X - COSMOSO Путь Избранных

Глава 87: "Майами, 10 лет назад"

Майами жил своей жизнью.

Жара, пальмы, запах океана который чувствовался даже в центре города. Машины гудели, где-то играла музыка из открытого окна, дети гоняли мяч на парковке.

Обычный день.

В небольшом доме на тихой улице у открытого окна сидел мальчик восьми лет. Тёмно-коричневые волосы, ярко-синие глаза — необычный цвет, который все замечали сразу. Мама говорила, что это от её стороны. Папа говорил, что такие глаза бывают раз в поколение.

Его звали просто — Юра.

Не Эвилд. Просто Юра.

Он смотрел в окно на соседских детей и не шёл к ним. Не потому что боялся. Просто сегодня ему было интересно думать. Думать о том, как далеко уходит небо. И что там, за ним.

— Юра! — крикнула мама из кухни. — Ужин!

Амина была невысокой, тёплой женщиной с громким смехом и руками, которые всегда пахли едой. Она работала медсестрой, вставала в пять утра и никогда не жаловалась.

Папа — Геральд — сидел уже за столом, большой, широкоплечий, с усталыми глазами человека который только вернулся со смены. Он работал на стройке. Пил кофе и смотрел новости с выключенным звуком.

— Как школа? — спросил он, не отрываясь от экрана.

— Нормально, — сказал Юра, садясь.

— Нормально это хорошо или плохо?

— Просто нормально.

Геральд хмыкнул. Амина поставила тарелки.

Обычный вечер. Обычная семья.

Глава 88: "Сон, который длился всю ночь"

В ту ночь Юра лёг спать как обычно — в девять, потому что завтра школа.

И провалился.

Не в темноту. В свет.

Сначала он увидел свой город сверху — Майами с высоты птичьего полёта, потом выше, выше, пока весь штат не стал маленьким пятном на карте. Потом континент. Потом планета — голубой шар в черноте.

Он не боялся. Это было странно — не бояться. Но страха не было совсем.

Он летел дальше.

Мимо звёзд, мимо галактик, через туманности которые были больше солнечных систем. Он видел миры — живые, мёртвые, горящие, замёрзшие. Видел цивилизации, которые строили города размером с планеты. Видел пустоту, в которой не было ничего — и понял, что даже пустота живая.

Он летел долго. Очень долго.

И потом остановился.

Перед ним не было ничего особенного. Просто тихое место. Как комната без стен.

И голос.

Не громкий. Не пугающий. Спокойный, как голос человека который знает ответ на вопрос, но не торопится его говорить.

— Ты видел достаточно?

— Что это было? — спросил Юра.

— Твоя вселенная. Та, в которой ты живёшь.

— Она такая большая.

— Да.

Пауза. Юра огляделся — вокруг ничего, только тихий свет.

— Кто ты?

— Тот, кто смотрит. Иногда — тот, кто выбирает.

— Выбирает что?

Голос помолчал. Как будто думал, стоит ли говорить восьмилетнему ребёнку то, что он собирался сказать.

— Ты веришь, что мир больше, чем кажется?

Юра подумал. По-настоящему подумал — не так, как дети отвечают на вопросы взрослых.

— Да. Я всегда думал об этом.

— Я знаю. Поэтому я здесь.

Снова пауза. Потом:

— Я могу дать тебе силу. Не сейчас — ты слишком мал. Но если ты подождёшь... десять лет. Когда тебе будет восемнадцать. Она придёт.

— Какая сила?

— Та, которую ты сможешь нести.

Юра смотрел в тихий свет.

— А зачем ты выбрал меня?

Голос, кажется, чуть потеплел.

— Потому что ты смотришь в небо и не боишься того, что там.

Юра проснулся. За окном рассветало. Он лежал в своей кровати, смотрел в потолок.

И почти сразу начал забывать.

Как бывает со снами.

Глава 89: "Старшая школа, Майами"

Десять лет — это много.

Юра вырос. Тёмно-коричневые волосы, те же ярко-синие глаза. Высокий, широкоплечий — фитнес-зал три раза в неделю давал результат. На вид — спокойный, немного закрытый.

Ему было семнадцать. Двенадцатый класс, последний год школы.

Майами-Дейд, обычная публичная школа. Длинные коридоры, хлопающие шкафчики, запах кафетерия который не выветривался никогда.

Юра шёл по коридору с рюкзаком, когда его догнали.

— Эй, добрячок!

Он не остановился. Знал этот голос.

— Эй, я к тебе обращаюсь.

Двое — Крейг и его приятель, имя которого Юра никогда не запоминал специально. Стандартный набор: громкие, скучающие, ищут кого потроллить.

— Чего тебе? — спокойно спросил Юра.

— Слышал, ты опять помог Мариссе с математикой? — Крейг ухмыльнулся. — Бесплатно, да? Ты вообще понимаешь как выглядишь?

— Нормально выгляжу.

— Как лох выглядишь.

Юра посмотрел на него. Спокойно, без злости.

— Ладно, — сказал он и пошёл дальше.

Крейг что-то крикнул вслед. Юра не обернулся.

Не потому что было всё равно. А потому что он давно понял — такие люди хотят реакции. Без реакции им неинтересно.

После школы он поехал на работу.

Маленький продуктовый магазин в пятнадцати минутах от дома. Касса, пустые часы, минимальная зарплата. Зато босс Луис доверял ему полностью — часто оставлял одного, и Юра никогда не подводил.

Сегодня был обычный вечер.

Пока не стал необычным.

Глава 90: "День рождения"

Ему исполнилось восемнадцать.

Амина испекла торт — шоколадный, с клубникой. Геральд купил новые кроссовки, которые Юра давно хотел. Они сидели втроём за кухонным столом, и мама пела с таким видом, будто ей самой было восемнадцать.

Это был хороший вечер.

Юра смотрел на родителей и думал, что, наверное, самостоятельная жизнь — это здорово, но вот это, прямо сейчас — тоже очень хорошо.

Он почти совсем забыл тот сон десятилетней давности.

Почти.

Иногда, засыпая, он чувствовал что-то на краю памяти — тихий свет, голос без лица. Но утром это исчезало, и он списывал на детскую фантазию.

На следующий день он вышел на смену.

Глава 91: "Касса"

Магазин был почти пустым.

Луис уехал раньше — семейные дела — и оставил Юру одного. Обычное дело. Юра включил тихую музыку, протёр прилавок, проверил кассу.

Клиентов почти не было. Один мужчина купил воду. Пожилая женщина взяла хлеб и долго искала мелочь в кошельке — Юра подождал без нетерпения.

Потом магазин опустел.

Юра стоял за кассой, смотрел в окно. На улице было солнечно. Пальма у входа качалась от лёгкого ветра.

Он не заметил, как вошёл человек.

Просто вдруг — он уже был там. У кассы. Капюшон надвинут, глаза опущены.

Юра профессионально улыбнулся:

— Добрый день, чем могу—

И замолчал.

Потому что в руке у человека был пистолет. Направленный прямо на него.

— Деньги. Все. Быстро.

Юра не двигался.

Не от страха — от растерянности. Мозг просто не сразу понял что происходит. Такое не случается в обычный вторник, в три часа дня, в маленьком продуктовом магазине.

— Я сказал быстро!

Юра потянулся к кассе. Руки чуть дрожали — не сильно, но дрожали. Он нажал кнопку, ящик выдвинулся.

И тут он вспомнил про Луиса.

Про то, что тот ему доверяет. Что оставил его здесь одного. Что эти деньги — не просто бумажки, это рабочий день, это доверие.

Его лицо изменилось. Совсем чуть-чуть — он сам не заметил. Просто стал серьёзнее.

Грабитель заметил.

И решил по-своему.

Выстрел был громким.

Юра почувствовал удар в грудь — тупой, тяжёлый, как будто кто-то с размаху ударил кулаком. Он упал назад, задев полку с жвачками. Они посыпались вокруг него.

Он лежал на полу.

Видел потолок — белый, с лампой дневного света.

Слышал, как грабитель открывает ящик кассы. Звук купюр. Шаги. Дверь.

Тишина.

Он попытался вздохнуть. Не получилось нормально.

Больно.

Очень больно.

Мама, — подумал он. Просто так. Не вслух.

Темнота подходила с краёв.

Глава 92: "Стол избранных"

Темнота.

А потом — свет.

Не тот белый свет потолочной лампы. Другой — глубокий, спокойный, как утро на берегу океана.

Юра стоял.

Он был жив — или казался живым. Грудь не болела. Он дышал легко.

Перед ним был стол.

Огромный, уходящий в бесконечность. За ним сидели фигуры — он не мог разглядеть лиц, только силуэты, каждый из которых светился по-своему. Один — синим, другой — золотым, третий — белым как звезда.

Во главе стола было пустое место.

И кто-то стоял рядом с ним — протягивая руку.

Юра узнал этот голос сразу. Хотя не слышал его десять лет.

— Ты пришёл раньше, чем я ожидал.

— Меня... убили, — сказал Юра.

— Почти.

— Это разные вещи?

— Очень разные. Голос был тёплым. — Ты помнишь, что я говорил тебе?

Юра смотрел на протянутую руку. И вдруг вспомнил — всё сразу. Сон в восемь лет. Тихий свет. Десять лет. Обещание.

— Ты сказал, что дашь мне силу.

— Да. Но теперь ты должен выбрать сам. Не потому что я предложил — а потому что хочешь.

Юра посмотрел на пустое место за столом.

— Что это за стол?

— Те, кто несут этот мир. Избранные. Каждый из них когда-то стоял там, где стоишь ты.

— И что от меня потребуется?

— Ничего, кроме того, чем ты уже являешься.

Юра помолчал.

Он подумал о маме. О папе. О Крейге из коридора — и о Мариссе, которой он помог с математикой. О пальме у входа в магазин. О потолке с лампой дневного света.

О том, как он лежал на полу и думал о маме.

Он взял руку.

Глава 93: "Пробуждение"

Полицейский заметил его первым.

Они уже были внутри — вызов поступил от прохожего, который увидел через стекло. Медики разворачивали носилки.

И тут мальчик на полу открыл глаза.

Не медленно, не с трудом. Просто — открыл. Будто проснулся от дневного сна.

Медик рядом дёрнулся:

— Он... подождите, он живой?!

Юра сел. Осмотрелся. Жвачки на полу. Открытая касса. Лампа дневного света под потолком.

Он посмотрел на свою рубашку. Дырка от пули — есть. Кровь — есть, засохшая. Рана — нет. Кожа чистая, целая.

Медик смотрел на него с таким выражением, будто его учебник медицины только что сгорел.

— Молодой человек, вы... как вы себя чувствуете?

Юра подумал.

— Хорошо, — сказал он.

И это было правдой. Он чувствовал себя хорошо. Больше чем хорошо. С каждой секундой что-то менялось — не больно, не страшно. Просто тихое, нарастающее ощущение, как будто внутри него зажигается что-то очень большое.

Он встал.

Полицейский машинально отступил на шаг — сам не понимая почему.

Юра посмотрел на свои руки.

Они не светились. Не искрились. Внешне — обычные руки.

Но он чувствовал, что может сдвинуть стену. Что может посчитать все звёзды в ближайшей галактике. Что где-то очень далеко кто-то за огромным столом кивает.

— Мне нужно позвонить маме, — сказал он полицейскому.

Тот молча протянул телефон.

Глава 94: "Первые дни"

Следующие недели были странными.

Он не рассказал родителям — ни о столе, ни о голосе, ни о том, что чувствовал. Просто сказал, что рана была не такой серьёзной, как выглядела. Амина плакала и обнимала его. Геральд молчал и крепко жал руку.

Юра жил как раньше. Ходил в фитнес-зал — только теперь понял, что может поднять в три раза больше, чем раньше, и намеренно сдерживался. Ел за двоих. Спал мало — не потому что не мог, а потому что ночью думал лучше всего.

Он начал понимать вещи.

Не просто "быть умным". Он смотрел на уравнение — и видел ответ раньше, чем думал о нём. Слушал разговор — и понимал, что человек имеет в виду, ещё до того как тот заканчивал фразу.

Мир стал прозрачнее.

А сила — она росла тихо, как дерево. Незаметно день ото дня. Но если сравнить с тем, кем он был месяц назад — это был другой человек.

Однажды вечером он сидел на крыше дома и смотрел на Майами — огни, океан вдали, шум города.

И впервые по-настоящему подумал о том сне в восемь лет.

— Ты сказал, что я несу этот мир, — тихо произнёс он в темноту. — Я пока не понимаю как.

Ветер качал пальмы.

Никто не ответил.

Но где-то очень далеко, в месте которого не было на карте, что-то тихо пульсировало — синим, ровным светом.

И ждало.

Конец 22 части.