Безликий
Она его бесила. Выводила из себя. Дергала за только ей ведомые нитки, и он слетал с катушек.
Безликий хотел танец. Один танец с Тенью – и уже завтра он бы рассказал ей все, открыл свою тайну, спас ее и этих девчонок, но нет. Тень смотрела на него с ненавистью. И за что? За то, что он всю жизнь говорил ей правду? Она – никто!
Изо дня в день Безликий выполнял порученную Королем обязанность, стерег адепток, как верный пес.
– Да я делал все, о чем она только просила! – рявкнул Безликий и впечатал кулак в стену, рассекая костяшки в кровь. Раны затянулись за считаные мгновения. Еще одна особенность Деасов.
– Ей не нужно ничего из того, что ты предлагал ей, – со скучающим видом произнес Айл, упираясь в стену плечом.
Безликий разозлился еще больше. Ему захотелось поджечь Айла заживо и выкинуть в открытое настежь окно.
– А может, ты сам хочешь ей что-то предложить? – медленно сокращая расстояние, прохрипел Безликий.
– И мне нечего, – снова безразлично пожал плечами Айл, разглядывая перстень на пальце. Словно этот кусок металла был интереснее разговора, который вел Безликий.
– Она хочет того, чего никогда не получит. Свободу, – опускаясь в мягкое кресло, сказал Айл.
– Ты, видимо, забыл, зачем они нам? Прекратить вырождение нашего вида. Отомстить. Вернуть нам то, что у нас забрали сто лет назад! – теперь голос Безликого был похож на рык хищного зверя.
– Это нужно нам, но не ей. Она хочет жить.
– Она ненавидит меня, но к тебе питает странные чувства.
– Пока ты доказывал ей, что она ничто, я давал ей возможность почувствовать себя человеком.
Возможно, так и было. Ненависть, которую Безликий испытывал к Тени с первых дней после ее рождения, затмевала его разум. Девчонка – оплот его боли. Материал для достижения его целей.
Тогда почему за последние два года ее никчемной жизни он не провел ни дня, чтобы не прокручивать в голове каждую из их встреч? А после произошедшего в каюте, когда он стоял на коленях у почти бездыханного тела и покрывал поцелуями ее бледное, заострившееся лицо, вообще слетел с катушек. Мерзкая связь уже заразила сердце, оплетала тугими корнями, врастала, не оставляя ни единого миллиметра, где бы не был отпечатан образ голубоглазой девчонки.
– Что у тебя к ней? – вдруг сухо спросил Безликий задумчивого Айла, с трудом скрывая дрожь, нараставшую в теле.
– Если что-то и есть, то это никак не повлияет на нашу миссию, Люцифер, – ответил он и растворился в пространстве, оставляя его одного.