Глава IV
Следующие дни летели незаметно, словно минуты моей долгой и, кажется, даже счастливой жизни. Каждый божий день я куда-то ездила, ходила, неустанно запечатлевая каждый красивый уголок на плёнку. Никита, конечно, везде меня сопровождал, отчего я просто-напросто забросила карту куда подальше. Правда, мы несколько раз сбивались с пути, но, как я и предполагала ранее, это весело и даже увлекательно.
Конверты от маньяка я предпочитала, не открывая, убирать в ящик, чтобы никто, вроде уборщицы, случайно не прочёл. Мне вполне известно, что там, поэтому доставать лист с изображением дня не имеет смысла. Я уже совершенно поверила Никите, ибо газетные сводки пестрят сообщениями о пропавших девушках, по предположениям полиции попавшие в руки Цоя, а каждый, кто увидит клеймо на моём пальце, старается держаться подальше.
Не слушая уговоров Киоссе о походе в полицию, я просто решила насладиться своими последними свободными днями. Пусть будет, что будет. Мне, конечно, страшно, но я знаю, что правоохранительные органы не всесильны и вряд ли смогут меня уберечь. Я уже попросила своего друга написать моей маме, как только я исчезну, чтобы та знала, что я не просто так шныряю по московским улочкам.
Сегодняшний день - последний день моей свободы. Пятый. Его я хочу потратить на что-то особенное... Не представляю даже, на что, но точно знаю: этот день должен быть самым запоминающимся. Правильнее было бы провести его в семейном кругу, но я же не смогу добраться до Франции за такой короткий срок, поэтому придётся искать другое занятие.
Не долго думая, я вытащила карту из-под кровати и снова внимательно её изучила. Вскочив от прозрения, я бросила её куда-то в сторону и помчалась к шкафу, где начала судорожно перебирать вещи в поисках нужной. Натянув зелёные джинсы, полосатую свободную внизу водолазку без горла и кеды, я схватила свой рюкзачок, с которым всегда ходила на прогулки, спрятала под подмышку пиджак и, на ходу завязывая волосы в пучок, побежала по улицам города.
Сейчас я преследовала точную цель, явственно пропечатавшуюся в моей голове. Листья шуршат под ногами, создавая некую осеннюю мелодию вместе с птицами и музыкой из магазинчиков. Казалось бы - добежать каких-то семьсот метров, но за это время я успеваю прочувствовать воздух осени, пропитанный запахом сладких булочек и смолы, успеваю услышать десятки мелодий.
- Собирайся, у нас мало времени! - кричу я, стаскивая друга с постели.
- Что такое? Я ещё сплю, - отчаянно цепляясь за простыни, Никита пытается мне противостоять.
- Слушай, это пятый! Пятый день, и неизвестно, что со мной станется завтра! А ты не хочешь провести его со мной, отговариваясь своим "Я ещё сплю"?
С недовольным лицом парень всё-таки поднялся с постели и поплёлся в ванную. Через три минуты он уже предстал передо мной - одетый в приятный на вид свитшот, чёрные брюки и, конечном, кеды. С его волос ещё капает вода, но я не решаюсь указать ему на это, ибо он и так уже на взводе. Взяв молодого человека за руку, я потащила его за собой, и вскоре мы уже сидели в маленьком кафе недалеко от места, в которое я собиралась.
- Я не хочу есть, - грустно промолвил Никита, развалившись по столу.
- Тебе нужно выпить кофе хотя бы, чтобы не уснуть.
Я уже и забыла, каково это - быть сонным и уставшим. В последнее время я бодро подскакивала по утрам и бежала гулять, а вечером, изможденная и счастливая, укладывалась в постель еле-еле переодевшись.
- Куда мы идём? - Ник не собирался даже подать намека на хорошее расположение духа, отчего я было подумала, что зря его разбудила.
- Я хотела пойти... В парк аттракционов? - робко произнесла я, глядя на парня снизу вверх.
Действительно, он уже которые сутки не высыпается из-за моих причуд. С моей стороны это выглядит эгоистично, и я даже готова отпустить его сейчас домой спать.
- О, здорово.
- Никит, прости, я... Если хочешь, можешь идти домой. Я знаю, что из-за меня ты не высыпаешься.
- Да нет, всё отлично, - по лицу Киоссе проскальзывает улыбка. - Я люблю парки аттракционов, просто действительно ещё не проснулся.
Позавтракав, мы, не спеша, выходим на улицу, принимая на себя удар холодного воздуха. Осень берет своё, принося всё больше и больше холода. Листья, падающие с деревьев, кажутся мне очень красивыми, несмотря на отрицание со стороны друга. До парка мы доходим в считанные минуты, уже предвкушая веселье и решая, какие аттракционы сегодня покорим.
- Так лучше, - улыбается Никита, снимая резинку с моих волос и оставляя их пушистыми волнами на плечах.
Я успеваю лишь слабо улыбнуться в ответ. Парень покупает абонементы, и мы спешим занять место на бешеном поезде.
Честно, я редко бывала в парках аттракционов у себя на родине. В нашей семье свои правила, и они никак не терпят детских развлечений для 19-летней девушки.
Мы посетили каждый аттракцион, за исключением одного - колеса обозрения. Мы решили оставить его напоследок, дабы и отдохнуть от впечатлений, и полюбоваться здешними видами.
- Ты, наверное, был тут не один раз, - произношу я, усаживаясь на своё место.
- Да, но впечатления, получаемые от прогулки здесь, всё те же.
Колесо медленно поднимается вверх, подставляя кабинки для других желающих. Как ни странно, я вовсе не чувствую страха. Наверное, оттого, что рядом Никита, который вполне может за нас постоять и помочь другим. И что, что ему всего 17? Он уже ведёт себя, как полноценный мужчина, не доверяя мне даже мой рюкзак, если я накуплю чего-то.
Стоп. Ему 17... Почему все эти дни он не ходил в школу? Сегодня - понятно, воскресение, а до этого?
- Никит, а ты почему в школу не ходишь? - прикусив левую щеку изнутри, спросила я, боясь, что это его разозлит.
- Не знаю, не хочется. Я хотел провести это время с тобой - моим новым другом, и школа явно мешала, - парень улыбнулся.
- Но ты ведь можешь чего-то не понять или...
- В одиннадцатом классе не так много нового, да и я по вечерам решаю то, что мне присылают одноклассники.
Повезло же человеку. У меня, в своё время, одноклассники друг другу никогда не присылали заданий и не помогали. Даже сейчас нет смысла звонить однокурсникам - у них свои дела. Я не общаюсь ни с кем из них. Не моя это компания.
- Понятно, - говорю я, смотря вниз.
Высоко. Люди, словно маленькие букашки, снуют туда-сюда. Так забавно на них смотреть. Я для них, наверное, сейчас тоже кажусь маленькой, как мошка. Эх, была б моя воля, раздавила бы их...
Нет, конечно, не здесь. Тут люди доброжелательны со мной, не то что в этой Франции. Естественно там тоже есть те, кто довольно-таки дружелюбен, но в моём кругу только лицемеры.
Через десять минут мы уже снова бредем по улице, лакомясь сладкой ватой и делая из неё причудливые усы и бороду. Если бы моя мама увидела это, то я бы явно не получила одобрения.
Пока мы доходим до гостиницы, вата кончается и на смену ей приходит попкорн.
- Оставь себе, - Ник протягивает мне большое ведро попкорна, купленное для нас двоих. - Я хотел сказать... Будь осторожна. Наверное, зря я не настоял на походе в полицию.
- Нет, это ничего бы не изменило, - улыбаюсь я.
- Я правда не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Ты стала мне близким человеком за это время, и я просто-напросто не смогу тебя забыть. Можно ч останусь сегодня с тобой? Ну, чтобы если что, защитить.
- Думаешь, это возможно?
- Думаю, что да.
- Но тебе ведь завтра в школу, - я просто не хочу подвергать его опасности. - Правда, можешь пойти домой.
- Нет, не могу, - настойчиво ответил Киоссе. - Я постараюсь оградить тебя от нависшей опасности, ясно? Я не оставлю этого просто так.
Вздохнув, я всё же соглашаюсь. Понятно, что парень ни за что не откажется от своего замысла и, если я не разрешу, всё равно останется на улице караулить всю ночь.
Я стелю ему на небольшом диванчике, сама укладываюсь в постель и пытаюсь заснуть.