MISSION 2605

Йеджи сидела на заднем ряду и с откровенно наглым видом вертела в пальцах пластиковую ручку, щёлкая пружиной так, что Хёнджин то и дело зажимал рот, чтобы не взорваться от смеха.

— Ты собираешься когда-нибудь повзрослеть? — шепнул он, закатывая глаза.

— Я давным давно — ухмыльнулась Йеджи и, не отрывая взгляда от затылка Рюджин, выкрутила корпус ручки.

Стержень и пружинка со звоном скатились на пол, а сама она скатала из клочка тетрадного листа крошечный бумажный шарик.

— Смотри, салага, мастер-класс по снайперскому искусству.

— Это плохая идея… — начал Хёнджин, но Йеджи уже прицелилась, прищурившись:

— Три… два… один… огонь!

Щёлк...

Бумажный шарик аккуратно ударил Рюджин в волосы и застрял там.

— Ебаать! — прыснула Йеджи, чуть не свалившись со стула.

— Боже… ты ебанутая… — простонал он, задыхаясь.

Рюджин медленно подняла голову, оторвавшись от тетради, и обернулась. Сначала взгляд был спокойным. Даже слишком спокойным. Но потом глаза сузились, и Хёнджин почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Рюджин сидела в углу комнаты, пальцы вцепились в волосы, ногти оставляли красные полоски на коже. Дыхание сбивалось, губы дрожали от злости и обиды.
«Почему я для неё всегда ничтожество?.. То нежная, то зверь. Я никогда не знаю, какой она будет в следующий раз...»

— Доченька… — послышался из коридора тихий, почти ласковый голос.

— Сюда, блять, подойди, Рюджин! — взорвался голос матери.

Рюджин вскочила, дрожа, и подошла. Мать резко схватила её и сдавила в железных объятиях так сильно, что в груди хрустнули рёбра.

«Каждый раз как лотерея. Выживу ли я — или нет,» — подумала Шин.

end of flashback

— Эй, чипушила, — вдруг сказал одногруппник с гаденьким выражением лица. — Вид у тебя как у зомби. Замажь синяки под глазами, страшилище.

Рюджин не ответила, но пальцы вцепились в край стола так, что побелели костяшки.

Черён, сидевшая через ряд, зло прищурилась. Она уже подняла пенал, чтобы запустить его в башку наглому придурку.

Но Йеджи сработала быстрее.

— Ты чё, долбоёб? — раздался хриплый голос. В следующую секунду тетрадь с грохотом врезалась в лоб обидчику.

— Ай, блять! — заорал тот, валясь со стула.

Аудитория замолчала.

Хёнджин закрыл рот обеими руками, чтобы не заржать в голос. Черён застыла с поднятым пеналом.

Рюджин резко поднялась и подошла к Йеджи, которая уже приготовилась лезть в драку.

— Ты ебанулась?! — прошипела Шин, вцепившись Йеджи в запястье.
— Он сам нарывается! — огрызнулась Йеджи, дёргаясь, чтобы вырвать руку.

— Да ты вечно нарываешься, Хван! — Рюджин сдавленно зашипела, пальцы сжимались сильнее.

— Отпусти, пока я тебе руку не вывернула, заучка.

— Ты первая тут ломаешься на каждом углу, стерва! — вспыхнула Рюджин, и глаза её зло сверкнули. — Ты думаешь, что, если всех послать, то станешь крутой? На деле ты просто истеричка.
— Зануда, — буркнула Йеджи и уселась обратно, но уголки губ дрогнули, словно она едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться.
— А ты психопатка, — пробормотал Хёнджин и зажал рот руками, чтобы не заржать в голос.

***

Заметка №5

Снова это взрывное состояние у Йеджи. Бесит до скрежета зубов, но, чёрт возьми, я начинаю к этому привыкать. Раздражает до дрожи и то, как она носит свои идиотские зелёные линзы. Её глаза и без них красивые, но зачем портить? Перед парой накатило мерзкое воспоминание — вот уж классно, да.

Рюджин с тихим вздохом захлопнула дневник и неохотно поднялась с кровати. В комнате витал сладковатый ванильный запах — Йеджи недавно поставила новый диффузор, и Шин хотелось бы расспросить её об этом, но она лишь сдержанно промолчала, решив не разжигать ещё одну перепалку.
— Хорошо, — коротко кивнула Рюджин, разминая затёкшие плечи. Она даже не обратила внимания на то, как пристально Йеджи уставилась на неё из-за своей книги.

Та недовольно хмурилась, а потом глухо фыркнула, громко щёлкнув языком. Рюджин услышала это отчётливо и в очередной раз закатила глаза. За окном оранжевый закат размазался по небу, как акварель по мокрой бумаге — тёплый, тревожный, будто обещающий беду. Рюджин подошла к окну и уставилась на это зрелище, её пальцы скользнули к телефону.

— Ахуеть, красиво, — пробормотала она себе под нос и сделала пару снимков. Телефон с глухим стуком вернулся на стол.

— Автоматом не поставят, так-то, — ядовито бросила Рюджин, сложив руки на груди.

— Боже, Шин-зануда, я в курсе. Я не настолько тупая, ясно? — Йеджи резко захлопнула свою тетрадь и встала с кровати, взгляд её был колючим, как наждак.

Рюджин даже не дрогнула, но уголок губ дёрнулся в раздражённой ухмылке.

— Так, а чего не готовишься? — с вызовом спросила она, шагнув чуть ближе к Йеджи.

Та молчала, её взгляд был тяжёлым, обжигающим. Вместо ответа Йеджи подошла почти вплотную. Между ними оставалось едва ли пара сантиметров. Рюджин ощутила сладковатый аромат вишнёвых духов, исходящий от Хван — резкий, чуть приторный, как и сама хозяйка.

Йеджи небрежно взяла со стола книгу по истории социологии, пролистала её пару страниц.

— Это моя книга, плюгавая, — холодно произнесла Рюджин, даже не моргнув.

— И почему же? — голос её звучал насмешливо, с подтекстом: «интересно, как ты теперь выкрутишься».

— Зануда, — хмыкнула Йеджи и откинула волосы назад, при этом так смерив Рюджин взглядом, что любому другому стало бы не по себе.

— А ты имбецил. Увы, два сапога пара, — Рюджин дерзко изогнула бровь и повернулась к окну, не желая больше тратить на неё ни слова.

В комнате повисло напряжение — густое, как сигаретный дым.

***

— Боже, зачем они арендовали танцевальную студию, которая находится хрен знает где? — протянула Черён, закинув на одно плечо массивный рюкзак и сдвинув шарф, чтобы отдышаться. — Зато, конечно, осенний Париж прекрасен… хоть в инсту фотку выкладывай.

Рюджин, идя чуть позади, сделала ещё пару осторожных глотков из картонного стаканчика с американо. Горький, крепкий вкус приятно обжёг язык, а тёплый пар щекотал лицо. Она провела взглядом по ряду османских домов с аккуратными балкончиками и коваными перилами, где сушились яркие полотенца.
— Какая же тут архитектура классная, — задумчиво проговорила она, сдерживая лёгкую улыбку. — Слушай… глянь, одни мигранты кругом.
— А мы кто, коренные француженки? — усмехнулась Черён, посмотрев на подругу. — Мы такие же иностранцы, только с другим паспортом.
Черён хитро прищурилась, хихикнула и бросила на неё взгляд из-под длинных ресниц:
— Что? — Рюджин резко обернулась, приподняв брови.
— Иди нахуй, Черён, — фыркнула Рюджин, ускоряя шаг и чуть не споткнувшись о собственный ботинок.

Черён тихо засмеялась, а потом и вовсе прыснула со смеху, прикрывая рот ладонью. Рюджин шла перед ней, надувшись, как рассерженный котёнок, и именно это ещё больше веселило Ли. У неё перед глазами стоял образ маленького ребёнка, у которого только что отобрали любимую конфету.
— Ох, ну всё… ты ей ещё камень в окно кинь, — выдохнула Черён сквозь смех. — Рю, у тебя лицо как у кота из мемов, знаешь?
Внутри пахло свежевымытым полом и лёгким ароматом кондиционера для белья. Просторный зал с зеркальными стенами отражал каждое движение, а вдоль стен стояли стулья и аккуратно сложенное оборудование. В углу уже собрались знакомые лица: Йеджи, Сынмин, Хёнджин, Лия, Минхо и Джисон.
— Роза и сорняки, — так же шёпотом ответила Черён, кивая в сторону Йеджи. Она тут же направилась к Лие, затеяв разговор, оставив Рюджин стоять одну посреди комнаты.
— Шин Рюджин, ваша роль — манипулятор, — внезапно проговорил преподаватель, подслушав их разговор и идеально повторив её имя на корейском. — Хван Йеджи, у вас роль агрессора.

— Да она и в жизни такая. Даже притворяться не нужно, — громко произнесла Рюджин, с ехидной улыбкой глядя на Йеджи.

— Отстань, ты вообще вчера побег устроил, — недовольно буркнула Йеджи, поднимаясь и отряхивая штаны.

Рюджин приподнялась на локтях, глядя на Йеджи с выражением «ещё встретимся», а её глаза хитро сверкали.
— Так, а оператор и режиссёр ещё не пришли? — спросил Минхо, обернувшись к преподавателю и опершись локтем о спинку ближайшего стула.

— Ну-ка, расскажи, — с интересом протянула Рюджин, встав и шагнув к нему ближе и опершись на стену, скрестив руки на груди.

— Ну… было так… — начал Джисон, приподняв взгляд к потолку, будто пытаясь вытянуть из памяти тот момент.
flashback Jisung

Запыхавшийся Джисон вбежал в библиотеку, тяжело дыша и пытаясь отдышаться. В нос ударил запах старой бумаги и дешёвого освежителя воздуха. За высоким стойлом сидела библиотекарша — сухощёкая женщина с жёсткими чертами лица и взглядом, который мог расплавить металл. Она подняла глаза от книги и смерила его взглядом поверх очков.

— Ой… извините, пожалуйста, — пробормотал Джисон, неловко кивнув и кинув взгляд на читателей, которые с раздражением уставились на него за прерванную тишину. Он резко развернулся и выскочил из библиотеки.

С грохотом спускаясь по лестнице с четвёртого этажа на второй, он краем глаза смотрел в телефон и едва не врезался в завуча, которому пришлось отпрыгнуть в сторону. Когда он наконец нашёл нужную дверь, толкнул её и оказался в актовом зале, где уже вовсю кипела жизнь.
— Привет, Хан Джисон, — отозвалась учительница истории, заметив его. — На сцену давай, мы уже репетируем. Тебя нам как раз и не хватало, — добавила она с лёгкой улыбкой и тихонько хихикнула.
Стараясь выглядеть уверенным, Джисон снял с плеч чёрный рюкзак и поправил серую кофту, затем быстро поднялся на сцену. Там уже стояли пятеро ребят, включая девчонку в круглых очках, которая оживлённо болтала с подругой.
К ним подошёл режиссёр — мужчина средних лет в чёрной водолазке и серых брюках. Его строгий взгляд, усиленный массивными очками, буквально прожигал каждого ученика. У Джисона по спине пробежали мурашки.
— Итак, — хлопнул в ладони режиссёр, — первая сцена: в магазине. Джисон, ты стоишь в очереди, будто идёшь за солью. Когда Хёнбин случайно толкнёт тебя, должен начать язвить: «Куда ты так прёшь, невежа?» Понял?

— Да, понял, — кивнул Джисон, переводя взгляд на Хёнбина, который стоял за кулисами и беззлобно махнул ему рукой.
Ребята начали хаотично ходить, выстраиваясь в очередь. Продавца изображал Минчжи, и Джисону пришлось сдерживать смех — друг в белом фартуке и нелепом колпаке больше напоминал сбившегося с курса пирата, чем продавца.
Хёнбин резко побежал сквозь очередь, изображая спешку, но выглядел так, будто вышагивает по полю ромашек.

— Режиссёр у вас, конечно, строгий, — хихикнула Рюджин, сидя на полу и подперев подбородок ладонью. Она внимательно слушала Джисона, изредка бросая на него тёплый взгляд.
— Ага… но я всё ещё веду себя как дерево, — театрально сказал Джисон. — Мне, кстати, повезло с ролью: играю асоциального человека.

— О… это сложная роль, Джисон, — подметила Рюджин, переводя взгляд с Минхо на Хана.

— Знаю, но это легче, чем играть гиперэмоционального психа, — фальшиво захныкал Джисон, вызвав у всех лёгкий смех.
Рюджин переглянулась с Минхо и Джисоном, едва сдерживая смех. Джисон прикрыл рот рукой, а Минхо прикусил губу, но их всё равно выдавали дрожащие плечи.

Йеджи, заметив это, лишь фыркнула и отвернулась к Хёнджину и Сынмину.

— Ты правда думаешь, что сможешь провести меня своими дешевыми трюками? — лениво бросила Йеджи, не глядя на Рюджин. В её голосе звучала нескрываемая усталость, и по выражению лица было видно, что находиться здесь для неё — худшее из мучений.
— О, разве я виновата, что ты такая предсказуемая? — фыркнула Рюджин, скрестив руки на груди и прищурив глаза.
— Стоп! — раздался резкий хлопок по столу, от которого вся комната вздрогнула. Режиссёр поднялся на ноги и метнул взгляд на девушек. — Это не война двух улиток на огороде! Хван, представь, что она разрушила тебе жизнь. А ты, Шин, представь, будто на секретной миссии и пытаешься выдавить из неё информацию.

«Думаю, мне и представлять не нужно» — мысленно отметила Рюджин, уголок её губ дёрнулся в едва заметной ухмылке. Она быстро кивнула, убрав улыбку.

— Aujourd'hui, le troisième agent de l'organisation secrète a été arrêté. (Сегодня арестован третий агент тайной организации.) — произнёс он, хрипловатым голосом складывая газету и переводя взгляд на Минхо. Тот крутил на пальце ключи, их металлический звон эхом отразился от стен.

— Nous devons envoyer l'agent principal: Shin Ryujin. (Нужно отправить главного агента: Шин Рюджин.) — сказал Минхо тихо, подняв взгляд на Джисона и играя ключами, словно это было оружие. — Dites au coureur Kim Seungmin d'envoyer la géolocalisation d'une personne. (Попросите Ким Сынмина скинуть геолокацию одной особы.)
— Coordonnées de Hwang Yeji. (Координаты Хван Йеджи.) — произнёс Джисон сурово, нахмурившись. — En ce moment pour Shin Ryujin. (Прямо сейчас, для Шин Рюджин.)

— Accepté. (Принято.) — коротко ответил Сынмин, отложив телефон и поспешно натянув наушники. Он открыл ноутбук и за несколько секунд отследил сигнал чипа, встроенного в плечо Йеджи. Пальцы бегали по клавиатуре с нервной скоростью. Отправив координаты Рюджин, он с облегчением откинулся на спинку стула и выдохнул.

— Угу, — отозвалась Ли с видом человека, который хочет провалиться сквозь землю.

— На позиции! — встал режиссёр и щёлкнул пальцами. — Начали!
Йеджи нервно поправила галстук, сглотнув. Она выпрямила спину и медленно вдохнула, пытаясь привести дыхание в норму. Рюджин, стоявшая в стороне, внимательно наблюдала за каждым её движением, словно хищник за жертвой.