4
Коридоры школы гудели голосами, хлопали шкафчики, пахло мокрыми куртками и холодным воздухом с улицы. Аврора шла медленно, не торопясь, позволяя толпе течь мимо неё.
И тогда она увидела их.
Джонатан шёл рядом с Нэнси. Они говорили негромко, почти не глядя друг на друга, но между ними было что-то странно слаженное, как у людей, которые пережили одно и то же и теперь не нуждаются в лишних словах.
Аврора замедлилась.
Она не чувствовала укола боли, скорее лёгкое смещение внутри, как когда понимаешь: что-то меняется, и ты уже не в центре этого кадра.
Позади них появился Стив.
Он шёл тихо, что само по себе было подозрительно. Улыбка уже играла у него на губах, когда он резко шагнул вперёд.
— Бу!
Нэнси вздрогнула и рассмеялась одновременно.
— Стив! Ты с ума сошёл?
Он обнял её за талию, наклоняясь ближе, словно мир вокруг перестал существовать.
— Зато сработало, — сказал он и потянулся к поцелую.
Нэнси позволила на секунду, не больше. Поцелуй был быстрым, почти показным.
Джонатан остановился.
Его плечи напряглись, но лицо осталось спокойным. Он сделал шаг в сторону, давая им пространство, словно внезапно вспомнил, что здесь лишний.
Аврора заметила это сразу.
Она стояла в нескольких шагах, наблюдая, как кадр складывается сам собой: Стив уверенный, Нэнси между, Джонатан чуть в стороне.
И что-то внутри неё дрогнуло.
Не ревность.
Ощущение.
Как будто эта сцена не настоящая. Как будто кто-то играет роль, которая уже начинает жать.
Она отвела взгляд и пошла дальше по коридору, но на мгновение ей показалось, что свет над шкафчиками мигнул.
На большой перемене школа словно выдохнула. Шум переместился во двор, кто-то курил за углом, кто-то смеялся слишком громко, притворяясь, что всё в порядке.
Аврора сидела на капоте старой машины Джонатана, поджав ноги. Металл был холодным даже сквозь джинсы. Она смотрела на парковку, где асфальт был усыпан мокрыми листьями.
Джонатан стоял рядом, опираясь спиной о машину. Потом тоже сел, чуть поодаль, оставляя между ними расстояние не из неловкости, а из уважения.
— Мама… — начал он и замолчал.
Аврора не торопила. Она знала, что если подождать, слова приходят сами.
— Она говорит, что Уилл с ней разговаривает, — сказал он наконец. — Через свет. Фонарики. Лампы. Всё мигает, и она уверена, что это он.
Он усмехнулся, но в этом не было ни капли веселья.
— Я хочу ей верить, — тихо продолжил он. — Правда. Но иногда мне кажется, что она просто… ломается.
Аврора медленно повернулась к нему.
— А ты сам что чувствуешь? — спросила она.
Джонатан пожал плечами.
— Будто я должен быть сильным за двоих. За неё и за себя. И если я тоже начну верить… — он замолчал. — Тогда некому будет держать всё это вместе.
Аврора опустила ладонь на холодный капот рядом с собой.
— Иногда люди чувствуют вещи раньше, чем понимают, — сказала она. — Это не значит, что они сходят с ума.
Он посмотрел на неё внимательно.
— Ты веришь ей?
Аврора не ответила сразу. Где-то внутри неё отозвался слабый, знакомый холод.
— Я думаю, — сказала она осторожно, — что Уилл не так далеко, как кажется. И если он пытается… дотянуться, значит, он ещё здесь.
Джонатан выдохнул. Не облегчённо, просто глубже.
— Спасибо, — сказал он. — Я не знал, с кем об этом можно говорить.
Она слегка улыбнулась.
Они сидели так ещё какое-то время, молча, глядя на парковку.
— Мама теряет реальность, я не знаю что мне делать. Дом весь в гирлянде, Хоппер советует обратиться к врачу.
— Сегодня будет дождь... опять — она смотрела в одну точку, как зачарованная — М-да уж... вечер будет особенным.
— Ты о чём? — спросил Джонатан, повернувшись к ней.
Аврора моргнула, словно возвращаясь издалека.
— Ни о чём конкретном, — сказала она тихо. — Просто… когда идёт дождь, вещи становятся ближе друг к другу. Не знаю, как объяснить.
Он хотел спросить ещё, но прозвенел звонок. Резкий, неуместный.
— Мне пора, — сказал он, спрыгивая с капота. — Спасибо, правда.
Она кивнула, глядя ему вслед. Холод внутри не ушёл.
Тем же днём.
Подвал Уилеров
В подвале снова собрались все четверо.
Карты лежали на полу, компас между ними. Окно под потолком было тёмным, хотя до вечера оставалось ещё немного времени.
— Сегодня, — сказал Майк. — Мы пойдём сегодня.
— В дождь? — Дастин скептически поднял брови. — Отлично. Просто идеально.
— Именно поэтому, — ответил Майк. — Никто не будет соваться в лес.
Лукас скрестил руки.
— И если нас заметят?
— Не заметят, — сказала Одиннадцать. — Дождь прячет.
Они посмотрели на неё.
— После ужина, — продолжил Майк. — Встретимся у старой дороги. Возьмём фонари.
— И оружие, — добавил Лукас, имея в виду рогатку.
Дастин вздохнул, но кивнул.
— Ладно. Ради Уилла.
Одиннадцать опустила взгляд. Она чувствовала то же, что и Аврора, вечер действительно будет особенным.
Снаружи первые капли дождя ударили по стеклу.
Аврора спрыгнула с капота машины и уже собиралась уйти, когда заметила движение сбоку.
К ней целенаправленно шла Нэнси. Лицо у неё было напряжённым, слишком серьёзным для школьного двора. За ней, почти вприпрыжку, догонял Стив, стараясь выглядеть беззаботно, но выходило плохо.
— Аврора, — окликнула Нэнси. — Можно тебя на минуту?
Аврора остановилась.
— Да, конечно.
Нэнси подошла ближе, понизив голос, словно боялась, что их услышат.
— Ты не видела Барбару? — спросила она. — Последние пару дней.
Аврора нахмурилась.
— Нет, — ответила она честно. — А что?
Стив встал рядом с Нэнси, засунув руки в карманы.
— Она просто… не выходит на связь, — сказал он слишком быстро. — Прогуливает, наверное.
Нэнси бросила на него короткий взгляд.
— Она не прогуливает, — резко сказала она, потом снова посмотрела на Аврору. — Она всегда отвечает. Всегда.
Аврора почувствовала, как внутри снова холодно сжалось.
— Когда вы видели её в последний раз? — спросила она.
Нэнси замялась.
— На вечеринке, — тихо сказала она. — У Стива.
Стив отвёл взгляд.
— Если ты что-нибудь вспомнишь… — начала Нэнси, — любое странное...
Аврора кивнула.
— Я скажу, — пообещала она. — Сразу.
Нэнси выдохнула, словно надеялась услышать что-то другое.
Когда они ушли, Аврора осталась стоять на месте ещё пару секунд.
Холод внутри стал отчётливее.
Ещё одна, — подумала она.
Вечером город будто вымер.
Дождь шёл мелкий, настойчивый, превращая улицы Хокинса в длинные тёмные ленты. Фонари отражались в лужах размытыми пятнами света. Аврора гуляла медленно, не укрываясь от дождя, словно он был частью того, что должно случиться.
Куртка промокла, волосы прилипали к щекам, но она почти не чувствовала холода.
Она шла без цели, просто вперёд, позволяя ногам выбирать дорогу. Иногда ей казалось, что если остановиться, ощущение исчезнет, а она не могла этого допустить.
Внутри было странно пусто и одновременно тесно. Хрупко.
Где-то далеко прогремел гром.
Аврора остановилась у края дороги и посмотрела в сторону леса. Там было темнее, чем обычно. Не просто из-за дождя, будто свет туда не доходил.
— Что-то происходит, — прошептала она сама себе.
Фонарь рядом мигнул. Один раз. Потом снова.
Аврора вздрогнула.
Холод внутри стал сильнее, знакомый, тянущий. Не панический. Предупреждающий.
Она сделала шаг вперёд.
И в этот момент вдалеке послышался звук велосипедного звонка, едва различимый сквозь дождь.
Майк держал велосипед, сжав руль так сильно, что побелели пальцы. Лукас и Дастин стояли рядом, плечом к плечу, будто так было легче не развалиться.
Внизу, у воды, работали люди. Фонари резали темноту узкими полосами света. Кто-то говорил в рацию. Кто-то отдавал короткие команды.
— Это не он, — тихо сказал Майк.
— Это не может быть он.
Никто не ответил.
Вода всколыхнулась.
Что-то тёмное показалось на поверхности.
— Нет… — выдохнул Дастин.
Тело вытаскивали медленно. Осторожно. Как будто боялись сделать больно, но уже слишком поздно.
Когда его положили на носилки, свет фонаря скользнул по лицу.
Уилл Байерс.
Лукас отвернулся первым. Его плечи задрожали, но он не заплакал, просто стиснул зубы.
— Это не он, — повторил Майк громче, почти зло. — Это фейк. Это не может быть он.
— Майк… — начал Дастин, но голос сорвался.
Майк шагнул вперёд, но его остановили. Он дёрнулся, будто хотел вырваться, побежать вниз, доказать всем, что они ошибаются.
— Он был там, — прошептал он. — Он был там. Мы почти нашли его.
Одиннадцать стояла чуть в стороне.
Она не смотрела на людей. Не смотрела на воду. Она смотрела на Уилла.
И качала головой.
— Нет, — сказала она тихо. — Не он.
Майк обернулся.
— Что?
— Это не он, — повторила она. — Он жив.
Слова повисли в воздухе, нелепые и невозможные.
— Ты видишь? — резко спросил Лукас, почти с отчаянием. — Ты видишь его?! Кто тогда там? Кого достали а?
Одиннадцать покачала головой.
— Я чувствую.
Майк посмотрел на неё. В его глазах было всё сразу, боль, злость, надежда.
— Тогда почему они его нашли? — спросил он.
Одиннадцать сглотнула. Её лицо побледнело.
Аврора шла быстрее, почти бежала не потому что замёрзла, а потому что воздух стал слишком плотным, тяжёлым. Как перед чем-то неизбежным.
И тогда она услышала плач.
Не один голос, сразу несколько. Срывающийся, детский, настоящий.
Мимо неё пронеслись велосипеды. Колёса разбрызгивали воду, фары дрожали. Мальчики ехали, не глядя по сторонам. Один из них кричал, другой всхлипывал, третий едва держался за руль.
— Уилла нашли… — донеслось сквозь дождь. — Он мёртв… понимаешь Майк! — кричал Лукас.
Аврора остановилась, будто её ударили.
В груди что-то оборвалось. Холод, знакомый и резкий, разлился мгновенно.
И тогда она увидела её.
Чуть в стороне от дороги, под деревьями, стояла девочка. Маленькая, худенькая, в слишком большой куртке. Бритая голова блестела от дождя. Она смотрела вслед мальчикам, не плакала, не двигалась.
Просто смотрела.
И в этом взгляде было слишком много для ребёнка.
Аврора встретилась с ней глазами, всего на секунду. Этого хватило.
Мир будто щёлкнул, сместившись.
Та самая нить, что тянулась всё это время, наконец обрела форму.
Это она, поняла Аврора.
Та самая девочка. Хрупкая. Напуганная. Та, что «обрела свободу».
Девочка моргнула и сделала шаг назад, растворяясь в темноте между деревьями.
Сирены завыли где-то далеко.
Аврора осталась стоять под дождём, не в силах пошевелиться.