LI
Река оттаивала, на улице теплело. Солнечные лучи все чаще ласкали кожу, и Вендела вспоминала, как в это же самое время год назад жила взаперти, в кладовой у Йоргена и Фрейи. Целый год! Даже не верится. Думая об этом, она перебирала в памяти все, что случилось. Жизнь в ее сознании четко разделилась на до и после. На Велимиру и Венделу. И то, что было до, то, что было всего год назад — все, что было ее жизнью, казалось теперь смутным и туманным. Вендела иногда ловила себя на мысли, что не помнит, как звали соседского сына, или забывает, какие цветы больше всего любила Прасковья, ее лучшая подруга. Вендела уже начинала сомневаться, точно ли ее когда-то звали Велимирой и вечерами она вместе с другими девушками плела венки и водила хороводы.
Этот год был лучшим годом всей ее жизни. Столько новых людей, столько событий, столько радости и печали она не видела никогда и нигде. Прошлое представлялось серым и тусклым. Все слилось в один день: не было ни зимы, ни лета, ни утра, ни вечера. Хотя минувшее и блекло при свете настоящего, в своих молитвах каждый вечер Вендела вспоминала тетю, дядю, Прасковью, других подруг. Вспоминала всю ту заброшенную деревню на краю света. Но чаще всех молилась за мальчика с волосами цвета соломы, что ходит босой в одной рубашке вдоль замерзшей речки зимними ночами и дает мудрые советы.
Время шло неумолимо. Потихоньку начали готовить поля, убирать снег, солому. Выгонять скот из хлева. В воздухе запахло весной. В один из солнечных, приятных дней всей деревней работали в поле. О чем-то весело разговаривали, шутили.
— Представляешь, — тихо сказала Бринхилд Венделе, — родители думают выдать меня замуж. Мне ведь уже скоро будет девятнадцать. Ты можешь в это поверить?
Вендела застыла в изумлении.
— Что? Как? Я даже думать об этом не могу! За кого? Почему ты раньше не сказала?
Бринхилд пожала плечами.
— Да я сама не так давно узнала. За кого? Как повезет, — она загадочно улыбнулась.
— Я думала, вы здесь выходите замуж, только если сами хотите. Ты хочешь?
— Я даже не знаю, — Бринхилд опустила глаза. — Последнее время мне кажется, что хочу.
— Но разве вы не сами выбираете себе мужей? — Вендела, ошарашенная внезапной новостью, хлопала глазами и никак не могла продолжать работать.
— Да нет же, глупенькая! — засмеялась Бринхилд. — Меня никто не выдает замуж насильно! И тем более никто не выбирает мне жениха! Как правило, чтобы найти мужа воительнице, устраивают турнир. Все, кто хочет, могут сразиться с самой девушкой тем оружием, которое она выберет. Мужем воительницы станет только тот, кто сможет ее победить. И то, конечно, с согласия и тех и других родителей и самой невесты.
Вендела не могла даже представить, что ее сестра, ее Бринхилд, может так просто взять и выйти замуж! Вот так взять и повзрослеть! Вендела подыскивала нужные слова, которые, как назло, сразу куда-то запропастились.
— Это, — наконец произнесла она, — это... это очень важное решение. Если ты думаешь, что готова... Я так за тебя рада!
Снова забыв все, что хотела сказать, она бросилась к сестре и крепко обняла ее. Как будто боялась потерять. Трогательную сцену нарушил крик мальчика, только что прибежавшего с берега.
— Лодка! Лодка!
Все тут же побросали свои дела и с испугом высыпали на берег, толкая друг друга. Море в вике в тот день было гладким и спокойным. Сквозь голубую воду виднелись камни, лежащие на дне. Солнце сияло над скалами, а черные великаны гордо возвышались над водой.
К берегу пристал небольшой торговый корабль. Красный квадратный парус развевался на легком весеннем ветру. Тормод и Адела вышли вперед, готовясь встретить гостей. Толпа терпеливо и тихо ждала, гадая, кто прибыл в деревню. Через пару минут из лодки вышел высокий молодой человек, на вид лет двадцати трех. На нем была мятая, но чистая рубашка, подпоясанная расшитым поясом. Плаща, несмотря на весеннюю прохладу, он не носил. На шее висел какой-то языческий амулет. По плечам спадали ярко-рыжие волосы. Лицо его, чисто выбритое, было каким-то острым и напоминало мордочку лиса. Хитрые зеленые глаза бегали по толпе. Они хотели было остановиться на Бринхилд, но та ответила ему таким гордым и невозмутимым взглядом, что незнакомец поспешил отвести глаза. Вендела почувствовала, как он смотрит на нее. Почему-то она не нашла в себе сил сделать так же, как Бринхилд. Ей стало неуютно, как будто взгляд этих зеленых глаз пронзил ее насквозь. Вендела не выдержала и отвернулась.
Тем временем Тормод обратился к незнакомцу:
— Что привело тебя сюда, странник? Как твое имя и откуда ты родом?
— Я торговец, — ответил рыжий, слегка наклонив голову, и почему-то снова взглянул на Венделу. — Меня зовут Рауд.