Гримуар Некроманта. Страница первая

Прошло еще несколько дней. Не знаю, повезло ли мне тогда, или все это было спланировано, чтобы напугать меня, но топор попал в пень буквально в паре миллиметров от моей руки, лишь слегка поцарапав кожу. Я там чуть не умер от страха, а Гарубан сказал, что люди очень недовольны мной. Они думают, что я специально испортил отвар, и хотят моей крови. Он сделает все, что в его силах, чтобы защитить меня, но не может гарантировать, что подобное больше не случится. Ничего, эти подонки — шкуродеры у меня еще попляшут. Перед побегом, я им такое устрою! Даже если меня поймают и убьют, я хотя бы умру без сожалений.

Уже неделю больные принимают мой «целебный» отвар. После того, как Вождь объявил, что для успешного выздоровления всех заболевших катастрофически не хватает белых змеиных цветов, и нужны добровольны для их сбора, почти все туземцы, населявшие лагерь, согласились помочь. Таким образом, кошачьи разведчики отправились в более дальние и опасные места, в то время как остальные поделились на группы, и начали еще раз, более тщательно, обыскивать близлежащие места. Таким образом удалось быстро восполнить острую нехватку моего главного ингредиента, и я продолжил готовить.

После «инцидента» с испорченным отваром, Каяра стала темнее тучи. Она вновь, словно тень, молча следовала за мной по пятам. С мрачным выражением лица, она постоянно пребывала в глубокой задумчивости. Интересно, что же это на нее нашло? Может съела чего не того. Я надеялся, что она больше не будет помогать мне с готовкой, но увы, ничто не может быть идеально. В последние дни, количество охраны в лагере резко уменьшилось, и это прекрасная возможность, чтобы устроить побег. Я уже сумел подготовить и спрятать небольшое количество припасов в дорогу, осталось раздобыть побольше лекарств и хоть какое-нибудь оружие. Максимум через 3 дня, я должен покинуть это место. Нужно только найти способ избавиться назойливого присутствия Каяры. То, что она перестала задавать кучу вопросов не значит, что она перестала следить за каждым моим шагом.

На следующий день должны были вернуться разведчики с большой партией цветов, но по какой-то причине, этого не произошло. Я очень надеялся, что они не вернутся, потому как мой план включает в себя необходимость выпроводить из лагеря как можно больше людей. Вскоре, по лагерю начали ходить слухи, что люди начали пропадать. Уже третья команда разведчиков не вернулась, номою потребность в цветах удавалось удовлетворить только благодаря усилиям добровольцев, что меня очень печалило. Вместо того, чтобы готовить побег, мне приходилось готовить свое варево каждый день до поздней ночи. Так прошло еще два дня.

Глубоко задумавшись, Каяра вдруг улыбнулась, как будто сумела наконец разгадать вопрос, который мучал ее в последние дни. Бросив все свои обязанности, она направилась в палатку к своему наставнику.

— Учитель Банзей! — сверкая глазами, Каяра без спроса забежала в лекарский шатер, буквально дрожа от нетерпения.

— Что случилось, дитя? Неужели Алтанар уже приготовил отвар, и отправился отдыхать в свою палатку так рано? — подняв бровь, спросил учитель.

Каяра отрицательно покачала головой, а потом сказала

— Учитель, я наконец поняла, откуда взялась та пена в котле! — уперев руки в боки, гордо заявила Каяра.

— Да ну? — Банзей с сомнением посмотрел на нее.

— Каяра, тебе не нужно ничего мне доказывать. Я верю, что там было что-то нечисто, только не знаю что именно. У тебя прирожденный талант к медицине, и я не думаю, что ты могла что-то напутать. Тебе не нужно забивать этим голову. Лучше ответь, как продвигаются твои успехи в изучении рецепта это отвара? Ты поняла принцип его приготовления?

Сверкая глазами, Каяра ответила

— Учитель, нет никакого принципа или сложной обработки. Сколько бы я не пыталась понять его действия, они никак не поддавались логике. Огонь постоянно был или слишком сильным, или слишком слабым, но это не из-за каких-то там высоких требований по приготовлению. Алтанар просто халатно следит за ним, а нам вешает лапшу на уши, будто это его особенный метод. Это же касается и многих других ингредиентов, которые он туда добавляет. Единственное, к чему он относится с максимальной ответственностью, это время, когда в самом начале нужно класть белый змеиный цветок, а также в конце, когда он добавляет кору тосан, листья покаппе и траву шарай. Насколько мне удалось понять, это 4 главные компонента, к которым необходим особый подход, в то время как остальные являются лишь побочным. Этот рецепт очень напоминает измененную версию отвара семи дыханий, который наши воины используют, чтобы укрепить тела слабых и раненных перед битвой. А этот катализатор, как он говорит, помогает придать этому отвару очищающие свойства от других растений, который он добавляет. Время и способ приготовления этих побочных ингредиентов вообще не имеет значения. Более того, я почти уверена, что он специально испортил тот отвар, который начал пениться и испортился якобы из-за меня!

Банзей прищурил глаза, и внимательно слушал. Задумавшись, он кивнул, а затем серьезно сказал

— Продолжай.

— В тот день, когда отвар внезапно начал пениться, реакция Алтанара показалась мне слишком спокойной. То, как он вышел из туалета, с каким лицом он шел за мной... он как будто заранее знал что случилось, и что отвар испорчен. Тогда я не обратила на это внимание, потому что была слишком расстроена, но потом, я не переставая думала об этом, и заметила еще одну деталь.

Банзей задумчиво кивнул, а Каяра продолжила

— После того случая, я заметила, что мои руки странно пахнут. Я знаю запах многих лекарственных растений и ингредиентов, но этот... этот не похож ни на один из тех, что я знаю. Я долго не могла вспомнить, где я могла его почувствовать раньше. Он очень слабый и ненавязчивый, похож на что-то жирное, но его сложно спутать с каким-либо другим. Несколько дней я ломала голову, а потом я наконец вспомнила! Когда Алтанара взяли в плен, и забрали его вещи, два воина поссорились между собой, так как каждый хотел забрать сапоги нашего пленника себе. В итоге, Гарубан дал по шее обоим, отобрал у них обувь и отдал ее мне, чтобы я отнесла ее к остальным вещам этого чужака. Потом, когда Алтанар заявил, что может вылечить наших людей, я, естественно вернула ему его вещи, в том числе и эти самые сапоги. И запах этих сапог, был таким же, как пахли мои руки в тот день, когда отвар испортился! — Каяра торжественно произнесла последнее предложение, как будто мировой заговор был раскрыт, и теперь она готова купаться в лучах славы.

Банзей нахмурился, потер подбородок, а затем сказал

— Ты думаешь, он окунул в котел... сапоги? Прости, но я не совсем понимаю, что ты хочешь сказать — продолжая задумчиво потирать подбородок, хмыкнул Банзей.

— Да нет же! — Каяра топнула ногой.

— Он сказал пойти и взять стебель пятнистого камыша с самым большим количеством темных вкраплений, и я уверена, что после того, как я держала его в руках, мои ладони стали пахнуть так же, как и сапоги Алтанара! Должно быть он обработал это растение каким-то составом, которым обрабатывает сапоги! Он специально сказал мне, что бы я выбрала именно тот самый стебель, а потом, когда я добавила его, произошла реакция и отвар вспенился! — торжественно произнесла Каяра.

— Хм — Банзей опять нахмурился. С одной стороны, в словах Каяры есть логика, но с другой... все это звучит не слишком правдоподобно.

— Если все то, что ты говоришь правда, нужно срочно принять меры. Кто знает, что еще может выкинуть этот пришлый, тем более сейчас, когда в лагере так мало охраны. Но если ты вдруг ошиблась... если он откажется готовить для нас отвар, то все усилия и жертвы, что понесли наши люди могут оказаться напрасны. Я верю, что твои подозрения небеспочвенны, и ты говоришь мне все это не просто так. Что по-твоему мы должны сделать?

Каяра хищно улыбнулась, и прищурив глаза произнесла

— Нужно провести обыск. Когда мы найдем то, чем он обработал стебель камыша — его вина будет доказана. Он знает, что наши люди рискуют жизнями, чтобы достать этот цветок, и если он умышленно испортил отвар... разве это не равносильно тому, что он убил тех, кто достал эти цветы ценой своей жизни!? Если он смог незаметно заставить отвар вспениться, кто знает, что еще он может сделать? Мы должны дать ясно понять ему, что опасно водить нас за нос! К тому же недавно, исходя из своих наблюдений, я попыталась самостоятельно изготовить этот отвар. Я несколько раз все проверила, и он оказался точь-в-точь таким же, как и отвар Алтанара! А раз так, то моя теория оказалась верна! Я по крайней мере на 70% уверена, что даже если отличия и имеются, они не значительны, и не должны сильно повлиять на эффективность лекарства. Поэтому, в крайнем случае, я смогу лично готовить целебный отвар вместо него!

Банзей в задумчивости начал стучать пальцем по столу.

— Не будем действовать необдуманно. Я сообщу вождю — сказал Банзей. Некоторое время спустя, он направился в шатер вождя с мрачным лицом.

...

Мой чудодейственный отвар был успешно приготовлен в очередной раз. Не знаю почему, но вездесущая Каяра почему-то ушла в последний момент, когда я уже заканчивал свой шедевр, поэтому, вместо того, чтобы положить лечебные травы в отвар, я положил их к себе в сумку. Нечего растрачивать ценные ресурсы. Они мне еще понадобятся по пути домой. Я решил. Больше ждать нельзя. Этой ночью, я совершу побег. Закончив варево, я отправился к себе в палатку, попутно выложив травы к себе в заначку, и взяв оттуда кухонный нож, которым мне не так давно повезло разжиться. Им я разрежу палатку, сделав дополнительный выход, и проложу свой путь к свободе.

Этой ночью, я не рискнул ложиться спать, чтобы случайно не проспать свой побег. Вместо этого, я тихо лежал на шкурах, думая о своем. Примерно в тот момент, когда наступила полночь, я решил

— Время пришло! –и начал одеваться. Снаружи вдруг послышался тяжелый топот сапог. Я нахмурился. Чтобы лишний раз не рисковать, я решил раздеться и лечь обратно. Едва я успел снять тунику, как вдруг почувствовал, что эти шаги быстро приближаются ко мне, и через пару мгновений они войдут! Я одетый и обутый лег на шкуры. Пусть думают, что я сплю именно так. Спустя пару вдохов, шкура, что служила мне дверью, была безжалостно откинута, и в мою палатку вошли 3 человека. Это были Вождь, Банзей, и Каяра. Палатка была небольшой, и большее количество людей просто физически не смогли бы здесь уместиться, поэтому, пара солдат остались ждать снаружи.

— Что происходит? — сделав сонное лицо, будто я едва проснулся, я задал очень интересующий меня вопрос. Хрена вам тут посреди ночи надо!? У меня тут вообще-то побег намечается!

— Мы проводить обыск — холодно сказала Каяра. Меня тут же взяли под руки, и вывели наружу, где меня молча встретил Гарубан. Спустя некоторое время, перерыв всю палатку вверх дном, они вышли. Вождь держал в руках кухонный нож, который я припрятал для побега, но у Каяры на лице было раздосадованное лицо. Они некоторое время бурно обсуждали что-то между собой, а затем Гарубан ко мне обратился.

— Как ты иметь нож? Тебе запрещать иметь оружие — холодно спросил старик, глядя мне прямо в глаза. Я сделал максимально спокойное лицо, будто бы это меня вообще не касается, и это они устроили тут не пойми что.

— Это не мое — сухо сказал я первое, что пришло мне в голову. Благо я вовремя стиснул зубы, и не произнес еще более банальную фразу, типа «Вы все неправильно поняли, я все могу объяснить!» Гарубан скривился, будто ему вонючий носок в лицо сунули, и сказал

— Тогда как это находить внутри твой палатка!?

— Я не знаю. Я весь день готовлю для вас отвар, мало ли кто может зайти ко мне в палатку — сделав максимально невинный вид, сказал я.

— Ты держать нас как дурак!? — вскрикнул Гарубан.

— Мы быть один семья! Никто не опускать себя такой поступок! Что ты замышлять!? Отвечать!

— Я понятия не имею, откуда он там взялся. Да и зачем он мне!? Мы с вами договорились, и я держу свое слово — сказал я, сделав максимально оскорбленное лицо, будто они обидели великого мастера, и теперь должны приложить все свои силы, чтобы вернуть его благосклонность.

— Но — продолжил я, не дав никому вставить слово

— Вы можете спросить это у того, кто предложил идею обыскать мою палатку — я холодно посмотрел на Каяру. Я уже догадывался, откуда подул ветер. Гарубан бросил на нее взгляд, от которого та слегка съежилась, а затем сказал что-то на своем языке. Стражники взяли меня под руки, и куда-то потащили.

Меня привели в тот же сарай, с которого когда-то начался мой плен. Он находится в самой дальней сторожевой башне, что расположена на скале, с которой только 2 дороги. Либо вниз со скалы, либо в центр лагеря. Весь мой тщательно проработанный план побега пошел по одному месту. Заначка с едой и лекарствами осталась внизу, недалеко от моей палатки, а расположение этой башни чертовски усложняет мой побег. Даже если я каким-то образом проберусь мимо малочисленной охраны, я не настолько приспособлен к выживанию в дикой природе, что бы выдержать путь домой без лекарств и провизии. Если честно, даже имея все необходимое в своем распоряжении, мои шансы в одиночку преодолеть тот путь, что я проделал вместе с отрядом Ями очень незначительны. Теперь, даже если меня каким-то образом оправдают, то в любом случае приставят охрану, а мой отвар уже начал терять свои тонизирующие свойства, и вскоре мой обман раскроется. А когда они догадаются, что я водил их за нос... моя смерть будет тяжелой. Меня в принципе не убили на месте только потому, что отряд Ями сумел сбежать, и из меня хотели выбить побольше информации, а потом использовать как наживку.

Все-таки правильно говорят, история, имеет свойство повторяться. Я опять сижу связанный, в той же самой башне, как в первый день моего плена. Благо на этот раз, на мне помимо штанов надеты еще и сапоги, а связан я не колючей лианой, а обычной веревкой, а моего разлагающегося товарища по несчастью, что составлял мне компанию в прошлый раз — убрали. У меня в левом сапоге спрятан маленький скребок, который удобно использовать, чтобы очищать поросль с кореньев и веток. Им, я бы легко смог перерезать колючую лиану. Но эти веревки! Сволочи, я же их до ночи пилить буду! Зараза, что же вы такие непостоянные! С другой стороны, тот факт, что меня связали обычной веревкой доказывает, что я им все еще нужен целым и невредимым. Пока еще нужен. У меня есть ощущение, как будто они искали у меня в палатке что-то другое, но нашли нож... может быть... неужели, Каяра догадалась, что я обработал стебель камыша пропиткой для сапог!? Она же первое время практически не имеет запаха, а жирный налет, который остается после нее очень похож на масла, выделяемые пятнистым камышом. Не могла же она... Неважно. Самое главное, что я уничтожил все улики. Жаль конечно было терять эту пропитку, благодаря ей мои сапоги практически не пропускали влагу. Ее невозможно произвести на этом континенте, ее привозят на кораблях с провизией, что прибывают раз в несколько месяцев. По крайней мере, я мудро поступил, что сразу избавился от этой пропитки. Будучи уверенным, что ее не найдут, в этом вопросе я могу быть спокоен, и смело давить на то, что я ни в чем не виноват. Что-то мне подсказывает, что ничем хорошим этот внезапный обыск не кончится. Будучи привязанным сзади руками к столбу, обнимая его всем телом, я попытался встать, а затем, как следует изогнувшись, я поджал ноги под себя, и опустился. Едва не вывихнув плечевой сустав и ногу, с невероятным усилием, мне все же удалось достать скребок. Как же хорошо, что я заранее подготовился к тому, что меня могут поймать! Обидно только, что это случилось еще до того, как я успел убежать... С этими тревожными мыслями, проклиная всех и вся, я принялся пилить веревку, с максимально возможной скоростью.

...

В тоже время, отряд Ями вернулся с очередной вылазки.

— Сколько на этот раз? — скучающе спросила Мия.

— Девять. На обратном пути нас едва нас обнаружили разведчики, когда мы прятали тела, пришлось вступить в бой. Что-нибудь произошло, пока нас не было? — спросил Ями.

— Несколько человек вошли в палатку Алтанара, затем скрутили его, и отвели в сторожевой пост, на склоне. Он до сих пор там. В главном шатре горит свет. Кажется, там что-то намечается.

Ями нахмурился, а затем сказал

— Выдвигаемся. Мы и так задержались. Пора его оттуда вытаскивать.

Фаркас и Белбас, несмотря на усталость после ожесточенного боя, взяли свое оружие. Мия поудобнее перехватила свой лук, и вместе, отряд тихо двинулся в сторону вражеского лагеря.

...

Вождь Дарзал, сын Оврика. Несмотря на свой молодой для Вождя возраст, Дарзал крепко держал в ежовых рукавицах все племя. Его несгибаемая воля и суровый нрав помогли им выжить не только во время вторжения чужаков из Империи, но и найти новый дом на болотах. Во всем, что касалось боевых действий, Дарзал, поспешно занявший место погибшего отца, предыдущего Вождя клана, действовал решительно. Однако, во многих вопросах, не связанных с войной, Дарзал в основном полагался на своих верных советников. Сейчас, был как раз один из таких моментов. На общем собрании решалась судьба Алтанара, и ее влияние на судьбу всего клана.

В большом шатре для собраний, на небольшой возвышенности стоял трон из шкур, а по центру стоял стол, за которым сидели все собравшиеся. Вождь сердито расхаживал, излучая властную ауру, которая заставляла всех съежиться на своих местах. Он явно был плохом настроении.

— Сначала, когда я намеревался казнить его, вы заявили, что этот пришлый — наша единственная надежда, и от него зависит благополучие всего клана. Потом, вы обвиняете его, что он умышленно испортил отвар, потратив множество ценных ингредиентов, ради которых многие из наших людей пожертвовали своими жизнями. Теперь, когда ваши подозрения не подтвердились, в его палатке вдруг находится кухонный нож, который, по его словам, он видит впервые. Я ничего не упустил!? — сказал Вождь, расхаживая по своему шатру из стороны в сторону.

Все дружно кивнули. Банзей хотел что-то сказать, но промолчал.

— Отсюда, я могу сделать только 2 вывода. Либо он настолько хорош, что ему удается водить за нос всех нас, либо — он грозно обвел всех присутствующих взглядом — кто-то из вас мутит воду, пытаясь сделать себе дешевую славу, оставив меня в дураках! — громко крикнул Вождь, ударив кулаком по столу.

— Банзей, Каяра! Ко мне, живо! — громко крикнул вождь, усаживаясь на трон из шкур.

Названный быстро люди встали из-за стола, и вежливо поклонились.

— Вам есть что сказать в свое оправдание!?

Каяра кажется хотела что-то сказать, но Банзей не дал ей раскрыть рта.

— Молодой Вождь, пожалуйста умерьте свой гнев. Проведя тщательное расследование, мы с Каярой, как самые одаренные в познании медицины, выяснили несколько фактов, указывающих на то, что Алтанар намеренно испортил отвар! Естественно, мы не могли действовать своевольно, и попросили совета у нашего мудрого Вождя! К сожалению, этот подлый чужак слишком хорошо подготовился, и уничтожил все следы своего преступления! К счастью, Каяра, благодаря своей проницательности сумела раскрыть рецепт приготовления целебного отвара! Несмотря на риск напрасной траты ресурсов, подсчитав все пропорции, она изготовила малую порцию зелья, которое по вкусу, консистенции и запаху идентично отвару, что изготавливает этот чужак! Я лично подтвердил это, проведя необходимые исследования. Теперь, мы по крайней мере на 70% уверены, что сможем сами готовить лекарство, без необходимости следовать инструкциям этого пришлого! Если раньше, наши руки были целиком и полностью связаны, то благодаря необычайному таланту Каяры, теперь мы сможем спать спокойно, не опасаясь, что этот чужак совершит какую-либо очередную подлость! Да, может быть мы и не нашли тот состав, которым он обработал стебель пятнистого камыша, чтобы испортить отвар, но благодаря прозорливости нашего мудрейшего вождя — мы смогли найти вовремя найти нож в его палатке! Кто знает, с какой целью этот подлец его прятал, и когда бы он применил его против нас!? Этот человек волк, в овечьей шкуре, и наконец то, мы смогли разоблачить его! — с воодушевлением, Банзей закончил свою речь. Большинство присутствующих согласно кивали, однако Вождь продолжал сидеть с мрачным видом.

— Хорошо сказано, старик Банзей. Если вы действительно сможете готовить это лекарство, то все в лагере будут прославлять вас как великих целителей, что разгадали секрет чужака, и спасли нас клан. Но что будет, если у вас ничего не получится, а чужак откажется варить лекарство даже под страхом смерти? — глубоко вглядываясь в глаза Банзея, спросил вождь, а затем продолжил

— А я тебе отвечу, что будет, старик. Курс приема лекарства будет прерван. Жертвы, которые принесли наши люди, окажутся напрасными. Глупый вождь самолично уничтожил наш единственный шанс на спасение, а храбрый Банзей со своей ученицей, не жалея сил, ищут лекарство, вот что скажут люди. Не спорю, в этом есть и моя вина, ведь это я послушал твои лживые речи. Но неужели ты думаешь, что я настолько глуп, что буду продолжать верить в тот бред, который ты несешь!? Пацану всего 15, и я своими глазами вижу, что отвар работает, ноя не верю, что он настолько умен, чтобы обвести всех нас вокруг пальца! Зато ты... ты Банзей, это другое дело! Думаешь я не знаю, что ты уже давно метишь на мое место? Чужак готовил лекарство, а твоя ученица, которая должна была помогать ему, испортила его. Ради общего дела, я решил закрыть на это глаза. Мне даже показалось, что ты отбросил свои амбиции, и искренне переживаешь за судьбу нашего клана. Однако твоя ученица, в попытках оправдать себя, выдумала красивую историю, в которой ты увидел возможность. В случае успеха, ты сможешь прославиться, в то время как в случае неудачи, я буду вынужден отвечать за твой провал. Из уважения к тому, что ты сделал для нашего клана, я не стану расследовать, кто подложил нож этому чужаку, и как он оказался в его палатке, даже если он действительно украл его — мне все равно. Мы сделаем следующим образом. Я слышал, брат Каяры тоже болен, так ведь?! Его вы будете лечить отваром, который вы готовите сами. Если он умрет, вам придётся нести наказание за свои поступки. Остальным, Алтанар будет готовить отвар, как и прежде. Так как ты лично подтвердил, что лекарство действует, ты будешь продолжать следить за тем, чтобы чужак не выкинул никаких фокусов, а в случае, если отвар утратит эффективность — будешь так же нести ответственность. О том, как убедить его вернуться к работе... так как ты со своей ученицей заварил эту кашу, то тебе и решать эту проблему. Мне все равно как вы это сделаете, пусть Каяра греет ему постель, если придется, но если он откажется... — Вождь хищно прищурился, глядя на Банзея и Каяру, от чего у тех моментально онемели затылки, а спины покрылись холодным потом. Чувствуя несправедливость обвинения, но не смея ничего возразить, Банзей и Каяра глубоко поклонились, и, с разрешения Вождя, покинули шатер.

После того, как они отошли на приличное расстояние, Каяра не выдержала. Она остановилась, и обиженным тоном обратилась к учителю

— Это не справедливо! Клянусь вам, я не подкладывала тот нож! Как Вождь может быть таким недальновидным!?

— Тсссс — заткнув рот Каяре, прошипел Банзей.

— Ты совсем сдурела!? Хочешь, чтобы нас казнили за измену клану? Никогда больше не говори ничего подобного в слух! Идем! — сухо сказал старый лекарь, и Каяре не оставалось ничего другого, кроме как последовать за учителем.

Спустя некоторое время, когда они удалились на достаточное расстояние на пути к сторожевому посту, где сидел Алтанар, Банзей внимательно осмотрелся по сторонам. Убедившись, что никого нет поблизости, он опустился на корточки, и нежно погладил ладонью Каяру по щеке, а затем произнес

— Не стоило нам говорить с Вождем и затевать обыск. Прости меня, это моя вина.

Каяра едва держалась, чтобы не расплакаться. Ей было очень обидно, что ее не только несправедливо обвинили, но досталось еще и ее учителю! А от слов вождя, что Алтанара нужно убедить, даже если ей придется греть ему постель... ее лицо покрывалось краской, и ее начинало трясти от злости. Она была готова убить себя, но не дать прикоснуться к себе этому грязному бессовестному чужаку! Однако в тот момент, когда она увидела боль в глазах учителя, с которой он смотрит на нее, она не выдержала и расплакалась.

— Учитель, вам не за что винить себя! Это все моя вина! Если бы я не выдумала всю эту историю с сапогами, вам не пришлось бы краснеть перед Вождем. Наверняка, это все был плод моего воображения, и я действительно что-то напутала, когда добавляла пятнистый камыш. Но в одном я все равно права! Этот бесстыжий чужак точно водит нас за нос! Вы ведь сами сравнивали наши отвары, они ничем не отличаются!

В то время как Каяра тараторила без умолку, учитель просто стоял и молча смотрел на нее. Когда Каяра поняла, что учитель молчит, она вдруг взглянула на него, и спросила

— Учитель, все хорошо? Почему вы так смотрите на меня?

Банзей глубоко вздохнул, а затем сказал

— Я постараюсь его припугнуть и скажу, что я его выпустят только благодаря моим стараниям, но если его убедить не получится... — старик сделал глубокий вдох

— Если у меня не получится убедить его, тогда тебе придется пойти к нему. Скажешь, что это ты подложила нож и соблазнишь его — с трудом сказал Банзей.

Глаза Каяра округлились, и стали похожи на два небольших блюдца.

— Что? — ошарашено спросила она.

Банзей хотел что-то сказать, но я Каяра продолжила

— Нет... я же не... нет! Я не буду делать этого! — она хотела вырваться и убежать, но Банзей крепко ее держал за плечо.

— Дитя послушай... я бы никогда не заставил тебя делать что-то подобное... но в этот раз, это не от меня зависит... это приказ вождя. Если мы ничего не сможем сделать, то нас обвинят в измене. Я тебе обещаю, что мы отомстим, как только закончится это бедствие, но до тех пор... есть некоторые вещи, которые мы не хотим делать, но ради общего блага...