Сделка с дьяволом
У Намджуна чётко стоит картинка того дня. На город стремительно опускались сумерки. Ему было семнадцать, и он не подходил для этого мира. Не совсем взрослый, находящийся под чьей-то опекой, но уже и не ребёнок.
Периодами парень чувствовал себя, как какая-то героиня из «365 дней». Субин приходил к нему, трахал в закуточной комнатке, пока приёмных родителей не было дома, и так же сваливал. Намджун не знал, чем занимался его парень, да и он, честно признаться, никогда не стремился узнать. Ему это просто было незачем, пока в его гардеробе появляются обновки, пока Бин по щелчку пальцев дарит ему дорогие подарки в виде новой техники.
Намджун не такой хороший любовник, каким бы мог быть на самом деле. И только в последние недели он задумался о чём-то нехорошем. Кажется, только сейчас заметил, что секс с ним покупают какими-то дорогими побрякушками, а человека как такового - нет. Даже рядом. Тогда он чувствовал себя странно, но точно знал, как правильно охарактеризовать то, что с ним происходит. Он ощущал себя грязно, но лишь на пару минут, однако так быстро смирился с этой мыслью, что Намджуну правда можно было позавидовать. Парень не испытывал никаких мук совести от слова «совсем», он в целом мог бы и продолжить дальше существовать, получая дорогие подарки. Ему было всё равно, кто он для себя и для других, пока он забирает что-то равностоящее.
Телефон вибрирует от сообщений, и Намджун, почти не отрываясь от своих не таких важных дел, смотрит на экран. Сообщение от Субина, в котором он просит прийти в какую-то залупу мира, и Намджун недовольно морщится, думая, какую отмазку придумать и желательно, чтобы это сработало. Он уже хочет написать, что у него температура плюс сорок, понос, золотуха и все болезни мира, и он никак не может сейчас приехать так далеко. Сидит с зависающим пальцем над самолётиком и пытается решиться.
Намджун стирает всё сообщение, ложится затылком на диван и думает, что надо бы начать собираться.
Проклятущее чувство долга. Ким временами часто думает - люди не заслужили всего того, что он для них делает. И сейчас Намджун делает слишком много для Субина по одной недалёкой истине - просто тот его единственный друг.
Парень особо не заморачивается, надевая простой спортивный костюм, стоит на пороге, натягивая адидасовские кроссовки, что-то небрежно отвечает своей приёмной матери. Как же он не любит, когда та лезет к нему со своими: «Ты хорошо покушал? А куда ты собрался? Намджун, там холодно, надень куртку потеплее.»
Тупые люди думают, раз взяли взрослого ребёнка, которого давно никуда пристроить не смогли, то им сразу выдадут отдельное место в раю. Их будут уважать, любить, цветочки дарить и чуть ли не в попу целовать. Для парня никогда ничего не меняется, будь то он в приюте или у тёплого очага, в объятиях любимых рук - ему везде одинаково погано.
***
Он приходит, не пойми куда. Здесь воняет, на фоне лают бродячие собаки. Зассаные многоэтажки, строительство которых прекратилось по непонятным причинам. Может, рабочим стало там опасно находиться, а, может, просто не было финансов достроить дом. Это не столь важно. Зато они наверняка таким образом сделали офигенные аппартаменты для бомжей и всех обездоленных, которым некуда податься.
На дороге стоит машина. Чёрная и явно не его парня. Как только Субин увидел Намджуна - стал таким дёрганым. До этого спокойно сидел себе на багажнике, вертел в руках любимый складной нож, зная, что тот никогда его не порежет, а сейчас весь взъерошился, как петух перед дракой.
- Намджун, мне надо уехать срочно. - Нет ни приветов, ни пакетов, ни долгожданных длинных поцелуев.
- Что? В смысле?
- Нет времени объяснять. - Он хватается за плечи мальчика и смотрит по сторонам, затем переходит на еле слышимый шёпот, словно на огромно пустой улице его может кто-то услышать. - Понимаешь, я украл достаточно большую сумму и это.
Они подходят к машине, и тот показывает абсолютно никак не спрятанную траву - несколько мешков. Намджун мельком думает, что мог бы украсть и побольше, раз на то дело пошло.
- Понимаешь, мне срочно нужно уехать. - Он вновь переводит взгляд на Нама. Голубые глаза, красные то ли от употребляемой дряни, то ли от того, что Бин плакал. Парень думает, что тот в очередной раз обдолбался.
- Окей, ну что, погнали? - Намджун уже хочет садиться в украденную машину, уехать куда угодно. И его вовсе не держат ни поступление, ни карьерное будущее. Всё это готов бросить в одно мгновение и догадывается, видимо, это никогда не было его. Парень рождён для драйвовой жизни.
- Нет, Намджун. - Он запнулся. - Мне нужно уехать без тебя.
Ким в пропасть падает с этими словами. Не понимает, как у того язык поворачивается, они же вместе всегда были.
- Ты меня бросаешь? - он ещё не понял, что ему нужно чувствовать в такой ситуации, но нарастающий гнев ощущает уже сейчас, как он капля за каплей падает на мозг. Просит отключиться и дать волю эмоциям, им же от этого всегда легче становилось, почему сейчас-то нельзя.
- Можно сказать, и так.
Субин взгляд отводит, чувствует себя разбитым не хуже Намджуна. Знает, что тот сейчас чувствует, но от этого легче ни капельки не становится. Здравый разум не слушает. Не хочет верить в то, что после этого парень таким же останется. Он же для него значил нечто большее, чем просто котёнок. Это же будет сильнее по эмоциям, Намджун не справится.
Он смотрит на нож в своей руке. Это даже не его на самом-то деле. Холодное оружие оставил у него один из нариков, что часто зависал в его квартире. В какой-то степени Бин рад за то, что именно так судьба сложилась.
- Что ты несёшь, Субин. Мы были вместе, мы должны быть вместе! - Намджун цепляется пальцами за его одежду. Хочется парня потрясти. Да так, чтобы мозги на место встали. Старший вообще не понимает, что несёт.
- Я не могу подвергать тебя рискам. Это только моя ответственность. - Бин пытается отцепить пальцы юноши, но это выходит очень плохо.
- Да что ты говоришь. - Намджун злится, сейчас он злится так как никогда раньше. Он толкает старшего, а затем ещё раз и ещё. - Кто тебя откачивал от наркотического припадка, когда ты своей башкой об дно тазика с блевотиной бился?
Каждый толчок становится сильнее предыдущего, а Бин ему и ничем ответить не может, он просто не помнит всего того, что говорит ему парень.
- Намджун, успокойся. - Он выставляет руки вперёд, в одной из них всё ещё дердит нож. Нам тоже смотрит на холодное оружие в чужих руках и не успел старший понять, как нож перестал лежать в его руке. Киму не составило труда его отобрать. В целях самозащиты.
- Не надо меня успокаивать, если ты тварь неблагодарная!
- Думаешь, тебе одному тяжело? Да я из кожи вон лезу для твоего будущего, чтобы ты, блять, безграмотным бомжом не стал! Как думаешь, кто поговорил с директором, когда тебя собирались исключить? - Я. Кто тебя обеспечивает? - Я. И помогаю твоим приёмным родителям - тоже я. Да даже с тем же ебливым котёнком! - он подходит к нему вплотную, заглядывает в пышущие гневом глаза и сам щурит свои. - Я всегда был рядом. Всегда. Ты не имеешь право сейчас обвинять меня.
- Да пошёл ты!
Намджун замахивается рукой, от обиды ничего не смог с собой поделать. Ударил с понимаем - Субин прав, причём во всём.
Хотел попасть в скулу, но старший среагировал, и удар пришёлся на шею. Парень отшатнулся, и Намджун только сейчас понял, что в руках у него лежит нож, чьё лезвие всё в густой алой жидкости. Он смотрит на Субина, и руки его начинают трястись не лучше стиральной машины.
Субин резко опускается на вонючий асфальт. Ким подходит к нему, смотрит на всю эту картину, и как в припадке пытается остановить кровь своей олимпийкой. Дело гиблое, это понятно сразу.
- Я не хотел, я не хотел, я не хотел... - шепчет без умолку, смотря на покидающие парня силы. Видит, как глаза стекленеют, а кожа из приятного молочного оттенка становится совсем серой. Субину теперь не придётся нести свою ношу, он теперь ею Намджуна давить будет.
Сидит над трупом, шепчет как мантру три слова и не знает, что дальше. Намджун - убийца, его за это теперь посадят. Сколько же на него свалится дерьма. Косые взгляды от недородственников, общее порицание. Он убил человека, у него эта информация в голове осесть не может никак и вряд ли когда-нибудь осядет.
Его руки в крови, и он не думает о том, что лишил любимого человека жизни. Ему более тревожно от мысли, что он может сесть за решётку. Сейчас его будущее впервые выходит на первый план. Только первые пять секунд думал о Субине, всё остальное время занимает он сам, хоть и продолжает повторять слова над холодеющим телом. Парень, наверное, плохой.
Намджун совсем не заметил, как к нему подошли двое незнакомцев.
***
- Хорошее представление вышло... - мужчина, в чьих волосах пробиваются седые пряди, поправляет кожаную перчатку на руке и аккуратом опускает кончик трости на бетон. - Именно поэтому, сынок, люди и недостойны любви.
Чимин увидел, наверное, самую худшую картину за всю свою жизнь. Это сильно шокировало его. У того парня, который у них кругленькую сумму украл, в любом случае не было возможности выжить. На их глазах разыгралась настоящая драма между влюблёнными с летальным исходом. Дездемона в сторонке курит.
- Пойдём. - Старший Пак начинает свои движения к сгорбившейся фигуре. Они подходят бесшумно.
Видят мёртвого человека с глубокой раной в шее, вероятно, ему попали в сонную артерию. А парень над ним даже не плачет и слезинки не проронил. Просто сидит, смотрит в одну точку и ждёт, когда эта ситуация разрешится сама собой.
- Как тебя зовут? - спрашивает мужчина.
В ответ тишина.
- Лучше отвечай сейчас. - Пак из-под пояса достаёт пистолет, снимает с предохранителя и наставляет на Нама.
- Н... Намджун. - Голос предательски дрогнул, а он как в трансе повернул голову на наставленное дуло пистолета. Нервно выдыхает, когда оружие опускается.
- Теперь слушай внимательно, Намджун. У нас есть два варианта развития событий. Либо мы сейчас вызываем копов, и помимо убийства они повесят на тебя хранение наркотиков. - Мистер Пак кивает в сторону машины, хотя на его движения головой никто не смотрит. Намджун, кажется, и вовсе большую часть слов не понимает. - Либо ты будешь работать на меня, а после - на моего сына.
- Это же незаконно? - спрашивает Ким.
- Разумеется, Намджун. - Отец Чимина смеётся, а сын в онемении смотрит на это и даже звука не издаёт.
- Согласен.
Сделка с дьяволом состоялась.
***
Тэхёну снилась пещера со звонким эхом и мифическим существом. Проснувшись и оказавшись в стенах своей родной комнаты, его огорчил сам факт того, что это был просто сон. Ему пора бы уже начать собираться, совсем немного, и начнёт темнеть. У парня по коже после тёплого одеяла прошлись мурашки.
Как жаль, что нельзя вылечиться по щелчку пальцев, и сейчас ему приходится страдать от температуры. Есть плюсы: с таким парнем можно закалить свой организм, что никакая снежная буря страшна не будет, а не какой-то там водоём. Сетует на себя за свою лень переодеться несколькими часами назад. Он нехотя признаётся, что временами мама всё-таки бывает права, но слишком много внимания этому не уделяет.
В этот раз он одевается почти так же, только вещи потеплее, конечно, для подходящего климата. Парень спускается вниз, видно только, как мама колдует на кухне. Женщина обернулась и мило сложила губы трубочкой в звуке «о».
- Как твоя голова, Тэхён-и? Ты уже куда-то собираешься? - Тэ нехотя вертит головой, думая, что если он выдаст из себя ещё хоть одно слово, то его голова просто треснет.
Мама заботливо ухаживает за ним, даёт все нужные таблетки, но перед этим хорошенько его кормит, и побоку ей, даже если парень сопротивляется. Тэхён уже давно понял, что с такой мамой, даже если очень сильно захочется стать анорексиком - не станешь никогда. И это в определённой степени греет душу. Приятно, когда о тебе заботятся. Он хочет, чтобы с Чонгуком было так же.
Хочет окружить его теплом и заботой, ведь почти на сто процентов уверен, что в прошлой жизни для него нечто подобного не делали. Он как представит, сколько у них ещё впереди, сколько интересных разговоров будет, сколько трепетных касаний. Тэхён чувствует себя мальчиком, и в тайне таковым и является.
Он уплетает за обе щеки мамины оладьи, и парень наконец-то за двое суток чувствует наполненность. В очередной раз думает о том, как всё-таки вкусно кушать. Уходит из дома он достаточно быстро, всё опоздать боится, вдруг не успеет, сирена обидится и уплывёт. И когда в его голове Чонгук стал таким обидчивым?
Тэхён подходит к нужному месту, ступает по мосту, слушая, как приятно звучит дерево. Красивое закатное солнце, шелест деревьев, звуки моря. Такая какофония звуков, но в парне, сидящем на помосте, пробуждается мимолётное спокойствие. В такие моменты ему слышится звон колоколов затонувшего храма. Детская сказка так и запала в душу Тэхёна.
Он ждал Чонгука не так долго, прежде чем его чёрная макушка появилась из тёмного покрывала воды.
- Ты ничуть не хуже морского чудовища. - Тэ оборачивается по сторонам и пытается припомнить места по пляжу, такие, чтобы их никто не увидел.
- Ты выглядишь слишком подозрительно, не вертись. К слову, чудища разные бывают. В моё время существовало много легенд.
- Лох-несское, плыви к тому месту. - Он показывает пальцем на достаточно закрытую часть пляжа, которую если даже оббежать со всех сторон, будет плохо видно, что там или кто там есть.
- Грубиян, выпороть тебя надо.
Чонгук недовольно махнул хвостом, создавая кучу брызг, но просьбе человека всё же подчинился.
Тэхён быстрым шагом идёт по помосту, а затем вдоль, спускается по ступеням к неровному пляжу. Он на месте, и он с Чонгуком, теперь спокойно могут разговаривать и касаться друг друга.
- Ты даже не представляешь, какой у меня сегодня был дерьмовый день... - садится на песок, не боясь испортить одежду.
- Расскажешь?
А Тэхёна долго просить не надо, он изначально планировал рассказать, что у него произошло за этот небольшой кусочек времени. Парень рассказывает, а Чонгук становится молчаливым слушателем.
Сирена то и дело возвращается в свои думки. Ругает себя за чувства к человеку, грустит, что сам свои ноги потерял.
Временами мысли его чудотворящие приводят к тому, что лучше бы тогда он умер. И злится из-за этих мыслей ничуть не меньше. Чонгуку кажется, что он просто повесил на себя очередную проблему в лице Тэхена, а тот, кажется, об этом даже и не думает. И это тоже злит существо. Он робко смотрит в глаза человеку, боясь, что его мысли прочитают. Что сирена чувствует к человеку? Такой сложный вопрос для Чонгука. Он точно не любит Тэхёна, может, парень ему слегка нравится, но это всё равно не то. С Кимом он чувствует себя как дома. Ему спокойно, хорошо и приятно. Приятно парня слушать, приятно с ним говорить, целоваться, и когда он путает свои пальцы в его волосах.
Сирена путается в своих чувствах и эмоциях, потому что до этого он уже всё это испытал. Это для него не в новинку, самое грустное и заводящее в тупик. Чонгук чувствовал все эти чувства к неправильному человеку. И ему страшно, в последнее время слишком часто.
Его тревожит будущее, но ещё тревожнее - это мысли, появившиеся у него с Тэхёном. Гуку так страшно остаться одному, он всё это время жил один, ни с кем так много не общался, ни о чём серьёзном не думал, а теперь ему страшно. Страшно от осознания, что в любом случае останется один. Он - морской дьявол, существо, на котором возраст не отражается. Возможно, русал никогда не умрёт, а Тэхён? Людская жизнь намного короче, и зря он себя к парню привязал. Зря, что не настоял на своём и совсем его не оттолкнул, только интерес разыграл.
- И в завершении я хлопнул дверью. Чонгук? Ты меня слушаешь? - Тэхён касается плеча Чона, который смотрит на него немигающим взглядом.
- А? Да. Вы помиритесь?
- Должны...- Тэ косо посмотрел на него. - А как ты. Э... Умер? Извини, это, наверное, очень личное. Иногда я не умею фильтровать то, что говорю. Прости меня.
- Всё хорошо. - Чонгук по-доброму посмотрел на него. - Я влюбился сильно в одного человека, и меня утопили.
- Ты так просто об этом говоришь...
- Ну, а что мне ещё сделать? С бубном об этом говорить? В этом нет никакой тайны, и я даже не жалею, что так вышло. Меня рано или поздно всё равно что-нибудь убило. Может, хворь, а может, какой разбойник, ну или случайность.
На самом деле жалеет, но человеку в этом не признается. Он бы с радостью походил по земле, прожил бы самую обычную жизнь и умер в своей кровати. Сирена бы хотел общаться с разными людьми без осознания того, что его тут же сдадут как бесценный экспонат.
- Вон оно как... Спасибо, что поделился. Для меня это очень важно.
- Лучше займи свой рот чем получше. - Чон повёл плечами и сам притянул его к себе, затыкая парня поцелуем. Так проще не думать.
***
Тэхён плетётся по детской площадке, на улице ни души, но оно и понятное дело. На дворе ночь, какой адекватный человек будет гулять?
- Зачем видеть меня хотел? - Тэ ведёт себя нарочито холодно, кидая банку кока-колы в чужие руки.
- Тэхён.
Хосок почти скулит как пёс, которого хозяин оставил без своего внимания. Видеть этот холод и малую толику презрения в чужих глазах - подрывает его окончательно. День был дерьмовым по многим причинам, а сейчас ещё и Тэхён. Он мог бы всё замять, но поведение его друга станет конечным гвоздём в крышке гроба.
Парень садится на качелю рядом и совсем слегка, покачиваясь, открывает жестяную банку с прохладной жидкостью внутри. Тэхёну не холодно, наоборот, хочется остудиться, Чонгук был сегодня на удивление горяч. Честно признаться, Тэхёна такой пыл возбуждает, и в такие моменты в его дурной голове происходит диссонанс. Он знает про секс с парнями, понимает, что и в какие дырки пихать, но Чон - не человек вовсе. Такие мысли ему кажутся греховными, хоть и нет ничего плохого в том, что он возбудился от любимого человека.
Он старательно отодвигает эти мысли в сторону.
- М? Я тебя слушаю.
- Не веди себя так, пожалуйста. - Хосок умоляюще смотрит на друга, подцепляя ногтём железный язычок.
- А как я должен себя вести? Тут так-то я в роли униженного и оскорблённого.
- Я могу объяснить, наверное. Хотя для тебя это будет не настолько серьёзно.
- Почему?
- Ты всегда смеёшься над моими проблемами. - Понуро отвечает Хо.
- Опустим этот момент, обещаю не смеяться.
- Я просто боялся, что ты больше не захочешь со мной общаться или ещё хуже, обвинишь в совращении своего брата. Я... У меня часто появлялось желание тебе рассказать, но трусил. Можешь меня ругать за это. Мне так страшно не было даже когда меня с сигами спалили.
- Боже, что? - Тэ прыснул от смеха, но тут же взял себя в руки, он же обещал. - Прости.
Хосок только посмотрел на него с чувством стыда и почувствовал, как глаза начали болеть, а в носу защипало. В этот момент он так сильно хотел расплакаться, что, казалось, сдержаться было невозможно. Парень только проморгался и слегка встряхнул головой, чтобы прогнать непрошенные слёзы. Он не готов помимо души расскрывать ещё и это.
- Знаешь, мне было так обидно. У всех есть права на свои секреты, но, чёрт! Ты мой лучший друг и скрыл такое. Бля, да мы с тобой через такое прошли, а теперь ты боишься расскрыть свою ориентацию передо мной. Мне просто было очень обидно, и я обижался на тебя первые несколько часов, но сейчас уже - нет. Всё хорошо, то, что ты встречаешься с моим братом, никак не влияет на наши отношения. Ты всё ещё мой лучший друг, и я принимал и буду принимать тебя любым. Эй, ты что, плачешь что ли? Хосок, ты ебанулся?
- Это было так мило, я не мог не прослезиться... - шмыгает носом.
- Прослезиться - это же не значит реветь в три ручья.
- Не порть момент.
Хосок ударяет его кулаком в плечо и улыбается сквозь слёзы счастья. Кажется, в этот момент исчез его самый главный страх.