Глава 6. Кофейная клевета
Персонажи этой истории могут показаться вам смутно знакомыми. Да, на их создание автора вдохновили реальные люди и факты или даже слухи, однако не стоит воспринимать этот роман иначе, как творческий вымысел. Любые совпадения с реальными событиями случайны либо использованы в художественных целях.
Тусклый свет лампы рисовал на стенах дрожащие тени, будто даже они не решались нарушить тишину его трейлера. Тогу императора Маркуса, тяжелую, окаймленную пурпурной полосой на белом, Диего небрежно бросил на спинку кресла, словно сорванную маску, символ власти и мужества. Он опустился в кресло, и оно скрипнуло под его весом, будто разделяя навалившуюся на него усталость и внутреннюю борьбу.
Губы все еще горели, но не от виски, что держал в руке, а от нее. От того поцелуя, который вышел за рамки сценария, за рамки разума, за все чертовы границы, которые Диего устанавливал себе последние пару лет. Его сердце так предательски сильно билось, что он боялся, если она услышит его стук, просто стоя с ним рядом на площадке. Диего чувствовал себя мальчишкой, которого зажег этот момент импровизации, и теперь он не мог остановить поток захлестнувших его эмоций.
– Ты сводишь меня с ума.
– Тогда не сопротивляйся.
Диего помнил, как площадка замерла в странном оцепенении. Но в ушах его звенело как после взрыва. Что, черт возьми, произошло? Он вспомнил, как машинально поднял муляж меча с пола, ощущая предательскую дрожь в пальцах. Его руки все еще сохраняли ощущение ее тела.
– Кажется, мы только что испортили идеальный дубль, – попытался пошутить Диего, стараясь скрыть свои истинные вспыхнувшие эмоции за маской юмора. Флоренс неубедительно фыркнула, и он заметил, как ее пальцы нервно теребили край костюма – бессознательный жест, который он видел у ее героини во вчерашней сцене. Она тоже пошутила, и кажется, что момент был закончен.
Диего не пил. Просто вращал бокал с виски, наблюдая, как янтарная жидкость оставляет на стекле медленные, ленивые следы. В этих бликах ему мерещились ее глаза – те самые, когда они оторвались друг от друга после поцелуя. Он зажмурился, поставил бокал на стол с глухим стуком. Поднялся и прошелся по трейлеру, ладони нервно потерли лицо, пытаясь стереть воспоминания, так ярко мерцающие перед его внутренним взором.
В поцелуе не было ни капли фальши – только дрожь, только жар, то, чего так боялся и так жаждал Диего одновременно. Дыхание Флоренс сорвалось в такт его собственному, а пальцы впились в него, будто боялись, что он сейчас исчезнет, оттолкнет и властный император прикажет страже схватить ее. Он чувствовал миг ее трепета, ее страха и желания, и это, черт возьми, отчего-то сводило его с ума.
Падая в кресло, Диего достал телефон. Слепящий свет экрана врезался в полумрак. Он нашел чат с Флоренс – девственно чистый, ни единого сообщения. Палец замер над клавиатурой. Он хотел написать, мог рискнуть, снова, но остановился, перевел телефон на беззвучный режим и отшвырнул его на столик.
– No repetir los errores (Не повторяй ошибок), – прошептал он в темноту, и горло обдало огненным жаром виски, когда он все же решился выпить.
Экран телефона предательски засветился синим, одиноким огоньком. Диего замер, чувствуя, как сердце вновь предательски сжимается в надежде.
Тьма сгущалась вокруг него, но не могла затмить одно простое, неоспоримое, пугающее осознание: он влюблен, и завтра им придется снова стать Маркусом и Клодией, играть любовь, что медленно пускала корни где-то глубоко внутри их героев, между ребер, где больше не спрятаться за текстом сценария.
Диего чувствовал себя обезоруженным, потерянным, и в то же время он словно вдохнул новый глоток жизни и желания.
Давно такого не случалось.
Он был старше, опытнее, и знал, что не может позволить себе вот так снова влюбиться в прекрасную Флоренс, но чье сердце когда-либо слушало доводы разума?
~ ~ ~
Несколько дней без общих съемок позволили эмоциям угаснуть после импровизированной сцены на балконе. В сценарии их поцелуй случался уже в покоях императора, по его инициативе, хотя и Клодия вела себя соблазнительно. Но Джейсону Мартину понравилось то, что он увидел на экране своего режиссерского монитора. Представляемая им химия заиграла всеми красками, когда эти двое столкнулись лбами в сцене, подобно той, что случилась.
Флоренс шла к своему трейлеру, как раз после очередной съемочной сцены. Отдых по расписанию, перерыв, который она заслужила. Софи сопровождала ее практически всегда и везде, и сейчас, когда Флоренс увидела Диего, сидевшим на ступенях его трейлера с напитком в руках, она замедлилась и попросила помощницу принести ей перекусить.
По мере приближения она заметила, что Диего был полностью поглощен своими мыслями, возможно, внутренним голосом репетировал реплики своего персонажа, но взгляд его был устремлен вдаль.
– Скажи мне только одно – ты уже выпил свои шесть шотов эспрессо? – спросила Флоренс, подходя ближе и прищуриваясь от яркого солнечного света.
Все началось с одной небрежной фотографии. Размытый кадр, сделанный папарацци где-то в предрассветном Нью-Йорке: Диего в растянутом свитере, с темными кругами под глазами и – главное – с огромным стаканом кофе в руках. Казалось бы, ничего особенного, но интернет-сыщики не дремлют.
Через два часа после публикации в Twitter появился первый скриншот с увеличением: на боковой стенке стакана едва читалась маркировка бариста – «6 shots espresso».
Фандом взорвался. Шутки разлетелись по всем платформам. Вечерние шоу подхватили тему:
– «Он что, пытается каждое утро запустить сердце вручную?»
– «Наши источники сообщают, что вчера Диего Паскаль был замечен в кафе. Кофе он, конечно, не заказывал – просто подошел к кофемашине и открыл краник, подставив свой рот».
Джимми Киммел[1] получил самый развернутый ответ от Диего. Он чистосердечно признался, что начинал с четырех шотов, но со временем стаканы становились больше, а напитка в них все равно было мало, да и кофе переставал быть крепким. В результате Диего увеличил дозу до шести шотов:
– Это был мой очень личный ритуал, который я не хотел, чтобы кто-то вообще знал. Но я клянусь, что не пью больше кофе в течение дня! – обратился он к обеспокоенным зрительницам в зале.
Даже на красных дорожках журналисты тыкали микрофонами на волне хайпа, не замечая, как Диего смущался каждый-чертов-раз из-за этих повторяющихся вопросов.
Флоренс впервые наткнулась на этот мем в тик-токе – алгоритм, словно шпион, подсунул ей ролик. Она фыркнула, пролистывая дальше, но телефон, конечно, уже запомнил интерес.
Последствием одного невинного поиска стали рекомендации тик-тока с кадрами, где лицо Диего просто наложено на кофемашину, или где он на съемках пьет из трех чашек одновременно. Флоренс не могла не вспомнить эту сцену как на ладони, когда они пересеклись в грим-вагоне – перед ним стояли три пустые чашки эспрессо, но тогда она не придала этому значения, так мало она о нем знала.
Однако, больше всего ее заставили смеяться в голос фанатские теории о том, что его персонаж в «Тени вечности» на самом деле под шлемом пьет не воду, а эспрессо. Еще впоследствии ее преследовала эта тема даже на страницах Google и Instagram c навязчивой контекстуальной рекламой лучших кардиологов и ортопедических подушек.
– Это клевета! – Диего посмотрел на стакан в руке, подумал было его спрятать, но понял, что уже слишком поздно. – Наука пока не доказала, где предел человеческой выносливости, – ответил он с наигранной серьезностью, пытаясь скрыть свое смущение.
Флоренс встала напротив, козырьком руки прикрываясь от слепящего послеполуденного солнца.
– Значит, интернет не врет. И ты не человек, а ходячая кофейная аномалия!
Ее улыбка становилась все шире. Диего рассмеялся.
– Может и так. Но без этого я просто не могу работать, – парировал он без привычной игривости в голосе. Лишь хрипловатая усталость после долгого съемочного дня, и чувствовался легкий акцент, от которого у Флоренс каждый раз табуном бежали мурашки приятного волнения по телу.
– Я не удивлюсь, если твоя кровь состоит из этого, – она указала на стакан в его руке. – Как если бы тебе просто нужно подсоединиться к кофейному аппарату и вдыхать его пары. Может, тебе уже надо объявить о своей зависимости? Я, если что, готова поддержать.
– Это очень личное, Фло. Не говори, пожалуйста, так об этом, – Диего посмотрел на стакан как на священный предмет. Флоренс же украдкой наблюдала как его пальцы нервно выстукивают ритм по картону. Те самые пальцы, что несколько дней назад так уверенно держали ее лицо в кадре. – Это не просто кофе. Это моя связь с миром.
Она улыбнулась ему, глаза ее лукаво засверкали от удовольствия.
– Признайся уже, Паскаль, что все это – лишь прикрытие для твоей зависимости от меня.
Диего замер, их взгляды сцепились, и на мгновение время остановилось. Он думал возразить этой девчонке, так дерзко бросавшей ему вызовы своими остротами. Она вообще держит язык за зубами?
Но признаться, ему нравилось все, что слетало с ее губ.
Слова застряли в горле. Эти дни он только и делал, что отвлекался на съемочный процесс, спортивные тренировки и разговоры по вечерам с сестрами. Он уставал настолько, что мгновенно засыпал, едва только голова касалась подушки после горячего, снимающего спазм мышц, душа.
Не сказать, что он забыл о случившемся, но запретил себе думать о ней. Он скрывался за маской Маркуса, Диего-актера, очень занятого и сосредоточенного, даже когда замечал ее на площадке, украдкой смотревшей на процесс съемок с его участием. И вот теперь, глядя в ее глаза, он чувствовал, как воспоминания снова начинают бурлить внутри него.
Пытаясь скрыть свою растерянность, Диего решил перевести разговор в более шутливое русло, подхватывая заданный Флоренс темп:
– Очень может быть... что я готовлюсь к роли кофейного магната в следующем фильме.
– Ох... А это так?
– Или же я просто буду первым актером, который сможет работать без сна и перерывов, – его глаза засверкали весельем, и Диего не преминул подмигнуть ей, все еще смеющейся, так мелодично и заразительно.
– А вот это уже интригующе! – Флоренс поставила руки на бедра и прищурилась, изображая наигранную серьезность. Он сдержал в себе желание изучить взглядом ее тело в этой невесомой тунике патрицианки. – Ладно, я пойду, пока ты не решил, что тебе нужно еще одну порцию эспрессо.
Флоренс увидела, как ее помощница Софи шла к ним, и кивнула Диего. Ее улыбка стала мягче, хоть в глазах все еще играли искорки веселья. Она повернулась, чтобы уйти, но Диего поднялся, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее.
– Флоренс, я...
Она обернулась.
– Да, Диего? – спросила она, чуть наклонив голову.
Он хотел сказать что-то важное, но слова снова застряли в горле. К тому же Софи нагнала свою звездную актрису и протянула ей тарелку с сандвичем и фруктами. Потому он просто улыбнулся и пожал плечами.
– Ничего. Увидимся завтра на съемках.
– До завтра, – кивнула Флоренс и, улыбаясь, направилась к своему трейлеру, слушая, но не слыша, как Софи зачитывала ей расписание на оставшуюся часть дня. Все, о чем она могла думать – завтрашний день съемок вместе с Диего. На мгновение она разрешила себе обернуться, чтобы увидеть, как Диего смотрит ей вслед.
~ ~ ~
Солнце поднималось над павильонами Студии, окрашивая асфальт в золотистые тона. Диего сидел в уже привычном кресле грим-вагона, склонившись над телефоном. На столе перед ним стояла пустой стаканчик из-под кофе – уже третий с пяти утра, если считать те два, что прятались в мусорном ведре под скомканными салфетками. Он механически листал сообщения, ленту новостей, но мысли были далеко – вчерашний недолгий разговор с Флоренс не выходил из головы.
Дверь вагончика привычно открылась. Флоренс вошла, снимая солнцезащитные очки, и поставила перед ним термокружку – матово-черную и явно не пустую, – с таким видом, будто вручала оскаровскую статуэтку.
– Ты купила мне... кофе? – он растерянно посмотрел на термочашку, затем снова на Флоренс.
Она зацокала языком, привлекая тишину.
– Не просто кофе, – торжественно объявила она. – Это твой обычный заказ. Шесть шотов эспрессо. Хотя, – она вдруг ухмыльнулась, – я могла бы сжульничать и налить тебе декаф. Что ж... заодно проверим. Настоящий ли ты кофейный эксперт?
Диего расплылся в улыбке и медленно взял кружку, его пальцы осторожно обхватили гладкую пластиковую поверхность. Он сделал маленький глоток, закрыв глаза на секунду, просто чтобы почтить ее подарок, ведь три чашки кофе уже сделали свое дело.
– Ты что... специально...
– Да. Да... Пришлось встать в пять утра, чтобы успеть до съемок, – кивнула Флоренс, плюхаясь в кресло позади него. – Бариста сначала округлил глаза, когда я повторила твой заказ. Но потом он понял, для кого я это делаю, и как видишь...
Диего замер с термокружкой на полпути ко рту и посмотрел в отражение Флоренс у себя за спиной.
– Они знают?..
– Дорогой, – Флоренс закатила глаза, – ты на этой планете единственный, кто пьет «метакчино».
Он рассмеялся, услышав шутливое название своему напитку от Джимми, когда был у него на шоу. Значит Флоренс смотрела выпуск с ним. А вот это уже интересно!
Выражение его лица смягчилось, впору было заплакать от умиления ее поступком. Что уж сказать про мурашки, пробежавшие вдоль его позвоночника, когда он услышал ее «дорогой» с этим нарочито британским акцентом.
– Это очень заботливо с твоей стороны, – сказал он тихо. – Спасибо.
Его глаза метались, пытаясь найти ответ, который бы не раскрыл его возникавшую перед этой девушкой слабость. Флоренс отвела взгляд, внезапно заинтересовавшись своим маникюром, будто скрывая себя от его обжигающего присутствия.
– Ну, знаешь ли, – пробормотала она. – Это мой способ помочь тебе выжить в суровой римской эпохе. Да и если ты не получишь свою порцию кофе, то кто будет играть со мной в любовь перед камерами?
Диего ухмыльнулся в воцарившемся молчании. Где-то за дверью уже слышались шаги съемочной группы, голоса, смех – обычный утренний хаос. Всего лишь спустя несколько минут после того, как над ними снова будут работать гримеры, Диего случайно заметил вставленную за пластиком термостакана записку с припиской от руки: «100% счастья. И кофеин».
_____________________________
[1] (прим.автора) Американский телеведущий, комик, сценарист, продюсер и актер. С 2003 года ведет собственное шоу «Джимми Киммел в прямом эфире», о котором идет речь.