуга, – просто ответил Винчестер. Проморгавшись, он шагнул вслед за Габриэлем и прикрыл за собой дверь. – Я лично соорудил этот проход. У Дина, если я не ошибаюсь, и то ли у Джо, то ли у Эллен в каюте тоже есть что-то подобное.

– Ты сейчас про мисс и миссис Блондинок?

– Они не блондинки.

– Пардон. А «Дин»? Тот чувырло, что меня связал? Нормально связал?

Сэм одарил Габриэля испепеляющим взглядом.

– Я нормально завязываю узлы.

– Чеши мне больше, и, возможно, я тебе поверю.

Сэм ничего не ответил – только преувеличено раздражённо выдохнул и шагнул к борту, за которым море гневно разбивало свои волны о дерево. Сила, с которой оно настигало их галеон, не то, чтобы пугала Сэма... Она больше напрягала его.

Возможно, скоро будет шторм.

Сэм резко повернулся к Габриэлю лицом и кивнул в сторону трубки в его руках.

– Подпалить?

Габриэль уставился на него. А через мгновение опустил взгляд на трубку в руках. И протянул её назад Сэму, с очень, очень приторной улыбочкой вкладывая ему её в руки.

– Оставь себе.

– Хочешь насладиться свежим воздухом, или как? Удивительно, – Сэм внимательно всмотрелся в чужое лицо. – Тебя не подменили случаем?

Габриэль негромко фыркнул и в два шага оказался у бортов рядом с Сэмом. Он замер, втянул носом прохладный воздух и позволил ветру обдать свои волосы. Через мгновение его взгляд скользнул дальше по пространству и остановился прямо на лежащем на полу одеяле, поверх которого была брошена Сэмом сегодня утром старая книжка.

– Что читаешь? – Габриэль посмотрел на Сэма.

– «Кассандра» Ла Кальпренеда, – Сэм взглянул на Габриэля и заметил блуждающую по его глазам искру интереса. – Слышал о ней?

Габриэль переступил с ноги на ногу и прикусил изнутри щеку, явно пытаясь сдержать усмешку.

– И не только.

– Читал?

– Что-то вроде.

– И как тебе?

– Неплохая.

– И это всё, что ты скажешь об этой книге?

Габриэль медленно повернул в его сторону голову и уставился на него.

– Нет, ну, я, конечно, могу рассуждать о структуре, идее и жанре этой истории, о том, как Аполлон по-своему жестоко обошёлся с самой Кассандрой, и могу рассуждать о понятиях справедливости этой истории,– спокойно произнёс Габриэль, говоря так, будто это было самое банальное и неинтересное занятие в мире. Вот только что-то в его взгляде… что-то в нём было такое… что-то, что, как Сэм подумал, могло его отвлечь. – Но не думаю, что тебе будет это...

– Валяй, – бросил Сэм, пряча трубку в карман. Ему больше не хотелось двигаться, куда-то спешить, что-то делать.

Он под долгим, даже пронзительным взглядом шагнул в сторону и подобрал с пола одеяло. Книгу отложил в сторону. А само одеяло протянул Габриэлю – только слепой бы не заметил, как тот подрагивал от непредсказуемых порывов ветра.

Принц сомкнул пальцы на ткани и без слов накинул его себе на плечи. Казалось, он был вовсе не удивлён поступку Сэма. Будто ожидал этого.

– А если я скажу, что хочу послушать твоё мнение об этой истории? – принц поплотнее укутался в одеяло и его верхушку накинул себе на голову. В отличие от Сэма, его ноги были скрыты за опадающими тканями, тогда как Сэма одеяло никогда не скрывало полностью. 

В другой бы раз Сэм посмеялся над этим, но сейчас вместо этого он просто смотрел на Габриэля с некоторым удивлением.

– Я... – начал было Сэм, но принц его перебил.

– Ты дочитал её?

– Да, я её сейчас перечитываю...

– Вот и чудненько, – усмехнулся Габриэль, опираясь о борт и направляя взгляд в море. – Я слишком часто рассказываю, чтобы снова открывать рот. Как бы я не любил это.

– Ты можешь рассказывать.

– Я рассказывал тебе. Сказку.

– Ты рассказывал её Кастиэлю.

– Если ты слушал, то, значит, я рассказывал её и тебе. Всё. Знать ничего не хочу. Рассказывай.

Сэм некоторое время просто смотрел на Габриэля, как на что-то диковинное и странное. Возможно, того действительно подменили – потому что на лице не играло напускное веселье, а между бровями так и вовсе залегла маленькая морщинка. Габриэль выглядел настроенным на дальнейшее слушание, и никто, уж тем более Сэм, не мог ему помешать.

И Винчестер сдался.

Он глянул на небо, на проплывающие мимо тучи и начал говорить – о сюжете, героях и об истории в общем. Почему считает её необычной и почему... Почему снова перечитывает её. Хотя объяснить её важности для себя Габриэлю он не посмел – слишком уж личной ему казалась сама предыстория.

Это была не та книга, которую Сэм всегда таскал с собой в котомке. Он наоборот любил её прятать где-то в каюте, подальше от чужих глаз и непогоды. Потому что она была не менее важна, чем та, что лежала в котомке: Дин подарил её Сэму ещё в детстве, украв с полки старой библиотеки. И хотя старший Винчестер так и не признался в том, как достал её, Сэм прекрасно помнил свой восторг. Помнил, как брат всучил ему книгу на его день рождения с широченной улыбкой. Помнил, как впервые её читал, боясь даже перелистывать страницы, чтобы не порвать. Помнил, как положил её рядом со своей головой, когда ложился спать, и как уснул, не сводя с неё глаз.

Это была одна из самых первых прочитанных им книг.

Наверное, именно из-за этих воспоминаний Сэм странно расслабился, когда уловил искренний интерес в чужих глазах.

Шум нападающих на их корабль волн больше не отвлекал. Сэм ничего не замечал, кроме молчаливого взгляда Габриэля, направленного на него.

– В мире Ла Кальпренеда страсть не противостоит добродетели – она лишь испытывает её на прочность, – после маленькой паузы, залёгшей в его словах, добавил он. – Не думаю, что ты прям нуждался в этой информации, но ты сам этого захотел.

Габриэль не ответил – даже когда Сэм изогнул бровь в ожидании этого ответа. Принц стоял и глядел на море, будто желал, чтобы то воспламенилось под его взглядом.

И молчал.

Это было абсолютно нетипично для парня, который не умолкал ни на секунду даже когда его оставляли наедине с «молчаливым» братом.

– Знаешь, – Габриэль бросил на него мимолётный взгляд, – тебя интересно слушать. Никогда не планировал стать учителем?

Сэм закусил изнутри губу в попытках сдержать усмешку.

– Не думаю, что меня бы допустили к этому.

– Если бы ты не был пиратом – или если бы люди не знали, что ты был пиратом – из тебя бы получился неплохой такой учитель.

– А из тебя – писатель, – Сэм поднял руку и неловко потёр заднюю часть шеи. – Твои сюжеты – это что-то с чем-то.

Гейб негромко фыркнул.

– Я только и умею придумывать. А писать – ни-ни.

– Но мог бы попробовать.

– Пробовал. Мне не понравилось. Я не люблю сидеть на одном месте долго.

Сэм больше не сдерживал себя – и улыбнулся.

– Похоже на тебя.

Габриэль на это лишь закатил глаза и поплотнее укутался в тёплую ткань одеяла. Он, казалось, хотел сбежать от этого разговора, ставшего слишком открытым для них обоих. И даже никак не прокомментировал то, что сказал Сэм по поводу книги, словно хотел просто выслушать его, а не вступать в дискуссию.

Потому в эту самую дискуссию решил вступить Сэм.

– Аполлон был глуп, – вдруг произнёс Винчестер, – в своих попытках навязать любовь.

– Они оба были глупы, – произнёс принц, не отрывая взгляда от моря. – Но и Кореб не был тем, в ком она нуждалась. Он не верил ей.

– Никто не верил ей и её предсказаниям будущего, потому что Аполлон наложил на неё проклятие, – покачал головой Сэм. – И всё потому, что она отказала Аполлону в любви. Ты хочешь сказать, что «сила любви» должна была побороть проклятие?

– Нет, – отрицательно качнул головой принц. – Но он не должен был быть таким категоричным – особенно, если влюбился в неё.

Сэм негромко хмыкнул в знак согласия.

Тут – да.

Это правда.

И если вспомнить то, что сам он никогда никому из своих редких пассий не рассказывал о том, кто он такой на самом деле… то Габриэль действительно был прав.

– Кореб...

– Сэмми!

Сэм замер, вцепившись руками в борт. Его сердце оглушительно бахнуло в груди, глаза перебежали с Габриэля на дверь и обратно. Если Дин сейчас поднимется сюда и обнаружит Габриэля... Сам принц, похоже, тоже всё прекрасно понимал, потому оглянулся в сторону моря. Словно был уже готов кинуться с бортов вниз, к рассекающим водную гладь волнам.

Сэм практически сразу же представил, как после начинает вылавливать Габриэля из объятий моря.

– Что, Дин? – крикнул он и махнул рукой в сторону Габриэля, показывая, чтобы тот не двигался. После чего направился в сторону двери.

За считанные секунды Сэм спустился по лестнице и оказался в своей каюте, глядя на Дина, застывшего перед его дверью, с удивлением.

– Зачем... – начал было он, но его перебили.

– Две новости: пропал тот придурок, что был старшим из принцев, и младший... – Дин отрывисто выдохнул и взмахнул руками, вынуждая Сэма обратить на них внимание. На ладони виднелась пара царапин, поставленных явно недавно. – Он очнулся.

***

Стоило последним словам Дина прозвучать в воздухе, как дверь за их спинами распахнулась и в каюту на всех парах влетел Габриэль – взъерошенный, беспокойный, с тем диким блеском в глазах, который Сэм видел у него всего лишь пару раз. Дин ошеломленно отступил, растерянно глядя на принца, а Сэм попытался если не заслонить, то хотя бы встать между ним и Габриэлем.

Но Габриэль не обратил ни на кого из них внимания.

Он просто обогнул Дина и выскочил в коридор, выстроив свой маршрут к их каюте. Все мысли о книге, о разговоре, о страхе перед ожидающими Сэма объяснениями и оправданиями в миг рухнули, и Сэм понёсся вслед за Габриэлем, игнорируя брошенное Дином «ЭЙ!» ему вслед.

С ним Сэм разберётся чуть позже.

Коридор пронёсся перед глазами размазанными тенями и тусклыми бликами. Впереди Сэм заметил Габриэля, скользнувшего в последнюю каюту, и рванул за ним. Дверь не успела даже скрипнуть – поддалась слишком легко. И Сэм ворвался в каюту, подобно урагану и Габриэлю одновременно. После чего резко повернулся к кровати Кастиэля.

Его встретила пара ярко-голубых глаз.

– Отойдите от него! – словно издалека услышал Сэм раздражённое требование Габриэля. – Отойдите от моего чёртового брата!

Сэм с силой оторвал себя от созерцания Кастиэля и только-только заметил в этой комнате других людей.

Эллен и Бобби вцепились в плечи Кастиэля, Джо пыталась помочь удержать его. А Сэму вдруг вспомнились две тонкие, будто незначительные царапины на руке Дина.

Кастиэль, что... Поцарапал его?

Возможно, ситуация показалась бы Сэму забавнее, если бы не накалившаяся вокруг обстановка.

Потому что буквально мгновением ранее Бобби заслонил собой проход Габриэлю, не давая тому пройти.

– Бобби, – спокойно промолвил Сэм. – Он его брат.

– Он – наш пленный, – ледяным тоном оповестил его Сингер.

В это время до них с порога донёсся недовольный голос Дина.

– Ну, тут ты, похоже, ошибаешься, – бросил он. – Ведь Сэмми считает, что мы можем выпускать Габриэля наружу, без каких-либо проблем.

– Это он выпустил? – брови Джо пружиной подскочили вверх.

– Габриэль был в его каюте.

Пока находящиеся в комнате переговаривались, Сэм осторожно обогнул Эллен и оказался лицом к лицу с Кастиэлем. Через мгновение рядом с ним выросла фигура Габриэля, которая явно была настроена на очень жестокое и изощрённое убийство, если кто-то снова не подпустит его к брату.

– Я очень надеюсь, что ты меня царапать сейчас не будешь, – буркнул себе под нос Сэм, обращаясь к Кастиэлю и аккуратно склоняясь над его раненным боком, которое никак не могло перестать кровоточить ещё несколько недель назад.

Но Кастиэль, казалось, его проигнорировал, потому что его взгляд был прикован ко мнущемуся у кровати Габриэлю.

– Как себя чувствуешь, Касси? – донеслось до Сэма, отчего тот чуть ли не закатил глаза. Старшие братья слишком часто вели себя как безэмоциональные идиоты, неспособные хоть немного...

Его размышления прервал сам Кастиэль.

– Où sommes-nous?¹ – тяжело поинтересовался он. Его низкий голос прокатился по каюте и натянулся как струна в своей силе.

Французский, будь он проклят.

Но Сэм был уверен, что Кастиэль знал английский. Просто не хотел рисковать в присутствии незнакомцев, даже пока вокруг стоял такой шум.

Габриэль легко ухмыльнулся – и эту ухмылку Сэм буквально почувствовал спиной, пока аккуратно развязывал один за другим слои бинтов. На месте раны остался только тусклый шрам, отчего Сэм с облегчением выдохнул, окончательно снимая все бинты до последнего.

– Пиратский корабль.

– П... - Кастиэль, казалось, захлебнулся в собственных словах. Он вслед за Габриэлем перешёл на английский. – Что?

– Добро пожаловать! – донёсся до них голос Дина. – Сэмми? Спирт с тобой? Меня тут просто немного ранили. Не хочу подхватить инфекцию.

Кастиэль медленно оторвал взгляд от Габриэля и перевёл его на Дина, словно на свою новую мишень, которая до этого его не так уж сильно и беспокоила.

– Прикоснёшься ко мне ещё раз, – его лицо приобрело привычных для знати высокомерных оттенков, – я тебе всю руку отгрызу.

– Тогда сразу же полетишь за борт.

– Вместе с тобой.

– Прекратили, – осадил их Бобби, – оба. А с меня этого спектакля хватит.

Выходя, старик сунул в руки Дина деревянную, почти никем и никогда неиспользоваемую флягу со спиртом. Эллен осталась в каюте, вместе с Джо, и переводила свой цепкий взгляд с одного человека на второго, особенно долго задерживая его на Габриэле. Через мгновение она, внимательно подбирая каждое слово, промолвила:

– Если я замечу вас двоих на палубе за чем-то подозрительным, то, клянусь, сразу же вышвырну с корабля. Без возможности вернуться.

Габриэль поднял на неё взгляд. Кастиэль тоже сосредоточился, а Сэм просто пораженно уставился на Харвелл.

Но вставить ни слова не успел.

– Ты думаешь, что я не замечала, что узлы, которые я несколько раз лично завязывала на руках Габриэля, менялись? – обратилась к Сэму Эллен. – Или что я не видела вас тогда, когда вы оба выходили на главную палубу?

Дин поперхнулся воздухом. Сэм стиснул зубы и попытался отыскать хоть какое-то оправдание, но вместо этого натыкался только на пустоту.

– И, – продолжила Эллен, – если ты так ему доверяешь, то не доверять ему я не имею права.

Сказав это, она развернулась и, наконец, ушла, оставив после себя одну только тишину в комнате. Её паутина расползлась между ними довольно быстро, опутав с ног до головы Сэма, сжимавшего в руках использованный бинт, но так и не коснулась Габриэля.

Потому что буквально через минуту принц ожил и быстро повернулся к брату и что-то сказал – что-то, что Сэм не сразу разобрал.

Кастиэль ответил ему, и в этот раз Сэм отчётливо расслышал слово «Non».

– Раз уж спектакль действительно окончен, то я буду счастлива уйти отсюда, – произнесла Джо, бросая то на Сэма, то на Дина быстрые взгляды.

После чего повернулась к Кастиэлю и Габриэлю, и её лицо так и кричало: ей отчаянно хотелось что-то сказать. Возможно, поведать миру про то, что она до сих пор не может поверить, что находится на одном корабле с принцами, или про то, что им на самом деле нельзя было «доверять», как сказала Эллен. Но за мгновение она передумала и лишь недовольно качнула головой.

– Моя мама уже всё сказала. Удивительно просто. Но, Сэм, – Джо обратилась к Сэму, и Сэм выровнялся в плечах: да, перед ним сейчас стояла младшая версия Эллен, это несомненно. – Когда-нибудь твоя слишком умная голова своими решениями сведёт нас всех в могилу.

После этих слов Джо развернулась и вышла из каюты, оставляя только их четверых: Кастиэля, Дина, Габриэля и Сэма.

Сэму Винчестеру на миг показалось, что всё происходящее – не жизнь, а чья-то дурная комедия. И по взгляду Габриэля он понял: тот чувствовал то же самое.

***

– Sont-ils toujours comme ça ?²

– On a eu de la chance. ³

– Je ne le nie pas. Mais évidemment, – лохматая чёрная голова кивнула в сторону входной двери, явно намекая на уже скрывшегося в коридоре Дина, – il n'est pas très heureux de notre présence ici. ⁴

– Crois-moi, personne n'est heureux.⁵

– Je ne pense pas que ce grand type hirsute avec qui tu as fait irruption dans notre chambre soit si contrarié.⁶

Габриэль тихо хмыкнул, чем заслужил очень, очень, ОЧЕНЬ недовольный взгляд Сэма со стороны. Мгновением спустя принц быстро отвернулся в попытке скрыть смешок в рукаве рубахи.

Сэм закатил глаза. Он не думал, что знание французского когда-нибудь понадобится ему так, как сейчас. Потому что, если судить по не так уж успешно скрытому недоумению на лицах других, никто понятия не имел о теме разговора двух братьев.

А он…

Ему просто не нравилось, когда его назвали «лохматым здоровяком». Он не был таким уж лохматым. А то, что по сравнению с ним все были слишком низкими – абсолютно не его вина.

Никакого уважения в этом мире.

– А можно добавки? – почти что впервые за весь вечер промолвил Габриэль «человеческим» языком.

– Нет, – спокойно ответил Сэм. – А если хочешь добавки – берёшь свои продукты и сам себе готовишь.

Габриэль вскинул руки в знак капитуляции.

– Без проблем. Я просто хотел отвесить комплимент повару.

– Он не любит, когда к нему подлизываются, – с кривоватой улыбкой подсказал Сэм. – Так что даже не надейся.

Сэм сидел в каюте Габриэля и Кастиэля, листая страницы старой потрёпанной книги. Именно он принёс еду двум братьям и именно он сейчас ждал возможности забрать тарелки и пойти в свою каюту. Почему-то в данную секунду он чувствовал себя прислугой (действительно, почему?), но был уверен, что Дин не оценил бы бродящих по всему кораблю Кастиэля и Габриэля. По крайней мере, не оценил бы сегодня.

– Я планирую завтра их уже повести на палубу. Пускай хоть что-то своими белыми ручками поделают, – сказал часом ранее Дин, сцепив перед собой замочком пальцы огрубевших рук, покрытых мозолями и теми двумя царапинами, оставленными Кастиэлем.

Его ногти уже были чёрными от бесконечной работы, как и у Сэма, и частично поломанными. А кожа так и вовсе утратила свою природную мягкость.

Потому Сэм прекрасно понимал негодование Дина: его недовольство решением Эллен, недоверие по отношению к двум принцам, раздражение на наивность самого Сэма, о которой тот успел раз двести напомнить. Казалось, теперь Дин вообще решил не спускать с брата глаз. Но в то же время… его можно было понять.

Пальцы скользнули по странице, переворачивая её. И Габриэль снова повернулся к Кастиэлю.

– Как ты себя чувствуешь? – легко спросил Габриэль на французском.

Кастиэль спокойно пожал плечами, ковыряясь в тёплой похлёбке и кроша под ложкой многие продукты. Казалось, он вовсе не хотел есть, и Сэм был готов его в этом упрекнуть. Но не сейчас. Он почувствовал себя словно в центре какого-то странного личного разговора, в котором один хотел поучаствовать, а второй – нет.

Ему захотелось уйти. Взгляд скользнул к двери, но предпринять ничего не успел.

– Я не знаю. Я просто устал.

– А я думал, что ты успел хорошо отдохнуть, – Габриэль нагло усмехнулся, и Сэм чуть ли глаза не закатил. – Хотя никто не просил тебя следовать за мной.

– Габриэль, – голос Кастиэля натянулся, как струна.

– Что, «Габриэль»? – Габриэль поморщился. – У Габриэля случился сердечный приступ, когда он увидел тебя полуживого на палубе!

Никакого сочувствия – будто не Габриэль быстрее всех оказался в их каюте, когда узнал, что Кастиэль проснулся. Будто не он находился рядом с его постелью часами, рассказывая те сказки про Танцора, Капитана и Маноша. Будто не он потерял все свои краски – и шутки, и веселье, и привычную лёгкость – когда у Кастиэля началась лихорадка.

Сэм приглушённо выдохнул и поднялся со стула, переводя взгляд с одного брата на второго. Те даже не прервали свой разговор, отдавая Сэму наполовину опустевшие тарелки. Винчестер снова почувствовал себя прислугой, потому поспешил сказать то, что он уже успел обсудить с Бобби и Эллен:

– В следующий раз вы будете сидеть в камбузе, – Сэм перевёл взгляд на Габриэля и теперь смотрел только на него. – Мы всё ещё не доверяем вам. Настолько не доверяем, насколько можем. Потому, пожалуйста, не злоупотребляйте своей свободой. 

И когда он оказался у двери, то обернулся в последний раз, чтобы на удивление мягко произнести:

– Разберитесь в своих проблемах, потому что никто не решит их за вас, – Сэм бросил на Габриэля быстрый взгляд, чувствуя себя не в своей тарелке под вниманием одновременно двух принцев. – И… Гейб?

Принц изогнул бровь.

– Расскажи ему сказку, – уголки губ Сэма дёрнулись в добродушной улыбке, когда Габриэль в ответ на его слова только глаза закатил.

Кастиэль в непонимании взглянул на Габриэля.

– О какой сказке он говорит?

Гейб лишь губы поджал в недовольстве.

Сэм поспешно скрылся за дверью, прижимая к груди старую, зачитанную книгу – и даже не понял, что только что впервые назвал Габриэля «Гейбом».

Гейб.

Сэм прочистил горло и спешно направился в сторону камбуза.

___________________________________________

– Где мы?¹(фр)

– Они всегда такие?²(фр)

– Нам ещё повезло.³(фр)

– Не буду отрицать. Хотя он, – лохматая чёрная голова кивнула в сторону входной двери, явно намекая на уже скрывшегося в коридоре Дина, – явно не рад нашему присутствию.⁴(фр)

– Поверь мне, они все не рады.⁵(фр)

– Не думаю, что этот здоровенный, лохматый тип, с которым ты ввалился к нам в комнату, так уж расстроен.⁶(фр)