Сильнее слабости

Райан

Прошло уже несколько дней, но перед глазами всё ещё стоит та картинка: я вернулся на парковку, нервно закурил и пытался притупить сигаретой всю злость внутри. Взгляд мечется из стороны в сторону, но в итоге снова фокусируется на маленькой, хрупкой и до тошноты противной фигуре. Ракель стоит под навесом остановки, вся дрожит от холодного октябрьского дождя и ждёт ебучий автобус.

Она снова мне отказала. Снова не приняла помощь и послала нахер - только в этот раз мне показалось, что всё намного серьёзнее. Раньше она отталкивала меня от злости и обиды, а теперь... из-за страха - и он ярко читался в её стеклянных зелёных глазах.

И виноват в этом снова я. Как обычно, я всё порчу.

Так было всегда, просто я этого не замечал. Я провёл параллель ещё тогда, в её комнате, когда рассказывал свою часть, а в классе... убедился, что так оно и есть. И всё же - что это значит, я не понимал.

Что я чувствовал? Что делать с тем, что я чувствовал? Есть ли вообще в этом смысл?

Ракель всегда была частью меня, частью моей жизни и моей Вселенной. Просто раньше я не смотрел на это под таким углом - потому что был ребёнком. Потому что мы были детьми. Мы привыкли друг к другу, ведь с рождения были связаны, и мысль о какой-то любви между нами никогда не рассматривалась.

Но теперь всё изменилось. Слишком многое изменилось. Моя привязанность к ней окрепла, и я влип. Я понял, что эти три года без неё были мучением. Она нужна мне. Она жизненно необходима. Я хочу видеть её рядом каждый день, слушать её часами подряд и вызывать у неё улыбку своими тупыми шутками.

Я не понимал, что такое любовь - потому что никогда по-настоящему её не испытывал. А может, это самообман, и на самом деле я любил только одного человека всю жизнь, поэтому не смотрел ни на кого другого?

Я не знал, как объяснить Ракель, что творится во мне, и как ответить на её вопросы - потому что сам ничего не понимал. Но быть с ней порознь я больше не могу: это мучает слишком сильно.

Судя по её реакции, Ракель боялась моих возможных чувств. И это делало мне больно каждый раз, когда я думал об этом. Конечно, я не ожидаю, что Новак чувствует ко мне хоть долю того, что я чувствую к ней. Но теперь, зная её, она будет избегать меня при каждой возможности - ей проще бежать от того, чего она не знает и в чём не уверена.

В этом мы разные: я ни от чего не бегу, я решаю. И если Ракель не готова бежать мне навстречу - я побегу к ней сам. Я сделаю всё, что потребуется; в этот раз я не сдамся. Я просто больше не смогу без неё.

Я был сильно удивлён, когда сегодня утром мне в личку написала Лиззи. Учитывая, что меня удалили из группы крутых девчонок, был удивлён вдвойне. Поначалу я не спешил открывать сообщение, потому что не особо понимал, что там может быть такого интересного, ради чего я должен обратить внимание. Но потом в мыслях, конечно же, снова появилась Ракель, и уже другая мысль - о том, что Лиззи пишет мне по поводу своей подруги, - не дала возможности долго сопротивляться непрочитанному сообщению.

Лиззи: Райан, привет... я знаю, что ты явно удивлён моему сообщению, но мне просто, как бы это странно ни звучало, больше не к кому обратиться.

Я выгибаю бровь.

Я: Привет. Слушаю.

Лиззи: Это личный разговор, писать обо всём будет неудобно. Ты сможешь приехать в школу на полчаса раньше и подождать меня где-то в коридоре на первом?

Я: Ладно. Лиззи, а о чём этот разговор?

Лиззи: Ни о чём серьёзном, правда! Можешь не волноваться.

Я: Ракель в этом не замешана?

Лиззи: А причём здесь Ракель вообще? Что я уже опять пропустила? :(

Отводя взгляд от экрана, я закатываю глаза на собственную тупость. Нахера я вообще спросил о ней?

Потому что переживаю.

Девушка быстро перевела тему, когда поняла, что мой пятиминутный игнор означал лишь то, что отвечать на вопрос про Ракель не стану. Лиззи написала, что даст знать, когда подъедет к школе.

И вот я уже пятнадцать минут сижу в вестибюле, наблюдая, как каждые несколько минут в школу заходят незнакомые лица. Но Лиззи всё ещё не было. Я отправил ей сообщение, что уже приехал, и в ответ она стала извиняться за неудобства, обещая, что совсем скоро явится.

За двадцать минут до начала занятий Лиззи всё-таки приехала. Пока мы шли в самый конец коридора, чтобы, цитирую, «никто не услышал разговор», девушка успела пожаловаться на несправедливость этого мира и ненависть к автобусам с их нестабильным расписанием. Я молча шагал рядом, стараясь не подавать виду, что мне глубоко насрать на все её рассказы.

- Я всё ещё не понимаю, почему именно моя помощь тебе понадобилась, - произношу вслух мысль, крутящуюся ранее в голове, когда мы встали у окна в самом конце пустого коридора.

- Девочкам признаваться в этом я пока не готова, стесняюсь. Айвану - принципиально, потому что он сразу всё разболтает не только компании, но и каждому встречному. Балабол местный, - Лиззи закатывает глаза. - Калеб больше не мой друг. Он не может им быть после того, как обошёлся с моей близкой подругой. Остаёшься ты.

Девушка смущённо хлопает ресницами и поджимает губу. Я кусаю щёку изнутри и вспоминаю про ещё одного человека в их компании:

- А Дэн?

И тогда по реакции Лиззи всё сразу стало понятно. Без слов и объяснений. Не дожидаясь ответа, я спросил сам:

- Разговор о нём, да?

Девушка прижимается поясницей к подоконнику и отворачивается к окну, оттягивая время и стараясь быстро прийти в себя, убрать с губ смущённую улыбку.

- Да... - шепчет, всё ещё не поворачиваясь.

- А от меня что требуется?

Теперь скромница уже поворачивается ко мне и, запрыгивая на подоконник, скрещивает ноги.

- Я не знаю, как... - опускает глаза и начинает переплетать на коленях пальцы. - Как общаться с ним так, чтобы он меня полюбил. Вообще не знаю, что делать. Но он мне нравится, Райан. Очень сильно и уже очень давно. Я сохла по нему ещё с младшей школы. И мы чудом оказались в общей компании! Может, это знак какой-то свыше?

Я прикрываю губы ладонью.

- Это знак, что пора прекращать верить в знаки, а надеяться на саму себя и свои чувства.

Лиззи цокает языком.

- Что мне делать? Как понравиться ему? Как вести себя рядом с ним?

Я выгибаю бровь от её вопросов, потому что они звучат слишком бредово. Как вести себя, чтобы он меня полюбил? Это вообще как?

- Не нужно притворяться кем-то, Лиззи. С ним ты должна быть собой в первую очередь. Не строй из себя не пойми кого - большинство парней этого не любят, поверь. И вообще, почему обо всём этом ты начала думать только сейчас?

- Он рассказал Айвану, что начал общаться с какой-то крутой девчонкой.

- Ну, теперь ясно. Отдавать его не хочешь?

- Конечно нет!

- Лиззи, на всё это нужно время... - опираюсь о стенку всем телом, чувствуя от неё холод всей спиной и затылком. - Тебе просто надо побольше проводить с ним времени, а не видеться только в школе или у него дома с компанией.

- И что мне делать?

- Предложи ему сходить куда-то вдвоём под каким-то предлогом. Прямолинейность же не ваш, женщин, конёк. Хотя вообще я считаю, что первые шаги должен делать мужчина. Но поскольку он не знает, что ты по нему сохнешь, попробуй первой.

- А если он... ну, а если это не взаимно?

- Значит, он идиот, и тебя ждёт лучший.

Лиззи опустила глаза, и я понял, что, наверное, сказал что-то не то. Её явно задело понимание, что Дэн, может, и вовсе ничего не чувствует к ней. Но ведь это жизнь, и с этим ничего не поделать.

- Мне будет очень обидно, если у него реально чувства к другой, а меня он даже за девушку не считает.

- Лиззи, - я отталкиваюсь от холодной стены и подхожу к подоконнику, на котором она всё так же сидела. - Не делай поспешных выводов, когда ещё ничего не случилось. И не нужно настраивать себя сразу на плохое - иначе так и произойдёт.

- Ладно, я попробую позвать его сегодня куда-нибудь... Спасибо за то, что выслушал меня и помог.

Я тут же киваю, мол, без проблем. И торможу её почти сразу, как только она собралась идти к кабинету:

- У меня тоже есть к тебе вопрос.

- По поводу Ракель? - скромница коварно улыбается и выгибает бровь. - Что ты так смотришь на меня? Думаешь, никому не ясно, что ты её любишь?

Я хмурюсь сильнее.

- С чего ты взяла, что люблю?

- Потому что «сохнуть» не поворачивается язык сказать, когда ты смотришь на неё преданным взглядом. И дружбой это тоже никак не назовёшь. На друзей так не смотрят - я-то знаю!

Я качаю головой, выбрасывая всё из головы, кроме тревожной мысли о том, что Новак нет в школе уже три дня.

- Почему она не ходит в школу?

- Писала, что заболела.

Это немного заставило меня выдохнуть, потому что я уже успел надумать, что она сменила школу лишь бы меня не видеть.

«Слишком много чести тебе, Райан Ромирес», - в голове раздаётся её голос, и я усмехаюсь.

- Тебе нужна какая-то от меня помощь? - внезапно предлагает Лиззи.

- Не-а, - уверенно отвечаю я, потому что знаю: когда дело касается Ракель, помочь мне некому. Она очень непредсказуемый человек. Да и я её знаю лучше всех.

- Хорошо, - кивает. - Но если что, обращайся. Мы, вроде как, теперь в одной лодке, да? - посмеивается девочка, и я подхватываю тихий смех с кивком.

- Что-то типа того...

После учёбы я решился на действия. Не на слова, которые просто отлетают от Ракель рикошетом обратно в мою сторону, а на действия. Я знаю, что сегодня снова выбью её из колеи, потому что она явно не ожидает такого от меня. Я даже знаю, на что Новак рассчитывает. На то, что всё рассосётся само собой. Но не в этот раз, Ракель. Я заебался ждать и сидеть с опущенными руками. Ей придётся разговаривать со мной на эту тему и что-то решать, даже если ей не хочется.

Прежде чем ехать сразу к ней, я заскочил в аптеку и в магазин. Всегда, когда Ракель болела в детстве, я покупал ей шоколадки и приносил после школы. Сейчас этой традиции изменять не стану. В аптеке купил какие-то лекарства и капли в нос, потому что нос у неё всегда становится проблемным при болезни настолько сильно, что она встаёт в четыре утра от того, что не может дышать. А в магазине взял три шоколадки и пачку снеков.

С чего я вообще решил, что Ракель мне откроет, я не знал. Но и я ведь не отступлюсь. Не откроет - буду сидеть под дверью до тех пор, пока ей не станет меня жалко или пока кто-то не выйдет или не зайдёт в квартиру.

Я: Ты дома?

Набравшись смелости, я отправил Ракель сообщение, давая понять, что собираюсь навестить её. То ли от удивления, то ли от испуга - а может, и вовсе случайно дрогнул палец - Ракель моментально зашла в чат и прочитала сообщение.

Ракель: А что ты хочешь?

Я: Лиззи сказала, что ты болеешь. Хочу навестить.

Ракель: Не нужно, Райан, спасибо.

Я закатываю глаза и стискиваю челюсть.

Я: Я не спрашивал твоего разрешения, Ракель. Только спросил, дома ли ты.

Ракель: Слышишь, не включай этого брутального, понял? Будешь так со мной разговаривать - останешься ночевать на коврике в подъезде.

И всё же ты выросла сучкой.

Я: А если ты будешь вести себя, как сука, я буду вести себя ещё хуже.

Отвечаю ей тем же, и в голове уже всплывает выражение её лица. Наверняка её лицо всё скорчилось от вопиющего негодования.

Ракель: Иди ты, Ромирес.

Я: Я и иду. К тебе.

И девушка выходит из сети, оставив моё последнее сообщение без ответа, лишь прочитанным. Номер квартиры в прошлый раз я уже запомнил, поэтому сейчас не пришлось долго маячить под подъездом в ожидании, пока кто-то выйдет. Я думал - честно, был практически уверен, - что Новак не откроет мне сразу, а заставит подождать и помучаться. Но она открыла мне дверь подъезда тотчас, будто сидела и ждала меня.

Но, конечно, нет. Это просто мои выдумки. Зато дверь квартиры была закрыта, и когда я стучал, то слышал, как Ракель стоит за ней и хихикает надо мной.

- Извиняйся! - кричит через дверь дура, и я выгибаю бровь.

- А за что?

- За то, что назвал меня сукой.

- Потому что ты ведёшь себя реально как сука, что мне с этим поделать? А ты знаешь, я честный и всё говорю прямо.

«В отличие от тебя», - хотелось добавить, но я промолчал.

- Тогда будешь стоять там до ночи.

Не знаю, это удача обернулась ко мне или просто совпадение, но сразу после самоуверенной и довольной фразы на ступеньках послышались шаги. А когда эти шаги остановились прямо на этой лестничной клетке, я повернулся и даже как-то растерялся.

На меня с большими глазами удивления смотрела Анна и держала в руках два пакета с продуктами.

- Привет, Анна, - я тушуюсь под её взглядом, как маленький мальчик. И пока мама Ракель всё ещё пребывает в шоке от встречи со мной, я подхожу и забираю сумки.

Новак сразу открыла дверь, когда поняла, что теперь я у дверей стою не один.

Проиграла ты, Ракель. Впустила. Один ноль в мою пользу!