XXXIII
Сумарлитр постукивал тросточкой о землю на тропинке, неспешно направляясь к дому. Смеркалось. Небо зажигало первые звездочки. Старик любил вечера, когда суетный день заканчивается и наступает ночь. В эти минуты время замедляет свой ход будто нарочно, чтобы дать тебе подумать обо всем, что ты сделал за день.
Рядом большими шагами шел Матс. Он всегда сопровождал старика на «вечерние истории». Матс был с Сумарлитром постоянно и любил его как отца или деда. Сумарлитр вырастил его и каждый раз, смотря на воспитанника, думал: это лучшее, что он сделал за свою долгую жизнь. Он знал о Матсе многое, хотя тот редко делился с ним своими мыслями и чувствами. Матс занимался хозяйством, работал в поле, убирал, готовил — словом, выполнял все домашние обязанности. Он не ходил в походы, хотя, как и все, умел обращаться с оружием, пусть и не очень хорошо. Он не хотел, он не мог оставить старика. Ведь он знал, что нужен Сумарлитру. И Сумарлитр тоже знал это. Он много всего знал. Он видел родителей нынешних воинов совсем молодыми. И за это его уважали. Он, хоть и не родился здесь, знал все легенды и предания. Поэтому по вечерам он часто приходил в дом конунга и рассказывал детям о богах и героях. Истории повторялись по многу раз, но детей это не беспокоило. Они всегда слушали с упоением и с открытыми ртами. Часто приходили и родители.
— Сумарлитр, а мы уже беспокоились! — Еще на тропинке, ведущей к дому, их встретила Адела. — Проходите скорее!
Ее живот был совсем большим. Она сейчас жила одна с тремя детьми и выглядела усталой, но Сумарлитру и его воспитаннику она тепло улыбалась.
Адела провела их в большой зал. Здесь проходили все собрания и пиры. Но сейчас в камине потрескивали угли, пламя уютно освещало комнату. У огня, прямо на полу, сидели дети. Девочки, мальчики, маленькие, взрослые — это не важно. Здесь были рады всем. Позади устроились и Вендела с Кэритой. Кэрита приветливо помахала Матсу, тот смутился и покраснел. Вендела кивнула своему учителю. Сумарлитр улыбнулся ей и всем остальным. Он сел перед публикой на приготовленный ему стул. Матс вопросительно взглянул на него и, получив утвердительный ответ, присоединился к Кэрите и Венделе. Адела опустилась рядом с детьми и обняла за плечи младшего сына. Сумарлитр откашлялся и окинул взглядом своих слушателей. Все в ожидании смотрели на него. Старик улыбнулся и тихим, хрипловатым голосом сказал:
— Сегодня послушаем о сотворении мира.
Никто не издал ни звука, но Сумарлитр по глазам понял, что выбрал правильную легенду. Эту историю все знали наизусть, но от нее прямо пахло сказкой. Поэтому ее любили.
— Сначала не было ничего, — сказал Сумарлитр, глядя в камин; языки пламени игриво извивались, словно играли в жмурки, — ни земли, ни неба, ни солнца. Совсем ничего. Лишь на севере простирался край льда и туманов — Нифльхейм. На юге лежало царство огня — Муспельсхейм. А между ними располагалась Гиннунгагап — мировая бездна. Однажды в Нифльхейме появился родник Гергельмир. Из него взяли начало двенадцать рек Эливагар, текущих на юг, в Муспельсхейм. В Нифльхейме реки покрылись льдом, а искры Муспельсхейма смогли растопить его. Из растаявшего льда появился великий Имир. В одно время с ним возникла корова Аудумла. Когда Имир спал, из-под его левой руки возникли капельки пота, превратившиеся в мальчика и девочку, а из сплетенных ног вышел шестиглавый великан Трудгельмир. Так на свет появились прародители гримтурсенов — самых опасных врагов асов. Корова Аудумла слизывала соль с камней, из которых потом появился человек Бури. У его сына Бора и великанши Бестлы родилось трое детей — Один, Вили и Ве. Это были первые боги — асы.
Они невзлюбили безжалостного Имира и напали на него. Один отрубил ему голову в жестокой схватке. В его крови утонули почти все великаны. Когда с Имиром было покончено, асы решили сотворить из его тела землю. Они поместили его в Гиннунгагап и назвали Мидгардом. Из черепа великана получился небосвод, из крови образовались ручьи, реки, озера и моря. Кости Имира стали скалами и горами, зубы — камнями и песком, волосы — лесами. Из мозга великана получились облака. Искры горящего Муспельсхейма боги прикрепили к небу, и они засияли яркими звездами. Асы согнули небесный свод, получившийся прямоугольным, и в каждый угол поместили по ветру. В северный — Нордри, в южный — Судри, в западный — Вестри, в восточный — Аустри.
Великанам отвели суровый край на берегу мирового моря. Их земли стали называться Йотунхеймом. Боги сотворили мир и решили заселить его людьми. Один, Локи и Хенер нашли два дерева — ясень и иву — и вырезали из них мужчину и женщину. Один оживил их и дал им дыхание, Локи подарил тепло и научил говорить, а Хенир вложил в них душу. Первых людей назвали Аск и Эмбла — «ясень» и «ива». Асы заселили землю, но не забыли и о ее недрах. Однажды Один и его братья нашли в мясе Имира червей. Сначала они хотели их утопить, но, подумав, решили превратить их в гномов или черных эльфов и поселить под землей, в стране, называемой Свартальфахеймом. Часть червей из тела Имира стала светлыми эльфами и поселилась между Мидгардом и Асгардом, в Льясальвхейме. Сами асы стали жить в прекрасном городе Асгарде, простирающемся высоко в небесах, среди облаков.
Когда Сумарлитр закончил, многие дети уже спали. Те же, кто еще не уснул, поблагодарили старика, хозяйку и ушли. Адела послала старшего сына Торстейна за родными спящих детей и предложила Сумарлитру поесть. Тот отказался и, взяв с собой Матса, успевшего попрощаться с Венделой и Кэритой, медленно зашагал домой. Было уже совсем темно, но яркие звезды — искры Муспельсхейма — освещали им путь.