Мне очень жаль
Утро летом начиналось рано. Солнце не успело толком подняться, как ночная прохлада спала. Когда золотистые лучи осветили деревенские просторы, небо засияло ярко-голубым. Тишина ночи сошла на нет: зашелестела трава под легкими порывами ветра, защебетали птицы и где-то были слышны голоса уже пробудившихся крестьян.
Самолет не любил утра и сегодня он раздуплился не от своего желания, а от внезапного разъяренного возгласа. Тут же подскочив (пора бы уже перестать каждый раз так нервничать) он уставился на источник шума. Пожилой мужчина с уже заметной сединой, ощетинившись, гневно воззрился на незваных гостей.
— Сначала какие-то несносные заклинатели, а теперь вы, — гаркнул он, скрестив руки на груди. — Спрашиваю еще раз, что это значит?
Шан Хуа, словно заранее подготовленный к подобному исходу, подхватил растерянного Мо Бэя под руку, несколько раз покружился вокруг мужчины и ринулся к выходу, заливаясь смехом.
— Спасибо, что предоставили нам ночлег, — совсем обнаглев, крикнул Самолет. Его звонкий хохот заглушал все брошенные вслед ругательства.
Мо Бэй бежал наравне с ним, все еще держа того за руку. Нахмурившись от странных ощущений, он спросил:
— Что здесь смешного?
— О небеса, — через смех выдавил Шан Хуа. — Тебе надо быть проще.
Мо Бэй хотел спросить, что значит это «быть проще», но смех его сопровождающего был таким беззаботным и даже немного заразным, что он не нашел нужных слов, а человеческая рука передавала доселе неизвестное чувство — тепло. Еще вчера этот человек обещал помочь ему. Что с ним не так? Едва ли старше и не намного выше и все же он был слабым человеческим ребенком! Что мог такой как он сделать? Вот только на смену многочисленным вопросам пришло осознание того, как собственный дядя бросил его в объятия заклинателей, а родной отец все еще не явился на помощь. От осмысления происходящего он нахмурился, стиснув зубы. Странное чувство зародилось глубоко внутри и он дал себе слово, что никогда не простит.
Шан Хуа же, напротив, не замечал угнетающей атмосферы и задорно улыбался, подставив лицо солнечным лучам. Остановились они, когда оскорбления остались далеко позади. Самолет вырвал свою ладонь из крепкого захвата маленького северного короля и стал прикидывать, в какую сторону им отправиться. К его удивлению, раздался механический щелчок.
«Система предлагает свою помощь. Желаете принять?»
И перед его лицом замигали два окна: «да» и «нет». Иного плана у Самолета не имелось, поэтому он согласился. Когда же еще эта механическая стерва расщедрится на помощь?Окно выбора с таким же щелчком пропало и сразу же после этого за их спинами раздался приглушенный топот. Шан Хуа, развернувшись, замахал руками, сразу признав повозку. На вид она была самой обыкновенной, запряжена одной единственной лошадью серовато-коричневого окраса. Вел повозку мужчина средних лет и держал путь из той же деревни, из которой они только что бежали. Заприметив двух детей на своем пути, он тут же натянул поводья.
— Вам чем-то помочь? — живо отозвался он. Такого энтузиазма Шан Хуа точно не ожидал, но быстро взял себя в руки.
— Молодой господин, мы будем вам признательны, если подбросите нас до рынка. — вкрадчиво сказал он, стараясь говорить спокойно.
Мужчина засмеялся, постучав по повозке.
— Забирайтесь, -одобрительно отозвался он. — Удача на вашей стороне, туда я и направляюсь.
— Благодарю вас! — вежливо поклонился Шан Хуа и поспешил устроиться поудобнее.
И все же не мог удержать смешка.
«Вот уж точно, невероятная удача! — иронично подумал он. — Всегда бы так.»
Мо Бэй осмотрел свою ладонь, которая уже начала терять былое тепло и занял место напротив. Повозка тронулась.
Молодой господин, как они выяснили, был старшим сыном в семье Ши, обычных крестьян, торгующих собственно выращенными овощами. К удивлению Шан Хуа, он был не только очень открытым человеком и был готов поддержать любой разговор, но и устроил им небольшой допрос. Самолет, будучи великим писателем, конечно же не растерялся и с готовностью отвечал на все вопросы. Мол, и родители мертвы и все у них так плохо, что их единственной целью было добраться до тети по материнской линии — единственной живой родственнице.
Господин Ши сочувственно покачал головой и начал со слов поддержки, переходящих в бессмысленную, но интересную фантастическую историю. Самолет даже оценил слог автора истории, а когда господин Ши признался в сочинительстве данного рассказа, и вовсе посоветовал ему поскорее издать рукопись. Надо же, такой талант пропадает! Мужчина смущенно посмеялся и сказал, что обещать не может, ведь дома на полях ждет много работы.
Мо Бэй вовсе не слушал весь этот фантастический бред и как бы к нему не обращались, вмешиваться в разговор не спешил, лишь иногда украдкой посматривал на Шан Хуа и тут же отворачивался.
Шан Хуа краем глаза уловил странное поведение маленького короля и обернулся проверить, что случилось. Тот следил за медленно меняющимся пейзажем, подперев подбородок ладонью. Самолет прищурился, заприметив маленькую веточку в чужих волосах и сдавленно хихикнул.
— Что смешного? -вполголоса заметил Мо Бэй, но вместо ответа Шан Хуа наклонился ближе и вытащил помеху.
От неожиданности Мобэй-цзюнь хотел увернуться, но лишь натолкнулся спиной о деревянный ящик.
— Да что с тобой не так? — удивленно приподнял бровь Шан Хуа. Затем выудил из своей сумки гребень и снова повернулся к демону. — Давай расчешу тебя.
Заслонив его собой, чтобы господин Ши ненароком не обернулся, Самолет дернул ленту для волос, обнажив демоническую метку и принялся за дело. Он мало что смыслил в прическах, особенно касающихся королевских особ, поэтому вернул ленту в исходное положение, вплетая концы в небольшую косу. Только отстранившись, Шан Хуа заметил, что и без того синеватое лицо Мобэй-цзюня слегка потемнело.
Самолет нервно сглотнул, про себя заметив, что слишком многое себе позволяет, если хочет остаться в живых.
— Где вы говорите, живет ваша тетя? — обрушился на него голос господина Ши, как спасательный круг посреди океана.
Шан Хуа мысленно поблагодарил всех богов и бросил взгляд назад, чтобы продолжить свою весьма реалистичную, по его мнению, историю.
Время за разговором пролетело быстро. Самолет в основном слушал, иногда кивая, а иногда задавая вопросы. К слову, ему не очень-то была интересна жизнь нового знакомого, но развеять скуку как-то надо было. Когда повозка остановилась, Шан Хуа начал помогать разгружать ее. Подхватив один из ящиков, отнес его к прилавку, где господин Ши уже раскладывал овощи. Уловив подобное рвение, мужчина спросил:
— Не тяжело?
— Вовсе нет, — улыбнулся Шан Хуа и побежал за следующим ящиком.
Мо Бэй не желал присоединяться, скептически наблюдая за действиями двух других. Быстро разложив товар, Самолет уже решил распрощаться с новым знакомым. Господин Ши закивал и в благодарность за помощь угостил их четырьмя баоцзы и даже сунул пару монет. Как бы Шан Хуа не отнекивался, отказываясь принимать деньги, впечатленный их выдуманной историей, господин Ши настаивал на своем. Самолет обреченно вздохнул и кое-как простился с упрямым мужчиной.
Близился полдень, когда палящее солнце было уже высоко. Рынок остался позади, теперь их путь лежал вдоль небольшого озера. Несмотря на знойную погоду, рядом с водой плескалась небольшая группа детей.
Шан Хуа проследил за Мобэй-цзюнем. Ему было очень страшно за то, как ледяной демон справится с такой температурой. Впрочем если ему и было нехорошо, вида тот не подавал, даже уверенно шел наравне, но было и то, что помогло ему отвлечься от иссушительного солнца. Проследив за его взглядом, Самолет понял, что объектом внимания ледяного демона стала группа детей.
Уголки губ Шан Хуа тут же опустились, лицо залилось краской. Ему внезапно захотелось исчезнуть, забыть каждое слово, которым он обрек своего любимого сына на такое ужасное детство. Стало невыносимо смотреть и он отвернулся.
Истории со счастливым концом никогда никого не интересовали. Чем темнее прошлое персонажа, тем лучше. Но только теперь он понял, что оказавшись в собственном романе, он не пожелал бы никому той судьбы, что лично прописал. Даже Шэнь Цинцю теперь в его глазах не заслуживал своего конца.
Шан Хуа решил нацепить на себя маску спокойствия и предложить Мо Бэю переждать пока не спадет жара. Наклонившись вперед, он даже не успел заговорить, как стремительный вихрь задел Мобэй-цзюня плечом и раздался сильный всплеск. Сам демон и причина его падения — невысокий мальчишка, — оказались в воде. Сначала Самолет не знал, как реагировать, но увидев удивление на лице маленького короля, не смог удержаться от смеха, за что и получил гневный взгляд. Виновник сложившейся ситуации быстро поднялся и, даже не извинившись, побежал к своим друзьям.
— Помочь? — сквозь смех выдавил Шан Хуа и протянул руку, но он уж точно никак не ожидал, что вместо того, чтобы подняться, Мо Бэй рывком опрокинет в воду и его.Вынырнув на поверхность, он убрал с лица мокрые волосы и заметил, что Мобэй-цзюнь уже стоял у кромки воды. Уголки его губ едва заметно были приподняты.
Шан Хуа был обеспокоен его самочувствием, а демон вот так расплатился за доброту!
Оставлять победу за ним Самолет не собирался, поэтому запустил в воздух целый фонтан брызг. И без того промокший насквозь Мо Бэй не спешил отступать и зачерпнул воды побольше, отчего Самолет даже пошатнулся. Прищурившись, он приготовился атаковать вновь, но брызги посыпались ливнем со всех сторон.
Возможно, у него еще есть шанс все исправить.