ЗА КАДРОМ. Lights of Fame.

Персонажи этой истории могут показаться вам смутно знакомыми. Да, на их создание автора вдохновили реальные люди и факты или даже слухи, однако не стоит воспринимать этот роман иначе, как творческий вымысел. Любые совпадения с реальными событиями случайны либо использованы в художественных целях.

Корпоратив был глотком свежего воздуха после плотной недели съемок. Выходной день для всей съемочной группы, возможность сблизиться, познакомиться тем, кто не пересекался в работе над фильмом. Вечеринка гудела как живой организм – смех, звон бокалов, обрывки разговоров, перекрикивающие и музыку, и друг друга.

Флоренс стояла в эпицентре этого хаоса, облокотившись о высокий столик, и смеялась, слушая историю Джордана – молодого актера второго плана, исполнявшего роль человека, который изначально подталкивал Клодию свергнуть правление императора Маркуса. Он был высокий, загорелый, отличного телосложения, всего на два года старше Флоренс и явно проявлял к ней интерес вне съемок.

Джордан размахивал руками, изображая как на предыдущем проекте, где он снимался, режиссер в ярости топтал ногами сценарий после неудавшегося дубля. Он умело выдерживал паузы для драматического эффекта, а серые глаза его блестели анекдотическим восторгом. Она слегка наклонилась к нему, поправляя короткую прядь волос, что все норовилась упасть на лицо, и вдруг почувствовала на себе тяжелый, обжигающий взгляд.

Диего стоял у барной стойки, формально поддерживая беседу с режиссером Джейсоном и оператором Гейбом. Однако глаза его были буквально прикованы к Флоренс. Неотрывно. Разговор был больше воспоминаниями о неудавшихся дублях на прошлых проектах, поскольку в самом начале вечера было объявлено – долой все разговоры о нынешнем фильме. «Сердце империи» оставили за порогом этого зала, где проходила тусовка.

Столики с полупустыми бокалами и закусками, гирлянды неонового цвета, неформальные разговоры и смех. Члены съемочной группы, костюмеры, гримеры, звукооператоры, ассистенты. Атмосфера легкая и расслабленная. Кто-то в углу даже играл в карты.

Когда их взгляды скрестились, Диего медленно поднял бокал с ромом и Флоренс ответила ему тем же. Она чуть наклонила голову, касаясь пальцами шеи, как бы случайно, губы ее искривились в полуулыбке, прежде чем она даже смогла осознать свой жест.

Диего рассматривал ее с убийственным спокойствием и обаянием, как будто впервые увидел Флоренс в черном коротком платье, облегающем ее аппетитные формы, прикрытые распахнутой белой мужской рубашкой, смело затянутой под грудью. Он читал ее усталость после двенадцатичасовых смен последних дней, замечая нервное подрагивание пальцев, которое она неумело скрывала, сжимая бокал.

Джордан заметил рассеянность Флоренс и слегка толкнул ее плечом:

– Эй, я настолько скучный собеседник? – с обидой произнес он, выпячивая нижнюю губу. Это было так по-детски и довольно отвратительно. Для Флоренс. Она давно уже не была легкой мишенью для мужчин, которые интересовались ею столь откровенно.

– Прости, – она заставила себя вернуться к разговору, но кожа на спине все еще приятно покалывала от невидимого прикосновения чужого внимания.

Где-то слева раздался взрыв смеха – кто-то явно рассказал очередную похабную шутку, но Флоренс уже не слышала ни Джордана, ни остальных. Она сосредоточилась на ощущении вовлеченности в игру, не прописанную в сценарии. Не было ни правил, ни режиссера, ни дублей. Только эти брошенные украдкой взгляды.

Ее пальцы инстинктивно потянулись к телефону. Она подумала, как круто было бы просто взять и написать Диего. Прямо сейчас. Что-то простое. Или еще лучше – прямо спросить: «Почему ты на меня так смотришь?». Но вместо этого она сделала еще один глоток «мартини», чувствуя, как алкоголь разливается теплой волной по животу.

Диего все еще наблюдал за ней. Она это ощущала, даже не глядя в его сторону. И самое странное... ей это нравилось.

Нравилось, как его внимание заставляет кожу покрываться мурашками каждый раз. Нравилось это тайное напряжение между ними, которое никто больше, кажется, вокруг не замечал. Пусть смотрит, если ему так хочется. Пусть видит, как она смеется, как ее плечи вздрагивают от смеха под шутки другого мужчины. Ей бы сейчас оказаться в платье с глубоким декольте на спине. Ей хотелось играть с огнем. А Диего был пожаром, что возникал внутри нее каждый раз, когда он как-то по-особенному смотрел на нее.

Диего видел, как Джордан касался ее локтя, продолжая свой рассказ, и на лице Диего появилась та самая улыбка – с привкусом ревности и легкой грусти. Он оторвался от бара, извиняясь перед Джейсоном и Гейбом, и направился к ней. Просто шаг за шагом.

Это Флоренс тоже почувствовала, лишь заметив краем глаза его движение в толпе через полуосвещенный зал. Пульс учащался, кровь стучала в висках, заставляя черные линии татуировок на коже слегка пульсировать. Или этому виной алкоголь? А может вообще просто воображение разыгралось?

– Прости, мне нужно... – она оставила Джордана одного за столиком, разворачиваясь к Диего и встречая его дерзкой ухмылкой.

Его глаза, обычно добрые и насмешливые, сейчас казались ей непривычными, странно горящими тем самым огнем, что блуждал по ее венам.

– Профессор, – его голос пробился сквозь шум, чуть хрипловатый и с акцентом, который не было необходимости скрывать под маской императора.

Она засмеялась, почувствовав, как кровь приливает к щекам, ведь Диего теперь частенько обращался к ней так в шутливой форме, понятной только им двоим.

– Ты же не предлагаешь... – начала она.

– Танец? Предлагаю, – Диего сделал еще один шаг вперед, отставляя бокал на соседний столик. Он протянул ей ладонь, она подчинилась, и это прикосновение на долю секунды обожгло сильнее любого костра. – Но предупреждаю, я танцую как пьяный жираф.

Она неотрывно смотрела на него. Алкоголь согревал изнутри, растекаясь лавой по телу. Шум вечеринки отступил, оставив их в пузыре напряженного ожидания. Флоренс почувствовала, как под ее пальцами бокал с остатками «мартини» покрывается испариной.

– Только если пообещаешь не наступать мне на ноги.

– Ни за что, – он улыбнулся. – Это моя любимая часть.

Флоренс поставила и свой бокал и, не раздумывая, сама потянула его на танцпол. Его ладонь была теплой и слегка влажной, когда он осторожно отпустил ее пальцы. И вот теперь Диего, обычно такой уверенный, двигался неуклюже, его руки дрожали, когда он осторожно обхватил ее талию, прокручивая под рукой. Сердце Флоренс забилось быстрее, совсем как у подростка на первом свидании. Они рвано дергались в такт музыке, каждый в своей собственной манере.

– Ты прав, – произнесла Флоренс, приближаясь так, что ее губы почти касались его уха, – ты ужасно танцуешь.

Диего фыркнул, но не перестал выдавать странные телодвижения, казавшиеся забавными для нее. Она смеялась, пытаясь повторить за ним, отчего им становилось все смешнее. Напряжение между ними лопнуло как мыльный пузырь.

– Я же не зря предупреждал, – Диего нежно обхватил ее за локоть, притянув к себе во время поворота в танце и крепче прижал, закружив в ритме, который не имел ничего общего со звучавшей вокруг них музыкой.

На мгновение оба предпочли забыть о том, что вокруг есть другие люди, и что послезавтра им снова придется быть просто коллегами. Он прижал лоб к ее виску, осторожно, невесомо, на долю секунды.

Флоренс поняла, что они оба пьяны. И виной всему был не только алкоголь, но и новое чувство, странное и настоящее. Флоренс ощутила, как у нее закружилась голова от переполненности вином и эмоциями. Она немного пошатнулась, и Диего быстро поддержал ее, придерживая за талию.

– Эй, ты в порядке? – спросил он с неподдельной заботой в голосе.

– Да, просто немного закружилась голова. Наверное, усталость и слишком много «мартини».

Диего понимающе улыбнулся.

– Давай выйдем на террасу, там свежий воздух поможет тебе прийти в себя.

Он взял ее за руку, и они, не говоря ни слова, направились к выходу с широкими стеклянными витражными дверями, где их ждал прохладный вечерний воздух и тишина, контрастирующая с шумом вечеринки внутри.

Терраса была освещена мягким светом фонарей, расставленных по периметру. В небе ярко светила полная луна. Диего и Флоренс остановились у перил, глядя на искрящийся огнями Лос-Анджелес, расстилающийся перед ними. Свежий ветер разогнал последние остатки алкогольного тумана, оставляя только ясность и понимание.

– Уже лучше? Принести воды? – тихо спросил Диего.

Флоренс глубоко вздохнула и отрицательно мотнула головой.

– Намного лучше. Спасибо, Диего. Ты всегда знаешь, что делать.

Он улыбнулся, его рука нежно коснулась ее плеча. В обращенном на нее взгляде, в исходившей от него вибрации было столько нежности, тепла и заботы, что неумолимо хотелось прильнуть к его широкой груди, оказаться в плену его объятий, обернуться им, словно домашним любимым пледом и провести так остаток ночи.

Флоренс снова тряхнула головой, пряча взгляд, захлопывая непрошенные мысли за двери воображаемой комнаты, в которой прятала свои мысли об этом мужчине последние дни. Впору было ставить кодовый замок за эти самые двери, а сам код благополучно забыть! Это же Диего Паскаль – любимец всех женщин, душа компании, невероятно талантливый, безусловно чуткий, добрый и внимательный! Она прекрасно понимала, что попалась в ловушку его обаяния, но профессионализм твердил ей отдалиться, вот только съемки еще не закончены, а это не много ни мало еще пара месяцев совместной работы.

Вечеринка грохотала за стеклянными дверями у них за спинами – где-то смеялись, звенели бокалы, музыка звучала все еще слишком громко. Флоренс вдруг осознала, что они совершенно одни на террасе, отчего дыхание ее стало глубоким и неровным.

В лунном свете глаза Диего казались почти черными, бездонными и она с удивлением поняла, что запоминает.

То, как пахнет его одеколон.

То, как он смотрит на нее с нескрываемым интересом и каплей волнения.

Как между ними совсем не осталось расстояния, хотя никто из них не сделал ни шага.

Как изучает его руки, лежащие на прохладном камне парапета, как напряглись его пальцы, когда их окликнули, впуская в кружившую вокруг них тишину немного безумства и веселья из распахнутых дверей.

– Нам стоит вернуться, – прошептала Флоренс, не двигаясь с места.

– Да, – согласился Диего, все еще изучая ее. Она усмехнулась. Девчонка внутри нее готова была отплясывать от одной только мысли о том, что Диего неотрывно рассматривал ее, просто был рядом, привнося спокойствие и распаляя кровь одним своим присутствием. – Ты вчера была великолепна.

Она прислонилась спиной к каменным перилам рядом, чувствуя, как ночной бриз ласкает оголенную кожу ее шеи, играя с перьями коротких волос.

– Ты тоже. Особенно в той сцене с Сенатом. Исходившая от тебя ненависть буквально сразила мою Клодию.

Диего улыбнулся краешком губ, выпрямляясь перед ней.

– Это оказалось... проще, чем должно было быть, – признался Диего и тяжело сглотнул, облизнув губы.

Флоренс невольно проследила взглядом за движением его кадыка, склонив подбородок к плечу, осмелившись вновь посмотреть ему прямо в глаза.

– Потому что... я так плохо играю?

На миг брови Диего дрогнули.

Ей показалось они ведут немой диалог. Тот самый, что под запретом.

– Потому что в той сцене я позволил Маркусу не скрывать то, что на самом деле чувствую.

Все, что говорил Диего для Флоренс звучало сексуально. И это было не честно. Она пробовала не слушать, не прислушиваться, но ничего не получалось. Потому что тогда – она смотрела. А это было еще хуже.

– А сейчас ты тоже смотришь на меня так?

– Как?

– Как на съемке, – Флоренс выдержала паузу, борясь с желанием шагнуть к нему ближе, сократить это расстояние, чтобы не только его взгляды касались ее в этот вечер. – Наверно, когда все закончится, по этому взгляду я буду скучать больше всего на свете.

Диего резко вдохнул и задержал дыхание, а затем тихо засмеялся, почесав кончив носа, словно пытаясь скрыть нахлынувшее на него смущение. Они оба смотрели искренне и осторожно, вместо тысячи нежных прикосновений, невозможных по сотне разных причин.

– Так почему Маркус смотрел на меня так?

Диего замялся, вглядываясь в нее, словно пытался передать весь спектр эмоций одним только взглядом.

– Когда ты... кхм... когда Клодия видит в Маркусе не только императора, это... это пугает меня. Потому что я не привык, чтобы кто-то видел меня насквозь.

Флоренс кивнула.

– И что же ты чувствуешь, когда она видит тебя таким?

– Я чувствую... уязвимость. Это злит меня... Маркуса, это злит Маркуса, – голос Диего стал тише, он глубоко вздохнул и продолжил: – Как будто Клодия может разрушить все, что он строил. Но, в то же время, это и притягивает меня к ней. Как магнит, от которого нет сил оторваться.

Флоренс не могла отвести взгляда от взволновавшегося Диего, сердце ее билось быстрее, и она чувствовала, как щеки начинают краснеть не от алкоголя.

– И почему ты позволяешь себе почувствовать все это? Почему позволяешь Маркусу быть уязвимым?

Диего, не отрываясь, смотрел на нее.

– Потому что только так я могу понять, что на самом деле чувствует Маркус. Только так я могу сыграть его так, как он того заслуживает.

– И ты делаешь это прекрасно, Диего. Как и всегда, – Флоренс улыбнулась, боясь сболтнуть лишнего о том, как от его игры она начинала верить, что действительно живет в том мире, который создавался командой на съемочной площадке день ото дня.

Диего же боролся с желанием протянуть руку и нежно коснуться ее щеки, убрать выбившийся локон со лба, танцующий с ветром свой дерзкий танец. Оба молчали, прикованные друг к другу. Неловкость сменялась напряжением, взраставшем на почве профессиональной химии и дружбы.

Он сдержал рвущиеся наружу слова о том, что переставал понимать, где были чувства Маркуса к Клодии, а где его собственные к Флоренс, той дерзкой девчонке, чьи глаза он видел каждый раз перед сном, будто она была его личной богиней сна.

Рука Диего едва коснулась ее локтя, напряженно, будто каждый из них решал: рискнуть или же снова отступить.

Где-то внизу загудел мотоцикл и его резкий звук разорвал мгновение, воцарившееся между ними. Оба вздрогнули, словно внезапно пробудились ото сна.

Флоренс ощутила бешено колотящееся сердце. Где-то за их спинами продолжала греметь вечеринка, но она уже точно знала, что сегодня ночью будет листать соцсети, высматривая в его старых фото хоть намек на то, что это все ей не кажется.

Больше информации и эстетики в моем tg-канале: giveussomehope_darcy