• 13 глава •
От лица Киры:
Вечер перед отъездом в тур:
_____________________________________
Я впервые за весь день смотрю на часы только тогда, когда закрываю молнию чемодана в третий раз подряд. 22:47.
Идеальное время, чтобы наконец признать: завтра начинается самый странный и самый важный этап моей жизни.
Я стою посреди комнаты, окружённая хаосом, который сама же и создала: стопка худи, что-то, похожее на гору носков, косметичка, зарядки, папка с документами, пузырёк крема для растяжки, два колена на кровати, пытающиеся удержать толстовку, которую я пытаюсь засунуть в чемодан, и почти истеричная попытка понять: а это точно всё?
Я сажусь рядом с чемоданом, закидывая голову назад.
Тишина такая, что даже звук часов на кухне слышно.
Мне ещё вставать в пять утра, но тело внутри будто натянутая струна — стоит тронуть, и оборвётся.
Гриша писал вечером:
«Завтра всех собираем в 7:10 возле входа в аэропорт. Не опаздывайте».
А я ответила «окей», хотя на самом деле хотелось добавить: я вообще не уверена, что смогу уснуть.
***
Я снова открываю чемодан.
Третий раз.
После третьего раза вообще нет смысла что-то проверять, но мозг отказывается успокоиться.
— Так, — бормочу себе под нос, — документы… паспорта… ну ты и сказала, паспорта, у тебя один…
Сама на себя смеюсь, хотя это больше похоже на нервный смешок.
Папка с документами лежит справа.
Билеты, страховки, договоры, расписание репетиций первых дней, контакты организаторов — всё в прозрачном файле.
Касаюсь его пальцем, как будто он живой.
Если я это потеряю — всё, Кира, можешь обратно домой разворачиваться.
На кровати мигает телефон.
Чат команды.
— Не забудьте зарядки! И коврики, мы делаем растяжку каждый день, я серьёзно, не заставляйте меня вас контролировать!!!
— Кира, скажи ему, что мы не в лагерь едем.
— ДА МЫ В ЛУЧШИЙ ТУР В ЖИЗНИ ЕДЕМ, КАКОЙ ЛАГЕРЬ
Я улыбаюсь.
Вот странно: они все волнуются, но волны у всех разные.
У меня — тихие, глубокие.
У них — смешные, громкие, живые.
Пишу:
«Ребят, проверяйте списки! Я вам всем кидала.
Не забудьте таблетки, страховки, костюмы, форму, и главные документы.
С вас завтра полная собранность.
И да, я горжусь вами.»
Сообщение зависает в чате всего полминуты.
Потом взрывается реакциями.
Сердца.
Огоньки.
Смайлики.
Какие-то мемы.
И я снова чувствую тепло под грудной клеткой.
То самое, что иногда поднимается к горлу и перекрывает дыхание.
***
23:32.
Я ложусь.
Выключаю свет.
Смотрю в потолок.
И понимаю, что в голове включена яркость на максимум.
Мысли перелистываются как сторис — быстро, ярко, громко, без пауз.
А вдруг я что-то забыла?
А вдруг ребята будут переживать?
А мы справимся?
А мы точно готовы?
А я…
Глаза не закрываются.
В груди — знакомое давление.
Пульс поднимается чуть быстрее.
Сердце бьётся как будто поверх рёбер, и я знаю, что это — не боль.
Просто… сильное волнение.
Ноги сами сползают с кровати.
Я встаю, накидываю худи.
Кухня встречает меня мягким светом и прохладой пола.
Я наливаю воду, прислоняюсь к столешнице.
В окне ночь — пустая, чёрная, тихая.
Такая, что может проглотить любое беспокойство… но моё не проглатывает.
Телефон снова мигает.
Сообщение.
Гриша: «спишь?»
Я не знаю почему, но сердце реагирует быстрее, чем мозг.
Тепло поднимается выше.
Губы сами растягиваются в улыбку.
Пальцы печатают:
«Не особо.»
Ответ приходит почти сразу:
«Тоже. Созвонимся?»
Я моргаю.
Пару раз.
Но не из-за сомнений — просто чтобы вернуть себе дыхание.
Секунда.
Я нажимаю кнопку вызова.
***
— Привет Кир, — его голос тихий, хрипловатый, чуть сонный.
— Привет, — я опираюсь на подоконник, — ты чего не спишь?
Он смеётся, очень тихо.
— Завтра вылетаем в тур. Ты серьёзно спрашиваешь?
Я улыбаюсь.
Слышу в его голосе то же самое, что в себе — эту странную смесь волнения, усталости и предвкушения.
— У тебя чемодан собран? — спрашивает он.
— Ну… скорее я притворяюсь, что собран. Проверяла три раза.
— Я пять, — признаётся он. — Лёша вообще всё собирает в последний момент, но сегодня тоже не выдержал — бегал по комнате, будто мы на олимпиаду летим.
— Ну… почти так и есть.
Пауза.
Такая тёплая, домашняя.
Как будто мы разговариваем не впервые ночью.
Как будто это уже часть какой-то нашей рутины.
— Ты переживаешь? — спрашивает он тихо.
Я провожу пальцем по краю стакана.
— Немного, — говорю честно.
— Ты справишься.
Ты справишься лучше всех.
Я даже не сомневаюсь.
Сердце сжимается так мягко, почти ласково.
Эти слова он произносит будто сам того не замечая — естественно, спокойно.
— Спасибо, — выдыхаю я.
И в этот момент понимаю: мне правда нужно было это услышать.
Он шуршит чем-то на том конце — возможно, устраивается удобнее.
— И ещё, — его голос становится чуть серьёзнее. — Я… хотел сказать это заранее. До того, как начнётся весь этот хаос, суета, съёмки, фонограммы…
Если будет тяжело — говори. Мне.
Не держи это.
Я закрываю глаза.
Медленно.
Очень медленно.
— Хорошо, — шепчу. — Я скажу.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Опять пауза.
Но она не пустая — в ней будто что-то светится.
Он спрашивает мягко:
— Ты сейчас где?
— На кухне. Пью воду. Ловлю панику.
Он тихо смеётся.
— Не нервничай. Завтра всё начнётся — и ты поймёшь, что ничего зря.
Твои ребята готовы.
Ты готова.
Мы — это уже команда.
Я прикусываю нижнюю губу.
— Звучит… слишком хорошо.
— Потому что это правда.
Снова тишина.
Такая, что даже через телефон я чувствую — он тоже улыбается.
— Ладно, — он выдыхает. — Попробуй поспать хоть немного.
— Ты тоже.
— Не обещаю, — снова тихий смешок. — Но постараюсь.
— Спокойной ночи, Гриша.
— Спокойной ночи, Кира.
Я не сразу заканчиваю звонок.
Пальцы сами задерживаются.
Как будто мозг говорит «пора», а сердце — «ещё немного».
Но в конце концов я нажимаю «завершить».
Кухня снова тихая.
Но теперь внутри нет той паники.
Осталось лёгкое, тёплое послевкусие — будто его голос всё ещё где-то здесь, между шкафами и мягким светом лампы.
Я возвращаюсь в свою комнату.
Ложусь.
Закрываю глаза.
И впервые за весь вечер — за весь день — чувствую, как веки тяжелеют сами.
Сон приходит почти сразу.
Завтра — начало.
Настоящее.
Большое.
Наше.
***
Утро начиналось слишком быстро.
Слишком рано.
Слишком… громко.
Я не спала почти всю ночь — после звонка с Гришей мысли тасовались, как треки в плейлисте без режима повтора: всё перемешивалось — предвкушение, страх, волнение, ответственность за ребят, первые дни тура, неизвестность, сам факт того, что всё уже не просто идея, а реальность, которая стучит мне в дверь.
Буквально.
Потому что в 5:21 утра кто-то позвонил.
Я подпрыгнула, хотя ждала этого.
«Я подъехал», — пришло сообщение от Гриши, будто он не будит всю округу своим энтузиазмом.
Я быстро накинула худи, схватила чемодан, рюкзак, проверила документы в кармане.
Сердце стучало чаще обычного — не из-за болезни.
Сегодня это было что-то другое, похожее на… прыжок в неизвестность.
Я открыла дверь подъезда, и первый холодный воздух ударил в лицо — бодро, резко, как рефрен в начале трека.
У обочины стояла машина, подсветка фар размывала мокрый асфальт.
Гриша сидел за рулём, локоть на двери, капюшон надвинут на глаза.
Увидев меня, он улыбнулся широко, почти мальчишески.
— О, ну наконец-то, мисс Пунктуальность. Я думал, ты уже убежала в тур без меня.
— Очень смешно, — буркнула я, — Мы уже и так опаздываем.
— Кира, — он вытаращил глаза, будто я сказала что-то невероятное, — это только шесть утра. В это время даже птицы опаздывают.
— А вся наша команда уже там! — я захлопнула багажник. — Ребята писали, что почти все приехали. И танцоры, и Лёша, и вся твоя команда…
— Ну и отлично. Пусть расслабятся. Переждут пробку, — Гриша щёлкнул сигналом чисто ради прикола. — А мы сейчас залетаем красиво, как главные звезды.
— Я не хочу залетать! Я хочу приехать тихо и без стресса!
— Так стресса нет, — он пожал плечами и включил музыку. — Он только у тебя.
Машина мягко тронулась с места, и я откинулась на сиденье, пытаясь успокоиться.
Небо было ещё тёмное, только на горизонте начинала проявляться тонкая линия рассвета.
Дворники лениво смахивали ночную изморось.
Мы ехали почти пустой дорогой, и этот момент казался нереальным — будто между двумя мирами: прошлым и тем новым, куда мы сейчас летим.
Гриша подкинул взгляд на меня.
— Ты нервничаешь, да?
— Я отвечаю за команду, — призналась я. — За всех ребят. За то, как мы начнём.
— И начнём нормально, — он сказал спокойно, как будто произносил очевидную истину. — Кира, ты же понимаешь, что без тебя мы бы вообще не стартанули? Так что расслабься.
— Я стараюсь.
— Стремно? — он переспросил, уже со знакомой полуулыбкой.
— Немного.
Ну… сильно.
— Я тоже, — тихо сказал он, но взгляд у него был тёплый, уверенный. — Вот честно.
Он редко признавался в слабости — и это почему-то согрело.
— Но, — продолжил он, — пока ты рядом, мне даже нравится этот кипиш.
Я покраснела так предсказуемо, что отвернулась к окну.
— Так, всё, — сказал он громко, переключая трек. — Мы выезжаем красиво.
— В смысле «красиво»?
Он включил погромче бит.
Хлёсткий, бодрый, такой, что невозможно сидеть спокойно.
Я закатила глаза:
— Гришаа, не наедо…
— Надо, надо, — сказал он абсолютно уверенно. — Раз мы опаздываем, пусть хотя бы сделаем вид, что мы это спланировали.
Когда мы подъехали к зоне вылета, у входа стояла почти вся команда: чемоданы, кофры с оборудованием, рюкзаки танцоров, Лёша с кофе в руках и взглядом, который говорил: «Я вас люблю, но я убью вас».
И сразу после этого — искренне улыбнулся.
Ребята заметили нас первыми.
— Ооо, ну наконец-то! — крикнул Дима.
— Кира! Мы думали, ты передумала ехать!
— А он что, тебя похитил? — кто-то засмеялся.
Я съёжилась от того, что внимание переключилось полностью на нас.
Гриша же, наоборот, вышел из машины, потянулся и громко сказал:
— Не, ребята, это я вас ждал. Кира просто слишком популярная, очередь из фанатов у неё у подъезда была.
— Гриша! — шикнула я на него.
— Чего? — невинно хлопнул глазами.
Лёша подошёл первым, протягивая мне кофе.
— Утро доброе. Не переживай, вы не опоздали, просто… хм… «создали интригу». Так сказать, драматургия тура началась заранее.
Я вздохнула.
— Простите. Я правда старалась вовремя…
— Всё нормально, — Лёша улыбнулся. — Главное — вы тут.
Гриша кивнул, будто подтверждая: да, миссия выполнена.
Ребята окружили нас, забирая чемоданы, обсуждая, кто куда сядет в самолёте, кто что забыл, кто без чего может жить неделю, а кто — нет.
И вдруг я осознала:
мы действительно начинаем тур.
По-настоящему.
Не в разговорах, не на бумаге, не в планах.
Мы сейчас пойдём в аэропорт.
Пройдём регистрацию.
Сядем в самолёт.
И всё — начнётся другая жизнь.
Гриша тихо наклонился ко мне.
— Эй. Ты где там в облаках? Мы ещё даже не взлетели.
— Просто…
Понимаю, что это уже реальность.
— И как тебе реальность?
Я посмотрела на него — такой спокойный, уверенный, с этим своим ленивым утром и блеском в глазах, который выдаёт, что он тоже волнуется, но скрывает.
— Честно?
Страшно.
Но… хорошо.
Он усмехнулся.
— Вот и отлично. Иди давай, капитан команды. Они без тебя даже паспорт нормально не покажут.
И под его лёгкое подталкивание я сделала первый шаг к дверям аэропорта — в эту новую дорогу, в которую мы теперь идём вместе.
_____________________________________
Буду рада вашей подписке на тгк, жду вас там!
Chanel: t.me/repvattpad2