Выжившие среди пепла
глава XVII
От лица Терезы.
Мы с Чаком шли к навесу. Пока Т/и была в медпункте с ранеными, мне отдали её гамак, но мне всё равно редко удавалось уснуть. Внезапно в воздухе разнёсся странный гул. А потом — хаос. Все вокруг кричали, бегали, кто-то что-то тащил, звали на помощь. Я замерла, не понимая, что происходит. Чак прижался ко мне. И вдруг раздался оглушительный треск, такой громкий, что я зажала уши. Ворота… они не просто распахнулись. Все четыре воротины в стенах раскрылись настежь, будто нас пригласили в ад.
Ч— Что это?! — дрожащим голосом прошептал Чак, прячась за мою спину. Я пыталась найти глазами кого-то знакомого. Томаса... Но никто не смотрел в нашу сторону. Все носились, как безумные. И тогда я их увидела.
Из ворот один за другим выползали чудовища — огромные, с мерцающими металлическими панцирями, длинными щупальцами, усыпанными шипами, и лицами, изуродованными кусками плоти. Они шевелились так, словно были живыми, но от них исходил холодный металлический скрежет. Эти создания напоминали кошмарных пауков, но каждое движение их было точным и пугающе разумным. Мы с Чаком вжались в угол между поваленным ящиком и стеной, затаив дыхание. Я чувствовала, как он дрожит всем телом.
Тер— Чак, всё будет хорошо, — выдавила я, обнимая его за плечи. Я не верила своим словам. Ни на секунду. Чак поднял глаза, полный слёз и ужаса. И вдруг что-то заметил.
Ч— Т/и!!! — его крик пронзил ночь. Я вздрогнула, сердце сорвалось вниз. И тут я увидела, как Т/и выбежала из темноты, руки сжаты в кулаки, глаза горели решимостью.
Т/и— Бежим! — крикнула она, и мы втроём рванули к залу совета. Мы бежали изо всех сил, пригибаясь, спотыкаясь о корни и обломки. Земля тряслась под тяжестью лап чудовищ, крики парней разрывали тишину. Внезапно один из монстров вылетел сбоку, его щупальца мелькнули перед глазами, и он подцепил парня с поля. Крик мальчишки оборвался так резко, что мне стало холодно в груди. Его тело исчезло в сплетении щупалец. Чак зажмурился, вскрикнув от ужаса. Т/и толкнула его вперёд, сама развернулась на шум.
Т/и— Бегите! В зал! Живо! — крикнула она, оборачиваясь.
Ч— НЕТ! Мы не можем тебя оставить! — Чак вцепился в её руку так, что костяшки побелели.
Т/и— Чак, пожалуйста! — Т/и сорвалась почти на крик. — Тереза, уведи его!
Я стояла в растерянности. Всё во мне кричало, что нельзя её оставлять, но в глазах Т/и была непоколебимая решимость. Я схватила Чака за руку. Он дрожал, едва отпустил её, и я потащила его к залу совета. Т/и рванула в обратную сторону — туда, где творился настоящий ад. Я обернулась, и сердце сжалось от ужаса: она бросилась к телу парня, который лежал у стены в луже крови. Его глаза были открыты, но стеклянные от боли. Лицо побелело, губы посинели. Он прижимал руку к боку, где тёмная кровь пропитала рубашку, а рядом уже образовалась алая лужа, впитавшаяся в землю. Каждое его дыхание было хриплым, срывающимся. Он попытался поднять голову, но тут же зашипел от боли и сжал зубы так сильно, что скулы побелели. Я не могла отвести взгляд. Над ним возвышалась Т/и, опустившись на колени и шепча его имя, будто молитву.
Мы подбежали к массивным дверям зала совета и забарабанили в них изо всех сил.
Тер— Откройте! — закричала я, почти срывая голос. С другой стороны послышался шум — тяжёлые шаги, возня, кто-то отодвигал бочки и балки, которыми дверь была забаррикадирована. Наконец она распахнулась, и нас впустил парень со светло-русыми волосами. Его лицо было напряжённым и бледным, он дышал тяжело. Как только дверь снова захлопнули и задвинули, парень резко повернулся к нам.
Н— Где Т/и!? — выкрикнул он так громко, что голос дрогнул.
Тер— Она… она догонит нас, — выдавила я, задыхаясь. Парень побледнел ещё больше. Его глаза расширились, в них вспыхнула паника, а затем что-то надломилось. Он понял. Понял, что мог потерять её. Что она могла остаться там — среди чудовищ, среди хаоса. И она значила для него всё. В углу, чуть поодаль, стоял блондинистый широкоплечий парень. Он молча смотрел на нас, потом его ноги подогнулись, и он медленно осел на пол, схватившись за голову.
Б— Нет… — прорычал он, и по его щеке скатилась крупная слеза. Он ударил кулаком по полу с такой силой, что по залу пронеслось глухое эхо. И вдруг раздался зловещий звук — тяжёлый, скребущий. Все замерли. Я подняла голову: по крыше кто-то ползал. Нет… что-то. Сердце сжалось. И в следующую секунду чудовище обрушило свою лапу прямо на крышу. Все разом отпрянули назад.
?— Что это… — кто-то прошептал, но ответ был очевиден. Гривер. Тишину пронзил визг металла, и потолок пробило щупальце. Оно пробило крышу, словно бумагу, и в зал посыпались обломки и пыль. Мы вскрикнули и отпрянули назад. Я схватила Чака за руку, он дрожал всем телом. Чёрнокожий пухлый парень подскочил и обхватил Чака, прижимая к себе. Я же инстинктивно прижалась к Томасу. Он посмотрел на меня, и вдруг я услышала его голос… в голове.
«Тереза… Всё будет хорошо. Я с тобой. Я не дам им тебя забрать.» Я вздрогнула, но его голос звучал так уверенно, так спокойно, что слёзы навернулись на глаза.
«Томас… я боюсь…»
«Я тоже. Но ты со мной. Мы выживем.» Я вцепилась в его руку обеими руками, прижалась к нему сильнее. Его пальцы сжали мою ладонь в ответ. Но этот миг прервал крик Чака. Щупальце резко сорвалось с потолка и схватило его, вытаскивая прямо из рук чернокожего парня.
Тер— ЧАК! — закричала я, схватив его за другую руку. Томас бросился на помощь, вцепился в Чака, парень с другой стороны тоже удерживал его изо всех сил. Чак пищал от ужаса, его маленькие руки скользили в наших ладонях. Собака лаяла так громко, что это почти заглушало крики.
Т— ДЕРЖИ ЕГО! — рявкнул Томас. Щупальце подняло Чака выше, игла потянулась к его шее. Сердце замерло. И вдруг раздался отчаянный крик. Алби. Он с разбега ударил палкой по щупальцу, снова и снова, словно одержимый. Оно содрогнулось, но не отпускало Чака. Алби закричал и со всей силы вонзил палку между суставов металлической твари. Щупальце хрустнуло и отвалилось, словно сломанная кость. Чак рухнул в наши руки, тяжело дыша.
Ч— Спасибо… Алби… — прохрипел он, хватая воздух. Он поднял сломанную иглу, которая отлетела вместе с щупальцем и лежала на полу, мерцая зловещим светом. Не успели мы отдышаться, как новое щупальце выстрелило с потолка.
Тер— СЗАДИ! — закричала я. Все обернулись, но было поздно. Оно схватило какого-то парня из толпы и рывком утянуло его вверх. Мы услышали его крик, а потом резкий хруст. Парень исчез. Кто-то из ребят закрыл лицо руками и застонал. И тут раздался ещё один треск. Крыша снова затрещала, осыпаясь пылью. В этот момент парень который, оказался слишком близко. Я видела, как тяжёлая балка рухнула на него — он закричал, упал, держась за руку. Она была сломана, выгнута под ужасным углом. Его лицо побелело от боли.
Марл— ЭВАН! — крикнул кто-то, бросаясь к нему. Паника усилилась. Люди бросались по залу, пытаясь спрятаться от щупалец и огня, который уже пробирался внутрь. Крыша прогибалась всё сильнее. Мы были в ловушке, а зал совета постепенно превращался в смертельную клетку. Ещё двое парней кинулись к пострадавшему, торопливо перевязывая его руку какой-то тряпкой, но кровь всё равно сочилась сквозь ткань. Пес снова залаял, заглушая наши тяжёлые дыхания. Вдруг послышались шаги. Я затаила дыхание, стараясь рассмотреть хоть что-то через небольшую щель в обломках. Чьи-то ноги шли прямо к нам.
Тер— Эй! Мы здесь! — закричала я, голос сорвался от усталости и страха. Крики подхватили ещё несколько парней. Снаружи раздался шум — кто-то принялся разбирать завал. Камни падали, доски с грохотом летели на землю. И тут я увидела её. Т/и. Вся в крови и грязи, лицо порезано, руки ободраны, но она живая. Она работала с остервенением, разбирая завалы вместе с несколькими ребятами. Рядом с ней лежал тот самый парень, за которым она побежала в этот ад. Его глаза были полузакрыты, дыхание сбивчивое — он был на грани.
Когда проход открылся достаточно, чтобы выбраться, мы начали выползать наружу один за другим. Томас шёл рядом со мной, его рука крепко держала мою. Он словно оберегал меня, вставал между мной и каждым внезапным звуком, прикрывал своим телом. В этом хаосе его близость была единственным, что держало меня от паники. И вдруг перед нами метнулся парень — с разъярённым лицом, с кулаком, полным ненависти. Удар пришёлся в лицо Томаса так сильно, что он отшатнулся назад.
Тер— Томас! — вскрикнула я и тут же схватила его за руку. Т/и в мгновение ока оказалась между ними, заслонив Томаса собой. Её руки дрожали, но взгляд был твёрдый. Ещё несколько ребят встали рядом с ней, удерживая разъярённого нападавшего. Его крик резал уши и разносился эхом в голове, сливаясь с гулом крови в висках. Я держала Томаса за руку, а он, несмотря на боль, слегка повернулся ко мне и снова прикрыл меня собой. В его глазах не было страха — только решимость.
«Он прав… Я должен всё исправить…» — его голос внезапно раздался в моей голове. — «Я должен... всё вспомнить»
«О чём ты, Томас?..» — мысленно позвала я его, но он уже не смотрел на меня. Он поднял ту самую иглу, которая выпала из щупальца гривера, та самая игла, что чуть не убила Чака. Его пальцы сжали её крепче.
Тер— Томас, нет… — прошептала я, но слова застряли в горле. Резким движением он вонзил её себе в бедро. Его лицо исказила боль, ноги подкосились, и он рухнул на землю без сознания.
Тер— Томас! — закричала я, падая на колени рядом с ним, обхватив его голову руками.
От лица Т/и.
Я судорожно сунула руку в карман и нащупала стеклянную колбу с лекарством, которую всё это время держала при себе. Она была холодная, словно напоминание, что времени мало. Мой взгляд метался по толпе — где Джеф и Клинт?
Я— Джеф! — окликнула я, заметив их рядом с ранеными. — Есть шприц?
Оба подняли на меня глаза, и я сразу увидела в их взгляде усталость и растерянность.
Дж— Нет, Т/и… — пробормотал Джеф, нервно сглатывая. — Я не успел схватить сумку.
Я резко повернулась туда, где когда-то стоял медпункт. Сердце болезненно сжалось — вместо привычного укрытия теперь были лишь обломки и дымящиеся балки. Огонь уже почти погас, но запах гари стоял удушающий. Мой взгляд упал на Минхо. Он сидел, привалившись к стене, белый как мел, стиснув зубы от боли, но упрямо держащийся в сознании. Его глаза встретились с моими, и он слегка качнул головой, будто говорил: «Не вздумай». Но я уже знала, что должна сделать. Я развернулась и рванула к руинам медпункта.
Дж— Т/и, стой! Подожди нас! — крикнул Джеф за моей спиной. Я резко остановилась и обернулась. Он и Клинт догнали меня, переглянувшись, и мы молча двинулись вместе.
Осторожно переступая через обломки, мы вошли внутрь того, что осталось от медпункта. Пол был усеян осколками, досками и перевёрнутыми шкафами. Запах крови, дыма и лекарств смешался в невыносимый коктейль. Каждый шаг сопровождался треском под ногами.
Я— Быстрее… — выдохнула я, заглядывая в полуразрушенные шкафы и опрокинутые столы. Клинт тихо чертыхнулся, поднимая упавший ящик. Он перевернул его, и на пол высыпались бинты, ножницы, обломанные шприцы и пара ампул.
Кл— Тут что-то есть! — сказал он, хватая всё, что выглядело хоть немного целым. Джеф метнулся к развалившемуся шкафу в углу. Там, под грудой мусора, он заметил сумку. С усилием вытащил её и бросил взгляд на меня:
Дж— Нашёл аптечку!
Мы не стали терять ни секунды. Всё, что могло пригодиться, мы сгребли в сумку: бинты, жгуты, иглы, ампулы, даже какие-то обломанные инструменты. Каждый предмет мог спасти жизнь.
Я— Всё, уходим! — бросила я, поднимаясь на ноги. Мы бежали обратно, почти не чувствуя усталости, только шум крови в ушах и отчаянное желание спасти Минхо гнали нас вперёд. Когда мы вернулись, он всё ещё сидел, опершись о стену, его взгляд был упрямым, но дыхание уже сбивалось. Я упала на колени рядом с ним.
Я— Держись, Минхо. Мы тебя вытянем.
М— Опять ты… всегда лезешь куда не надо… — Он хрипло усмехнулся, сквозь боль бросив.
Я— Заткнись. — Я трясущимися руками открыла аптечку, доставая шприц и колбу. — Просто… держись.
Когда первые лучи солнца осветили Глейд, он уже не был тем местом, которое я знала. Всё было в крови, дыму и пепле. Остатки костров догорали, а запах смерти и гари смешался с прохладным утренним воздухом. Выжившие, избитые и опустошённые, собрались в центре разрушенного Глейда. И вместо того чтобы объединиться, они начали делиться. На лицах многих читалась злость, отчаяние, потеря.
Алби, который всегда пытался держать порядок и быть лидером, в этот момент оказался бессилен. Он пытался взывать к логике и объединению, но разрушения, смерть и паника сделали своё дело. Парни не слушали его — слишком много было страха, злости и ярости. И вот на этом фоне Галли, несмотря на все противоречия, сумел использовать момент. Его голос, полный ярости и фанатизма, перекрывал шёпоты и сомнения остальных.
Г— Томаса и Терезу — в яму! Они привели всё это сюда! — кричал он. Парни, уставшие, напуганные и разъярённые, подсознательно начали искать сильного, решительного лидера, на которого можно было опереться в этом хаосе. И этим человеком стал Галли. Алби понимал, что спорить бессмысленно. Его слова терялись среди криков, а попытки остановить толпу сталкивались с непониманием и страхом. Он опустил руки, обессиленный, и просто отступил в сторону, наблюдая, как Галли захватывает власть. Боль и бессилие отражались на его лице — он мог лишь молча следить за тем, что происходит, понимая, что теперь ничего не в его руках. Позже после этого всего ко мне подошёл Ньют. Лицо его было мрачным, под глазами тёмные круги. Он говорил тихо.
Н— Они заперли их в кутузке. Галли, собирается принести их в жертву гриверам.
Я посмотрела на Ньюта, кивнула, сжав кулаки. Сердце бешено колотилось, но мысли были ясны: пока есть хоть малейший шанс, я должна попытаться остановить это безумие.
Я— Пошли, — сказала я тихо, но решительно. Мы двинулись к кутузке, пробираясь через остатки разрушенного Глейда. Кутузка казалась ещё более мрачной на фоне развалин. Я подбежала к решётке и замерла. Томас лежал, привалившись к стене, его лицо было бледным, губы пересохли. Он слабо дышал, но был в сознании. Тереза сидела рядом, прижав его голову к своим коленям, её руки дрожали.
Я— Тереза… — позвала я тихо. Она подняла взгляд. Глаза у неё были красные от слёз и усталости.
Тер— Ему плохо… — прошептала она. Голос дрогнул. — Очень плохо.
Я дрожащими пальцами достала колбу и шприц.
Я— Вот. — протянула я ей через решётку. — Это должно ему помочь.
Тереза аккуратно взяла лекарство, её руки дрожали. Томас открыл глаза, посмотрел на меня и попытался что-то сказать, но только слабо выдохнул моё имя.
Я— Тише. Не говори. — я опустилась на колени, прижимаясь к прутьям. — Ты справишься. Ты сильный.
Тереза торопливо готовила шприц. Ньют стоял позади меня, облокотившись о стену, сжимая кулаки так сильно, что побелели костяшки. Весь Глейд разделился, но я знала одно: я не позволю им умереть. Тереза вколола Томасу оставшуюся половину синей жидкости из колбы. Я ещё несколько мгновений смотрела на них, на бледное лицо Томаса, на усталые глаза Терезы, а потом резко развернулась. Сердце колотилось. Я знала, что должна сделать. Галли стоял неподалёку, в окружении Дэна и Хэнка. Он жестикулировал, громко разъясняя им что-то, в его голосе звучала сталь, взгляд был резким и хищным. Галли выглядел как человек, который взял на себя власть и не собирался её отпускать: спина прямая, глаза горят, челюсть сжата. Но я видела, как за этой яростью скрывается усталость и боль. Я подошла, почти не чувствуя ног.
Я— Галли! — позвала я его громко. Голос дрожал, но я старалась говорить твёрдо. — Нам нужно поговорить.
Он медленно повернул голову ко мне. Взгляд его был тяжёлым, раздражённым. На мгновение он задержал дыхание, словно сдерживая себя. Потом бросил Дэну и Хэнку:
Г— С вами потом закончу, — сказал он холодно, и они тут же замолчали. Мы отошли чуть в сторону, и я остановилась прямо напротив него.
Я— Галли, ты в своём уме? — голос мой дрожал, но я не отводила взгляда. — Ты хоть понимаешь, что делаешь? Если ты изгонишь их, ничего не изменится.
Он скрестил руки на груди и посмотрел на меня тяжёлым взглядом.
Г— Т/и… Нас заперли сюда не просто так. Они — не случайные люди. Если мы избавимся от них, всё наладится. Мы восстановим Глейд. Всё снова будет, как прежде.
Я— Как прежде?! — я шагнула ближе, чувствуя, как ярость смешивается с отчаянием. — Галли, ты не понимаешь! Лифт больше не приедет! Мы даже не знаем, закроются ли ворота! А если сегодняшняя ночь повторится?! Я думаю, что так и будет.
Г— Т/и! За этими стенами нас ничего хорошего не ждёт! Сколько можно тебе объяснять?! — он повысил голос. Слёзы подступили к глазам. Я опустилась на колени, готовая умолять его не делать этого.
Я— Галли, я прошу тебя… — прошептала я. Он резко схватил меня за руку, не давая опуститься на колени перед ним.
Г— Не опускайся так. Ты не должна…
Я всхлипнула. Он шагнул ближе, притянул меня к себе и осторожно провёл рукой по моей голове. Его голос стал тише, почти нежным:
Г— Прости… Просто доверься мне.
Я замерла в его объятиях на секунду, а потом резко оттолкнула его.
Я— Как же ты не понимаешь?! — сорвался мой крик. Он не ответил. Только смотрел на меня тяжёлым взглядом, а я почти убежала прочь, обратно к кутузке. Сзади раздались голоса.
Д— Эй, Галли, — услышала я насмешливый голос Дэна. — А можно мне эту девчонку? — он переглянулся с Хэнком, и оба мерзко хихикнули. Хэнк усмехнулся:
Хк— Мог бы сразу сказать, что она твоя. Но вообще-то делиться надо.
Раздался рёв Галли, такой яростный, что оба сразу отпрянули.
Г— Заткнитесь оба! — прорычал он. — Никто её не тронет! Поняли?!
Дэн и Хэнк побледнели и быстро отвернулись, не осмелившись возразить. Галли провожал меня взглядом, сжимая кулаки, но ничего не сказал.
Когда я вернулась к кутузке, перед ней стояли Алби, Ньют, Чак, Бен и Минхо. Они все выглядели уставшими и напряжёнными, лица освещал тусклый свет факелов, отбрасывая резкие тени на землю. В воздухе висела тревога и усталость после ночи ужаса, но в их взглядах теплилась решимость. Увидев Минхо, я не смогла сдержаться — сердце болезненно сжалось. Он стоял, опираясь на стену, хотя ещё недавно едва держался в сознании.
Я— Минхо? Зачем ты встал? — налетела я на него, едва не схватив за плечи. В голосе слышалось отчаяние и беспокойство. Он обернулся ко мне. Его глаза оставались спокойными, но серьёзными, как всегда.
М— Успокойся. Со мной всё хорошо, — сказал он ровно, будто не хотел показывать слабость. Я вздохнула, пытаясь хоть немного успокоиться. Но тут голос Ньюта заставил меня вздрогнуть.
Н— Где ты была? — его слова прозвучали твёрдо, без осуждения, но в них чувствовалась тревога. Я сжала руки в кулаки.
Я— Я говорила с Галли… — призналась я, опуская взгляд. — У меня не получилось отговорить его не делать этого… Он не отступит.
Тяжёлая тишина повисла между нами. Минхо нахмурился, Ньют вздохнул и отвёл взгляд. Я шагнула к кутузке, сердце колотилось в груди. Присела на корточки у прутьев, заглянула вниз. Томас уже пришёл в себя и сидел, облокотившись на стену. Его взгляд был усталым, но ясным.
Я— Томас… — голос мой дрогнул. — Зачем ты это сделал?
Он поднял на меня глаза. На лице мелькнула боль и какая-то внутренняя тяжесть, будто он носил этот груз слишком долго.
Т— Я должен был вспомнить, — тихо ответил он. — Чтобы разобраться во всём этом.
Я— И что же ты вспомнил? — спросила я осторожно. Он опустил голову, словно ему стало стыдно за то, что он собирался сказать.
Т— Это место не то, что мы думали… — начал он медленно. — Не тюрьма, а проверка. Всё началось, когда мы были детьми. Они устроили испытания. Экспериментировали на нас. А потом ребята начали пропадать. Один за другим. Каждый месяц.
Н— Они отсылали их в лабиринт? — удивлённо произнёс Ньют, нахмурившись. Его взгляд метался, он пытался сложить картину воедино.
Т— Да… Но не всех нас. — Томас поднял глаза.
Н— В смысле? — Ньют нахмурился сильнее, недоверие прозвучало в его голосе. Я смотрела на Томаса и уже знала, что он скажет. Мой желудок сжался в тугой узел. Он замолчал на несколько секунд, словно решая, стоит ли говорить дальше.
Т— Я был один из них, — наконец сказал он, голос дрогнул. — Из тех, кто отправлял вас сюда. Я работал с ними.
Его взгляд скользнул к Терезе. Она замерла, а Томас произнёс.
Т— Я наблюдал за вами несколько лет. Всё время, что вы здесь… я был по другую сторону. Как и ты. — Тереза побледнела, её глаза расширились от шока.
Тер— Что?! — прошептала она. Её голос сорвался, будто это признание ударило её в самое сердце.
Т— Тереза… мы сделали это с ними. — Томас говорил тихо, но каждое его слово било сильнее удара.
Тер— Нет… — она качнула головой, словно пытаясь отогнать эти слова. — Этого не может быть… — её губы дрожали, по щеке медленно скатилась слеза.
Т— Это правда, — твёрдо сказал Томас, и в его голосе была боль. Ньют провёл рукой по лицу, выдохнув тяжело и долго. Он выглядел так, будто весь мир рухнул у него перед глазами. Бен стоял рядом со мной и, не говоря ни слова, слегка коснулся моей руки — это был молчаливый жест поддержки. Чак вжался в плечо Алби, не понимая до конца, но ощущая напряжение. Алби сделал шаг вперёд. Его лицо было жёстким, голос звучал твёрдо.
Ал— Это уже не важно, — сказал он, словно ставя точку. — Всё, что было до лабиринта, уже не важно. Те, кем мы были до всего этого… это уже не мы. Важно то, кто мы сейчас, — он посмотрел прямо на Томаса, уверенно. — Так что ты должен завершить всё, что уже начал. Я знаю, что ты выведешь нас отсюда.
После слов Алби повисла тяжёлая тишина. Все стояли, опустив головы, каждый переваривал услышанное. Только потрескивание факелов и далёкий скрип разрушенных стен нарушали этот гнетущий покой.
Я— Мы не можем ждать, пока Галли доведёт это до конца, — нарушила я молчание. Голос звучал твёрже, чем я ожидала. — Если он сделает то, что задумал… Томас и Тереза погибнут. И эту ночь мы уже не переживём. Нам нужно уходить как можно скорее.
Минхо поднял на меня взгляд, в котором читалась злость на всё, что происходило.
М— Я готов. Но мы должны действовать быстро. И чётко.
Н— И с умом, — добавил Ньют, медленно выдыхая. Он подошёл ближе, посмотрел на Томаса и Терезу внизу, потом на нас. — Галли сейчас слишком силён. Некоторые парни на его стороне. Если мы просто бросимся, нас перебьют.
Я— Значит, нам нужно застать их врасплох. Подготовиться. Собрать всё, что нам нужно, и уйти в лабиринт, прежде чем он успеет отдать приказ, — я сжала кулаки. Алби кивнул, его лицо оставалось мрачным, но в глазах мелькнула решимость.
Ал— Верно. Нам нужно оружие. Всё, что осталось. Палки, ножи, камни. Любое оружие.
Ч— Еда, — подал голос Чак, робко, но уверенно. — Нам нужна еда. Если мы уйдём в лабиринт, не знаем, сколько пробудем там.
М— Хорошее замечание, малыш, — похвалил его Минхо. — Ещё бинты, лекарства. У нас раненые, без этого не выживем.
Н— У нас есть пара часов до того, как Галли решит, что пора. Я видел, как он орал на Дэна и Хэнка. Он что-то планирует, но ещё не готов. Значит, у нас есть шанс. — Ньют кивнул, глядя на меня.
Я— Отлично, — ответила я твёрдо. — Давайте распределим роли. Минхо, вы с Чаком сможете собрать еду на первое время?
М— Справимся, — коротко сказал он, но я заметила, как он стиснул зубы от боли в боку. Чак кивнул, в глазах его мелькнула тревога, но он уже выглядел взрослее и решительнее.
Ч— Мы всё сделаем быстро.
Я — А мы — Я, Бен и Ньют, соберём сумки. Всё, что сможем унести с собой: воду, верёвки, ткань, всё нужное. — Я повернулась к Ньюту. Ньют кивнул, уже мысленно составляя список вещей.
Н— Хорошо. Мы должны быть готовы к долгому пути.
Ал— Я соберу оружие. — Алби поднялся на ноги, его взгляд был жёстким.
Я— Отлично, — ответила я, и впервые за всё это время ощутила лёгкий проблеск надежды. — У нас есть пара часов, пока Галли окончательно не решится. Нужно использовать их с умом. — Я посмотрела на Томаса в яме. Он смотрел на нас, в его глазах была смесь вины и благодарности.— Мы вернём вас, — сказала я ему. — Клянусь.
Тер— Мы сможем. Только… будьте осторожны. — Тереза подняла глаза, её лицо было бледным, но в голосе звучала решимость. Мы разошлись каждый по своим задачам. Минхо и Чак отправились в сторону руин кладовой, пряча в руках старые мешки, чтобы не вызывать подозрений. Они старались идти так, будто просто выполняют поручение, но в их движениях чувствовалась скрытая спешка. Ньют нашёл несколько старых сумок и ящиков возле развалин склада и принялся сортировать их содержимое. Бен помогал ему перетаскивать сумки и искать всё, что могло пригодиться в пути. Я присоединилась к ним: складывала в рюкзаки фляги с водой, куски ткани, сухие тряпки, куски мыла, всё, что могло пригодиться в неизвестности за стенами.
Н— Нам пригодится каждая мелочь, — сказал Ньют, доставая из-под обломков верёвку. Через какое-то время мы все снова встретились у кутузки. Минхо с Чаком принесли мешок еды: сухари, несколько банок консерв, яблоки и воду. Ньют с Беном аккуратно расставили сумки, набитые припасами. Алби принёс пару копий и ножей. Мы переглянулись.
Н— Всё готово, — тихо сказал Ньют.
Ал— Осталось дождаться момента — добавил Алби. — Тогда действуем.
Мы сидели в тени, притворяясь, что просто отдыхаем, но каждая секунда тянулась вечностью. Внутри всё сжималось: сегодня всё изменится. Или мы выберемся… или умрём здесь. Минхо подошёл ко мне, когда я стояла чуть в стороне, напряжённо наблюдая за кучкой парней у ворот. Его шаги были быстрыми, резкими — он выглядел, как сжатая пружина, готовая сорваться в любой момент.
М— Протяни руку, — коротко бросил он, глядя прямо в глаза.
Я— Что? Зачем? — удивилась я, растерянно моргнув. Минхо раздражённо вздохнул, схватил мою ладонь и вложил в неё холодный кинжал с деревянной рукоятью. Металл отозвался морозным прикосновением к коже.
М— Пусть всегда будет с тобой, — сказал он сурово, тихим голосом, в котором не было ни капли сомнений. Я крепче сжала рукоять кинжала.
Я— Спасибо… — выдохнула я, но он уже отвернулся, проверяя сумки. В этот момент я заметила движение у кутузки. Сердце сжалось. Дэн, Хэнк и ещё один крупный парень грубо выволокли Томаса и Терезу из ямы. Томас прикинулся без сознания, его тело безжизненно висело в руках парней. Тереза, наоборот, брыкалась и выкрикивала проклятия, но ей тут же выкрутили руки за спину.
Я— Пора, — сказала я одними губами, сжимая кинжал так сильно, что побелели костяшки пальцев. Мы двинулись в сторону ворот. Все уже собралась там, образуя живой круг. В центре возвышались два деревянных столба, рядом валялись мотки верёвок. Атмосфера была натянутой, как тетива — каждый взгляд полон злобы и страха.
Томаса швырнули к основанию одного из столбов, словно ненужный мешок. К нему сразу же потянулись руки, чтобы привязать. Терезу же поставили спиной к столбу и начали туго связывать её запястья над головой. Она вырывалась, пнула одного из парней ногой, но его удар по лицу заставил её замереть от боли. Галли стоял рядом, мрачно наблюдая. Его лицо было каменным, но в глазах горело нечто болезненное.
Г— Столько жертв… — пробормотал он тихо.
У— Галли… — подал голос Уинстон, делая шаг вперёд. — Это неправильно. — Барк залаял, будто подтверждая слова хозяина.
Ф— Да, а что если Томас прав? — продолжил Фрайпан, глядя прямо на Галли. — Может, он поможет нам выбраться отсюда… домой.
Г— Мы уже дома, — холодно отрезал Галли. — Я не хочу больше вычёркивать имена на той стене.
Я крепче сжала кинжал и почувствовала, как дрожь пробежала по рукам. План был прост, но от того, что мы собирались сделать, зависела наша жизнь.
Г— Взгляните вокруг! — крикнул Галли, повернувшись к толпе. — Взгляните на Глейд! Всё, что мы знали, разрушено! Это единственный способ всё исправить. Когда гриверы получат то, за чем пришли, всё будет как раньше.
Тер— Если вы останетесь, гриверы вернутся! — закричала Тереза, её голос прозвучал резко и громко, как выстрел. — Они будут приходить снова и снова, пока все вы не умрёте!
Г— Заткнись! — Галли вздрогнул и перекрикнул её. Он махнул рукой в сторону Томаса. — Привязать его!
Парни потянулись к Томасу, чтобы поднять его, но он внезапно открыл глаза. Резко ударил одного по колену, второго по лицу. Они отшатнулись, не ожидая сопротивления. В этот момент мы рванулись в атаку. Алби с копьём в руках бросился на ближайших сторонников Галли, Минхо налетел на Хэнка, сбивая его с ног. Я сорвалась с места и подбежала к Терезе. Сердце бешено колотилось в груди, дыхание сбивалось. Одним рывком я вскинула кинжал и перерезала верёвку, освободив её руки. Тереза не потеряла ни секунды — локтем ударила парня, который пытался схватить её снова, и тот рухнул на землю.
Все наши быстро оказались у ворот, спиной к выходу и лицом к Галли. Сердце билось так сильно, что казалось, его слышат все вокруг. Тарик, Марлоу, Келли и даже Эван, с перевязанной рукой, быстро встали на нашу сторону. Когда Хэнк рванул ко мне, пытаясь схватить за плечо, Тарик не колебался — его кулак врезался в лицо Хэнка с такой силой, что тот отлетел в сторону, зажимая нос. Минхо шагнул вперёд, его глаза сверкнули, как у хищника. Он поднял руку с мачете, острие направил прямо на Галли, предупреждая его одним этим жестом: шагни — и пожалеешь. Галли стоял неподвижно, но по его глазам читалась буря. Гнев, разочарование, что-то ещё, спрятанное за маской злости. Он чуть приподнял брови, и на его лице промелькнула саркастичная улыбка.
Г— Так ты полон сюрпризов?! — произнёс он с насмешкой, но голос дрогнул. Томас шагнул вперёд, выпрямился, его лицо было спокойным, но решительным.
Т— Ты не обязан идти с нами, но мы уходим.
Галли медленно перевёл тяжёлый взгляд на меня. Его глаза встретились с моими — в них не было ненависти, только боль.
Г— Т/и… — выдохнул он, как будто его собственное имя в этот момент давалось ему легче, чем моё.
Я— Галли… Пойдём с нами. Прошу… — мой голос дрогнул, и я почувствовала, как на глазах выступили слёзы. Мне не хотелось его оставлять, не хотелось, чтобы он остался в этом аду один. Я протянула к нему руку, но он не двинулся.
Г— Нет, Т/и, — он опустил голову. — Я не могу.
Я— Но почему, Галли?! — сорвалось у меня, голос был почти криком. — Пойдём с нами! Это наш последний шанс!
Он поднял взгляд на меня, но слов не нашёл. Его губы дрогнули, он будто хотел что-то сказать, но не смог. Тяжёлый вздох сорвался с его губ, и он отвернулся, сжав кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Бен подошёл ко мне сзади и аккуратно взял за руку, словно пытаясь поддержать. Его взгляд был твёрдым, он понимал, что выбора нет.
Т— Все, кто хотят уйти, это ваш последний шанс! — громко произнёс Томас. Его голос эхом разнёсся по квадрату. Толпа замерла. Момент тянулся бесконечно. Люди переглядывались, кто-то делал шаг назад, кто-то вперёд. В глазах многих читался страх, но желание жить оказалось сильнее. Один за другим парни начали переходить на нашу сторону. Зарт, молчаливый, но всегда верный, шагнул к нам и встал рядом со мной. Барк, чуя напряжение, поджал хвост и пошёл рядом с хозяином, тихо рыча на оставшихся возле Галли. Чак подошёл ко мне и протянул мою сумку, набитую вещами. Я взяла её, кивая, и снова взглянула на Галли. Его фигура среди тех, кто остался, казалась одинокой, словно он уже выбрал свой путь, даже если он приведёт его к гибели.
М— Пора, — твёрдо сказал Минхо, его взгляд метнулся к воротам.
Т— Галли, всё кончено. Идём с нами! Давай же! — Он молча сжал губы и чуть улыбнулся:
Г— Удачи против гриверов, — сказал он тихо, и его взгляд остановился на мне. В нём не было злости, только какая-то тяжёлая усталость. Он снова сомкнул губы, будто боялся сказать лишнее.
Все начали медленно разворачиваться и двигаться к воротам. Мы бежали, один за другим, кто-то спотыкался от спешки и напряжения, но никто не останавливался. Я задержалась на секунду, бросив последний взгляд на Галли. Его силуэт остался в полутьме Глейда. Грудь сдавило от боли, но я развернулась и одна из последних вбежала в лабиринт.