37. Реквием по любви
Почти беспрерывная жара сводила с ума. Буквально.
Мы с Марком не виделись три недели, потому что он много времени уделял стажировке, а по выходным ездил в сад помогать дедушке с бабушкой. На самом деле я думаю, что он избегал меня нарочно, но каждый раз, когда я спрашивала об этом напрямую, он начинал злиться. Я вообще не помню, чтобы до этого он хоть раз злился на меня. Или на кого-либо вообще. Марк был самым миролюбивым человеком, которого я встречала.
И вот наконец-то мы выбрались на прогулку по набережной. Солнце уже садилось, так что жара немного спала, но земля ещё хранила тепло. Мы сели на газон под одной из яблонь в сквере у драмтеатра. Я легла на спину и заметила, что Марк хмурится.
— Что-то не так?
— Раньше это было моё любимое место в городе, — ответил он. — Сейчас оно напоминает мне об одном из моих постоянных клиентов, потому что мы гуляли вон там, — он указал на аллею между липами.
— Давай снова сделаем это место нашим, — предложила я, поглаживая его по спине.
Марк повернулся ко мне, жмурясь в улыбке, и прилёг рядом. Я закинула на него ногу, он поправил подол моего платья, который немного задрался, и опустил руку на моё бедро. Я поймала его губы своими и поцеловала. Поцеловала так, как мы делали это раньше, давая понять языком, но без слов, что хочу его. Мы так давно не были вместе. Я так давно не видела его, что готова была сделать это прямо посреди парка. Я знала, что в торговом центре поблизости очень удобные туалеты. Я знала, что получу желаемое.
Марк разорвал наш поцелуй, но меня было не так просто остановить. Я сунула руку ему под футболку и погладила низ живота. Это вызвало такую любимую мной реакцию.
— Что ты делаешь? — он перехватил мою руку на полпути к шортам.
— Соблазняю тебя, — улыбнулась я. — Я соскучилась.
— Да, но... — я знала, что сейчас он снова начнёт говорить про всё, что с нами случилось в прошлом месяце. Про то, как мы ещё не готовы, про то, что нам стоит повременить с этим, про психологические травмы и барьеры. Я намеренно перебила его:
— Я готова. Всё хорошо, пожалуйста, прекрати опекать меня. Это прошло, нужно жить дальше!
— Ну не здесь же, — растерянно проговорил Марк.
Я хитро улыбнулась, вскочила на ноги, потянула его вверх и побежала в сторону дороги. Мы пробежали по пешеходному переходу, мимо пустой парковки Белого дома, вглубь тихих дворов центра и снова на оживлённую улицу. Минуя летние веранды кафе, мы попали в торговый центр. Замедлив шаг, чинно прошли мимо охранника. На эскалаторе я уже не могла сдержать смех. Наконец мы добрались до туалетов. Это были не привычные кабинки, разделённые на мужские и женские. Здесь были общие полноценные туалетные комнаты. Я пропихнула в одну из них Марка и закрыла за нами дверь. Когда я повернулась, он уже мыл руки в раковине, но мне было не до приличий.
Я прижала его к стене и впилась в губы. Спускаясь поцелуями ниже, я дошла до шеи и провела языком до мочки уха.
— Ты серьёзно хочешь делать это здесь? — с придыханием спросил Марк.
— У меня мама дома, к тебе тоже не вариант, это лучше, чем в публичном парке, ведь так? — я проникла пальцами под его футболку.
— Мы же в душ не сходили, и...
— Просто помолчи, — я перебила его поцелуем.
Мои руки вспоминали, каково это — касаться его. Он такой жилистый, твёрдый, кости и мышцы, я чувствовала, как напрягался его пресс, когда я проводила ногтями вниз от груди.
— Ау! — что-то острое порезало мой палец. Я вытащила руки, по ладони стекала красная струйка крови. Я вопросительно посмотрела на Марка, но он отвёл взгляд. Тогда я потянулась к футболке, чтобы посмотреть самой, но он начал сопротивляться. Я тянула футболку вверх, он — вниз. — Что у тебя там?
— Ничего, отстань. Алеся! — Марк оттолкнул меня. — Отстань! — он никогда раньше не повышал на меня голос. — Мы ещё не готовы, — добавил он уже своим привычным полушёпотом.
Мне невыносимо захотелось взбесить его. Вывести на чувства. Заставить злиться. Заставить кричать.
— Хватит проецировать свои чувства на меня! — крикнула я сама. — Со мной всё в порядке! Это ТЫ не готов, это ТЫ чувствуешь себя неправильно, это ТЫ сломался.
Воспользовавшись его замешательством, я подошла вплотную и подняла футболку. Под ней опять был эта странная подвеска. Лезвие порезало не только меня, но и его. Под цепочкой была россыпь старых и новых царапин.
— Какого чёрта ты носишь это? — я сунула кровоточащий палец в рот, дожидаясь ответа, но Марк просто стоял там, поправляя футболку. — Марк?!
— Просто так, — тихо ответил он.
— Ты никогда ничего не носил просто так.
— Ты никогда не хотела секса в туалете торгового центра, — он криво усмехнулся. — Так только я тут сломан?
Послышался стук в дверь и приглушённый женский голос:
— У вас там всё в порядке?
— Нет, — крикнула я, — но это совершенно не ваше дело!
Я села у стены рядом с ним, закрываясь волосами от всего остального мира. Секунды тягуче переливались в минуты. За стенкой шумела вода. Кто-то подёргал дверную ручку с той стороны, но мы не спешили освобождать туалет. Я вытянула кусочек туалетной бумаги, вытерла кровь с ладони и сказала:
— Я уезжаю в Питер.
Марк явно понял меня, но всё равно спросил:
— Надолго?
Я подняла на него глаза и не смогла сдержать слёз. Он присел рядом и уткнулся лбом в моё плечо.
— Ты даже не представляешь, каким виноватым я себя чувствую, — прошептал он.
— Я представляю. Поэтому и уезжаю. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя так. Потому что ты не виноват. Я думала, это будет так же легко, как веб-кам. Я ошибалась.
— А колледж?
— Ты слышал наших преподавателей: я всё равно не смогу работать по специальности, только потому, что я — девушка. Поступлю куда-нибудь в Питере.
— Что я буду делать без тебя?
— Жить дальше без вечного напоминания о том, что с нам произошло.
Мы сидели на кафельном полу туалета и плакали о жизни, которой у нас никогда уже не будет.