22
Неделя в прекрасном Санкт-Петербурге пролетела как одно счастливое, наполненное эмоциями мгновение. Вернувшись домой, мы, наконец, погрузились в уютную тишину собственной спальни, растянувшись на кровати в приятной усталости, и позволили мыслям неспешно поворачиваться к повседневности.
Я устроилась поудобнее, прильнув щекой к его груди, слушая спокойный ритм сердца. Сквозь окно пробивался мягкий свет вечерних фонарей, и в этой безмятежности меня осенил вопрос.
— Майкл, ведь у тебя скоро начинается тур, да? Ты уже говорил, какие города в этот раз будут в маршруте?
Он лениво провел рукой по моим волосам, и в его голосе послышалась улыбка:
— Признаться, милая , расписание где-то в телефоне, а голова до сих пор там, на набережной Мойки. Города все смешались. Но я точно помню одно...
Он сделал паузу, чтобы усилить интригу.
— ...что в этом туре для тебя будет кое-что особенное. Подарок.
Я приподнялась на локте, чтобы взглянуть ему в глаза. Любопытство зажгло во мне искорки.
— Ого! Серьезно? А что это? Не томи, расскажи!
Майкл рассмеялся, его грусть подрагивала под моей щекой.
— Ха-ха-ха, вот так сразу всё и выложить? Нет уж, мистер церемониймейстер, секреты не раскрываются так просто.
— Но хоть намекни! — не сдавалась я, игриво щекоча его бок. — Он оттуда, из одного из городов? Большой? Маленький? Для души или для дома?
Он поймал мою руку и прижал ее к своему сердцу, его взгляд стал теплым и задумчивым.
— Он не из города. Вернее, не совсем. Он — от каждого города. Я собирал его по крупицам на всех концертах прошлого года. Ты знаешь, как я перед выходом на сцену пять минут тишины стараюсь поймать? Так вот, в эти минуты я думал о тебе. И в каждом новом месте находил одну вещь, одну мысль или одну мелодию, которая напоминала мне тебя.
Воцарилась тихая, трепетная пауза. Моё любопытство сменилось глубокой нежностью.
— И... что же это в итоге? — прошептала я.
— Это песня, — так же тихо ответил он. — Одна-единственная. Её я писал в отелях, в автобусе, в гримерках. В Лондоне придумал припев, в Токио — второй куплет, а в Праге родился мост. Она о том, как за тысячи километров дом остается не там, где твой чемодан, а там, где ждет твое сердце. И я исполню её впервые на заключительном концерте. А потом... — он перевернулся, чтобы смотреть мне прямо в глаза, — потом мы запишем её в студии. И твоё имя будет в графах «вдохновение» и «соавтор». Потому что без тебя её просто бы не было. Вот такой подарок. Не материальный, но навсегда.
У меня перехватило дыхание. В уголках глаз выступили предательские слезинки. Это было больше, чем кольцо или сувенир. Это была история, запечатленная в музыке.
— Я... я не знаю, что сказать, — пробормотала я, обнимая его крепче.
— Ничего не говори, — улыбнулся он, целуя меня в макушку. — Просто будь моим домом, как всегда. А города... города подождут. Сейчас важнее всего то, что ты снова здесь, на моей груди