• 2 глава •
От лица Гриши:
_____________________________________
Субботы, по идее, должны быть лёгкими.
Но мои давно перестали такими быть.
Когда ты артист, когда у тебя всё расписано по минутам, когда треки превращаются в товар, а выступления — в обязательства, выходные перестают ощущаться.
Дни становятся одинаковыми. Похожими на длинную петлю, которая бесконечно повторяется.
Я просыпаюсь на автопилоте — не из-за желания, а из-за привычки. Телефон вибрирует, уведомления влезают в глаза как назойливые мухи.
Я рывком глушу всё это, сажусь на край кровати и тру лицо ладонями.
На тумбочке — недопитая вода и листок с сумбурными строчками будущего трека.
Я на них смотрю и чувствую… ничего.
Пусто.
В голове — белый шум, который не становится музыкой.
— Вот оно и называется выгоранием, — бурчу себе под нос.
Я тянусь за худи, хватаю кепку, чуть сдвигаю её набок. В зеркало даже не смотрю — смысла нет. Я сегодня всё равно выгляжу так же, как всегда последние недели: уставший, выжатый, без искры в глазах.
Может, это кому-то покажется частью образа, но я-то знаю — это не образ. Это — я настоящий.
Выходя из квартиры, я надеваю наушники, но не включаю ничего. Просто иду молча.
Пустой звук иногда лучше громких мыслей.
***
Моя студия — как вторая квартира.
Пахнет табаком, деревом и дорогой техникой.
Здесь всегда кто-то есть, даже если я не звал никого. Это место, куда подтягиваются друзья, — кто-то пишет, кто-то зависает, кто-то ничего не делает, но сидит рядом. Просто так.
Когда я открываю дверь, слышу голоса.
— О, гришаня подъехал, — кричит Артём (Mayot), размахивая телефоном. — Мы уже думали, что ты в спячку ушёл, брат.
— Да я думал что с кровати реально не встану сегодня — говорю я садясь на кресло под смех парней
Артём — тот, кто всегда смеётся, даже когда всё плохо. У него талант вытаскивать настроение хотя бы до уровня «не хочется забить на все окончательно ».
Рядом на диване развалился Рома (163onmyneck), листая что-то на телефоне.
— Гриш, ты видел новые биты от пацанов? — спрашивает он. — Там парочка нормальных.
— «Нормальных» — это не то, что мне сейчас нужно, — отвечаю я, подойдя к миксу аппаратуры. — Мне нужно что-то живое. Не синтетика
Музыка в студии в первые играет тихо. Не вдохновляет.
Я листаю папки с демками, прослушиваю начало каждого файла — и всё кажется одинаковым.
Плоским.
Слишком правильным.
Слишком идеальным.
Меня всегда пёрло от несовершенности.
От шероховатого дыхания, от сбоёв, от человеческих ошибок.
А последние месяцы всё, что я делаю, звучит будто я — программа.
Я делаю глубокий вдох, провожу ладонью по волосам.
— Я просто… устал, — признаю наконец.
— Все мы устали, — тянет Артём, — но мы работаем, надо держаться Гриш.
— Да я и работаю, — отвечаю я, — просто результат не живой. Как будто не я его пишу, а кто-то другой моими руками
— У тебя тур скоро, — напоминает Рома. — Может, ты просто перегорел?
Я фыркаю.
— «Просто».
Слово, которое я ненавижу.
Мне хочется закрыть глаза, выключить свет, провалиться куда-то, где меня никто не трогает.
Где я могу быть не артистом, не OG Buda, а просто… человеком.
Но телефон вибрирует — Лёха (rozhok продюссер rndm crew) пишет «Буду через 10 минут. Готов?»
Я закатываю глаза.
— Лёха приедет сейчас, — говорю ребятам. — Наверное, опять будет рассказывать, что нужно больше хитов. Больше трендов. Больше работать.
— Ну… — Артём пожимает плечами. — Он продюсер. Это его работа, зануда, но хоть немного нас понимает.
Я не выдерживаю и смеюсь, но смех выходит выдохом — больше нервным, чем весёлым.
Сажусь в любимое кресло, опускаю голову назад. Из колонок тихо льётся инструментал, который я слушал уже раз сорок, но так и не придумал, что с ним делать.
Закрываю глаза.
В груди пусто.
Совсем.
Как будто ничего не двигается, не звенит, не горит.
Раньше музыка звучала у меня внутри ещё до того, как я открывал рот.
А сейчас — тишина.
И в эту тишину врывается звук открывающейся двери.
Лёха появляется в студии так, будто это его дом.
Шумный, уверенный, быстрый.
На голове — кепка, в руках — кофе, на лице — вечная деловая концентрация.
— Здорово, ребят, — говорит он, глядя на нас.
— И тебе привет, Лех, — отвечает Артём махом руки.
Лёха ставит кофе на стол, смотрит на меня внимательно.
Так, как смотрит человек, который видит больше, чем ты хочешь показать.
— Что у тебя с настроением? — спрашивает он.
— Да ничего. Всё как обычно.
— То есть плохо.
— То есть «как обычно».
Он закатывает глаза.
— Гриш, ты не можешь вот так. У тебя тур. Люди ждут шоу. Ты должен дать им энергию.
— Какую энергию? — спрашиваю я раздражённо. — Откуда мне её взять? Из воздуха? Я… пустой, Лёха. У меня нет живой искры. То, что я делаю — искусственно.
Он пару секунд молчит.
Не орёт, не давит, просто смотрит.
— Я знаю.
— Хорошо, что хоть ты понимаешь.
И тут он ставит кофе, сцепляет пальцы и говорит:
— Поэтому у меня есть идея.
Я приподнимаю бровь с недоверием.
— Ну давай, удиви меня.
Он разворачивает экран ноутбука.
На нём — видео.
Запись танцевального номера.
Хип-хоп, энергия, акценты.
Ничего необычного… пока я не смотрю дольше пяти секунд.
Они..., не такие как мы на сцене, какие то живые что ли.
Не про технику — про чувство.
И в центре — девушка.
Строгий взгляд, пластика, которая будто ломает воздух вокруг.
Она двигается так, будто слышит не музыку, а пульс.
Не бьёт в такт — живёт в нём.
Я наклоняюсь ближе.
— Кто это?
Лёха улыбается — хитро, довольным продюсерским выражением.
— Это студия Pulse Dance Studio. Девушка — тренер. Зовут Кира.
Я смотрю дальше, ловлю детали — переходы, акценты, тот самый почерк, которого нет ни у кого.
Они не делают танец красивым — они делают его честным.
И впервые за долгое время я чувствую что-то внутри.
Не огонь.
Не вдохновение.
Но движение.
Как будто внутри меня кто-то щёлкнул.
— Они какие то другие, — произношу я.
— Да, — кивает Лёха. — И я подумал: если ты не можешь дать шоу публике, — приведем её на сцену
— В смысле?
— Танцоры. Живые, эмоциональные, настоящие. Соберём состав для тура, попробуем, вдруг получиться.
Он снова смотрит на меня.
— И эта студия… особенно этот коллектив… очень подходит.
Я откидываюсь в кресле.
Танцоры на сцене это странно для меня, у меня такого никогда не было, и не думал что будет.
Это как то тяжело, но… живо.
— Ты хочешь… чтобы я написал им?
— Я уже написал, — отвечает Лёха и делает глоток кофе. — Она согласна на открытую тренировку. Мы поедем, посмотрим ребят.
— Когда?
— На следующей неделе.
Артём свистит:
— О, начинается движуха!
— Может, наконец оживёшь, брат, — кидает Рома.
Я улыбаюсь — устало, но искренне.
И впервые за много недель мне не хочется выключить мир.
Потому что где-то там, в танцевальной студии, есть кто-то, кто всё ещё слышит пульс мира.
А я… давно слышу только шум аплодисментов.
И, возможно…
пришло время найти тишину.
_____________________________________
Не знаю что льётся из меня, нравится мне или нет, но пока есть вдохновение надо писать, жду вас очень сильно в своём тгк!
Chanel: t.me/repvattpad2