Железо и кровь

Мне все же пришлось практически тащить парня на себе большую часть пути обратно. Его правая нога была серьезно ранена, он едва мог опираться на нее. Еще хуже дело обстояло со спиной. Мне приходилось поддерживать его, пропустив руку у него под мышкой и обхватив за спину, но каждое касание бередило раны и вызывало вспышки боли. Но Северин старался не показывать, как сильны его страдания.

К нашей невероятной удаче начался ливень. Мощные струи воды смывали кровь, которую после себя оставлял Северин, и скрывали нас от любопытных глаз. В такую погоду сложнее ориентироваться в едва знакомом городе, так что несколько раз мы свернули не туда и были вынуждены разворачиваться и идти в другую сторону.

Подставной дом встретил нас сухостью, пылью и темнотой. Сейчас мне было глубоко наплевать, привлекали мы к нему внимание или нет, поэтому я просто зажгла огненный шар и подвесила его под потолком, озаряя пустое пространство.

Северин оперся плечом о стену и позволил мне порыться во внутреннем кармане его многострадальной куртки, чтобы вытащить ключи. Он едва не скользнул на пол, пока я занималась дверью.

– Только не смей терять сознание! – рыкнула я. – Мне никогда самой не найти путь в этой путанице подвальных коридоров.

Северин не то усмехнулся, не то скривился от боли.

– Как ты выбралась из замка в тот раз?

– Выпрыгнула.

– Выпрыгнула?

– Да. Прямо в море.

– И не разбилась?

– Как видишь.

– В следующий раз воспользуемся твоим способом.

Я только фыркнула в ответ.

Путь обратно по туннелю длился целую вечность. Мне приходилось помогать Северину двигаться в гору, пока он указывал верный путь. То и дело он пытался вырваться из моей хватки, чтобы идти самостоятельно, но от этого было больше проблем, чем пользы, так что пришлось пригрозить ему браслетами, чтобы успокоился.

Нам приходилось часто останавливаться, чтобы отдохнуть, ведь даже мои силы начали потихоньку иссякать. Руки, ноги, спина – абсолютно все болело от долгого хождения по городу, плаванья и веса Северина, но ему все равно было хуже. Даже злорадствовать над его состоянием не получалось.

Во время коротких остановок я тихо рассказывала ему о наших с братом проделках в Доме Камня, по сравнению с которыми прыжки со скал казались сущим пустяком. Истории помогали ему оставаться в сознании, думать, задавать вопросы, которые становились все менее и менее связными.

Пробраться обратно не составило большого труда. Здесь все так же царило безмятежное спокойствие глубокой ночи. Впрочем, оказавшись на улице, я заметила, что горизонт на востоке начал светлеть. Это значило, что нас не было практически всю ночь, а обитатели замка вот-вот проснуться, и тогда нечего и мечтать о том, чтобы дойти в мои покои незамеченными.

Я решила, что будет разумно воспользоваться обычными коридорами. В такой час встретить здесь людей было намного сложнее, чем в коридорах для слуг.

Ввалившись в комнату, мы оба с облегчением выдохнули. Я устроила Северина на кровати, а сама вызвала служанку.

– Что ты делаешь? Я же сказал, мы не должны никому рассказывать о произошедшем!

– Не волнуйся, ей можно доверять. Тем более я не собираюсь показывать тебя.

– И как же она поможет?

– Не моя служанка будет лечить твои раны, Северин.

– Неужели ты сама возьмёшься за это?

– Нет, меня вообще к больным лучше не подпускать. Особенно к тебе. Я все еще не решила, не стоит ли просто навсегда облегчить твои страдания.

Лили появилась быстро. Я знала, что если я вызывала служанку поздно вечером или рано утром, первой приходила именно младшая девочка, а она точно не выдаст моей тайны. И хотя я полностью доверяла Лиз, последняя размолвка по поводу обучения Лили и необходимость скрывать это самое обучение не давали покоя.

И все же я решила не пускать девочку внутрь, а вместо этого поджидала ее в коридоре для слуг. Лили выглядела немного заспанной, но с любопытством выслушала мою просьбу, пообещала никому ничего не говорить и, схватив наскоро нацарапанную мною записку, унеслась в глубь замка.

Я вернулась в комнату и быстро развела огонь.

– Прости, я запачкал кровать кровью.

Его голос был тихим, едва слышным за шумом дождя за окном и треском бревен в камине.

– Ничего страшного. Раздевайся.

Парень выгнул бровь.

– Так вот в чем состоял твой хитрый план. Затащить меня в свою комнату, уложить в кровать и заставить раздеться?

– Вижу, чувство юмора уже вернулось. Раз так, тебе больше не нужна помощь. Можешь выметаться.

– Ладно, ладно, твоя взяла.

Северин примирительно поднял руки и попытался улыбнуться, но я заметила, как его лицо на мгновение скривилось от боли. Светлая кожа казалась мертвенно бледной, на лбу и скулах выступила испарина. Я не выдержала и дотронулась до его лба. Он был горячим, но все же не настолько, чтобы стоило по-настоящему тревожиться.

– Я просто устал. Нужно выспаться и все пройдет.

– Раздевайся.

Я отвернулась и терпеливо ждала, пока парень послушно стягивал одежду.

– Мне нужна помощь. Пожалуйста.

Я обернулась. Северин смог снять обувь и ремни для крепления оружия, так что все это добро теперь валялось в изножье кровати. Но вот с рубашкой и штанами было сложнее. Глубокие порезы на спине не давали свободно двигаться.

Я подошла к нему и забралась на кровать так, чтобы оказаться сзади. Вытащив нож из-за голенища, я вспорола мокрую грязную ткань, стараясь не задеть раны. Остатки рубахи просто стянула с рук. Когда дело дошло до штанов я смутилась, но выбора не было. От них тоже предстояло избавиться.

Северин не издал ни звука, пока я кромсала его одежду, хотя я была готова поспорить, что ему было так же неловко. Оставив парня в одном нижнем белье, я поспешила отвернуться и подошла к камину. Пламя уже разгорелось достаточно, и я отправила всю грязную одежду прямо в огонь. Мокрая от морской воды и крови ткань дымила и никак не хотела загораться, так что пришлось помочь.

– Прости.

– За что именно? – Я отвернулась от огня.

– За то, что весь этот поход был зря. Ты так и не смогла поймать своего убийцу.

– Зато мы узнали, на кого он работает.

Северин поморщился, а затем смешно вытаращил глаза. Его зрачки были расширены от шока и боли.

– Ты видела?

– Да. С Кирноном был Готто. И еще один человек, не знаю его имени. Никогда прежде его не видела.

– Сможешь описать?

– Было темно, но, думаю, смогу.

– Нужно сообщить Королеве. Если они поняли, что за ними следят, то наверняка тут же попытаются покинуть город.

Северин попытался встать с кровати, его раненная нога могла бы выдержать, но он поскользнулся на собственной крови. Парень рухнул бы, если бы я его не удержала, хотя и мои сапоги скользили на мокром каменном полу.

– Лежи, глупый мужчина!

Он открыл было рот, чтобы начать спорить, но в этот момент дверь, ведущая в покои, распахнулась, и в комнату влетела Аника. Ее черные волосы в абсолютном беспорядке, халат кое-как накинут поверх простой ночной рубашки, а в руках целая корзина, источавшая сильный травяной запах. Девушка явно очень спешила, получив мое послание.

– Аврора, что случилось? Ты в порядке? – подруга сильно запыхалась, пока бежала, но, даже не остановившись, чтобы перевести дыхание, бросилась осматривать меня. – Ты вся грязная, вся в крови! Ты ранена! Что случилось?

Только сейчас я поняла, как ужасно выгляжу. Одежда вся запятнана кровью и стояла колом от соленой морской воды. Песок и водоросли забились в волосы, и даже лицо покрывал слой грязи после хождения по древнему мрачному туннелю.

– Помощь нужна не мне, – я поспешила успокоить подругу. – Но пообещай, что не будешь злиться.

– Хорошо.

Аника насторожилась и оглядела комнату прежде, чем я успела ей все объяснить. И, естественно, увидела полуголого Северина, сидящего на моей кровати.

– Что он здесь делает? Что тут вообще происходит?

– Ты обещала не злиться, помнишь? Аника, ему нужна помощь. Обработай его раны, а потом я тебе все объясню. Пожалуйста.

Аника молча смотрела на меня, ее глаза сверкали бешенством и метали молнии. И все же она кивнула и подошла к Северину. Вид его обнаженного тела ее явно совершенно не смущал. Она велела ему развернуться, быстро осмотрела раны и начала молча копаться в корзинке.

– Лили пришла с тобой?

– Да, она ждет снаружи.

Я снова вышла в коридор для слуг. Лили стояла около двери, переминаясь с ноги на ногу, явно не зная, что теперь делать.

– Спасибо, Лили. Ты ведь никому ничего не говорила?

Девочка отрицательно помотала головой.

– Хорошо. Сможешь выполнить еще одну просьбу? Приведи сюда Королеву.

– Но что мне ей сказать?

– Скажи, что это срочно и касается двух Претендентов. – Если Северин не лгал, то Королева прекрасно знала, что мы сегодня выходили из замка, и должна была ожидать новостей.

Лили снова умчалась выполнять поручение, а я вернулась в комнату.

– Чем я могу помочь?

– Просто принеси чистой воды. Раны сначала нужно хорошо промыть. Там куча грязи.

Я послушно кинулась в ванную и притащила небольшой тазик с теплой водой. Аника забрала его и принялась вычищать раны с помощью чистой ткани. Несмотря на явную злость, все движения девушки были невероятно аккуратны и нежны. Северин ни разу не вздрогнул, пока она обрабатывала раны, но я видела, как побелели костяшки на его кулаках, когда он крепко сжимал одеяла.

Аника отложила тряпку и велела вынести кровавую воду. Когда я вернулась, она уже начала накладывать швы на самую глубокую и широкую из ран. Заметив меня, она велела взять из ее корзинки ступку и пестик и перетереть вместе несколько трав. Они должны были облегчить боль, ускорить заживление и помешать воспалению тканей.

Я отвлеклась, когда в дверь тихо постучали. Королева даже не стала дожидаться, пока я полностью открою дверь. Она просто влетела в комнату, едва не сбив меня с ног. Ее взгляд тут же нашел Северина.

– Что произошло? – Женщина в ужасе рассматривала кровавый беспорядок, в ее голосе слышалась настоящая паника.

– Не волнуйтесь, Ваше Величество. Все будет в порядке.

Аника недовольно нахмурилась и цыкнула на Северина, когда тот попытался подняться с кровати. Нам осталось только наблюдать, как она накладывает швы. Закрепив последнюю повязку, девушка устало выдохнула и смахнула с лица прядку волос. Я даже осмелилась предположить, что ее гнев иссяк.

– Раны довольно глубокие, но не смертельные. Ему очень повезло, особенно с ногой. Никакие сухожилия не задеты, повреждены только мышцы, но они восстановятся. Вот, – Аника сунула руку в корзинку и вытащила пару небольших тканевых пакетиков. – Завари и дай ему выпить. Этот сбор поможет ему быстрее восполнить потерю крови. Здесь хватит на три порции. А вот это снимет боль, но использовать нужно по чуть-чуть.

– Спасибо, – Северин уже не пытался встать с кровати. Его длинные темные ресницы трепетали, пока он боролся со сном. – Спасибо большое, Аника.

– Я сделала это не ради тебя, а ради Авроры, – Аника ткнула в меня пальцем. – А ты, подруга, определенно обладаешь нездоровой тягой к мазохизму, раз спасаешь своего неудавшегося убийцу! – она схватила меня за рукав и оттащила подальше от кровати. – А теперь, во имя Троицы, объясни, что тут происходит!

– Это будет не просто.

– Попытайся.

Я отвернулась от девушки, чтобы посмотреть, как Королева подошла к постели и склонилась над Северином. Он начал что-то ей рассказывать, но его голос был слишком тихим, чтобы услышать слова. Неожиданно Королева протянула руку и нежным жестом смахнула прядку волос с его лица. Взгляд Северина быстро метнулся в мою сторону, и я тут же перевела внимание обратно на Анику. Та даже не заметила произошедшего, по-прежнему разглядывая меня.

– Мы следили за Кирноном Стойном.

– За кем?

– Кирнон Стойн. Один из лучших наемных убийц столицы. Это он отравил бокал в тот самый первый вечер.

– То есть ты пошла следить за одним своим несостоявшимся убийцей в компании другого?

Я слегка пожала плечами, не в силах отрицать очевидного.

– Аврора, ты совсем с ума сошла?

– Иногда мне так кажется.

– Ты могла хотя бы мне сказать!

– А ты бы согласилась пойти с нами?

– Нет! И тебя бы не пустила!

– Мне не нужно ничье разрешение! – Дома отец контролировал каждый шаг, а здесь этим решила заняться Аника? Вот уж нет.

– О чем ты только думала?

– Я должна была узнать, кто именно пытался меня отравить!

– И тебе не пришло в голову, что это может быть очередная ловушка? Что они могли быть за одно? – Аника махнула рукой в сторону кровати.

– Если это была ловушка, то очень плохая. Посмотри на него. На нем же живого места нет. К тому же я узнала, кто нанял Кирнона.

– И кто же?

– Готто. Он точно врет о своей непричастности к беспорядкам на юге. Но это все, что нам удалось узнать.

Нас снова отвлекла Королева. Она в последний раз потрепала Северина по плечу, кивнула на прощание и стремительно покинула комнату. Я так и не смогла понять, какие эмоции отобразились у нее на лице.

– Я рада, что ты узнала имя своего убийцы, – Аника махнула рукой и принялась собирать обратно свои лечебные травы. – Только надеюсь, Аврора, ты понимаешь, что делаешь. Не забывай, что он с тобой сделал.

– Я никогда не забуду, – будто в подтверждение моих слов шрамы на шее заныли, и я невольно поднесла к ним руку.

Аника одобрительно кивнула, в последний раз кинула яростный взгляд на Северина и тоже вышла. Я закрыла за ней дверь и защелкнула замок.

– И что теперь?

Но вопрос не получил ответа. Парень уже крепко спал. Тихое сопение оставалось единственным звуком в просторной комнате. Несколько мгновений я молча наблюдала за его безмятежным сном. Знала, что должна была испытывать к нему неприязнь, даже ненависть за гнусный поступок. Но почему это становилось так сложно? Сейчас, спящий и беззащитный, он выглядел совсем юным и невинным.

Я отвернулась. Не стоит думать так об этом парне. На том корабле я поняла – он был убийцей, хотя и старался скрыть это за маской совести и добродетели. Именно поэтому не смог убить меня сам.

Но разве я была лучше? Перед мысленным взором появилось воспоминание о мужчине с разорванным горлом. Морская вода смыла с меня его кровь, но я прекрасно помнила, как она стекала по лицу, пропитывала одежду.

Никогда раньше я не убивала людей, только верминов, в которых не осталось ничего человеческого. Отец почти с самого детства брал меня на суды, которые проходили в Доме Камня, и заставлял присутствовать при вынесении и исполнении приговоров, даже если речь шла о смертной казни. Он всегда говорил, что если у нас есть сила осуждать людей на смерть, то и исполнять приговор тоже стоило нам. Это было бы честно.

Именно поэтому я всегда думала, что убивать очень сложно. И невероятно ошибалась. В пылу битвы не было времени подумать, хорошо я поступаю или плохо. Была лишь одна цель – выжить. И все же, сейчас изумленное лицо убитого мужчины отказывалось покидать мое сознание. Слова Северина, сказанные в темном коридоре, неожиданно обрели смысл.

Я в последний раз взглянула на парня и тряхнула головой, отгоняя назойливые мысли. Неважно, что произошло сегодня, я все равно должна оставаться настороже. А еще мне точно следует принять ванну, чтобы смыть с себя всю эту грязь. Пора расставлять приоритеты, Аврора.

Я решительно отправилась покорять ванную комнату.

***

Через пару часов в комнату постучался Джозеф. В это время я дремала на своей кушетке, пока кровать была занята Северином, но даже такой тихий звук мгновенно вырвал меня из сна. Старый охотник зашел в комнату и объяснил, что его послала Королева, чтобы забрать Северина в его собственные покои. Он даже принес с собой свежую одежду, так что я поспешила выйти, давая им немного пространства.

Наша маленькая вылазка осталась незамеченной. Уже с утра Северин завтракал со всеми остальными как ни в чем не бывало. Войдя в комнату, он даже не хромал, но, когда наши взгляды пересеклись всего на секунду, его глаза показались мне слегка покрасневшими и стеклянными, а зрачки чересчур расширенными. Видимо, он принял снадобье, помогающее избавиться от боли, одно из тех, что оставила Аника.

А вот Готто в комнате не было. Его место за столом оставалось свободным. Как и место Королевы. Она тоже не явилась на завтрак в первый раз за все время Восхождения.

Северин старательно меня игнорировал. Наверное, он вел себя так, потому что никому не стоило знать, что мы пришли к некому взаимопониманию после произошедшего на Первом Испытании. Но мне было даже легче. Я не знала, как следует к нему относиться. Он извинился передо мной и храбро сражался на корабле (хотя в это сражение мы попали тоже не без его участия). Но что, если все это только еще одна уловка, чтобы ослабить мою защиту и усыпить бдительность? Нет, Аника определенно права: чем меньше мы общаемся, тем лучше. Проще продолжать ненавидеть его и презирать.

– Ты пойдешь сегодня на Арену? – спросила Аника.

Мы ходили на Арену каждый день на протяжении всей прошедшей недели, но на песок так и не вышли. Аника предпочитала наблюдать и изучать стратегию и приемы противников, а я просто не думала, что хоть кто-то из них сможет одержать надо мной верх во время магического поединка. И никакое оружие им не поможет. Я знала, что отец не одобрил бы излишней самоуверенности, так что смотрела на тренировки, просто чтобы заглушить голос совести.

– Нет, сегодня я займусь чем-то более интересным.

– Да? Проберёшься в логово пиратов? Попытаешься в одиночку сразиться с сотней воинов? Или не одна, а с Северином?

Я тихо зашипела на подругу и оглянулась вокруг, но остальные Претенденты продолжали завтрак и не обращали на нас особого внимания.

– Пожалуйста, потише! – Аника только тихо рассмеялась в ответ и покачала головой.

– Делай, что хочешь, но хотя бы помни об осторожности.

Я слышала скрытую грусть в голосе подруги, но что я могла поделать? Аника была очень зла на Северина и справедливо ожидала от меня такой же злости, но я пошла на сотрудничество с ним. В глазах Аники это просто предательство.

Я отодвинула недоеденный завтрак и встала из-за стола. Сегодня находиться здесь было невыносимо, а в отсутствии Королевы мы были вольны покидать комнату, не дожидаясь конца трапезы.

Вернувшись в комнату, я увидела, как Лиз убирает мою постель. Джозеф забрал с собой испорченные простыни и принес свежие. По выражению лица служанки было невозможно понять, заметила ли она подмену.

– Лиз, ты не могла бы позвать Лили? Я собираюсь в город и хотела, чтобы она меня сопровождала.

– Как будет угодно, миледи.

Когда Лиз ушла, я зашла в гардеробную и плотно закрыла за собой дверь. Здесь, в одном из ящиков, была тщательно спрятана одежда, которую я носила во время ночной вылазки из замка. Ее пришлось выстирать и высушить, а потом убрать подальше с глаз долой. Я вытащила аккуратно сложенный свитер, но сама одежда меня мало интересовала. Я отвернула края и уставилась на короткий кинжал, который дал мне Северин. Лезвие тускло блеснуло.

Я встряхнула головой и кинула свитер обратно в сундук, а кинжал засунула за голенище сапога. «Чтобы отдать Северину при встрече», – напомнила я себе.

Раздался стук в дверь, я быстро вскочила на ноги и, поправив одежду, вышла обратно в спальню. Меня уже ждала Лили, облачённая в короткий плащик поверх обычной формы. От нетерпения она топталась на месте и заламывала руки.

– Сегодня наш урок состоится в городе. Поспешим.

Девочка разве что не запрыгала от радости. Она буквально завалила меня вопросами, но я не сдавалась. Зачем портить сюрприз?

Сегодня в городе праздновали первый день осени. Это значило, что урожай созрел и настала пора его собирать, но прежде нужно обязательно принести подношение Троице. А любой церковный праздник – прекрасный повод как следует повеселиться. В городах устраивались магические представления, устанавливали шатры и разводили огромные костры, а от запаха всевозможных яств кружилась голова. Я особенно сильно любила запеченные яблоки и сливовые пироги и отчаянно надеялась, что и в столице смогу раздобыть что-нибудь подобное.

Ярмарка меня не разочаровала. Здесь действительно было на что посмотреть. Повсюду развивались флаги с восходящим солнцем Серраннона, жители города облачились в лучшие наряды, чтобы выйти на улицу, и каждый считал своим долгом надеть что-то оранжевое или зеленое в честь наступившей осени. Я в своем черном наряде сильно выделялась, но сегодня на меня почти не обращали внимания, чему я была очень рада.

Я купила цветастый красно-оранжевый платок для Лили и повязала его ей на голову, хоть девочка отчаянно отказывалась от подарка. Но в ее глазах я все равно видела искреннюю радость.

Наконец мы вышли прямо к огромному разноцветному шатру. Он был больше и выше остальных, изнутри то и дело доносились восторженные крики, а чтобы попасть внутрь, предстояло выстоять в длинной очереди. Я оставила Лили ждать, а сама отправилась раздобыть нам что-нибудь вкусное, так как после ночной прогулки по городу я почти ничего не съела за завтраком.

Я вернулась как раз вовремя, чтобы заплатить за билет. Но едва продавец обратил внимание на цвет моей одежды, то подпрыгнул и засуетился. Позвав своего юного помощника, он велел отвести нас в специальную ложу для знатных гостей. Мужчина даже отказался взять деньги, сколько бы я ни предлагала оплатить проход. В итоге пришлось сдаться, чтобы не задерживать очередь, и послушно пройти за проводником.

Усевшись на удобное кресло и устроив Лили рядом, я отдала ей один из купленных тыквенных пирожков и велела внимательно смотреть на сцену, где вот-вот должно было начаться представление.

Лили несказанно удивилась, когда увидела, что все вышедшее на сцену артисты не старше ее самой.

– Что это за место? Не похоже на цирк, – в голосе девочки сквозило явное сомнение. – Почему на сцене одни дети?

– Потому что это вовсе не цирк. Это показательное выступление учеников академии. Той самой, в которую Лиз запретила тебе поступать. Такие выступления устраивают каждый год, чтобы воспитанники могли показать, чему научились. А еще, именно здесь именитые маги часто находят талантливых учеников, – я тихонько указала Лили на сидящих в ложе мужчин и женщин с надменными лицами и в богатых одеждах. У меня не было сомнений на их счет, ведь я чувствовала исходящую от них мощную энергию чистой силы. – Считается, что обучаться у мага более почетно, так что дети из кожи вон лезут, чтобы показать свои навыки.

– Вы тоже сюда пришли, чтобы найти учеников? – Лили выглядела испуганной, как будто думала, что я вот-вот выкину ее вниз к остальным, а сама займусь подбором кого-нибудь получше.

– Нет, одной несносной ученицы пока хватит. Но я хочу, чтобы ты внимательно смотрела на сегодняшние выступления и запоминала все-все. На следующем занятии мы как следует обсудим увиденное и попытаемся сделать выводы.

Моя подопечная заметно повеселела и принялась за пирожок, когда поняла, что я вовсе не собираюсь от нее отказываться.

– А я могу принять участие?

– Пока слишком рано, ты должна еще многому научиться, прежде чем сможешь продемонстрировать что-то по-настоящему стоящее. Но, возможно, на следующий год ты могла бы попробовать пройти подобные испытания.

Представление наконец началось. На арене внизу остались стоять два мальчика, остальные дети поспешили убраться обратно за занавес. Мальчики поклонились трибунам, а затем отвесили отдельный поклон для ложи. Только после этого они встали друг напротив друга и, быстро склонив головы в приветствии, приняли боевые стойки. Значит, они покажут магический поединок.

Арена маленького цирка представляла собой уменьшенную копию большой городской Арены. Тут тоже был помост, усыпанный песком, по краям бежала вода и горело несколько факелов, освещающих пространство шатра. Впрочем, использовать огонь было запрещено – слишком большая вероятность кого-нибудь поранить или что-нибудь поджечь, даже если внизу всегда дежурили опытные маги, готовые прийти на помощь детям.

Мальчики начали медленно и нерешительно кружить по арене. Вероятно, они в первый раз сражались перед столькими зрителями, и немного нервничали. Но вот один из них сделал выпад, и его противник попятился назад от направленного на него потока воздуха. Настала его очередь нападать. Мальчик взмахнул рукой и поднял в воздух небольшой шар воды, но тот распался до того, как успел навредить хоть кому-то. Первый из сражавшихся снова воспользовался воздушной атакой, чтобы вытолкнуть своего соперника за огороженный круг.

Люди на трибунах одобрительно захлопали в ладоши. Победитель еще раз всем поклонился и даже подошел к проигравшему и помог ему подняться, чем заслужил еще одну порцию аплодисментов и даже уважительные кивки некоторых сидящих рядом со мной магов.

– А здесь только сражаются? Ведь есть и другие способы проявлять магическое искусство.

Я кивнула.

– Ты права, магические поединки – не единственное, что мы здесь увидим. Хотя стоит признать, что другие науки требуют куда больше подготовки и времени на демонстрацию, а потому не так популярны на выступлениях.

Мы снова обратили внимание на учеников. На этот раз на арену вышла девочка. Насколько я могла судить, она была одного возраста с Лили. Девочка выглядела весьма уверено, ее спина идеально прямая, а губы растянуты в широкой улыбке. Я с интересом ожидала ее выступления.

Поприветствовав всех присутствующих, девочка встала посередине круга и обратила взор на ложу. Она определенно намеревалась привлечь внимание магов. Разведя руки в стороны, она начала свой Танец.

Я сразу поняла, что это был именно Танец. Его еще называли Танцем Четырех Стихий и выполнять его могли только самые сильные и опытные маги. Неудивительно, ведь Танец отличался сложностью и непредсказуемостью. Он требовал от исполнителя необычайного могущества, сосредоточенности, идеального владения собственным телом и силами. Любая, даже самая незначительная ошибка могла стоить магу жизни.

Если девочка сможет «станцевать» всего с тремя стихиями, маги, сидящие радом со мной, перегрызут друг другу глотки за право обучать ее. Я уже чувствовала их явный интерес.

Я внимательно следила за девочкой. Ее движения действительно были идеально плавными, взмахи руками – невероятно точными, и она смогла подчинить себе стихию земли, а затем и воздуха, но как только она подняла руку, чтобы добавить к этому списку воду, что-то внутри шатра изменилось.

Я поняла, что что-то не так за секунду до того, как воздух в зале дрогнул. Крохотные волоски на шее встали дыбом, а по обнаженным рукам пробежали мурашки.

Девочка на сцене рухнула на песок. Даже с такого расстояния я видела, как из ее носа хлынула кровь. На трибунах кто-то громко закричал, зрители повскакивали с мест и пальцами указывали на ученицу. Маги покачивали головами, явно разочарованные выступлением.

Лили замерла на своем месте, ее глаза широко раскрылись от ужаса.

– Она мертва?

– Нет, не думаю, – я поспешила успокоить свою ученицу. – Ты помнишь, о чем мы говорили на самом первом уроке?

Лили медленно кивнула.

– Именно это происходит с магами, которые берут на себя больше, чем могут вынести. Нам очень повезло, что она не успела полностью завершить обряд. Если бы силы подвели ее, когда под ее контролем оказались все четыре стихии, у нас были бы очень большие проблемы. Хотя здесь достаточно сильных магов, чтобы смягчить последствия.

Было искренне жаль неудачливую ученицу, но я обрадовалась, что Лили увидела, каковы могут быть результаты излишней самонадеянности и гордыни.

– Не пугай свою юную подопечную так сильно.

Я подскочила, услышав знакомый голос. Обернувшись, уставилась на Северина, который как ни в чем не бывало сидел позади меня. Он небрежно закинул ногу на ногу, как будто и не было никакой раны.

– Королева будет рада узнать, что ты так ответственно подходишь к обучению Лили.

С этими словами Северин подмигнул девочке. Ее щеки покрылись румянцем. Я закатила глаза.

– Она и это тебе рассказала? Вы действительно близки, – я слегка усмехнулась, вспомнив, как Королева среагировала, увидев раненного Северина в моей кровати.

– Прогуляемся? – Северин проигнорировал мой намек.

Я неуверенно посмотрела на Лили. Не хотелось оставлять ее в одиночестве.

– Не волнуйся. Здесь она в безопасности.

Лили яростно закивала и заверила меня, что не двинется с места, пока я не вернусь.

Я встала и отправилась вслед за Северином. Он повел меня прямо к выходу. После полумрака шатра яркое сияние солнца больно резало глаза. От ночной непогоды давно не осталось и следа.

Наконец мы вышли к морю и медленно пошли вдоль береговой линии. Здесь было меньше народу, хотя несколько пар так же неторопливо совершали променад. Северин галантно предложил руку, но я проигнорировала его жест. Тот только пожал плечами.

– Ты хотел о чем-то поговорить?

– Разве мы не можем просто прогуляться и насладиться чудесной погодой?

– Тебе явно болеутоляющие в голову ударили. И как ты меня нашел?

Северин только усмехнулся. Я внимательно посмотрела ему в лицо, но его глаза уже потеряли стеклянный блеск, который я видела с утра. Действие травяного сбора Аники закончилось. И как он не хромал?

– Раны болят, но Аника постаралась на славу. Передай ей мою благодарность.

– Лучше скажи ей.

– Чтобы она меня сама же проткнула насквозь? Не думаю, что она когда-нибудь простит меня за предательство.

– А ты заслуживаешь прощения?

– Нет.

Мне тоже так казалось.

– Готто мертв.

Я остановилась и повернулась к парню. Он тоже замер. По его лицу скользнула капелька пота. Прогулка все-таки его утомляла.

– Присядем? – Я указала на низкую лавку, стоящую почти у самого берега. Северин кивнул. С едва заметным облегчением.

– Люди Королевы нашли тело недалеко от одних из внешних городских ворот. Его убили, причем достаточно жестоко, чтобы изуродовать лицо почти до неузнаваемости. Труп погрузили в одну из телег, которые занимаются похоронами бездомных.

– А другие двое?

– Никаких следов, – Северин покачал головой. – Кирнон как сквозь землю провалился. Личность второго установить не удалось. Корабль давно исчез из залива.

– И что это значит? – Я задала вопрос, но мои руки мелко затряслись от понимания. Мне пришлось вцепиться в край лавки, чтобы унять дрожь.

– Это значит, что Готто не в одиночестве затеял покушение. Есть кто-то выше него, и этот человек приказал убить Готто, когда того раскрыли. Ты все еще в опасности.

– Что насчет Селии и Мирабель? Они пытались убить меня во время Первого Испытания.

– Не знаю. Возможно, он их просто подговорил. Как и меня.

– Это он предложил тебе участвовать в покушении?

– Да, но через Селию. И я уже много раз говорил, что сожалею.

Я только отмахнулась.

– Он объяснил, почему хочет убить именно меня?

– Нет. Но это и так очевидно. Ты сильный маг, самый вероятный выбор Короны. Все они хотят избавиться от тебя. Любым способом.

– Тогда стоит ли волноваться об этих убийцах? Все прекратится, как только Восхождение закончится.

– Не мне тебе говорить об этом, но... Боюсь, сейчас дело уже не только в тебе.

Северин сунул руку в карман, вытащил наружу конверт и вручил его мне.

– От Королевы.

Я взяла письмо, быстро вскрыла конверт и пробежала глазами по содержимому. Мои брови поднимались все выше с каждой прочитанной строкой, пока Северин внимательно наблюдал за моей реакцией. Когда я закончила, в руке вспыхнул яркий огненный шар. Письмо отправилось прямо в огонь.

– Ты ото всех писем так избавляешься?

– Тебя что-то смущает?

– Просто подумал, что писать тебе любовные баллады не имеет смысла.

– Передай Королеве, что я согласна.

Северин улыбнулся, поднялся с места и снова предложил мне руку.

– Ты не голодна? Я заметил, что ты ничего не съела за завтраком.

Я снова отмахнулась от его приглашения.

– Нет. У меня еще есть дела в городе.

Пора было купить для Лили ее первую пару браслетов.