Люцифер
Люциферу было десять, когда все изменилось. В тот день ему показалось, что даже воздух из чистого и свежего, с легкой примесью гари, стал удушающим, давящим и разрывающим легкие изнутри. Тогда и опустилась Великая Завеса, отсекая их мир от граничащего с ним Светлого.
Люцифер мастерил скамейку. Так, как умел. В подарок своей любимой матери и суровому отцу. Вырезал на ней замысловатые фигурки острым, маленьким ножом, который подарил ему Эргон на десятилетие.
Рядом в пожухлой, сухой траве, закинув руки за голову и пережевывая тонкую соломинку, валялся Айл. Он смотрел на плывущие серые облака своими разноцветными глазами и по-идиотски комментировал каждый образ, который замечал.
– А вон Охр, Люц, ты глянь! – тыкал он пальцем куда-то вверх, и Люцифер следил за его движением. Конечно же, ничего похожего на Охра он не увидел.
– Ерунда какая, – насупился Люцифер, продолжая ковырять в дереве что-то, похожее на воющего волка. Его чересчур носатая морда была задрана, и, очевидно, он собирался выть на луну.
– Я думаю, твоей матери понравится подарок, – широко улыбнулся Айл и сдул со лба русые кудряшки. – Долго еще?
– Почти закончил, – кряхтя, произнес Люцифер, протыкая дырку-глаз на морде волка. – Сегодня у них праздник, ровно десять лет с обмена браслетами!
Обряд бракосочетания Люцифер считал одним из самых завораживающих действ в их землях. Надевая брачные браслеты друг на друга, влюбленные становились навечно связаны Огнем Аркада. Он выжигал на коже древние символы, тем самым подтверждая связь. И маленький Люцифер был уверен, что когда-то, в будущем, он тоже подарит браслет своей избраннице, будет любить всю жизнь.
То, что отца нет во дворце, он не знал. Как и то, что уже несколько дней в катакомбах отец держал в плену принцессу Светлых, а его мать задыхалась от боли.
Внезапный, оглушающий гул заставил маленьких Деасов согнуться, закрывая уши ладонями и пряча голову между колен. Но даже тогда страшный вой пробивался в их мозг, норовя разорвать сосуды.
Очнулся Люцифер, лежа на боку. Во рту ощущался солоноватый привкус, а под носом запеклась корка крови. С трудом поднявшись на четвереньки, он подполз к Айлу. В глазах мелькали черные точки, мешая сфокусировать зрение, а к горлу подкатывала тошнота.
– Эй, ты живой… – не слыша самого себя, прокричал Люцифер и потрепал Айла за плечо. – Айл?
Он не получил ответа.
Небо стремительно темнело, хотя еще недавно было раннее утро. Или он провалялся без сознания весь день?
Взвалив Айла на плечо и еле поднявшись на ноги, Люцифер, запинаясь, побрел в сторону дворца, из ворот которого уже выбегала стража.
Очередной раскат грома заставил Люцифера содрогнуться и ускорить шаг.
– Какого черта? – как в бреду, шептал он. – Что происходит?..
Воздух становился плотнее, а температура ощутимо росла, заставляя тело отдавать больше влаги.
Оставив Айла под контролем обеспокоенных лекарей, Люцифер отправился искать мать. В королевских покоях ее не оказалось, и он замер, прислушиваясь к звукам дворца. Пока сила, которую так ожидал увидеть в нем отец, не проснулась, Люцифер не мог найти родителей, следуя по потокам энергии или уходя в Темное пространство. Поэтому единственное, что он мог, – слушать крики из коридора и звуки быстрого топота чьих-то ног, спускавшихся по каменным лестницам.
– Она закрыла нас! – кричал чей-то голос. – Чертова Светлая!
– Не может быть! – вторил другой. – Король сейчас быстро взломает эту стену, и тогда этой стерве явно не поздоровится.
Люцифер напрягся, пытаясь понять, о какой Светлой идет речь и что за стену должен разрушить его отец. Ведомый чужими голосами, он бросился в сторону ранее незримой, разделявшей миры стены. Каково же было его удивление, когда он увидел ее. Белоснежную. С тысячами разноцветных бликов, расходившихся по поверхности. Завеса трепетала и ощутимо вибрировала.
Рядом с Люцифером остановился Эргон. Он хмуро смотрел на Завесу, держа ладонь на рукояти меча.
– Не нравится мне все это, – сказал он, вытирая капли пота со лба.
– Почему собирается так много Деасов? – спросил Люцифер, оглядываясь по сторонам.
У Завесы толпилось уже около сотни воинов. Они касались ее рукой, кто-то даже пробовал ударить потоком темной энергии, но сияющая стена лишь поглощала направленный в ее сторону выброс.
– Я попробую узнать, что происходит, а ты… – Эргон положил свою огромную ладонь на его худое плечо и легко сжал. – Иди во дворец. Я найду тебя и расскажу все, о чем узнаю.
Конечно, Люцифер не послушал, кивнул и скрылся в толпе остальных Деасов, глазеющих на аномалию. Целью Люцифера была Завеса. Она влекла его, звала приблизиться и прикоснуться. Люцифер пробирался сквозь толпу, все ближе и ближе, пока наконец-то не оказался прямо перед ней.
Когда он заметил рядом отца, сперва не поверил своим глазам.
Сильнейший из Деасов в их мире. Люцифер уважал и боялся его до дрожи в коленях. А желание доказать, что он – достойный сын, было одним из сильнейших в жизни. Никто не знал, сколько Королю было лет и существовали ли Деасы до него. Ему подвластно было время, огонь, прятавшийся в недрах земли, и Тьма. Но сейчас картина, которая предстала перед маленьким Люцифером, выбивалась из тех, что он представлял себе.
Его отец на коленях. Перед Завесой. С опущенной головой, как побежденный воин. Тогда Люцифер еще не понимал, что произошло. Король, пусть и оставался жив физически, в душе был сражен.
Позади стояла мать, прижимая дрожащие руки к груди, и с ненавистью смотрела туда, где пространство Завесы еще оставалось прозрачным.
На той стороне стояла она.
Та, которую Люцифер будет ненавидеть точно так же, как и его мать. И это чувство с каждым годом будет разрастаться в его душе, словно опухоль, поражая своими клетками каждый здоровый участок в его теле.
Девушка по ту сторону Завесы была прекрасна, как солнечный свет. Ее белоснежные волосы слепили, и Люциферу хотелось зажмуриться, чтобы не быть сраженным ее красотой. Белая кожа, тонкая фигурка в рваном, забрызганном кровью платье. Только сейчас Люцифер заметил, какой изможденной она выглядела. На ее лице отразилась счастливая улыбка, когда к ней приблизился мужчина. Такой же Светлый, как и она сама. Он по-хозяйски обвил рукой ее талию, прижимая к себе.
Отец Люцифера зарычал, как хищный зверь, и со всей силы ударил в Завесу. Вложив столько силы, сколько мог. Но ничего не произошло. Стена зарастила.
– Гос-с-сподин… – заблеял подбежавший к Королю советник. По его сморщенному лбу стекала крупная капля пота. Этому Деасу была всего пара сотен лет, но старение уже коснулось его лица и тела. Это могло значить только одно – он чем-то провинился перед Королем. Именно поэтому он так боялся. – Мы выяснили, почему никто из Деасов не может пройти сквозь эту чертову стену.
Он говорил быстро, задыхаясь, словно пробежал без передышки сотню километров. Его голос садился, становясь еще более хриплым. И Люцифер заметил, насколько суше ощущался воздух, а в воздухе начал витать пепел.
– Из тебя клещами вытаскивать или ты наконец-то скажешь, почему никто из нас не может пройти? – из уст Короля фраза прозвучала угрожающе.
Советник побледнел так, что в цвете своей кожи мог посоревноваться со Светлыми.
– Только истинно Светлые могут пересекать Завесу. Мы привели одну из них. – Советник указал пальцем на сжавшуюся белокурую девчонку. – Дочь Светлых, перешедших на нашу сторону для работы на рудниках. Она работала во дворце.
– Пусть пройдет, – дал разрешение Король, и советник, схватив девчонку за плечо, грубо подтолкнул к Завесе.
– Давай, иди же. – Ткнул он ей пальцем между лопаток. – Шевелись.
Девчонка потопталась перед переливающейся стеной и сделала шаг вперед, скрываясь за ней.
Прошло больше десяти минут. Все стояли в ожидании, но она так и не вернулась.
– Скорее всего, эта стена работает на проход только в одну сторону, – приглаживая бороду, произнес старый Деас.
Никто не заметил, как он приблизился к Завесе. Его называли Отшельником. Никто не знал, сколько ему лет и где он живет. Он слонялся по Темным землям и всегда появлялся там, где был нужен. Какая удача.
– Что ты хочешь этим сказать? – напрягся Король.
– Этой девчонке был смысл возвращаться сюда? – спросил Отшельник.
Советник быстро закивал.
– У нее здесь остались два младших брата, я думаю, если бы она могла, то вернулась.
– Из этого складывается два варианта: либо, чтобы вернуться назад, нужно быть наполовину Темным, либо ее просто схватили. – Отшельник развел руками.
– Это было ожидаемо, – сухо сказал Король. – Я бы даже сказал, логично. Марисса умна, это в ее стиле. Первый вариант, уважаемый Отшельник, я думаю, и является истинным. Я чувствую энергию Завесы так, словно создал ее сам, только не могу повлиять на нее. И твои слова только подтвердили мои догадки.
– И что мы будем делать? – выкрикнул какой-то Деас из толпы. – Температура уже поднимается выше нормальных показателей, а пепел начинает душить! Вы, как Король, могли бы предотвратить это, если бы не затащили в свою постель эту чертову Светлую.
Люцифер вздрогнул от брошенных этим Деасом слов и услышал тихий всхлип матери. Это не могло быть правдой.
Король протянул руку, сжав ее в кулак. Орущий Деас, схватившись за горло, упал на колени. Его лицо быстро становилось багрово-синим, а ярко-желтые глаза закатились. Пока несчастный задыхался, Король обратился к присутствующим:
– Уничтожить каждого Светлого, которого найдете в наших землях. Не должно остаться никого, кто смог бы перешагнуть Завесу. Мы отомстим.
Отвернувшись от стены, Король тяжелой поступью пошел в сторону дворца. Незнакомый Деас так и остался лежать на горячей земле, а его расширившиеся желтые глаза смотрели в темное небо.
Люцифер не мог смотреть на горе своих отца и матери, и в голове забрезжила странная мысль. Чувствуя себя героем, он важно приблизился к Завесе. А если то, что не получилось у отца или других Деасов, получится у него? Он единственный сможет сломать эту стену, и тогда все наладится. Воодушевленный своей идеей, Люцифер быстро приблизился к Завесе, встав на расстоянии вытянутой руки. Он не слышал сдавленный крик матери, кинувшейся к нему. Ее рука схватила воздух, а Люцифер перешагнул сияющую Завесу.