Семейный Ужин....
Pov:Лиза
И эту скучную жизнь выбрал мой отец после жизни с матерью? Я не могла поверить, что застряну здесь, пока я не окончу среднюю школу. После жалоб в течение многих лет о том, что отец отказался от их брака, мать выкинула меня за дверь, чтобы я жила с ним и его новой семьей.
Может это из-за того, что я то и дело попадала в неприятности. Может из-за того, что меня вышвырнули из очередной школы в мае прошлого года.
Три года назад отец привел эту блондинку на встречу со мной и сказал мне, что это моя новая мачеха. Я пришла домой, рассказал матери, и она выглядела так, словно ее сердце разорвалосьна части. Тогда она зациклилась на том, что новая жена моего отца была намного моложе, чем она. Моя будущая мачеха была достаточно хороша, но я любила мою мать, и я не могла причинить ей боль. Я сказала отцу, что отказываюсь быть частью его новой семьи. Даже при том, что она никогда не говорила это прямо, я знаю, что это заставило мать чувствовать себя немного лучше, из-за того, что я устояла и не имела ничего общего с мачехой и ее детьми.
Теперь, три года спустя, мать сдала меня этой новой семье довольно быстро. Хотя я была ее единственным ребенком. С нее было достаточно моих выходок, и она была готова отправить меня к отцу на перевоспитание. Я думала, что наш жизненный уклад был отличным. Мама занималась своими делами, я – своими. Проблема была в том, что ей не нравилось то, что делала я.
Когда я подъехала к огромному двухэтажному дому, который был похож на дом из ситкома, я не могла ни сравнивать его с той квартирой, которую делил с моей матерью. Наша квартира была в модном квартале Денвера. А это место было определенно далеким от того, чтобы быть модным. Соседи, наверняка были тихими и укладывались спать к десяти вечера.
Когда я подъехала, отец подстригал газон, а его жена ухаживала за клумбами. Моя мать-художница сказала бы, что это «очень Норман Роквелл». Я надеюсь, никто не ждет от меня участия во всем этом. И уж точно я не собиралась расхаживать с газонокосилкой по лужайке.
Как только я припарковалась, отец выключил газонокосилку и встретил меня, когда я выходила из машины. Мы захватили некоторые из моих сумок из багажника, и меня проводили через белую дверь с причудливым золотым молоточком. Отец радостно похлопал меня по спине, а Джулия, моя мачеха, непрестанно щебетала о том, как все меня рады видеть здесь
Неожиданно худенький светловолосый малыш рухнул мне в ноги.
– Лиза здесь! Она будет играть со мной в PlayStation! – встречающая сторона была в этом просто уверена.
Малыш дергал меня за руку по направлению, как я предположила, к выключенной игровой консоли, и делал это все сильнее.
– Лиза, это моя дочь, Чэнс, и он, очевидно, рад тому, что ты будешь жить с нами. Чэнс, милый, Лиза только что пришла. Сначала она должна устроиться, поэтому, пожалуйста, прекрати дергать ее за руку.
Это было странно, то, как она говорила со строгой улыбкой на лице.
Видимо, отец ушел и женился на полной противоположности моей матери. Когда моя мать использует подобный тон, вам лучше поверить в ее строгость, чем подыгрывать ей. Мать была капризной артистической натурой, которая скорее завяжет платок вокруг талии, чем на шее. Эта же женщина одевалась иначе и была очень элегантна в рубашке-поло.
– Лиза, садись на диван, мы должны будем узнать друг друга.
Я последовала за ними в гостиную, чувствуя себя неловко. Святой ежик, как человек мог поместить столько картин и мебели с цветочным рисунком в одной комнате. Я заметила, на другой стороне комнаты был своеобразный алтарь. Длинный стол у стены был полностью покрыт фотографиями светловолосой девочки разного возраста. В различных нарядах. На некоторых она была черлидершей, на некоторых в балетной пачке. Фотографии были далеко от того места, где я сидела, но она выглядела очень красивой. Я не помнила, сколько лет ее дочери, но она была, по крайней мере, старшего школьного возраста. Выглядела она достаточно хорошо, чтобы приударить за ней, если бы она не была падчерицей моего отца. Это, несомненно, включало ее в список «Не трогать».
Джулия и Скотт проследили за моим взглядом, верите или нет, Джулия заволновалась еще больше.
– О, Лиза, это моя дочь, Ира. Чэнс, сходи за сестрой. Она должна быть здесь, чтобы поприветствовать Лизу.
– Я не могу привести ее, потому что она ушла как раз тогда, когда приехала Лиза. Я сказал ей, что она здесь, но она побежала вверх по лестнице, потом вниз, прошла в гараж и уехала, – поспешно объяснил Чэнс.
– Хорошо... возможно, у нее поздняя встреча с подругой, но ты сможешь познакомиться с ней позже, Лиза. А сейчас я покажу тебе твою комнату.
Щеки Джулии зарделись, словно она извинялась за отсутствие дочери. Возможно, моя сводная сестра не так уж счастлива видеть меня здесь.
Три часа спустя я размышляла, сидя в своей машине. Мне нужно было уйти. Если бы мне пришлось провести еще немного времени в этом семейном дерьме, то мне бы обязательно захотелось кого-нибудь избить. Возможно, это из-за мачехи. После того как мне показали мою новую комнату, с голубыми стенами, на которых покачивались на волнах парусники, Джулия настояла на том, чтобы узнать обо мне больше. В течение двух часов Джулия задавала мне вопросы, отец смотрел на нее, поощряя ее любопытство, а Чэнс дергал меня за рукав, пытаясь привлечь мое внимание. Джулия была горячей, как и все тридцатилетние женщины, но не я знала, что еще отец нашёл в ней. Если ее дочь такая же, как она, мне придется носить с собой скотч, чтобы заклеивать ей рот.
Наконец-то перерыв! Отец попросил поговорить с ним в частном порядке в его кабинете. Кабинет выглядел дерьмово! Сплошные клише – пледы, темное дерево. Я сидела напротив него и взяла фигурку утки, вопросительно глядя на него.
Он пожал плечами с ухмылкой на лице:
– Я позволяю Джулии делать украшения.
Поставив утку обратно, я засмеялась.
– Вы должны нанять профессионала, чтобы сделать ремонт.
– Нет, меня это не беспокоит.
– Все парусники в моей комнате должны исчезнуть.
– Если это позволит тебе чувствовать себя уютнее, Лиза. Я уверен, что Джулия не будет возражать. Мы действительно хотим, чтобы тебе было здесь комфортно.
– Спасибо, папа.
Он откашлялся и подался вперед.
– Я хотел поговорить с тобой наедине о том, почему мать решила, что тебе нужно пожить здесь.
Я подарила ему скептический взгляд.
– Ты имеешь в виду, почему она больше не хочет, чтобы я жила с ней?
– Не будь идиоткой, Лиза. Ты знаешь, что мать любит тебя. Она просто подумала, что ее образ жизни не принес тебе пользы.
На самом деле, мне моя жизнь нравилась. В Денвере моя жизнь была потрясающей.
– Конечно, она любит меня, – согласилась я. – Она просто думает, что я заноза в заднице.
– У тебя есть прошлое, – сказал отец. – Но давай оставим прошлое прошлому, почему бы тебе не посмотреть на это как новое начало? Я здесь, если тебе нужно будет поговорить или если ты почувствуешь, что снова готова поддаться своим вредным привычкам.
Я бы не называла их вредными привычками. Много других людей таких же, как я имеют подобные проблемы. Может быть, если я пообещаю быть хорошей маленькой девочкой, мать позволит мне вернуться домой? Я так не хочу быть здесь, жить в пригороде, переходить в очередную новую школу и остаться без своих друзей. Жаль мама знает меня так хорошо. Она не поверит ни на минуту, что я вот так сразу изменилась.
– Будет сделано, папа, – вяло заявила я. Жизнь обещала быть очень скучной.
Джулия закричала, что обед готов, и мы направились в столовую, чтобы получить то, что она описала как «наш первый семейный ужин». О, какая радость. По крайней мере, еда пахла чертовски хорошо. Моя мать почти не готовила, а когда делала это, то обычно это были полуфабрикаты, так что я, наконец, нашла один плюс в моем переезде. Блюда стоящие на столе, выглядели аппетитно и определенно были приготовлены в домашних условиях. Если все семейные ужины будут такими, как этот, я должна буду начать больше работать.