Контракт | Толл

Прошла неделя. Неделя, за которую привычная реальность дворца СирЭна перевернулась с ног на голову. Не то чтобы что-то изменилось внешне — все те же мрачные коридоры, те же бледные слуги, те же доклады о рудниках и беспокойных соседях. Но воздух стал иным. Он был наполнен тихими взглядами, случайными прикосновениями, которые были уже не случайны, и молчаливыми вопросами, витавшими между ними.

Том больше не стучал в дверь кабинета Билла. Он просто входил. И Билл больше не застывал в напряженной позе, а лишь поднимал взгляд, и в уголках его глаз появлялись едва заметные лучики морщинок — зачаток улыбки, которую он еще не решался выпустить на свободу.

В тот вечер Том нашел его не за бумагами, а у окна в его личных покоях. Билл стоял, глядя на бескрайнее море хмурых туч, и его профиль в тусклом свете выглядел усталым и отрешенным.

— Опять плохой день? — мягко спросил Том, подходя ближе.

Билл вздрогнул, но не обернулся.
—Нет. Просто... думал.

— О чем? — Том встал рядом, их плечи почти соприкасались.

— О том, что я, наверное, никогда не буду... нормальным. — Голос Билла был тихим и ровным, но в нем слышалась пропасть отчаяния. — Что бы ни случилось между нами... это внутри меня всегда. Эта тень. Этот холод. Я никогда не смогу дать тебе того, что есть в МириДиане. Тепла. Света.

Том молчал секунду, затем повернулся к нему.
—Ты действительно так думаешь?

Наконец Билл посмотрел на него. В его темных глазах бушевали сомнения и страх.
—Разве нет? Я — это эта тьма, Том. Я ношу ее в себе, как вторую кожу.

Вместо ответа Том медленно, давая тому каждый миг для отступления, прикоснулся к его щеке. Кожа под его пальцами была прохладной, как всегда.
—А я ношу с собой солнце, — сказал он просто. — И мне кажется, мы идеально дополняем друг друга.

Он наклонился и поцеловал его. На этот раз поцелуй был не таким робким. В нем была уверенность, обещание и та самая «солнечная» энергия, что так будоражила «Наследие» Билла. Но на этот раз она не вызывала боли или страха. Она была как луч света, пробивающийся сквозь толщу льда, не растапливая его, а лишь согревая изнутри.

Билл ответил на поцелуй с внезапной, отчаянной жаждой, вцепившись пальцами в ткань его рубашки, как будто боялся, что его отнимут. Когда они разомкнулись, оба дышали неровно.

— Я не хочу быть твоей тьмой, — прошептал Билл, прижимая лоб к его плечу.
—Ты ею не являешься, — Том обнял его, чувствуя, как то худое, напряженное тело постепенно расслабляется в его объятиях. — Ты — человек, который вынужден нести ее в себе. И я помогу тебе ее нести. Всегда.

Он отступил на шаг, все еще держа Билла за руки.
—Пойдем. Покажи мне.

— Куда? — Билл смотрел на него с недоумением.

— Твое место. То, где ты чувствуешь себя... собой. Не принцем. Не хранителем. А просто Биллом.

Билл колебался, его взгляд скользнул в сторону, в глубь покоев.
—Есть одно место... — он произнес это так тихо, что Том едва расслышал. — Но оно... не для чужих глаз.

— Я тебе не чужой, — без тени сомнения заявил Том.

Билл посмотрел на него, и в его глазах что-то дрогнуло. Он молча кивнул и повел Тома через свои покои в маленькую, почти потайную дверь, скрытую за гобеленом.

За дверью оказалась крошечная круглая комната, больше похожая на эркер или на вершину башни. Стены здесь были не из камня, а из какого-то темного, отполированного до блеска дерева. Посередине стояла глубокая купель, выдолбленная из цельного куска черного базальта. Вода в ней была абсолютно неподвижной и казалась черной как смоль, но от нее исходил легкий пар.

— Подземное озеро, — тихо объяснил Билл. — Горячий источник. Он... помогает. Когда становится невыносимо.

Том подошел к краю и провел рукой по воде. Она была обжигающе теплой.
—Это прекрасно, — искренне сказал он.

Он повернулся к Биллу, который стоял, застыв на пороге, словно ждал осуждения.
—Раздевайся, — мягко скомандовал Том.

— Что? — Билл смотрел на него с новым приступом паники.

— Ты сказал, это место помогает. Значит, сегодня оно поможет нам обоим, — Том уже скидывал с себя верхнюю одежду, не оставляя пространства для споров. — Если, конечно, ты не против моего общества.

Он видел, как катяться по щекам Билла. Видел, как тот пытается совладать со своим дыханием. И видел, как тот, наконец, медленно, почти ритуально, начал расстегивать пряжки своего кожаного доспеха.

Они вошли в воду почти одновременно. Она была плотной, шелковистой и невероятно горячей. Том с наслаждением погрузился по плечи, чувствуя, как тепло проникает в самые закостеневшие мышцы. Билл сидел напротив, поджав колени, его черные волосы намокли и прилипли к вискам. Вода скрывала его хрупкое телосложение, оставляя на поверхности лишь бледные плечи и темные, полные неуверенности глаза.

— Подойди ближе, — сказал Том.

Билл послушно переместился, и теперь их колени соприкасались под черной водой. Том протянул руку.
—Дай мне свою руку.

Билл медленно выполнил просьбу. Том взял его кисть — такую легкую, с тонкими, почти изящными пальцами — и начал медленно, тщательно массировать ее, разминая каждый сустав, проводя большими пальцами по линиям ладони.

— Что ты делаешь? — прошептал Билл, глядя на их соединенные руки с благоговейным страхом.

— Грею, — просто ответил Том, не прекращая движений. — Твои руки всегда такие холодные.

Он поднял взгляд и встретился с глазами Билла. В них не было ни тени, ни желтого огня. Только чистая, беззащитная уязвимость. И в этой уязвимости была такая сила, что у Тома перехватило дыхание.

Билл медленно, будто движимый силой, которой не мог сопротивляться, потянулся к нему. Он прижался к его груди, обвил руками его шею и спрятал лицо в изгибе его плеча. Его дыхание было горячим на коже Тома.

— Не уходи, — это был даже не шепот, а сломанный выдох. Мольба, которую он, Принц СирЭна, никогда и никому не позволял себе высказать. — Пожалуйста, никогда не уходи.

Том крепче обнял его, чувствуя, как бьется его собственное сердце — громко, ясно, выстукивая один простой ритм. Твой. Твой. Твой.

— Я никуда не денусь, Билл, — поцеловал он его мокрые волосы. — Я дома.

И в тишине маленькой купели, в клубах пара, поднимавшихся от черной воды, эти слова прозвучали как самая священная клятва. Война с самим собой для Билла не закончилась. Но теперь у него был союзник. Было убежище. Был человек, который видел в нем не чудовище и не принца, а просто того, кого он полюбил. И этого было достаточно, чтобы продолжать бороться. Чтобы начать, наконец, жить.