Наследие и злой рок

В тот же вечер Камиль впервые посетил дом Дориана. Как и все мастера, он жил в главном корпусе. Его дом стоял близ дома мастера Бела, между лекционной и библиотекой. Дом небольшой, чистый. В нем была и маленькая кухня с прихожей, и уборная, и спальня с арочным камином. Большая кровать Дориана стояла в углу. На полу был растелен ковер с крупным ворсом.

Дориан пригласил Камиля к себе перед отбоем. Тот впервые за неделю оставил драконицу, передав ее магистрии — Наиль-Инара ее полюбила сразу же. Он чувствовал необходимость в отдыхе, но еще большую необходимость испытывал в обществе Дориана.

Он захватил с собой мандолину, а Дориан выудил откуда-то слабый алкоголь. Его волосы еще были мокрыми — он едва ли вышел из душа. Юноши весь остаток вечера вплоть до полуночи провели вместе. Камиль пел, наигрывал мелодии, а Дориан слушал и восхищенно смотрел на него. Впервые Камиль позволил себе выпить. Алкоголь расслаблял, но не вводил в опьянение. Настолько легко ему было рядом с Дорианом.

— Послезавтра отбываем, — сказал Дориан.

Камиль уже отложил мандолину и теперь сидел вместе с ним на ковре у разожженного камина. Ароматно звучали фрукты в тарелке. Свет был приглушен. Дориан в этом полумраке, без своих косичек, казался Камилю абсолютно недосягаемым, прекрасным изваянием. Дориан не просто был рядом с ним. Его тепло обволакивало и притягивало.

Послезавтра учеников школы ждет выпускной экзамен — испытание. Дориан поведет их в измерение, названное Лабиринтом истязаний. Это место было переменчиво и постоянно менялось, но оттуда всегда был выход — это был абсолютно подконтрольный мастерам карманный мир. Даже Дориан, что поведет отряды туда, не знал, чего ожидать. Но как мастер он был подготовлен к любому исходу событий.

Ученики там иногда погибали — но крайне редко. Камиль опасался, вспоминая судьбу Кирана, что в этот раз удача обойдет их стороной. Дориан и сам был не шибко рад туда вернуться. Он проходил Лабиринт шесть лет назад и тогда чуть было не погиб. От этого Камилю становилось еще тревожнее.

Ему туда не войти. Его обучение закончилось уже когда Киран умер, а для всех — когда он отправился с мастером Пантелеймоном в Нинсун-Холл. Но он обязательно завтра будет у врат чтобы проводить своего друга.

Но друга ли? Дориан был прав. Их чувства были сильнее дружеской привязанности. Камиль им уже не сопротивлялся и принимал как есть. Ему была непривычна мысль о мужчине, но в Нинсун-Холле он научился с этим жить — в конце концов он так и не признался Дориану в этом стыде. А теперь, когда он был так близко, Камиль чувствовал лишь одно.

Он придвинулся к нему поближе. Дориан уловил его мятежный сигнал. Он протянул руку и погладил ладонью по его щеке. От прикосновений юноши у Камиля закружилась голова.

В какой-то момент мир вокруг них исчез и резко сузился до этой комнаты. Их лица сблизились. Камиль уловил травяной аромат Дориана. Акация? Почему именно она? Камиль не знал, но и не хотел думать. Он смотрел на Дориана и видел лишь его притягательные губы. Долго не мешкая, Дориан коснулся губами его щеки. Камиль чуть вздрогнул.

— Ну и что ты делаешь? — спросил он его.

Дориан игриво улыбнулся ему.

— Проверяю, как быстро ты сбежишь от меня, — шутливо прошептал он.

Камиль ухмыльнулся и решительно протянул руку, вплел пальцы в его волосы. Чуть сжал их. Мягкие... Он уткнулся своим лбом в его и глубоко вдохнул. Дориан на мгновение замер и затаил дыхание.

— Это так странно... — прошептал Камиль.

— Почему? — так же шепотом спросил Дориан.

Камиль погладил его по голове. Дориан положил руки на его спину — он содрогнулся под ними.

— Ты мужчина. Я мужчина. У меня слишком много вопросов где-то под коркой, но здравый смысл велит им заткнуться. Я скучал весь этот год без тебя.

— Ты дорог мне, Камиль, — открыв глаза и посмотрев на него вблизи, сказал Дориан. — Сама мысль о том что тебя может кто-то забрать, меня злит. Но хуже всего то что мои чувства сильны. И я многого боюсь.

— Ты? Чего же?

— Боюсь что ты меня не сможешь принять. Со всеми моими... загонами. С моей гиперсексуальностью. С тем фактом, что я, все-таки, мужчина — как и ты.

Камиль легко улыбнулся. Он с легким укором на него взглянул. Но разве именно это было важно сейчас? При всей своей самовитости Дориан был той еще львицей...

— Дориан... Если бы я говорил о своих страхах, нам бы и этой длинной ночи не хватило, — сказал он.

На этом они перестали говорить что-либо. Они оба чувствовали нарастающее напряжение между ними. Камиль потянулся к нему и легко накрыл своими губами его. Будто бы замешкавшись, Дориан ответил ему взаимным поцелуем. Их первым поцелуем. Чуть смущающим, но таким теплым, что Камиль, ощутивший упругие губы Дориана своими, на какой-то миг напрягся, а потом вдруг растаял и отдался ему. В груди загорелось новое ощущение, но это был не Дух, а сердце.

♪♪♪

Ни Дориан, ни Камиль не заметили, как оказались на полу. Дориан снял с себя рубашку, оголив роскошные торс и грудь. Камиль засмотрелся на него. Руки сами отправились изучать его тело, робко касаясь разгоряченной кожи. В какой-то момент Дориан обхватил его талию руками и уложил его на ковер. Он навис над ним и стал целовать губы и щеки, волосы, уши... Камиль, испытывая совершенно новые ощущения, словно замер под ним, не зная, куда девать руки — так растерялся, что чуть было не спрятал их в карманы штанов. Но в какой-то миг привлекательное тело Дориана поманило его и Камиль обнял его.

Они лежали и обнимались, целуясь, ласкаясь. Чуть щекотливые ощущения, приятные, провоцирующие новые и новые волны легкого интригующего возбуждения. Камиль целовал Дориана и слушал поцелуи, позволяя его рукам разгуливать под одеждой и касаться кожи. Пальцы Дориана были холодными — как будто так было всегда, и от этих волшебных ощущений Камиль постепенно возбуждался.

Поцелуи Дориана были вопреки его страстному пылу нежными и чувственными. Руками он сжимал спину Камиля, лаская его шею так увлеченно, будто это было самым важным для него в его жизни. Камиль никак не мог привыкнуть к тяжести его тела на себе и все ворочался, но всякий раз, как незыблемая волна чувств прокатывалась от шеи к низу живота, он невольно двигал тазом и дергался, плотнее упираясь в его ногу пахом. Он не мог и не желал сопротивляться этой блаженной нежности, позволяя своему возбуждению выйти за рамки. Он цеплялся за волосы Дориана, ласкал его спину, будто подначивая, и когда тело Дориана судорожно содрогнулось от резкого удара крови в пах, он впился губами в шею Камиля. Тот откинул голову, хватая воздух открытым ртом, сильнее зажмурившись. Его член так отвердел, что стал на удивление тяжелым.

Одним лишь сильным, чуть болезненным, но до умопомрачения жарким засосом Дориан не ограничился. Его руки юрко скользнули под свитер Камиля. Тот извернулся и позволил ему себя раздеть. С него сползла и майка. Оставив его одежду в стороне, Дориан навис над Камилем. Тот заплывшим взглядом посмотрел на него и коснулся руками обнаженной груди.

Юноша с прекрасным телом... Такого Камиль даже представить себе не мог. Роскошь Дориана была по-королевски достойной. Пусть тело Камиля еще не могло достичь такого превосходства, он не чувствовал никакой зависти. Лишь восхищение этими формами и желанием прикасаться к ним. Дориан потянул его на себя, сел на его бедра и расстегнул ширинку своих штанов. Впервые за весь вечер Камиль ощутил беспокойство.

— Дориан... — начал было он, но тот его не слушал.

Он запечатал его губы своим поцелуем. Тягучим и сладким. Камиль поддался его напористости и позволил себе на мгновение забыться в нем. Он целовал его неразрывно, ласкал губы, покусывал, гулял юрким языком, ловя его горячее дыхание. Дориан словно сходил с ума от удовольствия. Он настолько отдался умению Камиля, что даже его шаловливые руки замерли на его плечах, онемевшими холодными пальцами то и дело прикасаясь к распаленной коже. Камиль никак не мог разорвать их поцелуй... Таким желанным в этот момент для него был его Дориан.

Дориан содрогнулся, чуть извился и уткнулся лицом в его шею, отдав себя в его руки. Камиль провел языком по его шее — он содрогнулся вновь и цепко впился пальцами в его спину. Его бедра подрагивали, головка члена упиралась в живот Камиля — тот это чувствовал и, чуть напряженный, старался не думать об этом. Его губы изучали шею и плечи Дориана, пока тот держался из последних сил, царапая его спину, оставляя на ней алые следы. Его глубокое дыхание говорило Камилю о том что слишком долго этот прохиндей не протянет. И стоило его рукам скользнуть по горячей спине к пояснице, лишь на миг замереть, усомнившись в своих действиях, Дориан не выдержал этой тягостной пытки и толчком опустил Камиля обратно на ковер. Он уперся в его грудь руками.

— Дориан? — уже удивленно позвал его Камиль.

Принц был возбужден. Его прекрасное лицо говорило о желании.

— Я хочу тебя сейчас, — прошептал он, склонившись над его ухом. — Хочу в себе. Камиль...

Камиль заметно оторопел. И тут же растерялся.

— Прости, но я не такой опытный, как ты, — он обнял его. — Я ведь говорил, что...

Дориан не дал ему договорить — он сомкнул губы в поцелуе. И больно, очень больно, вплоть до крови, укусил его нижнюю губу. Камиль возмутился. Получил по заслугам!

— Я не настаиваю, если ты действительно не готов, — прошептал в его губы Дориан и игриво лизнул капельку крови. — Это для меня все обычное дело...

Несмотря на боль в губе и капризное желание собственного члена войти в тело Дориана, Камиль оказался не таким податливым, как считал. Тело подростковое, а вот разум взрослого мужчины. Он погладил своего желанного по голове и в качестве прощения за его укус поцеловал его нежно в губы.

— Я желаю тебя.

Это признание далось ему так легко, что он и сам себе удивился. За него говорили чувства в груди, а не жажда в паху. Дориан изумленно выдохнул и словно ублаженный вдруг стал таким легким и покладистым, что Камилю ничего не стоило перевернуть его на лопатки и заключить в поцелуе. В мучительно долгом поцелуе. Камиль целовал его так страстно, так долго, что Дориан начал задыхаться от возбуждения. Его бедра капканом ухватили его талию, и когда штаны и белье стали ему мешать, Камиль, не размыкая губ, обнажил его, и следом себя — ни к чему им здесь и сейчас была одежда. Дориан начал сопротивляться, пытаться выбраться, а Камиль не уступал — ловил его руки, сжимал запястья. И прежде чем строптивый юноша вновь укусил его, набравшись сил, переключил свое внимание на его шею и плечи.

— Ты... чудовище... — только и выдохнул, жадно дыша, Дориан.

Но он растаял под его поцелуями. Для Камиля было чем-то новым изучать мужское тело. У Дориана была красивая грудь с прелестными очертаниями, лаская которую руками, он пропускал через себя все новые и новые волны. Голова кружилась и готова была отключиться, отдав управление члену, а Камиль упрямо изводил своего Дориана поцелуями. Он касался его живота и чувствовал содрогание мышц, его член все чаще и сильнее упирался ему в живот, таз поднимался, призывая к вниманию. Дориан цеплялся пальцами за ковер и вился, не зная, куда себя деть. Будто никогда не испытывал такой ласки...

— Камиль... Хватит!..

Эта игра оказалась для него слишком жестокой. Он сел, уцепившись за плечи Камиля, согнул ноги и откинул голову назад. Камиль и сам не понял, в какой момент член Дориана оказался в его рту, но ни на мгновение не испугался. В этот момент он ощутил во рту куда больше чем ожидал. Сладкий привкус, чем-то напоминающий воск. Совсем не отвратительный. Камиль смело сглотнул и продолжил целовать, ласкать языком и посасывать его член. Дориан так ослаб, что не был в силах держаться за него, и вновь опустился на спину, позволив Камилю делать то, что им обоим так нравилось. Это было их маленьким безумием.

♪♪♪

Камиль смотрел в потолок и никак не мог понять, чем он его так привлекает. Камин чуть потрескивал огнем, вдруг вспыхнувшим в ответ на разгоревшуюся в комнате Дориана страсть. Голова Дориана на его животе была такой тяжелой, что со временем приковала Камиля к полу. Они лежали абсолютно обнаженные на ковре, вспотевшие, возбужденные. Дориан водил пальцем по рельефным мышцам стального пресса Камиля и думал о чем-то своем, безмятежном. Камиль копался пальцами одной руки в его волосах, а другой поглаживал болезненный засос на своей шее. Эту печать Дориан оставил на нем надолго.

Техника языка Дориана оказалась настолько отточенной, что Камиль не знал, куда деться, когда шаловливый принц Дорна ласкал его член. Как оказалось сегодня, он любил кусаться — бедра Камиля у ягодиц были в укусах. Но лишь искусав Камиля и доведя его до тройного оргазма он будто бы успокоился и перестал ему «мстить» за отказ. Казалось, ему и ласок хватило с головой.

И вдруг он тихо усмехнулся.

— Что такое? — не склонив головы, спросил Камиль.

— Твой первый поцелуй с мужчиной закончился минетом и бурным оргазмом, — не смог не заметить он.

И в самом деле, иронично. Камиль лишь посмеялся в ответ. Правая нога затекла и он согнул ее. Дориан тут же ухватился за бедро Камиля рукой и посмотрел на оставленные им же следы. Посмотрел с легким удовольствием.

— Прости за это, — сказал он. — Не мог удержаться.

Камиль помотал головой.

— Ничего... Я бы и сам тебя всего съел, если бы не хотел увидеть, как ты сходишь с ума из-за меня. Но я и не думал, что можно так сильно желать мужчину...

Дориан поднял голову и переполз к нему. Он лег на живот и заинтересованно посмотрел на Камиля.

— Предлагаю в следующий раз развлечься с дамами. Что скажешь? — интригующе предложил он.

Камиль заметно опешил и опять растерялся. Дориан смущал его своими фантазиями.

— Я пока... Не знаю, как все это воспринимать, — честно признался он.

Так разнообразить свою сексуальную жизнь в этом мире он явно не рассчитывал. И посмотрев на Дориана, так ничего ему и не ответившего, вдруг погрустнел.

— Но мне бы хватило и тебя одного...

Этих слов, казалось, было более чем достаточно чтобы с лица Дориана слезла его ухмылка. Он прильнул к его груди и уткнулся в нее лицом.

— На моей родине не принято встречаться с мужчинами. Развлекаться — как угодно и сколько угодно. Но это не более чем секс. На эмоции сухой и порой просто... механический. Когда-то любовь между мужчинами в Дорне превозносилась до небес, — поведал он с грустью. — Сейчас это осуждается.

— Потому ли что ты — принц, и как любому принцу тебе положено жениться на принцессе и нарожать детишек? — с легкой ревностью спросил Камиль.

Дориан хмыкнул.

— Ох, нет, конечно! Я принц, наследник, но я не обязан быть королем. У меня две сестры и три брата. По-твоему, некому занять трон? Да, отец ждет меня в своих преемниках, но он знает, что я желаю стать магистром и войти в Магистериум. Меня манит этот мир, а не каменные стены нашего дворца. Серый Страж, Северный Страж, Золотой Рассвет, Волчий Камень — ни один из этих замков не имеет такой ценности, как целый мир. А в нем много соблазнов... И много приключений.

Слушая его, Камиль соглашался с ним. Да... В мире слишком много всего. А самый главный соблазн, обладатель роскошного тела и привлекающего его непривыкший взор члена лежал прямо на нем и рассуждал о жизни. В этот момент Камиль задумался над дальнейшими отношениями между ними. Друзья? Любовники? Друзья с привилегиями? Он не знал ответа. О романтической связи с кем-либо здесь он прежде не думал... Но стоило мыслям коснуться Дориана, как Камиль понимал, что вся дальнейшая его жизнь желает быть привязанной к нему. Даже это страстное тело, даже сложный и болезненный секс... Ничто не могло изменить чувств Камиля к Дориану. Когда Дориан, не дождавшись его ответа, приподнялся убедиться что Камиль не заснул, он спросил его:

— Нам ведь будет непросто, верно?

Дориан, помедлив, кивнул.

— Не думай о сексе слишком много. Секс может быть с кем угодно и где угодно. Куда важнее то, что происходит между нами. Я сказал правду, Камиль... Я хочу тебя. Надеюсь, однажды, я ощущу тебя в себе... И после сам познаю твое тело. И быть может, тогда мы наконец поймем, достаточно ли наши чувства друг к другу сильны?

Он говорил так откровенно и бесстыдно, что Камиль невольно смутился. Казалось бы, его уже не должны стеснять такие вещи... Но Дориан знал, о чем говорит. Он был прав во всем.

Камиль поднялся и потянул его за собой.

— Пойдем в кровать? — предложил он.

Дориан улыбнулся.