5.
Звон стекла из зала так напугал Ло-а, что отступило даже рефлекторное желание сторониться Виридис, которое он все никак не мог побороть полностью, хоть и старался.
-Да что там такое?! - Внутренне взвыв от щекочущих прикосновений ее усиков, Ло-а наконец смог зайти, втиснувшись между Виридис и дверным косяком. Вслед за ним в зал в буквальном смысле просочился Перабо, на пару секунд приняв свою настоящую студенистую форму.
Помещение выглядело ужасно. Все без исключения зеркала разбились. В единственный непострадавший угол забилась Зиткэла. От ужаса она изогнулась диковинным образом, и длинная шея позволяла ей спрятать голову чуть ли не под мышку. Перья на спине и руках встопорщились.
Зиткэлу загораживала Кани, оборонительно и угрожающе выставив перед собой клешни, но глаза на стебельках сновали туда-сюда скорее испуганно и растерянно.
В центре зала лежал, отчаянно пытаясь вырваться, Дэйр, а верхом на нем сидел Хезер и вдавливал в пол своими здоровенными руками, не давая подняться. Было видно, что дается ему это с трудом.
-Хватит. Хватит. Все кончилось. Хватит. - Хезер не кричал, он просто говорил очень громко. И он не выглядел перепуганным, или рассерженным. Он словно понимал, что происходит. В отличие от остальных.
-Да какого… - Ло-а решительно направился к Дэйру и Хезеру, на ходу пытаясь придумать, как найянцу его скромных габаритов разнимать столь внушительных противников. В этот момент в зал наконец проникла Виридис, и, путаясь в ее многочисленных ногах, вкатился Соланум. Сделал он это с таким энтузиазмом, что невольно пнул сзади Ло-а под колено. Тот сноровисто перекатился, сев на бедро… и вскрикнул от острой боли, случайно порезав ладонь о крупный осколок стекла.
Видимо, этот вскрик и последовавшая за ним витиеватая ругань все же смогли несколько отрезвить Дэйра. Он перестал сопротивляться и обвел помещение мутными, как спросонья, глазами.
-Мы опять не рассчитали время, и пришли заранее! - Зачастила Кани, щелкая всеми своими сочленениями.
-И решили немного потанцевать, пока ждем вас! - Зиткэла пока предпочитала оставаться у Кани за спиной, но так быстро перемежала слоги движениями рук и ног, что даже ментальный переводчик не успевал справляться, глотая части слов.
-Тихо. - Прервал их Хезер все так же громко и все так же спокойно, слезая с Дэйра. Тот остался лежать. - То есть тише. Пожалуйста. Я такое встречал. Дэйр не виноват. Ветеранам иногда клинит мозги после всего, что с ними случилось. У меня брат у себя в огороде траншею вырыл. И жил там. Месяц.
-Ну, если бы Дэйр начал рыть здесь траншеи, это было бы совсем печально. - Виридис, как всегда, попыталась разрядить обстановку, но потом ее голос резко посерьезнел. Видимо, она заметила, что Ло-а держит руку ладонью вверх, и кровь собралась в ней, как в чаше, уже капая на пол.
-Это не мое тело. Оно не мое… - Дэйр смог сесть, явно не без труда. Опершись локтями о полусогнутые ноги, он уронил голову на руки, настоящую и механическую. - Я не могу им танцевать. Оно тяжелое. Злое и тяжелое. Оно чтобы убивать. Мое настоящее тело было совсем другое.
Дэйр так сильно вцепился себе пальцами в волосы, что все снова тревожно напряглись. Но киборг больше ничего не сделал. Только очень горько заплакал.
-Когда я вошел, он все пытался повторить какую-то серию движений… - уже гораздо тише произнес Хезер, подойдя поближе к Ло-а. - А потом закричал. И швырнул в зеркало станком.
Ло-а не смог сдержать злого вздоха сквозь зубы. Только сейчас он заметил, что станок-перекладина и правда вырван из пола.
-Он продолжал кричать и бить зеркала. - Прошептала Зиткэла уже скорее грустно, чем испуганно. - Ему очень плохо.
-Но нас он не трогал. - Поспешила добавить Кани. - И Хезер его не бил. Просто удерживал на месте.
-Я хочу свои ноги… и свои руки… - Продолжал едва слышно бормотать Дэйр. - Этими танцевать нельзя… эта кисть не для второй позиции… я ей позвоночники вырывал. Они залезли мне в голову. Все переписали. Их заставили уйти, но там теперь ничего не осталось.
-Война - это такое дерьмо. - Хезер снова сел рядом, погладив его огромной рукой по сгорбленной спине. - Вот какое на ваших языках есть самое дерьмовое слово - так вот это война. Мой брат заснул в своей траншее, а потом пошел дождь. На моей планете дожди как наводнения. Брат утонул.
-Черные космические корабли расстреляли из пушек все наше прошлое. - Кани тоже придвинулась поближе, и на удивление нежно и невесомо коснулась лысой головы Хезера. - Нам было нечего им противопоставить. Хотя мы смелые, правда. И среди нас были искусные бойцы. Но с нами не хотели сражаться. Нас хотели съесть. Они думали, мы еда.
-Мои детки очень похожи на моих мужей. Они как вместе собирались, заставляли меня хохотать до упаду. - Ло-а обернулся. Виридис свернулась печальным кольцом, и это действительно было так грустно, что даже и не страшно. - Они, конечно, бились как герои… но давайте начистоту, кого когда это утешало?
Ло-а заметил, что Зиткэла невольно, в смущении отводит глаза от Хезера и Дэйра, почти также, как он от Виридис. У каждого из них все еще оставались свои моменты привыкания.
-Я вышла замуж за колонизатора. - Зиткэла тем временем подошла к Виридис и погладила ее по пластинчатому боку. Ло-а ей даже позавидовал. - Но я тогда не знала, кто он. Закончив с разведкой, он ушел и вернулся с подкреплением. - Свободной рукой она продолжала жестикулировать, помогая своей речи. - Они хотели оставить в живых лишь необходимый минимум. Мне пришлось стрелять в собственного мужа, которого я считала богом. Я промахнулась. У меня был очень красивый хохолок на голове. А он его отрезал.
Хезер поднял голову и посмотрел на плачущую Зиткэлу с мучительнейшим выражением на лице. Он явно хотел и как-то помочь ей, и не оставить Дэйра.
Молчание затягивалось, становилось выжидающим. Никто не него вроде как не поглядывал, однако Ло-а чувствовал: все ждут, скажет ли он что-нибудь. Разве что Перабо молчал несколько иначе. В его позе, в его выражении полупрозрачного лица (Ло-а казалось, что сегодня они с Подражателем похожи, как братья) что-то намекало на то, что их два молчания походили друг на друга, и отличались от молчаний остальных.
Ло-а и правда нечего было сказать.
Кроме того, что вся эта сцена его ужасно раздражает. Ло-а злился на Дэйра за его срыв, который повлечет за собой еще неизвестно какие последствия. Он сердился на всех остальных, внезапно влившихся в этот поток душевных терзаний. Они тратили время, которое можно было бы занять организацией уборки.
В конце-то концов, сам факт их нахождения в Центре Реабилитации говорил о тяжелых судьбах. Зачем пояснять и так очевидное? Они ведь здесь, чтобы избавиться от всего этого прогорклого багажа...
-Я понимаю. - Ло-а удивленно обернулся на голос откуда-то сбоку и снизу. Это Соланум коснулся его не пострадавшей руки своей пухлой смешной дурацкой ладошкой. - Я знаю в общих чертах, что случилось на твоей планете. И я понимаю. Меня тоже в итоге травили свои, а не чужие.
-Я… я пойду к ближайшему пульту связи, узнаю, как это все убрать. - Усилием воли Ло-а не стал резко убирать руку, а похлопал Соланума по плечу. - И где бы мне перевязать руку.
Он даже не успел выйти, когда ответы на вопросы пришли к ним сами. Реакции на столь высоком уровне Ло-а, признаться честно, не ожидал. И тем не менее, в зал чуть ли не со свистом, хищно и молниеносно скользнул, даром что не влетел, сам Доктор Патанджали.
-Вот так оказия. - Произнес он философским тоном, приподнявшись на хвосте и оглядев помещение. - А я, знаете ли, проводил экскурсию для международной делегации, дай-ка, думаю, похвастаюсь активностью сознательных пациентов. Ох уж этот ваш творческий процесс.
Несмотря на шутливый тон, двигался Патанджали четко, быстро, профессионально. Первым делом убедившись, что Дэйр более-менее успокоился, он издал шипение. В помещение вползла помощница Доктора, тоже саап, но, как и все женские особи этого вида, куда более скромных, изящных габаритов. Деликатно шурша чешуей, она спросила Дэйра, можно ли сопроводить его в блок срочной психологической помощи, и нет ли еще желающих к ним присоединиться.
-Тут понадобится лазерный шов. - Еще секунда, и Патанджали оказался рядом с Ло-а. Когтистая рука с удивительной для такой массивной конечности осторожностью сжала его запястье. - Но, насколько я помню Вашу анатомию, ни сухожилия, ни вены не пострадали. Однако, танцы… Когда Вам окажут первую помощь, уж потрудитесь рассказать, что…
-Что здесь произошло? - Видимо, Патанджали не преувеличил насчет экскурсии, поскольку у входа в зал собралась небольшая группа из представителей самых разных видов и рас. Вопрос задала высокая строгая дама, мощного телосложения, в целом антропиодной наружности, только изрядно выше - даже Дэйра она превосходила почти на две головы. Сильнее всего на ее смуглом лице выделялся большой клювообразный нос. Сделав шаг внутрь, она указала на горы битого стекла рукой с четырьмя длинными толстыми пальцами.
-Вы считаете это нормальным?
Она явно обращалась к Патанджали, и еще даже не успела заметить Ло-а, поэтому невольно вздрогнула, когда тот опередил врача и ответил ей сам, с неожиданной злобой.
-Я не давал ни Вам, ни Доктору Патанджали разрешения присутствовать на репетиции! Да, случился форс-мажор, и я шел сообщить о нем. Но это в последнюю очередь Ваше дело.
Женщина смерила Ло-а крайне внимательным взглядом, в котором недоумение постепенно сменилось пониманием… и затаенным гневом.
-А. - Она сделала пару шагов, тщательно выбирая, куда ставить ноги в очень красивых сапогах с каблуком, который делал ее еще более высокой. - И как я не догадалась. Вы тот самый найянец.
Все вокруг замерли - и участники танцевальной группы, и экскурсанты, и даже доктор Патанджали - явно слишком заинтригованные, чтобы как-то вмешиваться. Всем очевидно хотелось узнать, что же связывает Ло-а и эту конкретную представительницу салафи. А может, и всю их расу.
-Да. - Резким движением Ло-а высвободил запястье из пальцев Патанджали и сложил руки за спиной, не обращая внимания на запачкавшую штанины кровь. - Я тот самый найянец, из-за которого вы не успели подрезать сухожилия на ногах всем, кому хотели.
-...тот самый найянец, который верит, что только он знает, как надо жить его соотечественникам. - Она продолжала, словно не расслышав его. - Да и вообще всем. Но я смотрю, время идет, а результат все тот же. Хаос, битые осколки, все плачут. А Вам хуже всех, хоть Вы никогда в этом и не признаетесь. Вот что бывает, когда попирается Высший Зако…
Она успела подойти уже очень близко и даже начала наклоняться к Ло-а, чтобы заглянуть ему в глаза - но за секунду до этого пространство между ними заполнила фигура Патанджали.
-На территории моей больницы не действует никакого Высшего Закона, уважаемая госпожа Посол. Здесь действует исключительно конституционное право Планеты Центр. Ну и международное гуманитарное право, конечно же. - Голос Доктора, вроде бы, звучал, как и всегда, нарочито дружелюбно. И тем не менее, все, включая Ло-а, как-то резко осознали, насколько исполинской на самом деле может быть его и без того внушительная фигура. Потому как теперь уже он нависал над салафи. - А еще есть устав клиники. И он дает мне, как главврачу, право временно приостановить общение посетителя с пациентом, если оно очевидно приносит второму моральный вред. Да и физический тоже, поскольку Ло-а явно нужна медицинская помощь. Поэтому я попрошу Вас сейчас же покинуть помещение. Друзья, - к столпившимся у входа делегатам Патанджали обратился уже куда мягче, - вы тоже, если не затруднит.
-Занятие окончено. - Выдавил Ло-а сквозь зубы, и непонятно было, на кого он смотрит с большей злостью, на свою внезапную оппонентку или на Доктора. Придать лицу и голосу хоть какое-то подобие дружелюбия он даже и не пытался. Впрочем, обведя своих танцоров взглядом, Ло-а понял, что просто так они не уйдут, и, сделав глубокий вздох, произнес так спокойно, как только мог:
-Мы обязательно это обсудим. Но уже на следующей репетиции. А теперь пожалуйста, расходитесь. Мне надо сказать Доктору Патанджали пару слов лично.
На последней реплике голос Ло-а снова растерял последние остатки дружелюбия, так что все и правда постарались выйти из зала как можно быстрее, даже вечно мешкающий Соланум. А вот из Доктора Патанджали, стоило им остаться наедине, внутренняя взведенная пружина мгновенно исчезла. Осталась только извечная смешливая забота, которая в данный момент бесила Ло-а в сотню раз сильнее, чем всегда.
-Послушайте, дорогой мой, порез весьма глубокий, и с ним Вам лучше…
-Нет уж это Вы послушайте, Доктор! - Взорвался Ло-а, подойдя к Патанджали вплотную и запрокидывая голову. - Уж не знаю, исходя из чего Вы составляли мнение о моей скромной персоне. Но я не маленький ребенок. И не раненая полуразумная зверушка. Я вполне мыслящий субъект. И в этом зале я занимаюсь творчеством с такими же мыслящими субъектами. И у Вас нет ровным счетом никакого права проходить мимо нас, как мимо клетки или аквариума, чтобы Ваши гости умилились, глядя, как мы резвимся и делаем смешные глупости. Это танец, это обучение, это искусство, вашу-то мать! - Ло-а абсолютно не замечал, что уже не просто говорит громко и рассерженно, а натурально орет во всю мощь легких, разве что не брызжа на Патанджали слюной. - И уж тем более мне не требовалась ничья помощь в разговоре с этой мракобесной сукой, дери ее за ногу, и Вас с ней заодно!
Воздух в горле кончился довольно внезапно. Ло-а был вынужден опустить голову и наклониться вперед, сердито закашлявшись. Выражение его лица с разъяренного сменилось на огорченное и усталое. А вот Доктор Патанджали, на удивление, не выглядел ни пораженным, ни обиженным, ни сколь-нибудь удивленным. С неожиданным тактом он очень осторожно положил руку Ло-а поверх лопаток.
-К сожалению, с последним пунктом ничего не выйдет, поскольку ног у меня нет. - Доктор улыбнулся, а Ло-а издал звук, очень отдаленно похожий на смешок. - Я, конечно, мог бы задать вопрос, зачем последние несколько недель вы разыгрывали передо мной весь этот благостный спектакль про внутреннюю гармонию, но, конечно, куда лучше меня об этом с Вами поговорит госпожа Каретта. А я просто провожу Вас сейчас в процедурную и обработаю порез, хорошо?
Ло-а выпрямился и устало кивнул. Вместе они направились к двери, и Патанджали слегка поддерживал найянца за плечо.
-Вы не допустите меня до ближайшей выпускной экспертизы, верно? - Спросил Ло-а без особого вызова в голосе, и улыбка его тоже была очень усталой.
-Нет, Ло-а. - Патанджали улыбнулся в ответ, и на этот раз совсем не насмешливо. - Мы оба знаем, что Вы там на всех ровно так же наорете.
-Ну, что же. - Ло-а прижал окровавленную кисть к груди, словно убаюкивая ее. - Тогда мы, пожалуй, успеем подготовить концерт.