Пометила территорию
Кухня была просторной и уютной — ничего лишнего, но всё под рукой. Серые матовые фасады, деревянная столешница, открытая полка с приправами, новая сковородка на плите. Здесь всё дышало простотой и тишиной, в которой легко было услышать свои мысли.
Эван стоял у плиты в чёрной футболке и тёмных спортивных брюках, с закатанными рукавами. Его движения были уверенными, чёткими — масло шипело, сковорода разогревалась, а он нарезал овощи ловко, будто делал это сто раз. Хотя на самом деле готовка никогда не была его сильной стороной — до Джо.
"Она ведь всегда готовила лучше меня. Даже из ничего могла сделать что-то вкусное. А теперь моя очередь."
Он положил овощи на сковороду, перевернул ломтики курицы, убавил огонь. Потом подошёл к шкафчику, достал тарелки, сервировал на автомате — всё по памяти. Без суеты. Без нервов. Как будто уже знал, что она любит чуть подрумяненное, а не пересушенное, что зелень нужно класть в самом конце, а соль — не переборщить, у неё тонкий вкус.
Но каждые пару минут он всё равно поглядывал в сторону гостиной.
Она сидела там, на диване, укрывшись пледом. Лёгкая, тёплая ткань закрывала ноги, волосы были чуть растрёпаны, а взгляд — направлен куда-то в сторону, в точку. Она будто не замечала, что он на неё смотрит.
"Молчаливая. Тихая. Но в голове у неё сейчас буря, я это чувствую."
Он снова повернулся к плите, аккуратно перевернул курицу, прислушался — огонь чуть сильнее. Проверил рис — готов. Вынул тарелки, выложил аккуратно, как в кафе: мясо — отдельно, овощи — по кругу, соус сбоку.
Но прежде чем позвать, снова взглянул на неё.
Она всё ещё сидела, но теперь — смотрела прямо на него. Их взгляды пересеклись. На секунду.
Он не улыбнулся. И она — тоже. Но в этой паузе, в этой тишине между ними, было что-то большее, чем слова.
Он опустил взгляд, вытер руки полотенцем, достал приборы:
— Ужин готов, — сказал он просто, без пафоса.
Она не ответила. Просто медленно скинула плед с плеч, встала с костылём и направилась к нему — прихрамывая, уверенно.
"Скоро она будет ходить без него. Но даже если нет — я всё равно буду рядом."
А когда она подошла ближе, он отодвинул для неё стул. И просто сказал:
— Приятного аппетита, Чудо.
Они сидели за кухонным столом, напротив друг друга, под мягким светом лампы, которая отбрасывала на стену тёплые тени. В комнате пахло обжаренными овощами, курицей и чем-то ещё — домашним, уютным.
Джо ела молча, сдержанно, но доедала всё до последнего кусочка. Ни единого саркастичного замечания. Только редкий взгляд в его сторону — задумчивый, немного прищуренный. А он ел медленнее, больше наблюдая за ней, чем за своей тарелкой.
— Ладно, — вдруг сказала она, отставляя вилку. — И всё-таки... что это были за девки?
Эван чуть приподнял бровь, поставил вилку на край тарелки:
— Ты про тех у дворца?
— Нет, про инопланетян, — холодно бросила она. — Конечно, про них. Кто они вообще? И чего терлись вокруг тебя, как липкие фанатки?
Он усмехнулся:
— Ты ревнуешь?
Она ничего не ответила, только скрестила руки на груди и продолжала сверлить его взглядом.
— Одна из них — дочь нашего главного спонсора. Вторая — из группы поддержки. Мы вместе работали над рекламой матча на следующей неделе.— Подошли после тренировки, что-то обсуждали. А потом... ну, просто повисли рядом. Я не сразу понял, что они прижались так, как будто рядом со мной кастинг в реалити-шоу..
— Ага, — кивнула она. — А ты такой, бедненький, весь в шоке. А руки, наверное, сами в карманах держались, чтобы не обнять в ответ?
— Джо...
— Да-да, ладно. Всё ясно.
— Профессиональный спортсмен, вокруг девки, статус, слава. А я тут с костылём и с угрозами. Не очень картинка, да?
Он молча смотрел на неё.
Она с усилием вздохнула и отодвинула тарелку:
— У тебя ведь завтра тренировка с утра?
Он кивнул, немного настороженно:
— Да. А почему ты спрашиваешь?
Она ничего не сказала. Просто встала. Осторожно, опираясь на костыль. Подошла к нему. Медленно. Почти лениво.
Он приподнял голову, вопросительно глядя на неё.
— Не двигайся, — сказала она коротко.
Он застыл:
— Что ты делаешь?
— Замолчи, — бросила она хладнокровно, и в следующее мгновение её пальцы уже легли ему на шею, чуть сжали, а губы — накрыли кожу у ключицы.
Он вздрогнул, тепло её дыхания и губ обжигало. Она не просто поцеловала — она впилась. Медленно, жадно, так, чтобы наверняка оставить след.
Он чуть подался назад, но она придержала его, шепнув:
— Сидеть.
Он подчинился. Потому что в этот момент она была бурей.
Спустя пару секунд она отстранилась. Губы были чуть припухшими, взгляд — хищным. Она посмотрела на свой "трофей" и удовлетворённо кивнула.
— Ну, теперь даже если они тупые, всё равно поймут, что ты занят.
Она развернулась и ушла, оставив его сидеть за столом, слегка ошарашенного, с распухшей шеей и глупой, сбитой улыбкой на губах.
"Она только что пометила меня?"
Он провёл пальцами по тому месту, где горело от её прикосновения, и усмехнулся:
— Чёрт, как же я по ней скучал.
Он всё ещё сидел за столом, когда дверь в её комнату тихо захлопнулась. Костыль постучал два раза — и тишина. Джо ушла, как буря: не обернувшись, не извинившись, но оставив после себя последствия, которые сложно было игнорировать.
Эван медленно выдохнул. Посмотрел на стол, потом — в пустое пространство перед собой, и только тогда... опустил взгляд.
На свои штаны.
— Ну конечно, — пробормотал он себе под нос. — Четыре года без секса. Чего ты ещё ожидал, Эван?
Он прикрыл глаза на пару секунд, сдерживая невольную, почти подростковую усмешку.
"Твою ж мать."
Встал, чуть потянулся — и направился в ванную. По дороге остановился у зеркала в прихожей, включил свет и повернул голову набок, отодвинув ворот футболки.
И замер.
На шее, чуть ниже челюсти — яркий, насыщенный, абсолютно неприкрытый засос. Такой, что даже не надо вглядываться. Такой, что его заметит даже человек с -6 зрением и без фонарика.
— Ё-маё... — протянул он, глядя на отражение. — Вот это она...
Он провёл пальцем по следу, будто не веря, что это реально. Не от шлема. Не от борта. Не от синяка после тренировки. А от неё. Джо.
Её губы. Её злость. Её ревность.
Её "мой мужик".
Он усмехнулся, качнул головой, но в глазах вдруг промелькнула нежность — настоящая, тихая, взрослая.
"Вот так вот, Джо. Без признаний, без соплей, просто: «Ты — мой». А я... будто только этого и ждал."
Он выключил свет, проходя мимо, и тихо пошёл в свою комнату, всё ещё поглядывая на шею в отражении окон.
— Ну что ж, — сказал он себе, ложась на кровать. — Посмотрим, сколько человек завтра притворятся, будто не видят.
Он лежал в темноте. Комната была тихой, только из-за окна слышался глухой шум проезжающих машин и редкие порывы ветра. Эван лежал на спине, руки закинул за голову, смотрел в потолок, которого почти не видел.
"Засос..."
Он снова мысленно коснулся того места на шее. Будто чувствовал её дыхание там даже сейчас.
"Её губы. Тёплые. Жадные. Уверенные. Словно она не просто хотела — требовала."
Он прикрыл глаза. В памяти всплыли мельчайшие детали: её дыхание, лёгкий запах кожи, тепло тела, когда она стояла так близко... то, как её волосы чуть щекотали щёку, когда она тянулась к его шее.
"Как же близко она была."
Мысленно он снова почувствовал, как её пальцы сжали его плечо. Как её бёдро коснулось его колена. И её фигура... Боже, как она выглядела. Даже с повязкой, даже с хромотой — она была совершенством. Изгибы. Талия. Плавная линия спины. Тонкие пальцы, резкий, дерзкий взгляд и мягкие, полные губы, которые...
— Господи, Эван, — прошептал он в темноте. — Что ты делаешь?..
Рука скользнула ниже по животу, остановилась на спортивках рядом с пахом. Он не двигался — просто почувствовал, как тело уже отреагировало. Слишком остро. Слишком быстро. Он сжал себя через ткань — легко, почти лениво, будто проверяя, действительно ли его настолько свело от одного прикосновения её губ.
"Четыре года... без неё. Без секса. Без ощущения живой кожи рядом. Без её дыхания у шее, без её пальцев в волосах..."
Он сжал чуть сильнее, выдохнул сквозь зубы. Но не пошёл дальше. Лежал. Дышал.
"Нет. Не сейчас. Не так. Она не игрушка для воспоминаний. Это — Джо."
Он убрал руку, сжал ладонь в кулак, провёл ею по лицу и откинулся обратно в подушку:
— Держись, Марлоу, — пробормотал он себе. — Она в соседней комнате. И ты обещал быть рядом.
Он закрыл глаза. Медленно. Сдержанно. В груди ещё билось напряжение, но сердце было полно другого — желания, да, но и нежности. Настоящей.
"Если она когда-нибудь сама захочет — я буду готов. Но до тех пор... я просто буду рядом."
И с этой мыслью он наконец позволил себе уснуть.