Наследие и злой рок

Вот уже неделю как Камиль чувствовал, что все для него изменилось.

Когда магистр Адарин вернул его в кампус цитадели, его дальнейшая судьба оставалась под вопросом. Появление у него дракона служило доказательством вернувшейся силы Ритбальдов. Об этом магистр заявил на собрании мастеров. Известие вызвало разношерстную реакцию: одни мастера одобряли, другие восхищались, а третьи, в большем числе, возмущались и гневались. В конечном итоге все пришли к единому мнению: эта сила, да еще в руках мальчишки, слишком опасна чтобы Ритбальд оставался на территории школы.

Никто из мастеров не пожелал взять его к себе под опеку. Так как мастер Пантелеймон не входил в число магов Горы Трех Богов, а в высшей магии не смыслил, продолжать обучать Кирана Ритбальда он не мог. Сам же магистр на предложение мастеров взять его под свое крыло возразил тем, что на его веку ему уже достало учеников. Эту привилегию он передаст другому.

К сожалению Камиля, Адарин был вынужден отправить письмо в Драконову Преисподнюю с известием для леди Изольды. Теперь им оставалось лишь ждать гостей из-за моря. Камиль совсем не хотел встречи с родней юноши, которым не являлся.

Он перестал выходить из дома и все время проводил с драконицей. В книге о драконах, что ему дал магистр, было достаточно полезной информации, но вся она заключалась в том что никто не знает о драконах все. По сути своей это были такие же животные, как и все остальные. Рождались размером с котенка, росли очень быстро, в зрелом возрасте достигали габаритов слонов. Они не были стальными гигантами, как представляли земляки Камиля. И вовсе не извергали пламя. Драконы владели стихийной магией, и судя по оперению драконицы Камиля, ее магия была связана с таким же голубым огнем, как и у феникса Адарина. Магистр назвал его «небесным огнем» и присвоил ему высочайшую редкость.

Драконица росла на глазах. За неделю она достигла размеров взрослой кошки. Крылья ее постепенно оперились, на теле появилась тонкая и еще слабая чешуя. Густой мех вдоль хребта, как лазурь, был еще тонким, но обещал стать жестким, как конский волос. Отрастал и покрытый голубыми, как ее рожки, прозрачными зубьями гибкий хвост. Она считалась еще младенцем. Много спала — очень много спала, а когда Камиль собрался с духом и отнес ее в ванную вымыться, наворачивала круги быстрее моторной лодки — так она любила воду! Плавать она научилась раньше чем ходить, и всякие попытки Камиля заставить ее ползти по полу заканчивались смехом — подобно слепому котенку она терялась на поверхности, ее лапы расходились во все стороны, она падала и начинала издавать странный птичий рокот, будто плакала от обиды и несправедливости.

Камиль чувствовал ее всем своим нутром и понимал, что эта малышка — часть его магии. Пусть пока неуклюжая и юная, с возрастом она станет сильнее и могущественнее. Он и сам изменился. Он научился создавать пламя, порой чувствуя перед ним легкий страх. Огонь в камине ему не вредил — пару раз Камиль держал ладонь прямиком в костре и поражался.

Но больше всего он никак не мог налюбоваться драконицей и поверить в то что она у него есть. У него единственного во всем Меридиане Событий. Какая судьба теперь их двоих ждет? И чего им бояться сильнее всего?

В тот дождливый день, когда Камиль, притащив с кухни фрукты и орехи — драконица питалась исключительно ими и еще плохо воспринимала мясо, — накормив ее и приняв ванну, читал заметки мастера Пантелеймона о нем, сидя на полу у кровати, вернулся Дориан Ахей. Он привез своих учеников и одну пожилую смуглую леди в черном плаще, что тут же скрылась в главном корпусе. Навестив своего мастера, Дориан сразу же отправился в кампус, где его встретили восторженные ученики, без пяти минут выпускники. Он лишь поприветствовал их и, обмолвившись с ними парой фраз, отправился к дому на холме.

Камиль, не ждавший гостей так рано, открыв дверь, остолбенел.

— Камиль... — услышал он голос, что вызвал в его сердце радостный отклик.

В один миг все тревоги ушли и все былое стало неважным. Камиль ощутил прилив радостных чувств.

— Дориан! — воскликнул он.

Дориан стал еще краше за тот год, что они не виделись. В желтом плаще с черным мехом, в зеленом кафтане с гербом своего дома, в серебряных наручах, в белых штанах — статный, уверенный в себе, такой же красивый, как и всегда, уже двадцати трех лет от роду, молодой мастер. Он все так же носил длинные волосы, что отрасли еще сильнее, и все так же заплетал косички, но теперь в них поблескивали золотые зажимы. Он все так же был красив и все так же вызывал в Камиле неясные чувства.

Будто поддавшись чему-то, едва Дориан вошел и закрыл дверь, молодые люди заключили друг друга в крепкие объятия. И не спешили их разрывать.

— Я... Соскучился... — прошептал Камиль ему в шею. И только сейчас заметил, что почти что сравнялся с ним ростом.

Дориан чуть отстранился и нежно, совсем не по-дружески, погладил его по щеке.

— Я тоже...

И вновь прижал его к себе. Камиль закрыл глаза, уткнулся лицом в мех. Выступили слезы, а сердце просто-напросто замерло. Дориан глубоко вдохнул, зарывшись лицом в его волосы.

— Твои волосы... Теперь я тоже чувствую этот особенный запах, — услышал Камиль его голос. — Письма письмами, но тебя мне не хватало весь этот год. Я не мог приехать в Нинсун-Холл, как бы ни хотел.

Камиль отстранился, взял его за руку и прижал его ладонь к своей щеке. Прохладная, мягкая, с закаленными мозолями от меча.

— Я еще не знаю что со мной... Но я рад тебе так сильно, что готов петь. Это о многом говорит, — улыбаясь, сказал он.

Дориан лишь посмеялся и провел ладонью по его волосам.

— Ты все такой же чудно́й, — не без нежности сказал он, и тут же перевел взгляд на дремлющую на кровати драконицу. — К слову о чуде...

Камиль пропустил его и позволил подойти к ней. Дориан восхищенно смотрел на дремлющее чудо.

— Она... Красавица, — тихо сказал он.

— Да... — согласился Камиль. — Только очень много спит. Магистр сказал, она еще младенец и пока что растет.

— Ты дал ей имя?

Камиль покачал головой. С именем у него возникли проблемы.

— Нет... Никак не мог понять... Весь справочник драконьих имен перевернул... Ни одно ей не подходит.

Он вновь сел на пол. Дориан снял свой плащ, аккуратно положил его на комод и сел рядом с ним. Они оба уставились на драконицу.

— А на кого она похожа?

— Похожа? На кота... — озадачился Камиль.

Дориан щелкнул его по лбу. Камиль ойкнул.

— У тебя настолько плохо с фантазией?

— Нет... — потирая лоб, буркнул тот. — Но рядом с ней мне так легко и спокойно...

Он вздохнул и сложил руки на кровати, опустил на них подбородок и стал пристально наблюдать за малышкой. Дориан немного поизучал драконицу, а после перевел свой взгляд на него. Камиль старался не смотреть на него, и потому не замечал, как Дориан смотрит на него... А он смотрел и очерчивал взглядом каждую его черту, каждую прядь волос, каждую, казалось бы, веснушку на лице.

И вдруг Камиль понял, что он чувствует рядом с драконицей. Его как осенило.

— Инара, — сказал он.

— Инара? — не понял Дориан.

— Да... Имя моей мамы. С ней я всегда чувствовал себя так же спокойно. Но... Еще она похожа на моего отца Наиля...

— Наиль-Инара? — предложил тут же Дориан. Он перевел взгляд на дракона. — Звучит... Необыкновенно.

— Думаешь? — взглянул на него Камиль.

Дориан твердо кивнул и одобрительно улыбнулся.

— Она как память о твоих родителях. Самое светлое и дорогое, что ты о них сберег в своей душе. Это ведь магия. Так она и работает.

— Кстати... Я так давно тебя знаю, но все никак не спросил... А твоя магия — какая она? — вдруг понял Камиль.

Дориан изобразил удивление, и вдруг сам понял, что с ним он никогда об этом не говорил. Он почесал затылок.

— Ох, это... Обычно я не использую свой природный дар без необходимости. Когда я родился, матушка, повитуха и служанки были в шоке — моя сила настолько взбунтовалась, что все дерево в палате, где она рожала, зацвело. Меня благословили боги природы.

И он продемонстрировал ему свое маленькое чудо: он легким изящным движением руки извлек откуда-то из воздуха дивный цветок белой розы без единого шипа. Он протянул его Камилю, а тот, растерявшись, взял его в руки. Его белоснежные нежнейшие лепестки бороздили золотые прожилки.

— Цветок...

— Мне достаточно Духа чтобы быть магом. Но эта сила... Она просто есть, — как-то неловко сказал Дориан. — И с каждым годом она все сильнее. Это дар, данный мне моей прабабкой. У моих братьев и сестер нет такого сильного дара. Кажется, они даже рады...

— Поэтому ты пахнешь... травами, — вдруг понял Камиль.

Дориан не сразу понял, о чем он, но тут же вспомнил о его «особенности».

— Ты чувствуешь Дух по запаху, точно... Вот что ты чувствуешь на самом деле? Но почему?

— Не знаю... Я всегда любил природу, — пожал плечами Камиль. — Любил леса. И сейчас люблю.

Дориан приблизился к нему.

— А меня? — игриво спросил он.

Камиль нахмурился и чуть отстранился.

— Ты задаешь странные вопросы.

— Я знаю, — согласился Дориан. Он невольно опустил задумчивый взгляд на его свитер и зачем-то потянул за него. — Меня, как глупое дерево, манит твой огонь. Пусть сгорю — но хотя бы согреюсь.

Камиль скривил губы.

— Слишком пафосно.

— Да. Но так мне всяко лучше чем без мысли о том что между нами, — посмотрев ему в глаза, абсолютно серьезно сказал Дориан. — Что же это? Кто мы друг другу?

«И опять этот вопрос...»

— Друзья? — неуверенно спросил Камиль. Он и сам хотел в это верить. Но и отрицать очевидное не мог.

— Я бы хотел в это верить, — подтвердил его опасения Дориан. — Но касаясь твоих волос... Чувствуя твой запах...

— Дориан...

— Прости, — Дориан тут же отодвинулся. — Ты же знаешь, я...

Камиль мотнул головой и отложил цветок на пол. Придвинулся к нему поближе. Ни к чему спустя год разлуки расширять пространство между ними.

— Не нужно ничего мне объяснять. Не нужно передо мной извиняться. Год назад мы сидели здесь и прощались. Год назад я понял, что уже не тот Камиль, каким привык быть. И все из-за тебя.

— Винишь меня?

— Нет. Сначала думал, что тело Кирана в силу юности так себя ведет. Но со временем понял, что это тело теперь мое и только я им управляю. Что бы я ни чувствовал к тебе, это исходит от моей души.

Его слова как теплый ветерок объяли Дориана. Он улыбнулся ему.

— Я рад, что мы можем об этом говорить спокойно. Будет честно сказать что Киран меня не привлекал. Но с твоим появлением все изменилось. Ой...

Он вздрогнул и обернулся. Проснувшаяся Наиль-Инара ухватилась зубами за волосы Дориана и потянула их на себя. Когда он обернулся, она разжала молодые челюсти и принялась обнюхивать незнакомца. Камиль, понаблюдав за ней, почувствовал, что она испытывает к Дориану абсолютную симпатию. И вдруг он понял, что уже испытывал подобное ранее.

— Ты нравишься ей. И, знаешь... Еще когда она была частью меня, она чувствовала тебя.

— Да, я тоже... — вдруг признался Дориан. Он смело провел ладонью по холке драконицы. Та подобно коту распласталась под его лаской. — Пока не увидел ее воочию, не понимал всего до конца. Такое бывает в нашем мире. Дух мага, его душа, сама его сущность, всегда ищет в этом мире три вещи: дом, себя и друга. По этой причине существуют великие союзы, в которых маги друг друга дополняют. Так рождаются семьи, кланы, страны, — он посмотрел на Камиля и его голос вновь потеплел: — Я не знаю, каким будет наш союз, но знаю, что хочу быть частью твоей жизни.

— Я думал о том, чего хочу, — вновь опустив голову на руки, сказал Камиль задумчиво. — Смотрел на Наиль-Инару и думал. С драконом я могу стать кем-то особенным, кем-то великим... Кираном Ритбальдом, какого не знал это мир. Но... — на мгновение он замолчал, а затем продолжил уже более тихо и с большим усилием:

— Без тебя это все не будет иметь смысла. Я рад, что мы встретились.

Дориан, почувствовавший его настроение, вновь приблизился к Камилю и позволил себе приобнять его.

— Я... Тоже, — сказал он искренне. Он опустил подбородок на его предплечье.

— И я... Хочу быть твоим подмастерье, Дориан Ахей, — продолжил Камиль. И посмотрел на него. — Хочу следовать за тобой.

Дориан засиял.

— Для меня это будет большой честью.

♪♪♪

После разговора в комнате Дориан сопроводил Камиля в кабинет магистра Адарина, где он должен был встретиться с магистрией Иннелин. О ней он лишь вскользь сказал, что она женщина строгая и высокородная, но с ней всегда приятно вести диалог. Камиль представил себе некую женскую ипостась магистра и держался ее, пока не постучал в дверь кабинета. Дориан был рядом с ним.

— Заходи, — услышал он холодный голос магистра.

Камиль вошел в кабинет.

— Добрый... День, — начал было он и замолчал.

В кабинете царила напряженная атмосфера. Магистр стоял у окна и читал книгу, не заметив даже, что книга была повернута верх ногами — что отметил только Дориан, а на диване сидела во всем своем великолепии пожилая женщина. Она была смуглой, вся в морщинах, но изящная, грациозная, в превосходном изумрудном платье, с серебряными украшениями. Седые волосы магистрии были собраны в великолепную укладку и украшены громоздкой серебряной заколкой с павлином. То, как она сидела, говорило о ее статусности.

— Ты точно не Киран Ритбальд, — сходу сказала она еще крепким голосом. — Этот мальчишка был паршивцем первой свежести.

«Она точно мать магистра...» — ни на минуту не усомнился Камиль.

Он учтиво поклонился старой леди.

— Я Камиль. Мне приятно с вами познакомиться, леди...

— Аделина Иннелин. Ты дал имя своему дракону?

— Наиль-Инара...

Магистрия одобрила его выбор благосклонным кивком. Она указала юношам на кресла подле нее. Те молча прошли и сели. Рядом с ней хотелось быть послушными мальчиками и кушать кашу.

— Звучит сильно, — похвалила леди. — Я застала время, когда у Ритбальдов были последние драконы. Да, я старше, чем выгляжу! — тут же пресекла она удивление Камиля. — Те драконы были лишь слабым отголоском былого величия Ритбальдов. Магия их Рода иссякала, в конечном итоге ее не стало и вовсе.

— Дух ослабел, — смекнул Камиль. — Бог Смерти говорил, что Дух Кирана был слишком слаб для такой силы.

Женщина громко усмехнулась.

— Бог Смерти! Этот прохиндей сидит веками в своем лесу и еще судит о мире, что проклял его! Какие бы у него ни были планы на тебя, какие бы намерения он ни преследовал — не вздумай связаться с ним.

— Вполне возможно что моя жизнь зависит от него. Разве нет?

— Сейчас это не так важно, как твоя драконица, — тут же осадила его леди. — Как ты считаешь, почему твой Дух принял форму дракона?

Камиль вдруг поймал себя на том что не задумывался над этим. Он бросил было быстрый взгляд на магистра, но тот все так же смотрел в книгу. Дориан лишь задумчиво почесывал шею пальцем. А магистрия лишь ждала. Ответа ждать неоткуда.

— Я... Даже не знаю. Ну... Там, откуда я родом, дракон это химера из мифологий. По мнению ученых, он не мог существовать в той форме, в какой его привыкли рисовать издревле. Дракон был символом императорской власти, богатства, силы, но и зла, порока, разрушения, — поделился он своими «богатыми» знаниями о драконах.

Магистрия вновь хмыкнула.

— Дракон — это химера, рожденная разумом. Он такой же, каков и ты. Все, что будет происходить с тобой, отразится и на Наиль-Инаре. Ты научишься слушать ее и быть с ней единым целым как маг со своей магией. Но я боюсь не того, чем может стать твой дракон, а того, чем можешь стать ты...

— Род тиранов... — протянул задумчиво Дориан, напоминая о месте Ритбальдов в истории.

— Ритбальды пришли в Меридиан Событий и завоевали множество земель и измерений. Но теперь то, что процветало когда-то давно, пылает и чернеет в Драконовой Преисподней. Они сами сожгли свои земли, их измерения подверглись эрозии, но они все еще не утратили власти. Киран с силой Рода должен был стать новым главой. Тебе, имеющему дракона, вымощена другая дорога. Со временем все узнают о твоей силе. И Ритбальды будут твоими первым врагами в этом мире. Но прежде чем сделать ход, ты должен научиться играть в шахматы с семьей, что веками ставила свою кровь превыше человечности.

Слушая леди, Камиль думал о Наиль-Инаре. Он невольно привел в этот мир существо, которое не готово к тому, что его ждет. Все равно что самолично родил ребенка из эгоистичных побуждений. Но Инара служила откликом на его чувство беспомощности и незащищенности. Сила, что может стать великой... Однажды станет. А пока что она нуждается лишь в нем. В нем уверенном, сильном, способном ее уберечь.

— Я готов научиться, — заявил он магистрии. — Хотя бы ради той, кто говорит мне о том что я не одинок в этом мире. Несмотря ни на что.

Леди Аделина одобрила его слова на манер сына — с легкой ухмылкой. И благосклонно сложила руки на коленях.

— Ты нравишься мне, Камиль. Не предай доверие тех, кто верит в тебя сейчас и поверит в дальнейшем. Какой бы путь ты ни избрал... Тебе придется идти до конца.

Камиль кивнул. Впервые за долгое время он согласился по-настоящему с кем-либо. В одном старая леди права: дорогу осилит идущий.

_______

Значения имен персонажей:

Аделина — «благородная».

Илайн — «изящная птица».

Инара — «избранная».

Наиль — «дар».

Рагнар — «воин».

Эра — «ветер».