Мальчики не плачут
Тэхёну холодно в мокрой одежде и даже жаркие поцелуи его никак не спасают. Парень предполагает, что сляжет с простудой, но всё равно надеется на лучший вариант событий. То есть тот, где он мотается к Чонгуку каждый день или, ещё лучше, остаётся жить на острове. На какое-то время в его мозгу настал штиль. Существо рядом, и он поистине наслаждается совместным пребыванием. Чувствует, что сирена не до конца перед ним раскрепостился, но и это не мудрено. Прошло слишком мало времени, как они вместе.
Сердце младшего трепещет при этом слове. Слишком уж сладка эта победа и эти только начавшиеся чувства. Чонгук лежит у него на коленях, бо́льшая часть туловища в воде и выглядит, откровенно говоря, пугающе. Кода Тэхён в далёком юношестве смотрел разнообразные видео с якобы настоящими мифическими существами, было иначе. Сейчас перед ним самый что ни на есть настоящий русал и, если вспомнить, что Чон так-то хищник, становится даже немножко страшно.
Инстинкт самосохранения срабатывает у Тэхёна поздним зажиганием. Он отбрасывает эти мысли в сторону, себе же напоминая, сколько было у них моментов, в которых Гук мог его убить, но, однако, не сделал же этого, так почему должен сделать сейчас. Парню неожиданно думается: «а вдруг у русалок, как у богомолов?» И в очередной раз корит себя за свою неосведомлённость, хоть и прошерстил весь интернет.
Тэхён вплетает длинные пальцы в высохшие пряди, массируя кожу головы, и слегка вздрагивает, когда слышит песню, больше похожую на мурчание котёнка.
Он вновь расслабляется, хочется просто откинуть голову, желательно на мягкую подушку, но вспоминает, что тогда с Чонгуком придётся попрощаться, и стоически продолжает сидеть на своём месте. В голову лезет только незамысловатая мелодия. Чонгук чарует, Тэхён это знает и всё равно верит, и всё равно идёт. Это его личный вектор, с которого нельзя свернуть.
- Чонгук, ты очень красиво поёшь. Они у тебя такие разнообразные всегда, мелодии, но никак не получается разобрать слов. Скажи, это ваш какой-то русалочий язык? Простым смертным его не понять? - парень улыбается, надеясь увидеть от своей шутки улыбку и на чужом лице.
- Не то чтобы. В ней вообще нет слов. Только настроение, - нараспев говорит Гук, усмехаясь.
- Так значит ты всё же понимаешь, о чем поёшь?
- Конечно.
Тэхён молчит, не знает, стоит ли ему дальше продолжить задавать вопросы. Он смотрит на прозрачную водную гладь, на то, как по ней идут круги, ему так хочется узнать, о чём поёт Чонгук. И почему песнь всё время скачет с минора на мажор. Тэхён понимает, что не всё сразу. Парень собирает образ сирены по крупицам, которые Чонгук случайно обронил. Он знает, что тот жил очень давно и совсем не разбирается в нынешнем мире, и на этом всё. Перебирая эти сведения в голове, он понимает, что толком-то ничего и не знает о своём любимом. А можно ли его так называть? Будет ли Чонгук сильно против, если Тэхён будет звать его любимым? Может быть и нет, но выяснит он это чуть позже.
- Ты можешь мне что-нибудь рассказать о своей прошлой жизни? - предпринимает попытку.
Чонгук долго думает, сведя брови к переносице. Его глаза закрыты, и явно то, что он вспоминает, не приносит ему никакого удовольствия. Тэхён уже жалеть начинает, видя, как с каждой секундой морщины на прекрасном лице становятся глубже. Хотя, возможно, Тэхёну только кажется.
- На самом-то деле рассказывать нечего, - задумчиво произносит сирена. - Я жил у рыбака, до сих пор не знаю, был ли он моим отцом. У меня была не самая хорошая жизнь, чтобы о ней говорить, Тэхён.
- Извини, - парню резко показалось, что он завёл тему, которую не стоило начинать, и от этого почувствовал себя очень неловко. - Я просто хотел узнать о тебе немного больше и вот. Ты не сердишься?
- Глупый ты человек, - Чонгук расслаблено улыбается, кладёт ладонь на чужую щёку, и, приподнявшись, касается своим лбом чужого. - Пожалуйста, не разбивай мне сердце.
Тэхён понял всё и без слов. Только отдавал всего себя. Прикосновения не могут хранить в себе обещания, но русалочье сердце слышит всё.
***
Намджуну четырнадцать, он всё ещё стоит против всего мира. Для него - все враги, но пока есть верный соратник с глазами цветом моря, ему всё равно. Нам часто сбегает из приюта, на него за это сильно ругаются, и они с Субином часто получают.
- Бин-а, пойдем к Шаду? - они сидят в общей комнате, делают домашнее задание.
- Да, давай. Надоели уже эти цифры, они меня с ума сводят.
- Верю, - мальчик усмехается, у его друга всегда было плохо с математикой.
Окно открыто нараспашку, ветер бьёт своими порывами по шторам. Субин захлопывает учебник и кидает свою тетрадь в неподалёку стоящий портфель. Они выходят на улицу, идут к уже наизусть знакомым терновым кустам.
- Шад! Шад! Шад!
Шадоу - так звали маленького чёрного котёнка, которого пять лет назад Намджуну не разрешили забрать. Но маленький непоседа и сам нашёл себе дом в кустах неподалёку от приюта, а мальчики его частенько подкармливали. Нам хорошо заботился о своем друге и любил его почти так же, как и Субина. Шад превратился в красивого грациозного и, может, слегка наглого кота. Запросто ловил небольших птичек и мышей. Хороший охотник, только вот, кроме Намджуна, к себе никого не подпускал.
- Почему же он не прибегает. Надо его поискать.
- Да ладно, может, где бродит. Он придёт, Нам, не парься.
- Ты уверен?
- Да, почему нет.
***
На следующий день Шад вновь не пришёл. Намджун стал бить тревогу, никогда такого не было, чтобы его кот к нему не пришёл. Он просто не мог его бросить.
Мальчик решил посмотреть поблизости, облазил все кусты, исцарапав руки в кровь, но так и не нашёл то, что искал. Тогда он пошёл к дороге и увидел его.
Чёрного кота сбила машина. Он мёртвой тушкой валялся возле обочины. Спасибо и на том, что соизволили убрать тельце с дороги. Намджун опустился на колени рядом со своим малышом, который уже начал пованивать. Ему так сильно в тот момент хотелось кричать, но из глаз только беззвучно текли слёзы. Он сыпался, трещина пошла дальше.
- О, ты нашел его, - Субин шёл с улыбкой на лице, пока не заметил бездыханное тело Шада. Присел рядом с Намджуном, обнял его за плечо и просто позволил мальчику плакать, хоть и у самого из уголка глаза текла одна единственная слеза. Кто-то из двоих должен был быть сильнее. - Я рядом, ты можешь поплакать.
Мальчики не плачут, но что им ещё остаётся делать, если жизнь сыпется, ещё даже не начавшись. Для мальчика это был не просто уличный кот, для него это была целая жизнь. Его жизнь. Это существо его любило как никто другой, без всяких обязательств. Шаду было абсолютно всё равно, плохой у него хозяин или хороший, он любил его. А Намджун любил его в ответ, то, как он проводил своим шершавым язычком по пальцам, как без зазрения совести забирался на своего хозяина. Да даже когда просто царапал, оставляя красные полосы, которые после долго заживали. Он так сильно любил своего маленького котёнка.
***
Его обдувала прохлада ночи, когда он закапывал маленькое существо, которое любил всем сердцем.
Маленькая могилка без опознавательных знаков, о которой знает только сам парень. Слёзы высохли, Субин был рядом и с грустью смотрел на всё действо. Он чувствует, как сейчас плохо Намджуну, но ничего не может сделать. Это должно пройти само. Хотя, по сути, оно не пройдёт никогда, парень просто верит в сказки.
Намджун похлопал по бугорку из земли и положил на неё маленький букетик из цветов, сорванных из цветочной клумбы. Не жалко будет, даже если его за это выпорят. Сейчас так всё равно, будут ли его ругать. Да пусть хоть изобьют.
Он не может выкинуть эту пустоту из груди, не знает, что с этим делать, но жить явно не хочет. Оно его пожирает, глотку дерёт, и он умирает вместе со своим котиком. Сейчас ощущение, что он не питомца своего похоронил, а себя самого. Хотя, наверное, так и есть.
Он умер в тот момент, когда не нашёл Шада на своём привычном месте.
Ему было девять, когда он впервые возненавидел весь мир. Ему было четырнадцать, когда он впервые начал гнить изнутри.
***
Утром они с Хосоком распрощались. Юнги ушёл на работу, а Хосок вернулся домой. На улице наконец-то стало проясняться, дождь уже не идет, всё ещё пасмурно с проблесками солнца и температура начала приходить в норму.
Он идёт не спеша, вышел достаточно рано и теперь может себе позволить прогуляться. Парень это делает достаточно редко, особенно в последнее время, когда была неразбериха с Хосоком. Хотелось просто чем-то заняться, чтобы отвратные мысли в голову не лезли. А неспешная прогулка только настраивает на размышления.
Юнги иной раз кажется, что погода под его настроение подстраивается, и ему это не то чтобы не нравится. Наоборот, так даже лучше, когда настроение не очень, дождь идёт, можно спокойно посидеть, погрустить в своё удовольствие. Эмоции же тоже проживать надо. А когда такая прекрасная погода на улице и грустить не хочется. И всё сразу яркое, красивое, хочется долго гулять и проводить много времени с любимыми людьми, но у Юнги ещё впереди работа. Не такая длинная и не так много, но работа.
Дорога проходит достаточно быстро. Закон подлости - время, которое ты ждёшь, тянется целую вечность, а моменты, которые хочется растянуть подольше, заканчиваются в один миг.
***
Юнги подметает пол в лаборатории. Он дожидается, когда все выйдут из неё и парень останется один. Ким быстрыми движениями подставляет аккуратно образец, срезом вверх. Он специально отрезал небольшую часть ракушки в надежде, что Тэхён его поймет, простит и не похоронит. Долго рассматривает полосочки, видные через линзу микроскопа.
- Твою мать. Ты где её откопал? - еле слышимым шёпотом произносит.
- Ким Юнги! Вы что творите? Кто вам дал право на пользование лабораторным инвентарём? - позади стоит злой профессор Чхве и недовольно смотрит на парнишку.
- Профессор, вы так быстро вернулись.
Парень неловко улыбается и пытается незаметно забрать кусочек ракушки.
- Что ты там делаешь? А ну быстро кыш отсюда, - Юн поджимает губы, так и не смог вытащить кусочек. Понуро выходит из кабинета, думая уже о том, как будет получать не только от преподавателя в университете, но ещё плюсом от отца. Его в этом здании каждая собака знает. Хорошо, когда есть связи, но плохо, если на тебя начинают жаловаться.
Юнги к этому относится больше пофигистически, хотя большую часть жизни старался не палиться. Ему жалко время, которое будет потрачено на бесполезные нотации, но уже ничего не попишешь. Он попался и теперь будет получать последствия от своей неосторожности.
***
Они уплыли из их тайного места. Тэхён хочет запомнить его навсегда, здесь произошло одно из самых важных событий в его жизни. Остров в принципе решил его с собой связать по полной. Ким теперь неотъемлемая его часть.
Непогода прошла, на небе стало проглядываться солнце. Этого, конечно, всё ещё мало, но уже создаёт хорошее настроение. Парня знобит, возможно, он всё-таки простыл от своих приятных похождений. Он мельком думает, что когда приедет домой и померит температуру, и она у него будет, светловолосый всё равно не станет жалеть о своей вылазке. Потому что это, правда, самое прекрасное, что могло случиться в последнее время. Его это на небеса поднимает.
Они сидят на берегу озерца, Тэхён смотрит в чёрные омуты Чонгука, в очередной раз чувствует, как они его всё глубже засасывают, и понимает: ему вовсе не хочет прощаться. Будь у него возможность, он бы забрал его с собой и даже всё равно, пришлось бы русалу жить в ванной или нет. Так сильно его себе хочется. Всего и без остатка.
- Мне вновь придётся уплыть, Гук-и. Мне так жаль, - сирена медленно моргает. Кажется, он сонный, но это вовсе не так.
Тэхён ошибается, когда думает, что с Чонгуком нужно, как с ребёнком. Он многого не знает о внешнем мире и попади Чон туда, естественно окажется дикарём. Но в отношениях с людьми, несмотря на печальный опыт, он кое-что, да понимает. Звучавшие слова изо рта юноши не становятся для сирены чем-то новым или шокирующим, он просто ищет выходы.
- Я приплыву к причалу ночью, - говорит жёстко, в этот момент всем видом показывая - перечить ему не стоит.
- Тебя могут увидеть, я переживаю.
- Тэхён, я живу в облике сирены не один год, - начинает издалека. - Как ты думаешь, я умею быть аккуратным в этом плане?
- И то верно, - Тэ неловко поджал губы.
- Глупый.
Чонгук наклонился к плечу парня, который никак не отреагировал на его действия из-за нехватки сна. Хочешь не хочешь, а в пещере много не поспишь. Чон легонько укусил его, оставляя еле заметные следы своих клыков. Тэхён взбодрился от таких махинаций, но только недовольно посмотрел в ответ.
Они ещё совсем недолго побыли вместе, и парень вернулся к лодке.
И вновь Чонгук просто смотрит и провожает человека, от которого сердце ёкает. Надеется, что в этот раз не придётся собирать себя по кусочкам и по новой познавать смерть. Ибо после первой он стал сиреной, а после второй страшно представить, в кого он превратится.
Чонгук действительно очень надеется на то, что юноша понимает, в какие дебри он загоняет обоих.
***
Тэхён как в тумане возвращается домой и чем ближе он приближается, тем больше его мозг заполняют мысли о брате и лучшем друге. Что они такого от него скрыли? У него, конечно, есть предположения, но это же бред, причём полнейший. Не было такого, чтобы они как-то по-особенному контактировали. Ведь единственное связующее их звено - это никто иной как Тэхён. По крайней мере, он так думал до вчерашнего вечера.
Добирается без происшествий, по пути ничего не сломал, сам не разбился, не утонул. Зря за него так сильно переживают родители. Очень зря.
В доме достаточно тихо, непонятно, где предки, но это определённо должен знать Юнги. А старший, по его подсчётам, должен вернуться через пару часов. Он проходит вглубь дома, головная боль начинает усиливаться.
Парень первым делом посещает комнату и наспех в одном из настенных шкафов ищет таблетки от жара. Он не мерил температуру, но по своему состоянию знает, что она у него точно есть. Закидывает в рот пару таблеток и запивает их большим количеством воды, недовольно морщась от горького вкуса лекарства.
Ему хочется лечь поспать хотя бы немного. Как минимум для того, чтобы головная боль прошла. Но его мечтам не суждено сбыться, по крайней мере сейчас. Из прихожей слышится щелчок дверной ручки. Юнги смешно напевает какую-то мелодию и ему бы очень хотелось сейчас улыбнуться. Слова, которые накатываются снежным комом, не дают ему в данный момент испытывать положительные эмоции. Даже улыбаться не хочется.
- О, ты уже вернулся, - Юнги подходит к холодильнику, доставая оттуда пару контейнеров. - Есть будешь?
Тэхён отрицательно мотает головой, кусает губы. Его сердце ускоряет ритм, грудь сдавливает волнение, будто он где-то нашкодил как щенок. Хотя парень просто не знает, как лучше начать вытягивать информацию из старшего и что ещё лучше: как объяснить то, что он уже знает. У него это по большей части всегда выходило «так себе». Тэхён просто не умел ходить извилистыми путями, таким образом узнавая то, что он хочет. Ему надо напролом, чётко сказать своё желание и услышать точно такой же чёткий ответ.
Юнги присаживается за стол, начинает есть холодную пасту карбонара. Просто поленился подогревать. Он елозит вилкой в еде, хотя, на самом деле, до этого хотелось есть сильнее, но сейчас при виде своего брата, аппетит молниеносно пропал. Он положил вилку рядом с фиолетовым контейнером и как-то слишком тяжело выдохнул.
- Тэхён, мы можем поговорить? - Юнги потёр подбородок.
- Мне бы тоже хотелось с тобой кое о чём поговорить.
- Я начну, - сказал старший. - Вчера я зашёл в твою комнату и нашёл там ракушку.
- Ты рылся у меня в вещах? - Тэхён напряг скулы.
- Она лежала на столе, я твои вещи и пальцем не тронул.
Привычка так сильно возмущаться, когда трогают без спроса их вещи, у парней осталась с детства. Никак не могут забыть, что давно выросли из того возраста, когда внутренний голос так и подмывал без спроса взять вещь брата. Они знали - скандала не избежать, если пропажа обнаружится, но так и не получалось сдержаться от этого соблазна. Поэтому драки в более юном возрасте было частым явлением.
- Тэхён, где ты её взял?
- Ну, на пляже нашёл, а что?
- Ты мне врёшь, - Юнги втянул щёки.
- С чего ты взял?
Тэхён чувствует, как его ладони слегка увлажнились. Он не может понять, к чему ведёт брат, но это явно его не обрадует.
- Это ракушка аммонита.
- И? Мне это ни о чём не говорит.
- Понимаешь, эти головоногие моллюски вымерли слишком давно. Ты не мог самостоятельно её найти. Тэхён, где ты её нашёл?
Парень смотрит в один угол, затем в другой. Как выкрутиться из такой ситуации? Он недолго думает, его пульсирующий от боли мозг под властью высокой температуры не способствует принятию здравых решений. И единственное, что ему приходит на ум, это нападение.
- Что ж. Может тогда ты хочешь поделиться, что происходит у вас с Хосоком? - вместо ответа с горячностью произносит светловолосый.
- Что? - сказанное предложение выбило Юнги из колеи, он явно не ожидал услышать этого сейчас.
- Как так получается, что мой брат и мой лучший друг играют при мне в врагов? А после...
- Мы сейчас не об этом разговариваем, и откуда такая информация? - старший немного начинает злиться. Подальше увести тему от русала не получается, как назло, он везде замешан. Тэхён с ними станет нервным точно.
- Я. Я видел вас! Ночью, когда мы ещё были на острове, - младший пытается говорить уверенно, на что Юнги только сощурил глаза. Брат ему не верит, и он это понимает, они слишком долго прожили вместе, чтобы не знать о таких мелочах.
- Да? И что же мы делали?
- Вы целовались, - выпалил первое, что пришло в голову.
- Нет, Тэхён. Ты не умеешь врать совсем - слегка слукавил, сейчас это роли не играет. - Слушай, действительно есть кое-что, но я не могу тебе об этом рассказать.
Тэхён усмехается, действительно, он всегда не может. Это только почему-то младший должен ему безоговорочно доверять и обо всём рассказывать.
- Не удивлён. Я тоже тебе не могу рассказать.
- Тэхён, ну что за детский сад.
- Ах, ну извините, что у одного единственного Юнги должны быть секреты. Мы же второй сорт.
- Что за бред ты несёшь?
- Для тебя, может, и бред.
Тэхён поднялся со своего места и ушёл в комнату, заперев при этом её на щеколду. Сегодня он никого больше видеть не хочет. Этот бред. А было ли это таким уж бредом. Юнги старший, он отличается, Юнги старше, у него лучше оценки, Юнги такой хороший в глазах родителей. Такой самостоятельный, опытный, со всем справляющийся. И только Тэ знает о том, что хорошие оценки покрывались плохими, просто эти плохие оценки до родителей не доходили, а к концу триместра он успевал их исправить. Он знал больше, и в его глазах брат явно был не похож на супергероя, только речи затирал геройские. Тэхёну вся семья уже поперёк глотки стоит, до такой степени его это всё замучило. Ни минуты продыха не дают.
Парню впервые хотелось сесть на кровать и совсем по-детски разрыдаться, как он делал в детстве, когда снится плохой сон. Но мальчики не плачут, поэтому он в уже высохших, пропитанных морской солью вещах, ложится под одеяло и старается уснуть.