Гримуар Некроманта. Страница первая

— Старик Банзей говорить, он понимать смысл всех ингредиент, что ты называть. Твой учитель, быть великий целитель. Мы так же думать, это отрава, а не болезнь — сказал Гарубан, а затем продолжил

— Старик Банзей только не понимать, зачем класть белый змеиный цветок? Это бесполезный растение, и очень опасный для собирания. Каков его назначение? — спросил Гарубан, а старик и молодая девушка рядом с ним делали вид, будто внимательно меня слушают. Как будто они понимают хоть слово из того, что я говорю.

— А вы что, не знаете? На первый взгляд, это растение может показаться бесполезным. Но наш великий ученый, магистр Корвус, в ходе своих опытов выяснил, что это растение обладает безграничным потенциалом! Иначе, зачем бы я носил его с собой в сумке? Меня даже укусила змея, когда я пытался собрать его! — гордо выпятив грудь, с важным видом и решимостью в глазах, которой можно смело гнуть гвозди и раскалывать камни, я начал свой рассказ.

— Если бы этот цветок был бесполезен, стали бы змеи так рьяно охранять его? Сам по себе, он не имеет каких-либо полезных или вредных свойств, но это растение является катализатором для других растений! Вы знаете, что такое катализатор?

Гарубан тихонько переводил мои слова по мере того, как я говорил, а старик Банзей с горящими глазами задумчиво кивал головой. Затем Гарубан спросил

— Молодой мастер, что есть катализатор?

— Ооо — я сделал очень важное лицо — катализатор, это такой компонент, который при определенных условиях, может усилить синергию двух лекарственных элементов, значительно увеличивая их совместную эффективность, увеличивая количество полезных веществ и одновременно уменьшая количество вредных примесей — я старался говорить, как можно более заумными фразами, цитируя трактат «о теоретическом смешении трав и лекарственных компонентов». Несколько часов я им объяснял тонкости преобразования белого змеиного цветка, и какие преимущества можно получить, сделав его катализатором. Моя адская смесь из полуправды была очень убедительна. Так же, я очень строго заострил внимание на том, что добиться правильной реакции можно только строго соблюдая определённые условия приготовления. Температура огня должна быть минимально низкая, а пропорции побочных трав могут сильно отличаться, в зависимости от качества и возраста трав и компонентов. В связи с этим, время, когда те или иные травы нужно добавить в отвар, может сильно отличаться. Только так, соблюдая строгую рецептуру, можно полностью раскрыть весь лечебный потенциал отвара. По мере того, как Гарубан переводил мои слова, Банзей с горящими глазами проникновенно кивал головой будто цыпленок, клюющий рис, а на лице было такое выражение, будто он получил божественное озарение.

— Старший лекарь говорить, что за многие лета, что он лечить, никогда не слышать ничего подобного. Ваши мастера иметь великий ум — сказал Гарубан.

— Ты точно обладать необходимый квалификация, чтобы изготовить такой сложный рецепт? — с сомнением спросил Гарубан.

— Конечно. Разумеется, я не смогу сравниться с учителем по чистоте и эффективности этого отвара, но я уверен в успехе по крайне мере на 70% — уверенно произнес я. Видя сомнение в глазах стариков, я даже немного испугался, что слишком красочно расписал сложность приготовления выдуманного мной отвара, и мне могут не поверить, что я действительно способен его сварить.

Старики начали бурно обсуждать что то, а молодая девушка озадаченно смотрела то на одного, то на другого. Спустя некоторое время, Гарубан мне ответил

— Мы дать команда отправлять наши люди, чтобы собирать весь необходимый ингредиент. У нас есть практически все что ты хотеть — Гарубан, как и Банзей, вместе с девушкой, имени которой я до сих пор не знаю, неосознанно, стали очень уважительно относиться ко мне. Ведь смесь из полуправды, которую я им рассказывал, была для них совершенно новым миром.

— Не хватать только белый змеиный цветок. Сколько штук нужно иметь, чтобы начать готовить отвар? — спросил Гарубан.

— Хм, дайте подумать... У нас около 20 больных, по 3 литра на человека, 60 литров... лучше 80... хм... Для одной партии мне нужно.... 30 цветков! — громко выпалил я. Гарубан на мгновение опешил от количества цветов, которые я назвал, а затем быстро перевел мои слова Банзею. Его глаза расширились от шока и удивления, и спустя несколько секунд он что-то ответил.

— Старик Банзей говорить, это очень много. Он никогда не интересоваться этот цветок, но знать, что его собирать табу, очень опасно. Он спрашивать, действительно ли нужно так много? Можно ли его заменять или уменьшать количество?

— Ни в коем случае! — я категорично покачал головой, тихо потирая про себя руки, формируя план побега от этих чокнутых дикарей.

— Ваши люди уже давно болеют, и даже этого количества может быть недостаточно. Если никаких эффектов улучшения не появится, нам придётся увеличить дозу. Каждый больной должен выпивать как минимум три литра моего отвара в день. Спустя несколько дней, мы увидим результат. Так же, мне необходимо, чтобы вы нашли для меня самый большой котел, который у вас есть, с самыми толстыми стенками! И лучше, приготовьте все ингредиенты заранее! Если прервать прием отвара хотя бы на один день, то его эффект полностью сойдет на нет. Возможно, даже придется начинать курс приема заново!

Банзей со своим товарищем переводчиком что-то обсудили, а затем Гарубан мне ответил

— Мы немедленно отправлять наш воин собирать цветок. Завтра они закончить собирать весь необходимый цветок, и мы можем начинать готовить и не отвлекаться.

Я прищурился, посмотрев на старика, а затем сказал

— Гарубан, возможно, вы меня неправильно поняли... 30 белых змеиных цветов... это только на одну партию. Для того, чтобы изготовить следующую, понадобится еще 30... отвар нужно принимать не менее двух недель, и для каждой новой партии, мне потребуется 30 белых змеиных цветков...

По мере того, как я говорил, Гарубана начинало трясти, а глаза начали расширяться, будто вот-вот вылезут из орбит. Видя состояние своего товарища, Банзей подергал за руку, и судя по всему спросил, что происходит. Только спустя около 10 вдохов, Гарубан наконец взял себя в руки, и перевел Банзею то, что я сказал. Если бы не сидели на шкурах, тот старый лекарь наверняка бы упал. Его состояние было примерно таким же, как и у Гарубана. А я про себя начал сожалеть, не слишком ли сильно я загнул с количеством цветов. Они не так уж и редко встречаются, но их очень сложно собрать, так как они растут практически в змеином гнезде. Хоть это и опасно, но нет большой проблемы в том, чтобы найти и собрать 30 штук. Но отвар нужно готовить каждый день в течении двух недель, а это получается уже 420 таких цветков, и прекращать прием отвара ни в коем случае нельзя... Вспоминая весь наш путь, от лагеря, и до момента, как меня взяли в плен, таких цветов я видел может штук 100 или 200. Их часто можно встретить, особенно на болотах, но не настолько часто, чтобы быстро собрать такой объем. С каждым днем, им придется уходить все дальше и дальше от лагеря, в поисках этого растения. В этом и заключается мой план. Пока шли все необходимые приготовления, я приготовил себе целебную мазь, которой обмазался практически с ног до головы, меня вкусно покормили, и я лег спать.

...

Тем временем в лагере Ями.

— Что черт возьми там происходит? — вдруг спросил Мия, а потом продолжила

— Все бегают, как муравьи, словно кто-то разворошил осиный улей.

Этой ночью, в лагере практически никто не спал. Весь лагерь стоял на ушах, все бегали туда-сюда как умалишённые. Во всем лагере стояла дикая суета, и было совершенно невозможно понять, кто их этих бегающих как муравьи людей часовой, где находится его пост, и когда происходит смена караула. Откровенно говоря, Ями сказал, что трудно представить более худшую возможность для проникновения. Услышав это, Мия сильно нахмурилась, но промолчала.

Утром, большое количество всадников на котах покинули крепость. Здоровых котов было очень мало, многие хромали на одну, или несколько лап.

— Да, не скоро они полноценно встанут на ноги, после ваших колючек командир. Каждый раз, когда вижу, задаюсь вопросом, как вам в такое в голову пришло? — тихонько спросил Белбас.

— Тихо — скомандовал Ями, когда мимо проехали несколько всадников.

Командир Ями, вместе со своим отрядом, весь день просидели в засаде, но так и не смогли придумать, как незаметно попасть во вражеский лагерь и вытащить Алтанара. Противников было слишком много, чтобы идти на штурм, и они практически все разбрелись, и тщательно рыскали вокруг лагеря, будто что-то искали. Мия сидела, и тихо причитала.

— Ал, ну ты и трус! Едва попал в плен, сдал всех нас с потрохами!

Ями тяжело посмотрел на нее, а затем, с глубокой печалью сказал.

— Эти туземцы очень жестоки, а Алтанар всего лишь подросток. Не стоило его вообще брать на задание, он еще слишком молод для всего этого. Только бы мы не опоздали.

— Командир, нам точно нужно его спасать? — вдруг спросила Мия, а затем добавила

— Практически весь лагерь бросился нас искать, к тому же, вся наша провизия была в рюкзаках. Мы не можем долго сидеть в засаде. Лишь вопрос времени, когда нас обнаружат, и когда это случится мы уже не сможем уйти.

— А не ты ли больше всех рвалась вчера его спасти, а? — вдруг спросил Белбас.

— Это было вчера — мрачно сказала Мия.

— Подождем еще 3 дня — сказал Ями.

— Но командир... — Мия хотела что-то сказать, но ее перебил Фаркас

— Командир прав. Мы не можем уйти и бросить нашего товарища. Он рискнул всем, чтобы пойти с нами и помочь командиру с ранением, мы не можем просто взять и выбросить его, как изношенный сапог. Мы не знаем, через какие пытки ему пришлось пройти. То, что он держался почти целые сутки уже достойно похвалы. Тем более, в его возрасте.

— Но мы с ним одного возраста! — вскрикнула Мия, а потом зажала руками рот, когда до нее дошло, что она сказала это слишком громко.

— Ты другое дело, а теперь всем тихо — мрачно сказал Ями, и отряд продолжил наблюдать.

...

Следующим утром, во вражеском лагере.

Я рано лег, и хорошо выспался. Любой бы подумал — как можно хорошо выспаться, будучи пленником во вражеском лагере? Да легко! Во-первых, очень удобно спать, когда ты ни к чему не привязан колючей лианой. Во-вторых, есть вещи, на которые я не могу повлиять, а раз так, то какой смысл переживать? Лучшее, что я сейчас могу для себя сделать, это быть бодрым и сытым. И искать подходящую возможность для побега. Самая сложная часть плана позади. Я сумел всех убедить, что цветы крайне необходимы, и без них никак. До полудня меня никто не трогал. Я спокойно обрабатывал свои раны, пока в лагере кипела работа. Я затребовал просто колоссальное количество ресурсов, для своего варева. Ближе к обеду, меня наконец позвал Гарубан.

— Все быть готово. Идти со мной.

Я встал, взял свои вещи, и последовал за стариком. Не знаю где, но эти туземцы и правда раздобыли огромный котел, который по их заверениям может уместить в себя около 80—100 литров воды, а толщина его стенок толще моей ладони. Здоровый зараза, тяжелый, наверное. Его уже наполнили водой, а под ним уже были сложены дрова для костра. Осталось только положить все ингредиенты, и поджечь. Но я же не могу все сделать слишком просто? Иначе, если все будет слишком просто, то зачем буду нужен я?

Внимательно изучив ингредиенты, я отправил помощницу лекаря по имени Каяра к колодцу, что бы она более тщательно промыла некоторые коренья. Меня до сих пор бросает в дрожь ее одежда из человеческой кожи, несмотря на то, что девушка довольно симпатичная.

Наконец, будучи полностью убежден, что все готово, я приступил к готовке. Забраковав несколько белых змеиных цветков только по ведомым мне недостаткам, я добавил первый десяток в чан. Убрав почти все дрова, я зажег очень маленькое пламя, в котором горело буквально полтора полена, и остался караулить его. Каждый час, я добавлял еще по паре ингредиентов в свой чан, который еще даже не начал нагреваться.

В тоже самое время, 2 обычных патрульных внимательно наблюдали за всеми действиями Алтанара.

— Он что, дурак? Такой большой чан с холодной водой, и таким маленьким огоньком, он же до ночи его кипятить будет!

Едва он закончил говорить, другой дал ему подзатыльник.

— Молчи, сам ты дурак! Это ученик великого мастера! Даже наш великий целитель Банзей сказал, что их методы обработки трав на совершенно ином уровне! Раз он сделал такое слабое пламя, значит так надо!

...

С таким огоньком, мое варево закипело лишь к ночи. Я добавил все необходимые ингредиенты, и периодически подливал воду, чтобы все не выкипело. Старик Банзей со своей помощницей постоянно крутились рядом со мной в своей жуткой кожаной одежде. Спустя какое-то время, они начали дежурить около меня по очереди. Не знаю из-за чего, но от моего котла начало исходить странное горькое зловоние. Это было похоже на смесь запаха старых носков, рыбы, и приторно сладкого миндаля. Ко мне несколько раз походил Гарубан, но я уверял его, что это нормально, так и задумано. Я следил за огнем до глубокой ночи, и едва держался, чтобы не уснуть. Когда мне уже совсем надоело сидеть и корчить комедию, я гордо объявил, что мое варево готово, и пошел спать. Перед этим, при помощи Гарубана, я объяснил, что отвар ни в коем случае не должен остывать, и его всегда нужно поддерживать горячим. Горячее обильное питье помогает при простуде, верно? Значит и при отравлении поможет. Прежде чем я ушел, меня заставили самому попробовать отвар, и я не смог отказать. Меня чуть не вырвало от бесподобного вкуса моего варева, а во рту потом всю ночь было мерзкое послевкусие, как будто кошки насрали. А ведь это будут давать больным, по три литра в день каждому. Не ну а что? Они значит могут пытать нас и сдирать с нас кожу, а мне нельзя даже немного их помучить? Я конечно не специально, такой богомерзкий запах с еще более отвратительным вкусом получился случайно, но что с того? Где вообще было видано хоть одно лекарство, которое было вкусными и приятным? Чем противнее на вкус, тем полезнее!

...

В тоже самое время, Мия смотрела, и недоумевала. Что вообще происходит? Алтанар весь день сидит, и с умным видом варит какое-то непонятное зловонное зелье, от которого воротит живот, а запах распространяется на многие километры вокруг. Не похоже, что его там пытают. Более того, его там не просто кормят, но Алтанар еще и указания раздает! Мия не выдержала и сказала

— Какого хрена он там вообще делает!? Мы тут за него переживаем, а он мало того, что сдал нас, так еще и жирует сидит! Еще и баба какая-то около него постоянно крутится! — Мия сжала кулаки, и аж покраснела от злости. Белбас с Фаркасом недоумевающе переглянулись, а Ями тихонько рассмеялся, и сказал про себя

— Хах, а пацан молодец.

...

Следующим утром, меня разбудили возбужденные вздохи и ахи. Едва я вышел из своей палатки, как Гарубан слегка поклонился мне, и сказал

— От лица наш народ, мы благодарить молодой мастер. Твой великий отвар хоть и очень вонять, но помогать наш больной. Они уже чувствовать себя хороший — искренне улыбаясь, сказал Гарубан. За ним стоял старик Банзей и Каяра, а также несколько других вояк, в том числе и женщин. Народу в лагере было даже меньше, чем вчера. Многие отправились искать белый змеиный цветок, в то время как другие, покусанные змеями, отправились в лазарет на лечение. Несколько воинов не вернулось со вчерашнего дня, скорее всего они уже никогда не вернутся. Я долго выслушивал хвалебные тирады. Меня накормили, и попросили сварить больше отвара. Кажется, никто до последнего не верил, что мой отвар сработает. Еще бы он не сработал, я туда столько тонизирующего и обезболивающего напер, что даже слон будет скакать как кузнечик.

Каяра — так зовут ту молодую помощницу лекаря. Ее назначили моим помощником, и она теперь как тень, всюду следует за мной по пятам. Разве что отворачивается, когда я иду в туалет. Скорее всего, ее поставили следить за мной, чтобы в будущем, они могли готовить отвар без меня. Нужно придумать, как усложнить процесс приготовления.

Следующие два дня, я готовил свое варево особенно скрупулёзно. Ведь, теперь у меня появился зритель, еще и довольно симпатичный! Теперь мне уже не было так скучно, как вчера, потому что я мог театрально выделываться, и все это принималось за чистую монету. Но если честно, лучше бы я поскучал, ведь ее приставили ко мне не как «помощницу», а как надзирателя. Я постоянно менял количество токсин выводящих ингредиентов, а также время их добавления в общий котел.

...

Вечером, после того как Алтанар закончить варить очередную дозу лечебного отвара.

Каяра зашла в палатку, с очень недовольным, красным лицом. Она была злая как собака, казалось вот-вот пар из ушей пойдет, а руки, сжатые в кулаки, тряслись.

— Тебе удалось понять, как он готовит свой отвар? — спросил Банзей. Девушка молча опустила голову, и отрицательно покачала головой.

— Неужели он действительно настолько сложный? У тебя же феноменальная память, для тебя это должно быть плевым делом. Сколько времени тебе еще нужно? — вновь спросил Банзей, прищурив глаза.

— Я совершенно ничего не могу понять! — громко вскрикнула Каяра.

— Хоть он и говорил, что температура должна быть низкой, но он постоянно меняет ее! Сначала он кладет больше дров, температура увеличивается, затем они выгорают, температура падает, а потом он опять разжигает большой огонь. А еще травы, за эти два дня он делал все совершенно по-разному! Я никак не могу понять логику приготовления этого отвара, такое чувство, что он просто водит нас за нос! А еще он постоянно выпендривается, даже в мелочах! Как же это бесит! Да когда мне было восемь, я лучше него очищала коренья от поросли! — девушка вывалила все, что скопилось у нее на душе за эти два дня.

Старик глубоко задумался.

— Поначалу, видя, как небрежно он делал свою первую партию, я тоже думал, что он тянет время. Он делал это так... как будто занимается этим впервые в жизни. А этот запах, благослови меня Кохан, я не могу там находиться, у меня от него кружится голова. Но как не странно, это лекарство работает. Больные уже чувствуют себя лучше. У них понемногу появился аппетит, а черные точки уже не так сильно болят. Вполне возможно, что через две недели им и правда станет легче. Но есть новости и похуже. Несколько наших воинов до сих пор не вернулись. Что еще хуже, разведчики говорят, что уже почти собрали весь змеиный цветок в ближайших окрестностях, и теперь придётся расширить зону поиска. Еще более неприятно то, что этот цветок не просто является гнездом для змей, он очень часто растет в местах где водятся монстры. Если мы и дальше продолжим терять людей, то Вождь может просто вернуть всех на свои места, и бросить больных.

— Учитель, вы думаете он действительно может так сделать? — удивленно спросила Каяра.

— Может случиться так, что у него не останется выбора. Люди недовольны, им каждый день приходится рисковать жизнью. Рано или поздно, у кого-нибудь может возникнуть мысль убить нашего пленника, а без него мы не сможем продолжать готовить отвар — мрачно сказал старик Банзей.

— Вы думаете, кто-то действительно может так сделать!? — ошеломленно спросила Каяра, а потом продолжила

— Там же у многих находятся родственники, жены, там мой брат!

Банзей тяжело вздохнул.

— Сейчас люди просто слегка недовольны. Но подумай, что будет дальше? Если цветы уже закончились на ближайших территориях, то что будет через неделю? Насколько далеко им придется ехать? Успеют ли они собрать цветы и вернуться вовремя? А сколько их них вообще смогут вернуться? Этот, Алтанар сказал, что болезнь уже укоренилась в этих людях, и даже двух недель может быть недостаточно. Он всего лишь пленник, если его убьют, никто не будет скорбеть. Но если ты научишься варить отвар, то тебя никто не тронет, потому что ты — одна из нас.

Каяра нахмурилась, и долго молчала. Банзей глубоко вздохнул, а затем сказал

— Наверняка, этот Алтанар умолчал о многих аспектах приготовления своего отвара. Признаться, я впервые слышу эту, его теорию, о катализаторе. Но за годы своей практики, я действительно обнаружил, что некоторые растения, действительно могут взаимодействовать друг с другом, дополняя друг друга и усиливая лечебный эффект, поэтому его слова похожи на правду. Алтанар умный парень, и он так же понимает, с какой целью тебя приставили к нему. До тех пор, пока он нужен нам, к нему будут хорошо относиться, и он будет жить. Но если ты научишься готовить отвар без него, то он утратит свой единственный и самый мощный рычаг давления, поэтому он всеми силами будет стараться скрыть от тебя любые детали. Тебе нужно втереться к нему в доверие. Я попрошу Гарубана, что бы он поучил тебя их языку. Я обещал твоему отцу позаботиться о вас с братом. Беда еще не пришла, но мы уже должны начать готовиться к худшему. Тебе нужно до конца недели понять хотя бы основной принцип приготовления. Даже если твой отвар будет в два, или три раза менее эффективен, чем у этого чужака, пусть нам месяц придется поить твоего брата, но мы должны спасти хотя бы его. Я уже стар, и ко мне Алтанар относится более настороженно, но ты, моя лучшая ученица, еще так молода, но уже многое знаешь. Не показывай ему своих знаний, и незаметно выведай у него все что сможешь.

— Хорошо учитель, я все сделаю — сказала Каяра, с решительным блеском в глазах.

...

Каяра внезапно заговорила. Я в шоке. Насколько я понял, она знает всего около 100 слов. Компенсируя нехватку словарного запаса жестами, она буквально начала выпытывать у меня, что и зачем я делаю. Почему мало дров, почему много, почему я положил кору тосан так поздно, вчера я положил ее раньше. Ей богу, было лучше, когда она молчала! У меня уже голова от нее кругом! Будто маленький ребенок почемучка, с тысячей вопросов из разряда, почему небо голубое. Если буквально вчера, я был весел, и показывал, как играючи я все делаю, то сегодня я был мрачен и немногословен. Она меня достала, и у меня в голове начал зарождаться очередной план.

На следующий день, я все делал, как всегда. Никакой структуры, никакой логики. Клал ингредиенты в котел как попало и когда мне вздумается. Теоретически, я им готовлю простейший чай, из кучи полезных и не очень трав, в котором присутствует легкое обезболивающее и тонизирующая трава. По сути, эти два ингредиента, в сочетании корой тосан, применять вместе крайне не рекомендуется, но свежеприготовленный раствор из этих компонентов дает взрывной эффект бодрости и притупляет болевые рецепторы, от чего больным и раненным кажется, будто им становится лучше. Его иногда дают солдатам перед боем, или раненным, когда нужно срочно отступать. Этот отвар вызывает привыкание, и с каждым приемом теряет эффективность. Если не увеличивать дозу лекарств, то через две недели он совсем утратит свои тонизирующие свойства. Гарубан уже интересовался, можно ли давать такой отвар больше трех литров в день, потому как некоторые больные просят еще. Нужно выждать еще несколько дней. Змеиный цветок наверняка уже начал заканчиваться в местах около лагеря, и скоро воинам и разведчикам придется уходить на большие расстояния, чтобы найти его. Что бы удовлетворить мои потребности, им придется отправить еще больше людей на поиски. Патрульных станет меньше, и это будет идеальное время для побега. Нужно только отделаться от этой настырной девочки.

Время шло к вечеру, и отвар был почти готов. Я положил все необходимое, и в запасе у меня оставалось около 15 белых змеиных цветов. Каяра весь день назойливо крутилась вокруг меня, внимательно следя за каждым моим шагом. Я окликнул ее, и попросил помочь. После двух дней полного отсутствия внимания с моей стороны, на ее лице расцвела лучезарная улыбка, и она быстро подбежала ко мне.

— Каяра, слушай внимательно. Мне срочно нужно отойти... в туалет. Вот-вот подойдет время, чтобы добавить один из главных ингредиентов. Если я не успею вернуться, это придется сделать тебе. Возьми в кладовой один стебель пятнистого камыша среднего размера, и добавь его примерно через 10 минут. На стебле камыша должно быть как можно больше черных вкраплений, ты поняла меня?

Девушка энергично закивала головой и сказала

— Ложить камыш средний один штук много пятен — она показа 10 пальцев — время, да?

— да, все верно — я удовлетворенно кивнул, и отправился по делам.

Спустя некоторое время, в лагере поднялась паника.

Я спокойно сидел в туалете и ждал, как вдруг дверь стали нервно стучать.

— Идти, идти, быстро! — взволнованно кричала Каяра.

Я прочистил горло, и ответил

— Одну минуту. Я почти закончил.

Спустя около 30 вдохов, я вышел. Каяра схватила меня за руку, и бегом потащила в сторону моего рабочего места. Когда мы прибыли, она указала пальцем на котел, и испуганно начала тараторить на смеси из понятных мне слов, и непонятного мне ее родного языка, а в конце подвела итог.

— Камыш ложить, пена — вуууу! — она показала руками что-то большое, вздымающееся откуда-то снизу. Проще говоря, с котла начала валить пена. Не сказать, чтобы ее прям было много, так, слегка. Но в другие разы, когда я готовил свое варево, пены не было, а это значит, что что-то пошло не так. Я с деловым видом подошел к котлу. Вдохнул прекрасный аромат моего варева, деловито разогнал половником пену, и с мрачным лицом, вынес свой вердикт.

— Отвар испорчен. Его нельзя пить.

Каяру всю затрясло, а на глазах начали выступать слезы.

— К.. как нельзя? Испортить... я же положить камыш точно как ты говорить... — ошеломленно произнесла молодая девушка.

Я глубоко вздохнул, а затем спросил

— Ты точно взяла тот, в котором было больше всего черных вкраплений?

Она энергично закивала головой

— А ты проверила, он не был испорчен? Камыш с большим количеством черных вкраплений обычно быстро портится, если его неправильно хранить.

Девушка глубоко задумалась, а потом ответила

— Это камыш лежать в темное сухое место, обмотан ткань, и отдельно от другой трава. Внутри ходить ветер. Я лично его туда ложить, и проверять стебель, он лучший.

Ага, значит ты все-таки не такая глупая девочка, какой прикидывалась, и на самом деле хорошо разбираешься в травах. Я так и знал! — подумал я, прищурив глаза. Девушка увидела, что я задумался, а затем деловито спросила

— Алтанар, почему проблема и быть плохо?

Я махнул рукой, и сказал

— Забудь. Это не твоя вина. Не стоило мне просить тебя помочь мне. Либо на стебле было недостаточно черных вкраплений, либо ты положила его слишком рано. Реакция пошла неправильно, и теперь этот отвар употреблять нельзя, его нужно срочно вылить, и сделать заново. Придется готовить всю ночь, чтобы не прерывать курс лечения, иначе все наши усилия пойдут насмарку, и придется полностью начинать прием отвара сначала. У меня закончились белые змеиные цветки, осталось всего 15. Принеси мне еще столько же, и я начну готовить заново.

Я уже собрался уходить, но девушка осталась стоять на месте, затем тихо сказала

— Заканчиваться... больше нет...

В душе я улыбнулся, но сделал вид что не понял.

— Да, у меня закончились, больше нет. Я не могу начать готовить новую порцию. Принеси мне еще.

Девушка продолжила стоять, а потом сказала

— Ждать. Моя искать.

Затем она развернулась, и медленно пошла в сторону палатки Банзея. Кажется, она едва сдерживалась, чтобы не расплакаться.

Едва Каяра зашла в палатку, она тут же рухнула на колени, и разревелась. Банзей тут же подскочил к ней, и нежно спросил

— Каяра, что случилось? Кто тебя обидел?

Она отрицательно покачала головой, а затем сказала

— Уууу, я все испортила, я бестолочь, уууу, Алтанар поручил мне только добавить камыш, а я облажалась, уууу.

Банзей нахмурил брови, и через некоторое время спросил

— Как испортила? Небольшие расхождения во времени допустимы, и не могут сильно повлиять на эффективность такого рода отвара, я сейчас сам пойду и все выясню

Едва он успел подняться, Каяра сильнее вцепилась в него, и сказала

— Из котла пошла пена, уууу, такого раньше никогда не было, это все моя вина, уууу.

Банзей еще сильнее нахмурился, нежно погладил по голове плачущую Каяру, а затем встал, чтобы пойти и лично выяснить, что же там произошло. Когда они с Гарубаном прибыли, котел уже был опустошен, а вареные травы вычищены и выброшены. Он гневно что-то сказал Гарубану, а тот перевел

— Алтанар, что происходить? Почему отвар выливать?

Я перестал вычищать внутренние стенки котла от налета, и посмотрел на гостей.

— Простите, это моя вина. Мне сильно приспичило в туалет, и я попросил Каяру добавить камыш. Я думал, что успею вернуться до того, как это потребуется, но задержался. К сожалению, на отваре появилась пена. Реакция прошла неудачно. Либо на камыше было недостаточно черных вкраплений, либо его положили слишком рано. Такой отвар непригоден к употреблению, и мне пришлось его вылить. Я уже отправил людей за водой, чтобы немедленно начать готовить заново, чтобы не прерывать курс приема.

Гарубан быстро перевел все что я сказал Банзею. Тот сильно нахмурился, и что-то сказал в ответ.

— Старик Банзей спрашивать, неужели нет способ исправить отвар? У нас заканчиваться трава, особенно змеиный цветок. Его трудно искать. Даже если лекарство терять сильный эффект, оно все еще лекарство — сказал Гарубан. Кажется, он тоже был зол от всего происходящего.

Я серьезно взглянул на них, и сказал

— Как вы знаете, у пятнистого камыша много полезных и целебных свойств. Хотя его корень более полезен, я добавляю лишь малую его часть, заменяя остальное стеблем. Знаете, почему я это делаю?

Гарубан перевел, а старик Банзей прищурил глаза.

— Дело в том, что одним из негативных фактов злоупотребления пятнистым камышом является его пагубное влияние на сосуды и сердце. Так как, катализатор усиливает полезные свойства определенных трав, при неправильном применении он так же может усилить и их негативные свойства. Это как яд, который является лекарством в малых дозах, но является смертельным оружием в больших. Если бы я позволил вам дать этот отвар больным, несомненно, он бы сохранил часть своих целебных свойств. Но пожилые люди, и те, у кого слабое сердце могли бы умереть. Поэтому, я принял решение уничтожить его, и приготовить заново, чтобы не терять времени. Как вы знаете, на приготовление уходит почти весь день, а его запасы быстро иссякают.

Пока Гарубан переводил мои слова, Банзей, внимательно его выслушав потихоньку начал кивать головой, соглашаясь со мной. Затем, он что-то сказал, и Гарубан, сделав суровое лицо, начал говорить

— Банзей говорить, что признавать логика твои слова. Но он так же напоминать, что ты есть пленник, и не иметь право решать и командовать наш человек, уничтожать отвар. Лекарства иметь высокий цена жизнь наш человек, и твоя ошибка иметь серьезный последствия. Отныне, ты готовить отвар единолично, мы запрещать тебе поручать его Каяра. На первый раз мы прощать твой ошибка, но ты нести полный ответственность вперед, иначе мы отрубать тебе уши. Понимать?

Я сделал максимально ответственный вид, и виновато опустив голову сказал

— Я понял. Больше такого не повторится. В будущем, я не буду просить Каяру или кого-то еще делать мою работу вместо меня. Я признаю и понимаю свою ошибку, и глубоко благодарен вам за вашу доброту. Обещаю, я такого больше не повторится.

Едва я произнес свою речь, как пришел Вождь племени.

Гарубан перевел мои слова, но Банзей нервно отмахнулся от него рукой. Кажется, он был в ярости, хоть и старался этого не показывать. Он что-то сказал, а затем резко развернулся и ушел.

— Старик Банзей говорить, что белый змеиный цветок заканчиваться, и ты ожидать. Как только наши воин возвращать, мы дать тебе знать и ты немедленно начинать. Будь готов все время, понимать? — серьезно сказал Гарубан.

Я уважительно кивнул, и ответил

— Я подготовлю все, чтобы начать готовить незамедлительно.

Гарубан кажется тоже был зол. Он хмуро бросил на меня взгляд, а затем ушел. А я вернулся к очистке котла.

...

— Как не хватает!? — Вождь в ярости ударил кулаком по столу.

— Вы же говорили, что вам доставили даже больше чем надо! Так в чем проблема!? — не унимался Вождь.

— Понимаете... дело в том, что отвар... испортился — сказал Банзей.

— В смысле испортился? Что значит испортился!? Вы меня за идиота держите? — кричал Вождь, взглядом испепеляя Банзея, своими налитыми кровью глазами.

— Кхм... такого больше не повторится, я вам обещаю — серьезно сказал старый лекарь, но на вождя его слова никак не повлияли.

— Это тот пришлый виноват да!? Я сломаю ноги этому отродью! — Вождь в гневе встал, и уже собрался идти действовать.

— Постойте, Вождь! — взмолился Банзей.

— Не серчайте, это моя вина! Я подговорил свою ученицу, что бы она вошла к нему в доверие, и выведала у него все секреты приготовления этого лекарства. Оно бесспорно работает, но мы же не можем постоянно быть зависимыми от этого чужака!?

Вождь остановился. Его грудь вздымалась от учащенного пульса, но он начал потихоньку успокаиваться.

— Ты уверен, что он нарочно не подстроил это? — подняв бровь, с сомнением спросил Вождь.

Банзей глубоко вздохнул, а затем ответил

— Поначалу, я так же подозревал, что он подстроил это специально. Но сейчас, внимательно проанализировав ситуацию, я в этом не уверен. Этот катализатор, о котором он постоянно говорит, я никогда не слышал ничего подобного, и никогда бы не поверил, если бы своими глазами не видел, что оно работает. Не спорю, многое из того, что он делает, является ширмой, чтобы скрыть от нас метод и рецептуру, но этот парень по крайней мере охотно идет на сотрудничество. Если мы сейчас его накажем, он может отказаться готовить лекарство, или даже умышленно испортить его так, что наши близкие получат серьезный вред здоровью, который не будет заметен невооруженным глазом. Что касается вопроса, сделал ли он это умышленно, то я поделюсь с вами своими сомнениями. С одной стороны, тот факт, что он попросил добавить один из ключевых ингредиентов постороннего человека, а потом немедленно уничтожил все улики наталкивает на мысли что это могло быть умышленно. С другой стороны, Каяра все время присутствовала рядом с ним и подтвердила, что он использовал ровно одни и те же травы и лекарства, что и раньше. А стебель камыша, который был добавлен последним, она лично выбрала среди многих. Как лекарь, который всю свою жизнь готовил такие настои, я точно знаю, что небольшая разница во времени добавления последнего ингредиента не должна привести к полной негодности отвара. Максимум, это только уменьшит его эффективность. С другой стороны, это теория с катализатором, звучит очень правдоподобно, и в этом отваре буквально нечему пениться. Это так же наталкивает меня на мысль о том, что все это действительно могло быть случайностью. Парню приспичило в туалет, а когда он вернулся, все испортилось. Что бы не нарушать курс приема отвара, он тут же поспешил исправить свою ошибку. Поэтому, я считаю, что его нельзя наказывать в любом случае. Иначе все заболевшие просто на просто умрут, а те разведчики, что отправились искать змеиный цветок и не вернулись — погибли напрасно.

Вождь глубоко задумался. Он медленно вернулся на свое место, и сел. В твоих словах есть мудрость, и я не могу не согласиться. Я уже бросил всех своих воинов, чтобы собирать эти чертовы цветы. Их уже не хватает, а через неделю их будет еще меньше. Отряд, с которым путешествовал этот парень до сих пор не нашли. Мои разведчики доложили, что никаких карательных отрядов замечено не было, а это значит, что люди, с которыми он состоял в отряде либо ушли, и вернутся с подкреплением, либо каким-то образом сообщили о нас, и ждут, когда мы ослабим бдительность, чтобы напасть. Как бы мне не было жаль раненных, я не могу подвергать угрозе безопасность всех нас. Мы ушли с нашей земли и обосновались здесь, и нам больше некуда идти. Дальше, находится территория Медвежьего клана, а они издревле наши смертельные враги. Если мы ступим на их землю, даже если сам Верховный Вождь Единого клана объявит, что мы можем там остаться, эти медвежьи ублюдки найдут способ нас изжить. Битва неизбежна, у нас столько работы! Нужно подготовиться к приходу противника, а вместо этого мы теряем людей, собирая цветы со змеями! — Вождь опять со злостью ударил кулаком по столу.

Банзей тактично выждал, когда Вождь более-менее успокоится, а затем сказал

— Вождь. Там множество заболевших, и их число медленно растет. Мы не знаем источника болезни, но если есть лекарство, есть и надежда. В палатке для больных находятся жены, отцы, матери и дети ваших воинов. В чем смысл победы над врагом, если мы все умрем от этой заразы, которая мучает нас с тех пор, как мы поселились в этих болотах? У нас наконец то появился шанс побороть этот недуг, и если мы его упустим, даже если мы сейчас отобьемся от этих захватчиков, выживем ли мы?

Вождь хотел что-то ответить, но Банзей не дал ему такой возможности, и продолжил

— А что скажут люди, чьи близкие сейчас больны, когда вы объявите, что больше не будете их спасать? Продолжат ли они признавать вас своим вождем? А если бы ваш сын был еще жив, и лежал там, что бы вы сделали?

Вождь в отчаянии опустил голову. Он уже не спал несколько дней, пытаясь решить, как спасти свой народ. Он взглянул на старого лекаря, и устало спросил

— Банзей, что бы ты сделал, будь ты на моем месте?

Старый лекарь задумался, а потом ответил

— Я бы продолжил искать цветы, но отправлял только добровольцев. Может быть, вы не заметили, но у людей появилась надежда. Сейчас заболели члены их клана, но завтра могут заболеть и они сами. Поэтому, я уверен, никто не откажется. Поначалу я думал так же, как и вы. Я даже боялся, что нашего пленника могут попытаться убить, что бы больше не приходилось рисковать жизнью, ради этих цветов. Но вы не видели лица людей, после того как они узнали, что отвар испортился. Даже если к нам идет враг, пока мы его видим, мы можем или убить его, или убежать. А от невидимого врага сбежать невозможно, отчего он наиболее страшен. Я считаю, что нам нужно бросить все силы, чтобы собрать необходимые ингредиенты, и вылечить наших людей. Я в свою очередь, приложу все силы, чтобы перенять знания этого чужака.

Вождь глубоко задумался, а затем ответил.

— Твои слова открыли мне глаза. Я прислушаюсь к твоему мудрому совету, и сделаю так, как ты сказал. Но чужака все равно следует наказать. Так или иначе, он не имел права выливать отвар, не предупредив нас.

Банзей глубоко поклонился, и покинул шатер.

Наступило утро. Не знаю как, но змеиные цветы доставили вовремя. Смертельно устав, я закончил свое зловонное варево и хотел идти спать, но не тут-то было. Прямо около моей палатки меня встретил туземец. Тот самый, которого я увидел, впервые очнувшись в плену, будучи привязанным к столбу. Увидев меня, этот вояка с глупым выражением лица направился в мою сторону. Я понял, что он задумал что-то недоброе, и попятился назад, но врезался спиной в одного из его дружков, который тут же схватил меня. Крича что-то на непонятном языке, меня сильно избили, обновляя начавшие заживать старые раны, и нанося новые. Свернувшись калачиком, я старался защитить руками голову и живот, но все равно было очень больно. Вскоре они прекратили, и когда я обрадовался, что уже все, меня схватили и потащили куда-то в сторону от лагеря. Не зная что делать, я кричал во всю глотку, надеясь что Гарубан или Банзей, или хотя бы Каяра, хоть кто-нибудь меня услышит и спасет, но никто не ответил. Наконец, меня дотащили до окровавленного пня, ударили кулаком в висок, схватили меня за левую руку и положили ее на пень. Когда они достали топорик, я сразу понял, что они хотят сделать, в ужасе закричал и начал вырываться. Эти мгновения показались мне вечностью, я хотел укусить одного из этих ублюдков, но меня держали так крепко, что я не мог и пошевелиться. Вдруг, вдалеке я увидел знакомый силуэт. Это был Гарубан! Я уставился на него с мольбой в глазах. Топор занесли над моей рукой. Кажется, Гарубан что-то крикнул, но эти подонки сделали вид что «не услышали», и рубанули топором. Я услышал удар, и так сильно закричал, что едва не потерял сознание.