19. Контрольная
— Ты чего такой довольный? — вместо приветствия спросила Алеся, наткнувшись на меня в коридоре института.
— Я с утра в сауне был.
— У тебя было свидание в сауне?
— Нет, в отеле, но там была сауна. Кроме меня там никого не было в такую рань. Да ещё и поел — жизнь удалась, — я улыбнулся, чувствуя, как натягивается лопнувшая посередине нижняя губа.
— Тебе бы залечить это, а то инфекцию от какого-нибудь мужика занесёшь.
— Какого мужика? — на нас сзади налетела Саша, которая как раз вышла из общежития.
— Твоего мужика, — Алеся быстро сделала вид, будто мы не обсуждали мужскую проституцию с моим участием.
— Зачем мне мужик, — Саша повисла на нас, — когда у меня есть ты, — и поцеловала Алесю в губы.
— Марк, меня у тебя уводят, — в шутку предупредила моя девушка.
На лестнице нас нагнал Дэн:
— Чо у нас щас?
Я понял, что близкие друзья не утруждают себя начинать диалог с приветствий. Саша отлипла от Алеси и ответила, что у нас сейчас ВТ.
— ВТ? — переспросил Дэн. — Тебе за слова платить приходится что ли? Ты можешь нормально сказать?
— Вычислительная техника, — раздражённо прорычала Саша. — Мы уже два месяца на неё ходим, пора бы выучить.
— Так бы и сказала, что Налимова. А то ВТ, ВТ.
Большинство предметов у нас были с такими сложными названиями, что мы не запаривались над тем, чтобы запоминать их, а ориентировались только на фамилию преподавателей. Между собой мы шутили, что одним из вопросов в экзаменационных билетах будет полное название предмета и ФИО преподавателя. Мы бы все завалили. У меня ушёл целый учебный год, чтобы научиться выговаривать нашу специальность: многоканальные телекоммуникационные системы.
Налимова вошла в кабинет с большой картонной коробкой в руках.
— Доброе утро! Сдаём, пожалуйста, ваши телефоны в коробку. У нас будет проверочная работа.
Группа тут же зашумела, возмущаясь по поводу того, что никто нас не предупреждал, мы не готовились, мы сейчас наполучаем двоек, а потом замучаемся их исправлять и всё в таком духе. Наша четвёрка молча сложила телефоны в коробку и расселась за свои места. За нами неохотно последовали одногруппники.
Налимова была из той категории преподавателей, которые казались слишком юными для этой работы. В приятной на вид блондинке ничего не выдавало компьютерного гения, однако свой предмет она объясняла хорошо. Даже я понимал всё без помощи Алеси.
Группа расселась по своим местам. Передние парты оказались не заняты — ребята предпочитали сидеть подальше от глаз Налимовой, но она пересадила всех, кто убежал «на камчатку», вперёд. Мы с Дэном оказались на третьей парте. Перед нами сидели Алеся и Саша. Проверочная работа была по вариантам, так что у нас с Дэном были разные задания, и он не мог списать у меня. Зато он мог списать у Саши. Вот только с задней парты ему было не видно, что она пишет у себя на листочке.
— Псс, — позвал он Сашу шёпотом. — Псс, дай списать.
— Я ещё сама не всё решила.
— Ну тогда сядь поближе, чтобы видно было.
Саша достала другой листочек и быстро переписала на него свои готовые ответы. Она передала листок Дэну, но Налимова заметила это:
— Надеюсь, вы там любовными записками перекидываетесь?
Дэн лучезарно заулыбался, пряча кусок бумаги в кулаке, а когда кризис миновал, стал переписывать ответы, подставляя перед ними совершенно случайные решения, чтобы казалось, будто он сам вычислил это всё.
Проверочная работа закончилась так же внезапно, как и началась, но я успел решить все примеры и даже сверил ответы с Алесей. Они совпали, что немало меня успокоило. Мы сдали подписанные листочки и пустились в изучение способов кодирования двоичных чисел.
Для меня всё это было подобно магии. Я как будто попал в Хогвартс, где нас учили искусству общения с неодушевлёнными предметами. Только вместо диковинных зверей мы учимся приручать компьютеры и узлы связи.