2
Намджун в итоге так и не смог ничего сказать отцу, поджал хвост и ушёл, хотя окончательно, конечно, не сдался. Он понимает, что идти против Кима-старшего - дело далеко не из лёгких, и результат, заранее известный, его не утешает. Пожалуй, отец действительно может отдать MONO кому-то другому, в то время как для парня такая перспектива невозможна. Он только задумывается об этом, и гнев вместе с досадой перекрывают поступление кислорода в мозг, превращая его в пышущего злостью дракона.
Молодой человек ещё не знает, как поступит, потому что понимает, что оказался в ловушке, из которой нет выхода. Необходимо принести жертву, осталось решить - от чего отказаться. Чувства или компания? Он никогда не уступал первым и сейчас ощущает, как вновь принимает далеко не их сторону, потихоньку следуя за холодным расчётом.
От этого горько, горько до жути, ведь подонком чувствовать себя никому не хочется. К тому же, расставаться со своей девушкой у него не было в мыслях, он не говорил этого, но уже видел её и в подвенечном платье, вынашивающую его ребёнка, стоящую сзади, умело направляющую их лодку в буре под названием бизнес.
Она умная, верная и совершенно неземная. Так почему он не может бросить всё ради неё?
Ким не знает, бьёт руками по рулю, укладывая голову на бордовое колесо, и скрипит зубами.
Ты выходишь из-за ворот института в сопровождении двух подруг, вы смеётесь, обсуждая что-то. Парень даже не сразу понимает, кто из этих молодых девушек - его будущая невеста, приходится ещё раз открыть фото на телефоне.
Кажется, ты что-то чувствуешь, потому что оборачиваешься, останавливаясь взглядом на его машине, а юноша быстро утыкается в телефон, ощущая правой стороной лица - ты продолжаешь его изучать. Неуютно. Неуютно из-за умных глаз, прочитывающих что-то по его скулам.
Родители, видимо, ещё ничего не сообщили тебе, улыбка пока не сползла с молодого личика.
Намджуну всюду рядом с тобой хочется поставить эпитет «молодая» и начать рвать на своей высветленной макушке волосы, ибо слишком юная для него. Он старше тебя на восемь лет, и это смахивает на плохой сценарий второсортной полнометражки.
Ты невинна — то, что ещё успевает заметить парень, наблюдая издалека. Юноша не знает, почему именно это слово всплывает в голове и становится равным твоему имени. Он знает, что ты не глупая, учиться на отлично ума хватает, хотя, конечно, это не говорит о многом. Послушна, не любишь ссор, предпочитаешь оставаться в тени собственных родителей, не была ни на одном приёме, мечтаешь связать собственную жизнь с преподаванием корейского, свободное время даришь хомячкам и голливудским боевикам. Любимого цвета нет, а нелюбимый — жёлтый.
Если говорить кратко — заурядная. Он бы никогда не обратил на тебя внимания в толпе, ты бы не привлекла его ни фигурой, ни голосом, ни лицом. И это выводит из себя, ведь ты ему ни капли не симпатична.
Краешком души Ким, к тому же, боится к тебе приблизиться, поэтому остаётся на своём месте, не подходит, дабы обсудить всё с глазу на глаз, не спасает от снега на голову со стороны родителей. Ты — хрупкая и нераскрывшаяся, а ещё непредсказуемая, он не знает, чего от тебя ожидать, и молодой человек поступает с тобой так, как люди, впервые увидевшие огонь — задерживает дыхание, готовится защищаться или, если до этого дойдёт, убегать.
Юноша не признаётся, что боится поломать что-то в ещё не выросшей личности, ибо очевидно - ты не доросла. Не доросла до мира денег, до свадьбы. Для тебя это известие станет предательством, грубой пощёчиной со стороны самых близких в мире людей, от которой не отделаться, не увернуться. Сейчас, в эти минуты всё в руках Намджуна. Он может позвонить отцу, отказаться… Не может. Ким почти решился. Возможно, это решение сломает не одну судьбу. Его — первая в этом списке.
Намджун провожает тебя глазами, весело идущую домой, и опять жалеет. Кажется, жалость в скором времени станет его вечной подругой.
В данный момент абсолютно все мерзкие эмоции сошлись на тебе из-за того, что парень понимает - ты не откажешь, не взбунтуешься, подчинишься, и его ожидает женитьба, в которую он до сих пор не может и не хочет верить, особенно смотря вслед девичьему удаляющемуся стану, у которого вся жизнь впереди, у которого завтра могут отменить третью пару, но никак не может завтра замаячить объявление о помолвке.
Вы оба в тупике, осведомлён об этом пока один он, а болью от несправедливости так хочется с кем-то поделиться, она разрывает на кусочки нещадно, но пожаловаться некому. Есть один человек, с которым Ким мог бы испить пополам чашу горестей, но этого человека новость о свадьбе Намджуна морально уничтожит.
Так неужели и правда не найдётся выхода из этой ситуации, и вам придётся принести себя в жертву на алтарь будущего семей?
Ким не знает, он сжимает челюсти сильнее и заводит мотор, чтобы в следующую секунду сорваться с места, нарушая правила дорожного движения и противореча чувству самосохранения, попытаться найти мир для души в погоне за утекающими секундами.
***
Ты закрылась в комнате и не выходишь из неё вот уже двенадцатый час. Неплохо для начала бунта, но потребность в еде никто не отменял. Хорошо хоть, что есть личная ванная, а то всё провалилось бы с самого начала.
Родители, как обычно, предпочли подождать, пока ты успокоишься, и немного ошиблись в собственных расчётах - в этот раз ты совсем не готова идти на попятную.
Когда дверь открывается после шести вечера, ты знаешь — это мама. У неё есть второй ключ, о котором ты сгоряча совсем позабыла.
Отворачиваешься к окну, сворачиваясь калачиком, а она, звеня приборами, ставит поднос с едой на стол и присаживается на стул напротив тебя. Запечённая под соусом курица, рис и булочки с повидлом пахнут чересчур ароматно, ты почти подняла белый флаг, но на секунду встретившись с её холодными глазами, вернула решительность и злость на место.
Курица же неживая? Значит, не убежит.
— Думаю, нам пора всё обсудить, — спокойно начинает мама, и ты, приподнявшись на локтях, садишься на кровать. У тебя было много времени на размышления, ты придумала достаточно аргументов в свою пользу. Осталось только бесстрастно их озвучить.
— Неужели? Обсуждение? Мне не послышалось? Обычно под обсуждением вы подразумеваете моё молчаливое согласие, если и это обсуждение из того же разряда, то можешь уходить, — вот и бесстрастно высказалась.
Аргументы? Какие аргументы? Надеешься, что мать твой неприкрытый протест хоть слегка ошеломит, а то, похоже, ты не в состоянии вести серьёзный разговор. Проклинаешь свой характер, но слов обратно не вернуть.
— Пока я в своём доме, ты не будешь указывать что, как и когда мне делать, — женщина откидывается на спинку стула и окатывает тебя с ног до головы презрением. Тошно. — Если есть что сказать, то я вас слушаю, мисс Т/и, — ты чувствуешь, как отвага убегает мурашками по ногам, желая оставить тебя одну, поэтому сводишь ступни друг к другу. Нельзя позволить ей так быстро оставить тебя в одиночестве.
Теперь то, что ты в одной ночнушке, что растрёпаны волосы так же, как и мысли, не добавляет ни капли уверенности. Хочется одеться, накраситься, наложив тонну масок, прежде чем вновь встретиться с этой женщиной, которую природа обязала тебе называть «мать», и перед ней ты абсолютно беззащитна.
— Ты действительно не понимаешь? — успокаиваешь саму себя голосом, которому не позволяешь дрожать, перекладывая все волосы на одно плечо, а она мотает головой.
Врёт? Вполне возможно. Твои родители - кто угодно, но не изверги, всего лишь люди, которым доступны простые человеческие эмоции и переживания, по крайней мере, раньше ты так думала. Да и сейчас склонна, хотя закипающий внутри страх кричит, что что-то пошло не так, что это не те два любимых чутких человека, за версту чующие чужие чувства.
Ты долго вглядываешься в лицо родного человека, после чего чувствуешь, как горький смех вырывается наружу, заполняя пространство между вами. Ты просто не знаешь, как ещё на это всё реагировать, ведь с самого начала известие о помолвке казалось чем-то вроде плохой шутки. Плохая шутка превращается в реальный кошмар, настигающий тогда, когда ты к нему меньше всего готова.
Булькающие звуки, разрывающие твою глотку, обрываются быстро, и ты вновь превращаешься в почти оголённый провод. Как, должно быть, легко прочесть по тебе в данную секунду всё, что хранится в черепной коробке, а мать продолжает делать вид, что она - гранитное изваяние.
Мерзость. Вся эта жизнь — мерзость.
«Не показывай людям того, что чувствуешь или думаешь», — её слова - один из тех уроков, что ты выучила наизусть, а теперь так хочется запустить этим уроком ей в лицо, чтобы она хоть немного стала похожей на человека.
— Я никогда не думала, что вы решитесь пожертвовать мной ради своих целей, — не стараешься сыграть на её совести, потому что более не веришь в существование той, просто говоришь всё, что думаешь.
— Ты нас переоценила.
— Видимо, — ненадолго пространством в комнате правит тишина, ты встаёшь, чтобы отойти к окну, тут же открыв его. Может, холодный воздух хоть что-то объяснит в твоём перевёрнутом с ног на голову мире. — Что бы я ни сказала, вы не поменяете своё решение? — слышишь, как мать сзади тоже встаёт.
— Нет, — её ответ — твой приговор, вступивший в свою силу, бороться с ним не имеет смысла.
«Не показывай людям того, что чувствуешь или думаешь». Наверное, сейчас самое время нарушить осточертевшее правило.
— Чувствую себя породистой сучкой, надеюсь, за меня заплатили высокую цену. Думаю, я довольно дорогая, нет? — усмехаясь, оборачиваешься, видя, как мать тяжело выдыхает.
— Уж с этим-то мы без тебя разберёмся, — она не показывает, что действительно шокирована. Ты никогда так себя не вела, когда было тяжело — плакала, когда злилась — кусала губы, заламывала руки, но не позволяла себе грубых выражений, не обливала с головы до ног ненавистью.
Ты знаешь, что твоя язвительность проживёт недолго, что накопленные за годы невысказанные обиды вырываются только в этот момент, потом они вновь затихнут, уйдут на дно, разлагать изнутри. Думаешь, что, возможно, это просто помешательство.
— Как и со всем остальным в моей жизни. Вы же всё в моей жизни уже распланировали, да? Моя свадьба, роды, что там ещё по расписанию? — чувствуешь, как злоба заполняет тебя с головой, ей больше нет предела, она ломает рамки, по пути задевает кости. — Знаешь, ты хотя бы любишь отца, как бы много у тебя не отобрало замужество, ты действительно любишь его, но меня ты лишила и этого. Того единственного, что вам не принадлежит. — Ты просто надеешься, что когда-нибудь их сердца разобьются так же, как твоё. Сквозь слова пытаешься отравить, в первую очередь себя, чтобы не участвовать в навязанном фарсе с названием «Свадьба».
Дверь с хлопком закрывается, а ты, неправильно наступив на ногу и из-за подступивших слёз, валишься в сторону, хватаясь за стол, скидываешь поднос, и горячий чай обжигает щиколотку. Складываешься пополам, глуша собственный крик, но изнутри разрывает кое-что посильнее него.
Добро пожаловать в мир денег и власти, удачи вам морально не разложиться.