Drift, babe

Гонщик должен быть смелым, но не должен забывать, что ничего не боятся только дураки.

Громкое карканье слышится над головой, когда мимо леса пролетает большая стая ворон. Под грубой подошвой ботинок хрустят маленькие веточки и иголки от сосен, эхо от них смешивается с шумным дыханием омеги, который в полуприсед крадётся около ограждения и держит наготове маркер с краской. На его предплечье завязана красная повязка — цвет его команды. Как и оказалось, они с Тэхёном порознь, но для Чонгука это не сильная проблема. Он ещё ни одному сопернику не позволил попасть по себе, поэтому аккуратно продвигается в сторону небольшого холмика, где закреплён белый флаг.

Омега невольно усмехается, вспоминая довольное лицо Тэхёна, в глазах которого была видна победа. Чонгук хотел засмеяться в тот момент, ведь играть в пейнтбол он будет не впервые, но сдержался, чтобы не подать виду.

Дыша через маску, омега замирает на месте, прислушиваясь, потому что слышит чьи-то отдалённые голоса, а потом и выстрелы маркеров, что эхом разносятся по лесу. Кажется, что собственное сердце стучит громче, отдавая в грудную клетку сильной вибрацией от ударов. Облизав пересохшие губы, Чонгук выглядывает из-за барьера и замечает жёлтую повязку на рукаве парня, который тоже приближается к холму, прячась за другим ограждением.

— Давай-давай, — беззвучно говорит омега, направляя дуло маркера прямо в спину ничего не подозревающего альфы.

Прицелившись и нажав на спусковой крючок, Чонгук довольно улыбается, когда шарик с красной краской попадает аккурат в плечо.

— В яблочко! — радуется омега, а потом, в кувырке, перебирается за другой барьер.

Оглянувшись, чтобы убедиться, что за спиной никого нет, Чонгук на несколько секунд поднимает защитную маску и вдыхает поглубже свежий лесной воздух, потому что становится невыносимо жарко. Хоть они и в лесу, но он редкий, поэтому лучи давно поднявшегося солнца нагревают тёмную камуфляжную одежду. Приподнявшись, омега проверяет горизонт. Он опять слышит чьи-то голоса и тихий хруст веток. Опустив маску обратно на лицо, Чонгук двигается дальше к холму, устремив свой взгляд на белый флаг. Ему бы хотелось знать, где его команда, потому что они заранее согласовали стратегию и план и разделились, кто идёт по какому флангу. Для омеги всё сложнее, ведь обычно он играл в пейнтбол на небольшой территории, где всех видно, а тут дело обстоит иначе. Пришлось очень много идти, бежать и чуть ли не ползти, чтобы добраться до самого центра — победного флага.

Напряжённо прижав к себе маркер, Чонгук двигается дальше, но не замечает ветку под ногами. Громкий хруст разносится эхом по лесу, вынуждая омегу раздражённо шикнуть, а потом прикусить губу. Он сжимается как заяц в лесу, прижимает к груди маркер и вслушивается в мелодию ветра и пение птиц.

— Руки вверх, крольчонок, — слышит омега сзади голос Тэхёна и чуть не роняет своё оружие от испуга.

Сжав пальцами рукоятку маркера, Чонгук медленно поднимает руки, не желая получить выстрел по заднице. Про слова альфы он прекрасно помнил, поэтому решил не рисковать. План действий за долю секунды рождается в голове. Положив палец на спусковой крючок, омега облизывает сухие губы, резко оборачивается, стреляет два раза по альфе, а потом быстро скрывается за барьером. Вот ещё, сдаваться Ким Тэхёну он будет.

— А ты не так прост, — усмехается Тэхён и идёт следом за омегой, держа маркер наготове, но Чонгука за ограждением не оказывается. Только хруст веток, шелест грубой одежды и выученный наизусть смех говорят о том, что омега его перехитрил и сбежал. — Хитрый кролик.

Тихо посмеявшись, Чонгук бежит в сторону холма, плевав уже на эти ограждения и на то, что Тэхён может его сейчас заметить и выстрелить, тем самым выбив Чонгука из игры. Он слышит несколько глухих щелчков, а потом видит брызги жёлтой краски под ногами. Споткнувшись о корень почти на верхушке холма, Чонгук ругается вслух всеми известными бранными словами, когда падает и чуть не ударяется лицом о лесную землю.

— Я тебе, кажется, говорил не ругаться матом, кроль? — медленно подойдя к омеге, Тэхён направляет дуло маркера на задницу Чонгука и поднимает маску, победно улыбаясь. — Твоё последнее слово? — одно удовольствие смотреть на пылающие глаза омеги, взгляд которых альфу убивает.

Тэхён не может упустить возможности поиздеваться над до боли в груди и животе смешным Чонгуком.

— Придурок! — резко выкрикивает омега, а потом болезненно вскрикивает, потому что Тэхён нажимает на спуск. Шарики больно ударяют по ягодице, лопаются и мажут яркой краской, вынуждая Чонгука слабо покраснеть. — Больно! Больно мне! Идиот!

— Счастливо оставаться, — помахав ладошкой и подмигнув, Тэхён пошёл к вершине, находясь в нескольких шагах от победы.

— Ага, конечно! — вскочив, Чонгук хватает маркер и стреляет несколько раз по спине альфы, но из-за того, что Тэхён находится ближе безопасного расстояния, шарики болезненно лопаются на его спине, а потом и на ногах.

Альфа хотел было спрятаться от выстрелов за деревом на верхушке холма, но споткнулся о высокий корень, который не заметил, из-за чего полетел кубарем вниз с другой стороны холма, роняя где-то по пути маркер.

— Тэхён! — испуганно вскрикнув, Чонгук пробегает мимо флажка и чуть ли не летит вниз следом за Тэхёном в спешке.

Быстро спустившись, он снимает со своей головы шлем и маску, откидывает их куда-то в сторону, а после переворачивает Тэхёна на спину и снимает экипировку с его головы. Всмотревшись в лицо альфы, Чонгук легонько похлопал его по щекам.

— Тэхён? Тэхён, очнись! Если это шутка, то совсем не смешная! — оглядевшись, омега рвано выдыхает, потому что в панике не замечает, как к глазам подступают слёзы, но он не позволит им появиться. Нельзя поддаваться эмоциям. — Помогите! — громко кричит Чонгук в надежде, что рядом есть хоть кто-то. — Тэхён, открой глаза, прошу тебя, — уже не сдерживая собственной паники, Чонгук опять оглядывается. Рядом никого. Они на этом участке совершенно одни.

Наклонившись к альфе, Чонгук хотел было проверить дыхание альфы, но тот резко распахнул веки и дунул омеге в лицо, тем самым сильно его пугая неожиданностью, а потом звонко засмеялся, радуясь собственному успешному розыгрышу.

— Тэхён! — испуганно вскрикивает омега и отскакивает назад, положив ладонь на свою грудь и закрыв глаза. — Придурок! Идиот! И... И...

— Ну и? Кто ещё? — сев, Тэхён опустил голову и продолжил смеяться. — До чего же ты смешной, крольчонок. Видел бы ты себя со стороны. Как твои глаза испуганные ещё не вывалились из глазниц-то? — сняв шлем, альфа потёр свой затылок, который немного саднил.

— Это не смешно! — развернувшись, Чонгук вспоминает про флаг и бежит на холм, но прямо перед его носом парень из команды Тэхёна срывает белый флажок. — Блять, — раздражённо шипит омега, сжимая пальцы в кулаки. Ему хочется взять какую-нибудь палку и отдубасить Тэхёна хорошенько.

Обернувшись, омега смотрит злым взглядом вниз на альфу, который поднимается с земли и собирает оставленные Чонгуком вещи. Поджав губы, омега разворачивается и идёт в сторону ограждённого высоким забором домика большими шагами, желая переодеться и уехать отсюда как можно скорее. Его сердце до сих пор быстро бьётся от испуга, полученного минутой ранее. Чонгук ведь и правда подумал, что Тэхён мог серьёзно пострадать, удариться головой о землю или корни деревьев, ведь они здесь торчат на каждом шагу. Но это был розыгрыш. Чонгук рад, что альфа цел, но ему обидно, что над ним так жестоко пошутили.

— Где он так ударился головой, что все мозги отбил?

Зайдя в деревянный домик, омега залетает в раздевалку, громко хлопает дверью и быстро переодевается в свою одежду. Ему бы душ принять или искупаться где-нибудь, потому что тело вспотело, и кожа была неприятно липкой. Он по привычке беспорядочно начал искать ключи от Лотуса. Но тут его как осенило. Резко выпрямившись, Чонгук смотрит на стену буквально две секунды и хмурит брови. Из уст вырывается тихий досадливый скулёж от понимания того, что приехал он сюда на Мазде Тэхёна, а не на своей ласточке.

— Да пошло всё к чёрту!

Чистое голубое небо и ни одного облачка. Чонгук чуть морщится от яркого солнца, которое приятно припекает кожу, вызывая лёгкие мурашки по всему телу. Шумно вздохнув, омега опускает голову и проводит ладонью по вспотевшей шее и влажным волосам на затылке. Он стоит на солнцепёке уже более десяти минут, а Тэхён так и не объявился, вынуждая омегу вновь начинать злиться.

— Я думал, что свидания это приятно, классно и романтично, наверное. Но на деле — полный отстой. Он просто издевается надо мной как всегда, — вслух рассуждает Чонгук, но потом замолкает, когда слышит голоса за дверью дома.

На улицу выходят несколько альф и омег, что-то бурно обсуждая и смеясь. Волосы у всех влажные, словно они только что приняли душ. Об этом Чонгук мимолётно задумывается, потому что ранее не заметил наличие хоть какого-то способа освежиться в этом чудном уголке дикой природы.

— Чонгук, Тэйсон ждёт тебя на заднем дворе, — проходя мимо, указал рукой один из альф.

— Что он опять придумал? — бурчит себе под нос омега, но идёт за дом, желая вцепиться руками в шею и лицо Тэхёна, расцарапать, а потом ещё и накричать. Уж больно сильно это наглое и самодовольное, но безумно красивое лицо его бесит!

Зайдя за дом, Чонгук преодолевает ещё один забор, хоть и не такой высокий. Взгляд сразу падает на блестящую на солнечных лучах кристальную воду бассейна, а потом омега замечает несколько беседок для отдыха и, конечно же, самого Тэхёна. Только он, почему-то, до сих пор в камуфляжном костюме.

— Отвези меня домой, — сложив руки на груди, Чонгук делает несколько шагов к альфе, смотрит на него исподлобья, сурово и обиженно. — Я хочу домой.

— Я вот тоже много чего хочу, крольчонок, — пожав плечами, Тэхён сам подошёл ближе, возвышаясь над пышущим злостью Чонгуком.

— Я хочу домой! — повышает тон голоса омега и вскидывает голову.

Влажные от пота пряди волос падают на лицо, дыхание учащается, а из глаз вот-вот искры полетят, потому что Чонгук зол настолько, что один его взгляд бьёт сильнейшим электрическим разрядом.

— А я хочу искупаться, Чонгук, — развернувшись и отойдя на несколько шагов, Тэхён бесцеремонно и без доли смущения расстёгивает кофту, скидывает её с плеч, а затем стягивает белую майку, открывая вид на подтянутое тело. — Не желаешь присоединиться? — кинув вещи на лежак, альфа краем глаза посмотрел на по-прежнему колючего Чонгука.

— Я просто хочу домой, Тэхён.

— Ну, значит, тебе придётся подождать, — скинув ботинки, альфа стягивает с себя штаны, оставаясь в шортах, и замечает, как Чонгук немного отворачивается. — Как хорошо, что я подготовился, да? — хохотнув, Тэхён прошёл мимо омеги, а потом нырнул в воду, поднимая ворох брызг, которые достали до Чонгука и намочили его штаны.

— Как же он меня бесит, — шепчет омега, а после садится на корточки и складывает руки на коленях, рассматривая сверкающие на солнце маленькие волны.

Ему грустно от собственной наивности: он полагал, что Тэхён хотя бы сегодня не будет ёрничать, и они хорошо проведут вместе целый день. Чонгуку понравилась игра, ему правда было весело и классно. Но то, как альфа ведёт себя по отношению к нему — ужасно.

— Я всё прекрасно слышу, мелюзга, — говорит ему Тэхён, а после подплывает ближе.

Чонгук отрывает взгляд от созерцания воды и смотрит на альфу, что изучающе разглядывает его лицо. Глаза сами опускаются ниже, на влажные плечи, острые ключицы, а потом поднимаются на прилипшие ко лбу волосы. Чёлка Тэхёна, оказывается, довольно длинная, достаёт до переносицы. Чонгук борется с желанием поднять руку и убрать пряди волос, но сдерживает себя, потому что до сих пор дуется как обиженный ребёнок и не желает никак контактировать с Тэхёном.

— Сколько времени, не подскажешь? — сложив руки на бортике, Тэхён встряхнул головой, убирая волосы с лица, а потом облизал влажные губы, по которым стекла капля воды.

— Телефон в машине оставил, — пробурчал Чонгук и отвёл взгляд в сторону.

— Вот как, — подозрительно тихо отреагировал Тэхён, неожиданно схватил омегу за руку и, оттолкнувшись ногами о бортик, потянул его за собой в воду.

Громкий крик Чонгука теряется где-то под водой, когда он погружается туда с головой. Вода попадает в рот и нос и неприятно раздражает глаза. Схватившись за Тэхёна, омега выныривает следом, а после крепко обхватывает альфу за шею и откашливается, вытирая глаза пальцами.

— Ты идиот! Ты самый настоящий идиот, Тэхён! — кричит Чонгук, но продолжает крепко держаться за шею альфы, боясь хоть немного ослабить хватку.

— Тебе не помешает освежиться после длительной игры на такой жаре, — положив руку на спину омеги, Тэхён прижал его к себе и тихо посмеялся.

— Я не умею плавать, — шепчет Чонгук и обнимает альфу за шею, чтобы руки не скользили по влажной коже. Он жмётся к Тэхёну как к единственному спасательному кругу, выглядя весьма беззащитным.

— Чёрт, я не подумал об этом...

Поспешно подплыв к бортику, Тэхён с лёгкостью сажает на него омегу, а после вылезает следом и ищет, чем бы вытереть лицо Чонгука. Взяв свою майку, потому что она первая попалась на глаза, он возвращается обратно и садится рядом.

— Прости, я не должен был так делать, — вытерев лицо Чонгука, альфа бережно убрал влажные волосы с лица омеги и чуть наклонился, чтобы заглянуть ему в глаза. — Ты в норме? Мы можем прямо сейчас поехать домой, если хочешь, — виновато прикусив губу, Тэхён отвёл взгляд в сторону, не зная, что ещё сказать. — Ты такой смешной, когда волнуешься. Впервые вижу такую твою сторону, — уголок губ Чонгука поднимается вверх, а с уст срывается тихая, еле уловимая усмешка. — Я уже думал, что чувства испуга и вины тебе не присущи. А ещё я думал, что ты не знаешь такого слова, как «прости», — подняв голову, парень заглядывает в глаза растерянного альфы. — Поздравляю, Ким Тэхён, вас разыграли.

— Ты... Ты так отомстил мне, что ли?

— Ну, мне есть у кого учиться, — пожав плечами, Чонгук кинул альфе в лицо его же майку, а после самодовольно улыбнулся и перевёл взгляд на ели и сосны за высоким забором.

Лёгкий ветерок холодил кожу, а прилипшие к телу вещи стали быстро холодными, вызывая армию мурашек по всему телу. Опустив взгляд на свои ноги, Чонгук отодвинулся назад и снял насквозь промокшие кроссовки.

— Такую обувь испортил, — досадливо скулит Чонгук и ставит кроссовки рядом на бортик. — Ты мне должен сникерсы, Тэхён.

Откинув мокрую вещь за спину, альфа тихо смеётся встаёт и поднимает Чонгука на руки, обхватывая его талию и под коленями, а после прыгает в воду под звонкий смех омеги, утягивая его за собой.

Ноги сплетаются вместе, животы трутся друг о друга, а дыхания соединяются в одно, стоит им вынырнуть и вдохнуть кислород. Положив ладони чуть выше оголённой груди альфы, Чонгук облизывает губы и широко улыбается. Глаза альфы полыхают огнём, который всё внутри прожигает, вызывает жар в теле и сбивает дыхание.

Кислорода катастрофически не хватает.

Опустив взгляд на приоткрытые губы альфы, Чонгук теряет связь с разумом и подаётся вперёд. Он не знает, что им руководит в данный момент, потому что его действия за гранью разумного. О своём поступке Чонгук подумает позже, когда окажется дома один на один. Но точно не сейчас.

Губы у Тэхёна тёплые, даже горячие, но на удивление мягкие и на вкус отдают всё той же жвачкой, которую он, скорее всего, всегда носит с собой. Обвив руками шею альфы, Чонгук прижимается ближе, чуть ли не вжимается в тело Тэхёна своим, желая стать одним целым. Он едва подавил тихий скулёж, когда пальцы альфы сжали кожу на его тонкой талии под майкой.

Чонгуку на секунду кажется, что его сейчас оттолкнут, отчего по спине и всем внутренностям пробежался электрический разряд. Но сомнения улетучиваются, потому что Тэхён, напротив, прижимает ближе к себе, отвечает на поцелуй и даже позволяет себе его углубить. Их языки прекрасно дополняют друг друга, придавая больше красочности сладкому, но не менее страстному поцелую, из-за которого кровь в венах кипит.

Всё это для Чонгука — полнейшее безрассудство, но ему так хорошо, что думать о чём-то другом, кроме как о языке альфы и его горячих ладонях на талии, совершенно не хочется.

Тела так сильно прижаты друг к другу, что между ними не найдётся места даже капле воды. Температура под кожей только повышается, угрожая сжечь двоих в пламени страсти.

— Я готов тебя съесть, Чон...

— Заткнись, — просит альфу Чонгук и вовлекает в новый поцелуй, зарываясь пальцами в мокрые волосы на затылке Тэхёна и, кажется, начиная тонуть в бездонном море.

Море Тэхёна затягивает омегу подобно зыбучим пескам, откуда нет спасения. Но Чонгук его не ищет.

Солнце медленно заходит за горизонт и окрашивает бескрайние поля в золотистый цвет. Со стороны леса веет приятной прохладой и освежающим запахом хвои. Проводив взглядом несколько порхающих в своём танце бабочек, омега обнимает себя за холодные и до сих пор мокрые плечи, а после опускается на капот Мазды и тихо вздыхает.

— Где его черти носят? Холодно, блин. Если заболею, то заставлю его делать мне чай и носить его в постель каждое утро, — бурчит Чонгук, пытаясь сдержать мелкую дрожь во всём теле.

— Я делаю очень вкусный чай, Чонгук. Так что меня бы не затруднило поухаживать за тобой, — сунув руки в карманы брюк, Тэхён вышел на небольшую стоянку к омеге и коротко улыбнулся.

— Поулыбайся мне ещё, — вновь злится Чонгук.

Ему жутко холодно, одежда мерзко и неприятно липнет к телу, кажется, совсем не собираясь сохнуть, а Тэхён стоит во всём сухом и смеет что-то ему ещё говорить.

— Да не злись ты так, я дам тебе свои вещи, чтобы переодеться. Знал ведь, что у тебя не будет с собой сменки, — достав ключи, Тэхён снял Мазду с блокировки, а после открыл багажник и достал светло-серую худи.

— Я в ней утону, — окинув кофту в стиле оверсайз скептическим взглядом, Чонгук поджал губы.

— У тебя есть выбор? Нет, ты можешь, конечно, ехать в мокром и морозить яйца, дело твоё, — пожав плечами, Тэхён начал складывать кофту обратно.

— Да дай сюда, — толкнув альфу в плечо, Чонгук выхватил из его рук худи. — Отвернись, я переоденусь.

— Ты ещё в машину сядь и двери заблокируй, чтобы наверняка, — хохочет альфа, но всё равно отворачивается, хотя прекрасно всё видит через блёклое отражение на заднем стекле Мазды. — Штаны не забудь снять, они у тебя из плотной ткани, так что сохнуть будут до утра точно.

— А домой я в трусах поеду? Поправочка, в мокрых трусах? — быстро стянув с себя мокрую майку, Чонгук в отместку кинул её в голову альфы и надел худи, которая, оказалась длиной до бёдер.

— Ну, если ты хочешь, то можешь без. Меня это смущать не будет, — совершенно спокойно ответил альфа, а после обернулся.

Чонгук уже снял мокрые джинсы и обул сырые кроссовки. Окинув омегу взглядом, Тэхён подошёл ближе, а после взялся за край длинной кофты и приподнял.

— Где ты свои ноги потерял, крольчонок? Их почти нет.

— Ты что делаешь? — Чонгук возмущённо бьёт альфу по руке и делает шаг в сторону, зачёсывая влажные волосы назад.

— В этой кофте ты такой крошечный, но по-прежнему кусаешься. Надо было тебе язык в поцелуе откусить, чтобы меньше дерзил, — подмигнув, Тэхён забрал из рук омеги мокрые джинсы и сложил их в багажник.

— Жаль, что целуешься ты не очень, — скривив губы, Чонгук сложил руки на груди и встал в привычную для него позу — выставив одну ногу вперёд.

— Как будто ты гуру поцелуев, а на деле застыл в воде, как лягушка в камышах, — хмыкает Тэхён и легонько щипает Чонгука за оголённое бедро. Кожа у омеги очень мягкая и нежная, только холодная.

— Ауч, больно! — потерев горящее огнём место, Чонгук грозно свёл брови вместе и тихо шикнул. — Будь любезен, следи за своими руками, пока я не сломал их тебе.

— Садись за руль, дикий заяц, — кинув омеге ключи, Тэхён прошёл мимо, сдерживая себя от желания повторно ущипнуть за до боли сладкое бедро, и сел на пассажирское место.

— Я тебе таксист или кто? — посмотрев на ключи, Чонгук устало вздохнул, но послушно пошёл на водительское место, потому что кожа вновь покрылась колючими мурашками от холода. Да и спорить с Тэхёном бесполезно. — Боже, дай мне сил дожить до конца этого дня и не убить никого, — подняв голову к небу, Чонгук посмотрел на красивые лиловые и синие оттенки, а после сел в Мазду.

— Меня не будет некоторое время, так что не жди на автодроме, — неожиданно говорит Тэхён, когда Чонгук заводит двигатель и жмёт педаль газа. — Это я так, просто говорю. А то вдруг будешь ждать и переживать.

— Пф, больно надо, — поджав губы, Чонгук почувствовал некий укол в груди от собственных слов. Сам ведь к Тэхёну тянется, а потом ведёт себя так, словно альфа ему безразличен.

Да и скучать он будет. Очень даже сильно.

— В любом случае, тренируйся усердно, — подавшись вперёд, альфа включил кондиционер, пуская в салон тёплый воздух. — Ты замёрз.

Только омега наивно задержал дыхание, потому что подумал совсем о другом. Он думал, что альфа наклоняется к нему, а не к чёртовому кондиционеру.

— Где ты научился так целоваться? — спрашивает Тэхён и опускает тёплую ладонь на бедро омеги. Кожа вмиг отреагировала на столь интимный жест, как и сгорающее в огне сердце Чонгука. Мурашки в секунду покрыли ноги и даже спину.

— С Юнги практиковались на досуге, — с усмешкой ответил омега и бросил короткий взгляд на ладонь альфы, длинные пальцы которой чуть барабанили по коже.

— А если серьёзно?

— Как по-твоему учатся целоваться? Это само как-то... Инстинктивно?

— задумчиво говорит Чонгук. — Я целовался до этого всего пару раз, серьёзно.

— Заметно, — сжав пальцами бедро Чонгука, Тэхён убрал руку и сел ровно. — Не умеешь языком пользоваться вообще. Что в разговоре, что в поцелуе.

— Эй! Ты это специально спросил, чтобы я пооткровенничал с тобой? — посмотрев на альфу несколько секунд, Чонгук сменил скорость, когда они подъехали к городу.

— А почему бы и нет? — кинув взгляд на спидометр, Тэхён шумно и досадливо вздохнул. — Шестьдесят километров? Ты моей смерти хочешь, Чонгук-а? — стонет альфа и с мольбой смотрит на серьёзного омегу.

— Ты сам захотел, чтобы я сел за руль, а, как тебе известно, я правил не нарушаю, — пока дорога была чистой, Чонгук повернул голову к альфе и дунул ему в лицо, мило выпятив блестящие губы.

— Не напрашивайся на новый поцелуй, крольчонок, потому что тогда я точно откушу тебе язык, — сев нормально, Тэхён опять вздохнул, потому что для него такая низкая скорость слишком мучительна, он даже начал пальцы нервно перебирать, чуть не сдирая с них кожу.

Последний раз он так медленно ездил с родителями в машине, а это было много лет назад, когда он ещё жил в Монако и не знал о таком полном эйфории и адреналина образе жизни.

— Чонгук, — зовёт омегу альфа и садится ровно.

— Я не превышу скоростной режим, Тэхён. Даже не проси, — отрицательно качает головой Чонгук.

— Придётся. За нами хвост. Третья полоса, вторая машина, а рядом с ней ещё одна. Лексус и Тойота, — смотря в боковое зеркало заднего вида, сказал альфа. — Держи пока прямо.

— Что мне делать? Скрыться от них? Сбросить или что? — нервно сжав пальцами руль, Чонгук облизал внезапно пересохшие губы и тоже посмотрел на преследующие их машины. — Если это твоя очередная шутка, то мне совсем не смешно. Тэхён, просто...

— Это не шутка, Чонгук. Успокойся, хорошо? — вновь положив ладонь на бедро омеги, Тэхён его мягко погладил.

Такой жест в данный момент не выглядел как что-то неправильное или за грань выходящее. Наоборот, Чонгуку так спокойнее.

— Это люди Хошика. Он находится на втором месте после меня по количеству районов. Поэтому неудивительно, что эта змея решила меня так выловить.

— О Боже... — шепчет омега, когда видит, как два чёрных Дьявола начинают их нагонять.

— Главное, спокойно, Чонгук. Я с тобой, просто слушай меня внимательно и делай всё, что я тебе говорю. Договорились? — спокойно и уверенно говорил Тэхён, стараясь успокоить Чонгука, потому что в такое положение омега попал впервые.

— Хорошо, но их машины... Они ведь спортивные? Тойота Супра и Лексус LC500. Что Мазда против них может? — облизав губы, Чонгук перестроился на другую полосу и интуитивно изменил скорость, потому что чувство самосохранения у него ещё было в крови. Ему совсем не хотелось, чтобы одна из этих японок его подбила, и они с Тэхёном попали в аварию.

— Ты плохо меня знаешь, крольчонок. Под капотом моей Мазды не осталось ничего от заводской комплектации. Так что представь, что ты едешь на спортивной машине. И главное — не паникуй. Добей скорость до ста двадцати, а потом перестройся на третью полосу, — указывает одной рукой Тэхён, а вторую по-прежнему держит на бедре Чонгука. Она хорошо пригрелась там.

— Сто двадцать в городе... Куда я влип? — бормочет Чонгук, но альфу слушается.

Мазда приятно рычит и вибрирует, когда красная стрелка ползёт вверх так же быстро, как и температура крови в венах омеги. Он собственное сердце слышит, потому что оно от страха бьётся нереально быстро и сильно.

— Почувствуй себя немного уличным гонщиком. Представь, что это гонка на выбывание, — тихо смеётся Тэхён, разряжая обстановку своим смехом. — Впереди перекрёсток. По моей команде уберёшь ногу с газа и свернёшь направо. Понял? — убрав руку с бедра омеги и получив уверенный кивок, Тэхён взялся за ручной тормоз и опять посмотрел на преследователей, которые не отставали ни на метр.

Альфа знает, что их цель — перевернуть Мазду. Но он этого не допустит. Хотя бы потому, что с ним Чонгук, а его жизнь и безопасность для Тэхёна сейчас превыше всего.

— Давай!

Убрав ногу с педали газа, Чонгук резко поворачивает направо, пересекая перекрёсток на красный свет и чуть не задевая задним бампером медленные машины. Шины свистят и оставляют полосы на дороге, а сердце Чонгука в этот момент, кажется, перестаёт биться. Закусив нижнюю губу зубами чуть ли не со всей силы, омега не дышит, полностью концентрируясь на повороте и первом настолько серьёзном и опасном дрифте.

— Дыши, Чонгук, — похлопав омегу по плечу, Тэхён обернулся назад, смотря на отставших японок. — Ты молодец, — продолжает подбадривать его альфа.

— Теперь сворачивай дважды налево, но скорость не сбрасывай. Даже не думай. Забудь о страхе. Здесь есть только ты и машина.

— Чёрт возьми, мне страшно. Здесь слишком узкие дороги и слишком много перекрёстков, — бормочет Чонгук, будучи не в силах успокоить разбушевавшееся волнение.

Подъехав к нужному повороту, омега убирает ногу с педали газа и поворачивает руль. Мазду слегка заносит, когда Тэхён использует ручник, чтобы машина повернула на девяносто градусов. Беззвучно выдохнув, Чонгук косится на спидометр, но быстро переводит взгляд обратно на дорогу, готовясь свернуть второй раз и покинуть дворы.

На втором повороте по заднему бамперу приходится сильный удар, из-за чего Мазду заносит то влево, то вправо, а Чонгук чуть не ударяется лбом о руль.

— О Господи! — испуганно вскрикивает омега, потому что нагнавшая их Тойота таранит и пытается развернуть.

Ему настолько страшно, что он даже дышать боится и посмотреть в зеркало не может, полностью концентрируя внимание на дороге и только.

— Прибавь скорость, Чонгук, — командует Тэхён и оборачивается, чтобы посмотреть на чёрную японку через заднее стекло.

— Мы разобьёмся, Тэхён! Я не могу! — сжимая пальцами руль, омега панически смотрит на спидометр, стрелка которого вновь двигается выше. По спине липким и мерзким холодом пробегается страх, а нижняя губа чуть дрожит.

— Успокойся, Чонгук, я с тобой, — сев нормально около второго поворота, Тэхён нахмурился и напряжённо сжал пальцы в кулаки. — Лексуса сзади...

Не успел альфа договорить, как на повороте перед Маздой неожиданно появился тот самый Лексус, которого не было видно сзади, и попытался спровоцировать аварию. Действуя инстинктивно, Чонгук схватился за ручной тормоз и избежал сильного удара, сворачивая в сторону, только по касательной задел перед японки, срывая бампер и кроша на мелкие осколки фары. Омега повернул влево — ему удалось избежать удара по заднему корпусу Тойотой и выехать на главную дорогу.

Японки врезаются друг в друга.

— Чёрт возьми, Чонгук! Что это было только что? Я даже моргнуть не успел! — восторженно кричит Тэхён и, положив руку на плечо омеги, несильно его сжимает. — Ты молодец! Молодец.

Только в глазах омеги слёзы застыли, а язык словно тяжелее стал, не позволяя и звука произнести. Перед его глазами вся жизнь пролетела, потому что он успел представить себе страшные последствия аварии. Его руки и ноги до сих пор от дрожи колотит, а вдохнуть воздуха и наполнить им лёгкие кажется непосильной задачей. Он даже не уверен, что жив вообще, потому что не дышит и не моргает.

— Дыши, Чонгук. Ты справился, они остались там. Можешь сбросить скорость уже, если хочешь, — зарывшись пальцами в волосы омеги, Тэхён их несильно взъерошил. — Умеешь удивлять.

— У меня хороший учитель, — наконец выдыхает Чонгук и чуть сутулит спину, потому что всё тело неожиданно становится уставшим и слабым. Он даже не понял, как выехал на дорогу в сторону дома Тэхёна.

— Дрифтуешь с ручником ты уже гораздо лучше, особенно в таких экстремальных ситуациях, — убрав руку, Тэхён сел нормально и помотал головой, взъерошивая свои волосы. — Реакция есть.

Облизав губы, Чонгук снизил скорость только перед тем, как они подъехали к району, где живёт альфа. Он вспомнил, что часто замечал здесь патруль, а лишние проблемы им были ни к чему. Тем более, вторую такую погоню он точно не переживёт.

Миновав последние дома, Чонгук подъехал к дому альфы и остановил машину у спуска.

— Загони Мазду в гараж, я пойду его открою, — сказал Тэхён и вышел из машины.

Коротко кивнув на просьбу альфы, Чонгук загнал Мазду в гараж и поставил около БМВ. Отстегнув ремень, омега вышел из машины, хотя совершенно не чувствовал собственных ног. Они были словно из ваты, из-за чего сделать даже пару шагов было очень тяжело. Ему просто хотелось лечь и заснуть.

— Эм, можно попросить у тебя шорты или штаны? Не могу же я поехать так домой... Люди будут странно смотреть, — взявшись пальцами за край худи, Чонгук натянул её ещё ниже, когда Тэхён опустил взгляд на его ноги.

— Хорошо, коротышка. Подожди меня здесь, я сейчас, — развернувшись на пятках, альфа вышел из гаража, оставляя Чонгука одного.

Омеге вообще плевать, почему Тэхён оставил его здесь, а не предложил пройти в дом. Чонгука волновало только ослабевшее после пережитого стресса тело. Кое-как дойдя до дивана, он лёг на него и закрыл уставшие глаза.

— Чтобы я ещё раз... Господи, я думал, моя смерть пришла. Хотя это было весьма круто, и то, как Мазда летела, и как Тэхён пытался меня успокоить. Такие новые чувства... Тэхён точно плюшка... раздражающая, но милая.

Расслабленно подняв уголок губ, Чонгук сложил ладони под щекой и уснул. Его организм требовал отдыха и восстановления потраченных сил.

— Кроль... чонок... И когда успел? — подойдя к дивану, Тэхён сел на подлокотник и положил штаны на спинку дивана. — Ну вот же, самое милое создание, когда спит. А как проснётся, хоть мыло в рот ему пихай, хоть задницу ремнём обжигай.

Вздохнув, Тэхён оглядел омегу. Его приоткрытые губы, пухлые щёки и мило поджатые ноги. Встав с подлокотника, альфа аккуратно снял с ног Чонгука кроссовки, удивляясь тому, насколько они мокрые. Он только надеется, что омега не заболеет, потому что Тэхён не хочет чувствовать себя виноватым. Альфа не против приносить Чонгуку чай или лекарства, просто не хочет, чтобы омега заболел из-за его глупости.

Оглядевшись, Тэхён нашёл свою кофту и накрыл ею омегу, чтобы тот не замёрз.

Достав телефон, альфа нашёл контакты Юнги и быстро набрал сообщение: «Приезжай за Чонгуком, мне нужно уехать.»

К крольчонку Тэхён привык очень сильно. Да и это не привычка даже, а что-то приятное, заставляющее сердце замирать каждый раз, когда Чонгук на него смотрит.

— Явернусь, и мы, возможно, поговорим.