Зов Маяка

Работы на следующий день оказалось не так уж и много, как изначально предполагал Сэм. Потому не прошло и двадцати минут, как он уже бездумно слонялся по палубе, игнорируя и прохладу, и тишину этого места. Лёгкая туманность окутала всё пространство и плыла по морю, растягивалась в разные стороны и привлекала человеческий взгляд. Сэм протягивал к ней руку – и призрачная вуаль словно растворялась, исчезала из пространства, предпочитая твёрдой хватке пирата свободный ветерок. Винчестер был заворожён туманом и продолжал игнорировать чужой взгляд, остановившийся на нём.

Сэм медленно моргнул, словно силой отрывал себя от наблюдений, чтобы повернуться к морю боком и взглянуть на пока что пустующую палубу. Его взгляд скользнул по ближайшей к нему мачте, к брошенным впопыхах Дином верёвках, к трём грубым ступеням, что вели на возвышение к штурвалу... И только тогда Винчестер посмотрел на облокотившегося о сам штурвал Эша.

Эш несдержанно распахнул губы в мощном зевке и ленивым движением руки прикрыл рот.

Сэм неспешно двинулся к нему.

– Кошмарное утро, а? – Эш потянулся вверх и что-то в его сцепившихся замком руках хрустнуло.

Сэм пожал плечами.

– Мне нравится.

– Туман? – Эш недоумённо взглянул на него.

На что получил точно такой же взгляд.

– А что в нём плохого?

Эш нахмурился, будто и вправду задумался над ответом. За короткую паузу он успел одним движением руки заправить пряди волос назад. Глаза Винчестера скользнули чуть ниже, отчего он узрел тяжёлую серьгу, оттягивавшую чужую мочку уха.

– Не знаю, – наконец-то ответил Эш. – Может, курс сбивает. Может, навевает дурман. Хрен его знает. Чего ты вообще так рано проснулся?

Сэм уже, если честно, привык к тому, что Эш не замечал самых банальных вещей. Потому лишь спокойно подошёл к ступеням и опустился на ту, что располагалась ниже всех. Ветер взъерошил его волосы, а туман не давал чётко взглянуть на картину вокруг себя целиком.

– То, что ты просыпаешься позже меня, даже если спишь на палубе, не значит, что я встаю после тебя, – промолвил Сэм, переплетая пальцы на коленях.

– Весь мир просыпается после меня, – хмыкнул Эш, его голос раздался совсем рядом. И пират опустился на ту же ступень, что и Винчестер.

Похоже, на этот раз Эш не был под кайфом. Когда тот становился самим собой, из него выходил вполне сносный собеседник. Потому Сэм и не удивился, когда через пару секунд оказался втянут в очередной странный диалог.

Эш всё говорил и говорил, будто не мог насладиться чувством того, что его слушают в данный момент. Говорил о тумане, о погоде, о ветре и о том, что постоянно менял направление корабля, чтобы не вывести его к берегам. Говорил о том, что, насколько бы это утро паршивым ни было, он ощущал себя бодрым. А Сэм не хотел ему напоминать о том, что причиной этому послужило отсутствие наркотиков. Он просто позволял этому человеку вести разговор так, будто это было самым привычным для них делом.

– Так насчёт тех ребят, – промолвил Эш после короткой паузы. – Тот, младший, очнулся уже?

Сэм насмешливо изогнул бровь.

– Кастиэль очнулся ещё вчера.

Губы Эша растянулись в круглую букву «О».

– Я тогда должен пойти и передать ему свои поздравления?

Сэм негромко хмыкнул.

– Твоё дело. Но Кастиэль даже в лицо тебя не видел, так что твои поздравления ему будут до фени.

– Печально, - на лице Эша мелькнуло разочарование. Напускное, если чуть внимательнее присмотреться. – Дин говорил, что этих двоих ждёт впечатляющая уборка, когда младший очнётся. То есть, это будет уже сегодня?

Сэм хмыкнул.

– Я очень надеюсь, что нет. А если и будет, я вызовусь за ними присматривать. Сам знаешь, что учудит Дин, если дать ему в руки столько власти.

– Этого старичка, – Эш легко похлопал по деревянной стене рядом с собой, – Невозможно не любить, и в желании сохранить его чистым я полностью поддерживаю Дина.

– Твоя каюта состоит из двухлетней грязи, не забывай про это.

Эш негромко фыркнул и одним махом головы отбросил за спину свою зачёсанную и очень даже ухоженную гриву волос, доходящую ему до пояса. Эш ни за чем так не следил, как за своими волосами, которые когда-то просто отказался подкорачивать.

С тех пор Дин прозвал его русалкой. В тайне от самого Эша, конечно.

Пару минут они просто молчали, вбирая в себя утро и общество друг друга. Это был один из тех моментов, когда они просто понимали друг друга, вне зависимости от слишком разных характеров.

– То есть, – Сэм бросил на Эша быстрый взгляд, – тебе действительно всё равно на то, что происходит в твоём же «доме»?

Эш с мягкой ухмылкой на губах покачал головой.

– Моя задача – это вести мой «дом». По крайней мере, наблюдать, чтобы этот засранец не свернул к берегам, пока Бобби занимается другими делами и поручает эту чудесную ответственность мне. Потому… хоть сделайте их повелителями нашего галеона, хоть за борт выбросьте – мне ни холодно ни жарко от этого.

Сэм не удержался и усмехнулся. Эш всегда был таким. Винчестер точно не помнил, как он появился на корабле, как оказался близким другом для Эллен и её мужа и как вообще его терпел тут Джон. Но Эш… наркотики стали вторым его именем и отвлечением, сколько бы отвращения это у Сэма ни вызывало. А они уже изменили самого парня изнутри.

Но в то же время Сэм не помнил, чтобы вещества хоть как-то на нём сказывались. Казалось, у Эша уже целый иммунитет был выстроен к ним.

Это было паршиво.

Просто… Сэм помнил, как попробовал эту дрянь из чистого интереса где-то лет в шестнадцать, когда их корабль остановился в очередном городе. И помнил, как его, дрожащего и больного, выблевавшего чуть ли не весь свой желудок, увидел Дин и потащил на корабль. Его старший брат после уверял отца, что Сэмми заболел и, укутывая его во все одеяла мира, не переставал отчитывать. А Сэм… Сэм даже не слышал его тогда. Он то терял сознание – особенно  когда действие наркотиков постепенно начало сходить на нет – то слышал голос Дина как сквозь толщу воды.

А ещё тогда он чувствовал присутствие Эша. То есть, видел его размытое лицо, склонившееся над ним.

И хотя Сэм толком не помнил, что тот делал в его каюте, но понимал, что Дин мог обратиться к нему за помощью.

Сэм отряхнулся от паршивых воспоминаний, как собака от воды.

К чёрту. Он ещё понимал – табак... и то, это дерьмо тоже было хреновым, если честно, просто у Сэма не хватало силы воли заставить себя перестать вдыхать ядовитый дым. Но наркотики… для него это был перебор.

– Как ты вообще ведёшь корабль, когда под кайфом? – всё-таки спросил Сэм, не глядя на Эша.

– Мне не впервой, – так же безразлично ответил Эш. – Только когда я пробую действительно хороший экземпляр, то прошу Дина подменить меня. Или хотя бы Джо. Эти двое не станут меня прям очень отчитывать.

Винчестер повернулся к нему лицом.

– Почему? – он был искренне удивлён.

– Хватит на сегодня вопросов, – отмахнулся от него Эш и кулаком пихнул в плечо. – Время начинать этот день.

После чего, мастерски уклонившись от Сэма, быстро поднялся и оказался у руля, оставив Винчестера одного на ступенях. Сэм не был доволен такому повороту событий, потому что Эш был, блин, единственным из всей команды, кто всё ещё держался на расстоянии от них всех.

Был единственным, кого Сэм спустя столько лет плавания не знал, как остальных. Хотя самого Эша, казалось, он знал.

Того Эша, что сейчас сжимал руками штурвал и, насвистывая себе мелодию под нос, посматривая вдаль.

Ладно.

Сэм медленно поднялся со ступеней.

Эш был прав. Время начинать этот день.

***

Дин всё-таки исполнил свою угрозу. Сэм пытался ему объяснить, что его идея – полнейший абсурд, но тот не собирался даже слушать его, вручая Габриэлю и Кастиэлю по швабре. Видно было, как поморщился Габриэль, и каким недовольным взглядом одарил Дина Кастиэль. Старший Винчестер ответил последнему насмешливой улыбкой и кивнул Сэму, который убедил его, что прекрасно справится с присмотром за двумя принцами. После чего развернулся и скрылся за дверью, оставляя Кастиэля и Габриэля на попечение Сэма.

Не то, чтобы младший Винчестер был против... Ему было всё равно. Он схватил первую попавшуюся книгу и теперь спокойно развалился чуть поодаль от ступеней, ведущих к штурвалу и скрывшемуся за небольшой перегородкой Эшу. Тот, видимо, спал. А глаза Сэма заскользили по строчкам книги «Исповеди» Жан-Жака Руссо.

Боже.

У него пальцев не хватит, чтобы подсчитать, сколько раз он перечитывал эту книгу. Как и любую другую, конечно. Сэм бы душу продал за возможность остановиться хотя бы на некоторое время у берегов и найти библиотеку... Честное слово.

Глаза скользнули по двум принцам, что лениво водили тряпками по грязному полу. Сэм закусил щеку изнутри. Скорее всего, этим двоим никогда не приходилось работать в поте лица с самого детства. Они не знали, каково это, стирать мозоли на руках до крови, мучаясь с этими проклятыми узлами. Глохнуть от бесконечной стрельбы, оттачивая все действия с пистолетами и ружьями до автоматизма. Засыпать каждую ночь мертвым сном после долгих часов тренировок Джона Винчестера и знать, что это не прекратится, ровным счётом, никогда.

Сэм провёл рукой по волосам и невольно оторвал внимание от книги в своих руках, поднимая взгляд на Габриэля.

Тот намекал, что у королевских особей тоже было не всё сладко.

Особенно если вспомнить те слова про побег, который затевал раз за разом Габриэль – наследник, мать его, трона.

Что его могло не устраивать в жизни?

Да, такие мысли были эгоистичными. Но Сэм их за себя не винил. Он всегда хотел покоя. И никогда его не получал.

Рядом с ним что-то приглушённо стукнуло об пол. Сэм дёрнулся на этот звук, его рука метнулась к карману, где был спрятан охотничий нож. Но через миг он её убрал. Чёрт побери этого Габриэля…

Габриэль возвышался над ним, и на мгновение, лишь на короткое мгновение Сэму показалось, что волосы принца состояли из яркого, блестящего золота, в котором затерялись лучи яркого солнце. А вся фигура принца светилась по краям, как нечто небесное и слишком... Слишком сверхъестественное.

Сэм рассеянно нахмурился, отталкивая от своего сознания мираж.

А Габриэль тем временем склонился над Сэмом, с интересом заглядывая в книгу, лежащую на чужих коленях. Оперевшись о швабру, он сейчас действительно смахивал на принца. Принца, но только без короны.

– Руссо? – Габриэль вздёрнул тонкую бровь.

Сэм не отреагировал – только пальцем в швабру рядом с Габриэлем ткнул, намекая на то, что тому стоит продолжать работу. Он всё ещё пытался избавиться от необычной, благодаря солнцу, завораживающей атмосферы, что окружала старшего принца. И Габриэль, нависающий над ним, нисколько этому не способствовал.

– Не будь занудой, – потребовал от него Габриэль, вглядываясь в книжку. – Я не помню сколько лет я не видел эту книгу.

– Ты её тоже прочёл? – всё-таки не удержался Сэм. Габриэль моментально оживился, одаривая Винчестера яркой улыбкой.

– В библиотеке только и можно было скрываться от всех тех бессмысленных и глупых уроков, на которых наш отец заставлял нас сидеть. А вот он, – Габриэль легко кивнул в сторону спины Кастиэля, который даже не замечал, что его брат преспокойно отлынивал от работы, – настоящий книжный червь. Он меня на книги и подсадил.

Сэм медленно покачал головой.

Если сейчас выйдет Дин... Им всем не поздоровится. Но в то же время у Сэма никогда не было человека, с которым можно обсудить книги. Бобби был далеко не из тех, кто будет читать такую литературу и обсуждать её с кем-то, а Дин... Просто не из тех, кто будет читать в целом. Остальные тоже не были настолько увлечены подобным делом и читали уж больно редко. Потому встретить сразу двоих человек, что любили книги так же сильно, как и он...

Хотя Винчестер где-то глубоко внутри себя подумывал, что это была лишь попытка Габриэля сблизиться, чтобы позже – подкрасться со спины и неожиданно вонзить в неё нож.

Сэм раздражённо повёл плечом и, упёршись руками в пол, медленно приподнялся, усаживаясь.

– Тебе правда стоит вернуться к работе, Гейб.

Габриэль взглянул на него недовольно.

– Я – Габриэль, Саманта. И ладно. Как скажете, ваше высочество.

Сэм не успел шутливо пихнуть Габриэля, потому что принц уже направился в сторону своего брата. И он вернулся к книге, страницы которой уже пожелтели, а в местах – и порвались, как бы то ни было прискорбно осознавать. Сэм медленно перевернул лист непрочитанной страницы, после чего не удержался и снова поднял взгляд. На двух принцев и их бессмысленные действия. Палуба будет ровно такой же грязной, в лучшем случае – до завтрашнего дня. В худшем – до сегодняшнего вечера. Но Дин будто и не понимал этого, тогда как Сэм только что по собственной глупости утратил неплохого такого себе собеседника.

Что ж.

Ему не хотелось признавать собственного проигрыша.

Через мгновение Сэм уже окончательно захлопнул книгу и положил её рядом с собой, поглядывая в сторону Габриэля.

Теперь он чувствовал стыд. Что за издевательство?

За секунду до Сэм расслышал чужие, практически бесшумные шаги, потому абсолютно не удивился, когда низкий голос раздался прямо над его ухом.

– Что-то не так? Если Габриэль сделал что-то...

Сэм повернулся и одарил обеспокоенного Кастиэля, умело скрывающего это самое беспокойство, быстрой улыбкой.

– Всё нормально. Вы оба нормально справляетесь. Возвращайся к работе, Кастиэль.

Язык так и чесался спросить про «Исповеди» Руссо лично Кастиэля, но Сэм воздержался. Улыбка на губах довольно скоро исчезла, а Кастиэль – отошёл в сторону, возвращаясь к прежнему делу.

На душе Сэма продолжали скрести кошки.

Ему показалось, что он обидел Габриэля, даже если не хотел того. Ну, по крайней мере, полностью виноватым себя он не считал, пока поглядывал на фигуру принца, их старой тряпкой яростно отмывающего пятна на полу. Хотя бы потому, что идея с мытьём пола принадлежала не ему.

***

Под обед к морю причалила дикая жара. Подобное всегда предрекало ливень ночью, и Эш ворчал некоторое время по этому поводу. Сэм ничего не отвечал, только усмехался раз от раза, когда слышал очередной комментарий про «обманчивость и несправедливость этого мира по отношению к нему». И наблюдал за Кастиэлем и Габриэлем, что сейчас сидели в тени у борта и жадно пили воду, которую принёс им Сэм с камбуза. Сам же Винчестер развалился на ступенях и подумывал о том, чтобы стащить рубаху. Солнце палило беспощадно.

Тихо, практически бесшумно по полу покатилась бутылка из-под рома, а теперь – с водой, в сторону Сэма. Винчестер лениво приоткрыл глаза в тот момент, когда она ударилась о носок его ботинка. И откатилась назад.

Подняв взгляд, Сэм с вопросом в глазах посмотрел на Габриэля.

Тот пожал плечами.

– Ты выглядишь так, будто решил превратиться в Исаака.

– Кого? – не понял Сэм.

– Авраам. Бог. Его требование, чтобы испытать веру Авраама. Знаешь? «Сожги своего сына, чтобы подтвердить, что веришь в меня», – Габриэль поморщился и качнул головой. – «Акеда» – 22-й глава книги «Бытие Ветхого Завета».

Сэм нахмурился, вспоминая. Он читал «Бытие Ветхого Завета» ещё в подростковом возрасте и даже не дочитал: книга находилась в библиотеке, а им, Винчестерам, нужно было отчаливать. Но что-то такое там мелькало.

– А ангел Господень остановил Авраама, и вместо Исаака был принесен в жертву баран, – медленно закивал Сэм. – Помню. Но я не Исаак. Меня никто в жертву…

– Не будь занудой, ты прекрасно понял, о чём я говорю, – раздражённо цыкнул языком принц. – Всё равно и Ветхие Заветы, и Библия – полнейшая чушь.

Молчавший до того Кастиэль вонзился в Габриэля жёстким взглядом.

– Габриэль, мы уже говорили по этому поводу…

– Полностью согласен, – донеслось до них. Эш показался из-за ограждения и лениво моргнул, – с Габриэлем.

– Эш, – Сэм сжал в руках бутылку, которую ранее толкнул ему Габриэль.

И хотя пить пока что не хотелось, Винчестеру нужно было держать что-то в руках, чтобы избавиться от лёгкого волнения, в эту секунду пробившего его тело изнутри. Боже. Он ненавидел религиозные споры. Потому что знал, что верит. Тогда как Дин – не верил. И Эш тоже – нет. 

И Бобби, скорее всего, тоже. И остальные. После всего, что они видели, верить было практически невозможно, но Сэм не переставал.

Дин часто с ним спорил на этот счёт. Сэм же ещё чаще предпочитал отмалчиваться.

– Это право человека, верить или нет, – заявил Кастиэль, и за это мгновение Сэм проникся к нему невольной симпатией.

Сэм отчётливо увидел, как между бровями Габриэля возникла маленькая морщинка, будто он не понимал, как двумя фразами привёл всех к этому разговору. Потому показательно раздражённо откинулся назад и спиной врезался в борт. Его лицо приобрело скучающих оттенков.

– Знаете, ребят, абсолютно не хочу касаться этого дерьма. Дома наслушался. Но вот ты… – Габриэль вскинул руку и ткнул пальцем в Эша. – Тебя я раньше не видел.

– Эш, – оскалился в улыбке парень, протягивая для рукопожатия раскрытую ладонь. – Ваш неизменный личный водитель.

Габриэль быстро поднялся на ноги и в два шага оказался рядом с Эшем. Его пальцы крепко стиснули чужую ладонь, и хватка быстро из мягкой превратилась в стальную.

Что-то Сэму подсказывало, что эти двое довольно быстро поладят.

– Габриэль, – ответил принц. И с ухмылкой добавил: – Ваш неизменный принц. – Через мгновение рукопожатие распалось и Габриэль кивнул в сторону своего брата. – А этот Молчун – Кастиэль.

– Я тебя ненавижу, – донёсся до них всех чистый французский со стороны Кастиэля.

Габриэль не заставил себя ждать:

– Я тоже тебя люблю, Касси.

– Братская любовь, – Эш задумчиво усмехнулся. – Лучшее чудо на свете. Вы мне кое-кого напоминаете с моей прелестной команды.

Габриэль уставился на Эша.

На Эша, в принципе, уставились все. В том числе и Сэм. Он даже забыл про бутылку, которую крутил в руках – она просто замерла в его хватке, предаваясь растерянности Винчестера.

В этот момент губы Габриэля посетила жёсткая, какая-то карикатурная улыбка: она так и кричала о том, что ему стало не по себе от осознания того, что кто-то из команды мог знать французский. Кто-то мог понимать их с Кастиэлем разговоры. Кто-то прерывал их кратковременное единение, которое невольно им  обеспечил Сэм, когда не подал виду, что понимает их двоих.

– Ты знаешь французский, Эш? – осторожно поинтересовался Габриэль.

– Да, – Эш очертил Габриэля пронизывающим взглядом. – А что?

– О, совсем ничего. Просто… не ожидал.

– Как и я, Эш, – обратился к нему Сэм, щурясь. Он, чёрт его дери, даже не подозревал о подобной способности его старого знакомого.

Охренеть.

Честно, охренеть.

Столько проплавать на одном корабле с человеком и даже не знать о том, что он способен разговаривать на языке, который лично разучивал с самого нуля довольно… недавно.

– О, та я выучил его лет пятнадцать назад. Ничего примечательного.

– Самое интересное, что я об этом не знал, – буркнул себе под нос Сэм.

Его никто не услышал, и Сэм был по-своему благодарен за это. Между ними всеми растеклось молчание, которое невольно затянулось. Габриэль вернулся к Кастиэлю, Эш забрал бутылку из рук Сэма и, распахнув её, попытался унюхать остатки рома. Когда же он потерпел неудачу, то просто передал бутылку назад Сэму, чем заслужил лёгкое закатывание глаз. И потопил в сторону штурвала.

Через миг Винчестер вздёрнул голову вверх и невольно утонул в бесконечной голубизне неба, отстранившись от всего происходящего буквально на минуту. Становилось всё жарче, пот пропитывал собой одежду, мысли текли в голове ленивым потоком.

Но он уже принял решение.

– Хватит с нас всех на сегодня, – промолвил Сэм. – Я скоро сам сдохну тут.

Мельком взглянув на двух принцев, Сэм отметил выражение взаимного облегчения, пробежавшее по их лицам. Он неторопливо поднялся и кивнул в сторону лестницы, ведущей к прохладным палубам внизу.

– А что насчёт Дин-о? – Габриэль прищурился – и чёрт его знал, от солнца ли, или от вопроса, заданного им.

– Дин об этом не узнает, – ответил Сэм.

Если бы Сэм не знал Габриэля, то осмелился бы предположить, что тот ответил ему ласковой улыбкой. Но стоило ему моргнуть, как он осознал, что тот даже не улыбался.

Из-за жары возник мираж. Или галлюцинации, чёрт его знал.

Сэм отошёл в сторону, позволяя изначально Кастиэлю, а после – и Габриэлю проскользнуть в проход. Но Эш довольно быстро обогнул его и скрылся в проходе вслед за принцами, крикнув Сэму что-то вроде:

– Я их провожу!

Сэм отступил назад, попадая прямо под солнцепёк, и поморщился, сразу же прячась в тень.

Жара определённо не была его стихией.

Наверное, поэтому Сэм, дождавшись пока все скроются из виду, довольно скоро сбросил с себя рубаху и, заскочив в трюм, предупредил находившуюся там Эллен о своём желании. Ведь были уже моменты, когда без предупреждений они с Дином оказывались за пределами корабля. И эти моменты… не были лучшими на памяти Сэма.

Харвелл, сидящая за столом с чашкой чего-то горячего (это уже мазохизм, если честно), в этот раз только рукой ему махнула, давая добро. Сэму дважды повторять не нужно было: он довольно быстро скрылся в проходе.

А уже через какие-то пять минут летел вниз, с размаху ныряя в море. Приятная прохлада на мгновение сковала его тело, пропитала странным благоговением и не отпустила даже тогда, когда он вынырнул из-под воды. Несколько мощных взмахов рук хватило для того, чтобы Сэм обогнал их корабль, плывя немного в стороне. Он ловил эту секунду, как никогда раньше. Тишина и плеск воды опутали его, словно сети.

После чего Сэм снова нырнул, с открытыми глазами, чтобы увидеть мутные очертания песка далеко под собой. Он плыл к нему, вытягивая руку вперёд, и невольно вспоминал, как играл в «кто быстрее коснётся дна рукой» с Дином. Ладонь скользнула по песку – и Сэм оттолкнулся от дна, устремляясь вверх, к яркому пятну над водой. К солнцу. К воздуху. К жаре и свободе одновременно.

Ближайшее время Винчестер точно не планировал возвращаться на корабль.

***

Сэм глупо улыбался, опираясь о борт корабля. Сейчас он чувствовал себя слишком хорошо, чтобы не улыбаться. Вода стекала с волос вниз, бежала по спине и плечам, но Сэму было всё равно. Он уже третий раз нырял. Он уже третий раз выбирался. И только сейчас осознал, что стоит напротив кроваво-красного заката, что охватил собой все небеса целиком. Сэм медленно и со всё той же усмешкой покачал головой, разбрызгивая капли воды вокруг себя.

Он был один на палубе. Рубаха всё ещё оставалась брошенной у ближайшей мачты корабля. А сквозь духоту пробивался практически неосязаемый ветер, облизывающий оголённые плечи Сэма.

Странная была она, эта погода.

С утра – туман, днём – жара, вечером – прохлада.

И хотя сейчас это не беспокоило Сэма, что-то ему в этом не нравилось. В этой непредсказуемости.

Через некоторое время из своей каюты выплыл Эш и, шуточно отдав честь Сэму, поднялся по ступеням вверх. Скрип половиц растворился в шуме волн, разбивающихся о корабль. 

Винчестер сделал глубокий вдох и уставился на покрытую рябью водную гладь. До него донеслись громкие крики чаек, которых он довольно давно не слышал, а взгляд скользнул дальше, в сторону далёкого горизонта, к которому кренилось солнце.

Винчестер нахмурился.

Ему показалось…

Нет.

Нет, это полнейший бред.

Сэм прищурился и попытался уловить взглядом то, что ему почудилось изначально.

«Что за черт?», – мелькнула в голове резкая мысль.

Через мгновение картина окончательно прояснилась, отчего Сэм обернулся к штурвалу, за которым скрывался Эш. За перегородкой виднелась лишь его макушка, и Сэму не понадобилось много времени, чтобы понять, что именно тот собирался делать.

– Эш?! – рявкнул он, отстраняясь от бортов.

Чужая голова дёрнулась и на мгновение скрылась за перегородкой полностью.

– Какого чёрта мы приближаемся к суше?!

Недовольный Эш вылез из-за перегородки, сверкая раздражённым взглядом в сторону Сэма.

– Какая к чёрту, суша, Винчестер? – буркнул он, поднимая взгляд. – Мы двигаемся в сторону… – за миг лицо Эша изменилось и будто вытянулось от удивления. Парень кинулся к штурвалу. – Во-от чёрт!

Сэм почувствовал, как что-то внутри него перевернулось, и он резко бросился к бортам, чтобы ещё раз выцепить образ изогнутого далёкого берега.

Если их корабль заметят там… То это плохо кончится.

Им оставалось надеяться только на то, что их старый галеон сольётся с сотней подобных ему в глазах остальных.

Винчестер шумно выдохнул через нос и, бросив на Эша быстрый взгляд, направился в сторону жилой части корабля, чтобы предупредить остальных.