Река

Когда Пламелап спрыгнул с бревна и зашагал вверх по склону к центру острова Советов, он чувствовал, как каждый волосок на его шкуре зашевелился от ярости и страдания. Он не был уверен, что хочет находиться рядом со своими соплеменниками, не говоря уже о котах из других племён. Когда его выбрали на Совет, его первой мыслью было отказаться. Но Огнесветик и Кувшинка не приняли отказа, и Пламелапу оставалось только стиснуть зубы и надеяться, что всё закончится быстро. В животе поднялась желчь, а во рту появился горький привкус, когда он подумал о втором неудачном испытании и о том, как его снова будут высмеивать за то, что у него нет имени воина.

«Я буду следить за теми учениками с прошлого раза. Я не буду сидеть рядом с ними!»

Он с надеждой посмотрел на небо, но тучи, закрывавшие его раньше, рассеялись, и луна безмятежно плыла над деревьями. Не было никаких признаков того, что Звёздное племя может разгневаться и навлечь на беду.

Совет закончился раньше времени. Всё, чего хотел Пламелап, — это уйти в одиночество и поразмышлять о том, как несправедливо с ним обошлось его племя. Чем быстрее закончится Совет, тем быстрее он сможет это сделать.

Он пробрался сквозь кусты по следам лап своих соплеменников и опустился в тени, как можно дальше от остальных. Он не хотел присоединяться к ним, они же уже приветствовали друзей из других племён и усаживались для обмена сплетнями.

«У меня нет друзей».

Когтезвёзд, Кроличья Звезда и Листвяная Звезда уже сидели на ветвях Большого Дуба; Ежевичная Звезда быстро пересёк поляну и вскочил на дуб, чтобы занятьсвоё место. Не хватало только Речного племени. Время тянулось; несколько котов начали беспокойно  переминаться и бросать взгляды в сторону бревна. Предводители на Большом Дубе, очевидно, советовались друг с другом. Наконец, когда Кроличья Звезда поднялся на лапы, чтобы начать Совет без них, со стороны озера донесся запах Речного племени, и из кустов стали появляться первые коты.

— Во время! — громко воскликнул один из котов.

Но когда коты Речного племени нашли себе места на поляне, Пламелап заметил, что Невидимой Звезды с ними нет. Их глашатай, Камышинник, тоже отсутствовал; кошка, которая вскочила на Большой Дуб, чтобы присоединиться к предводителям, была Мотылинкой.

«Странно, — подумал Пламелап, — и так нечестно! Если предводительница не может потрудиться явиться на Совет, то почему я должен быть здесь? Я еще даже не воин».

По крайней мере, размышлял Пламелап, Мотылинка не выглядела более счастливой, чем он сам.

— Невидимая Звезда и Камышинник не могут быть здесь сегодня вечером, — объявила она, нервно кивнув предводителям. — У Речного племени вспышка белого кашля.

Тревожный гул приветствовал её слова со стороны кошек на поляне, и Мотылинка поспешила добавить к сказанному. 

— У нас всё под контролем, и всё будет хорошо. Не о чем беспокоиться.

Ольхогрив поднялся с места, где он сидел вместе с другими целителями. 

— Тебе нужна помощь, Мотылинка? — спросил он. — Я могу прийти и принести с собой немного мяты.

— Спасибо, Ольхогрив, — вежливо наклонив голову, ответила Мотылинка, — но в этом нет необходимости. —Мы лучше справимся с этим сами, а мяты у нас предостаточно в садах Двуногих.

Ольхогрив кивнул в ответ и снова сел. Пламелап подумал, что Мотылинка выглядела благодарной, когда Кроличья Звезда вышел вперёд на своей ветке и объявил, что Совет начинается.

— Ежевичная Звезда, — мяукнул он, — не хочешь ли ты начать с новостей Грозового племени?

Взглянув вверх, Пламелап увидел, что его предводитель пошёл к краю ветки, но выглядел он странно, как будто его мысли были где—то совсем в другом месте. Его глаза смотрели куда-то вдаль, когда он поднялся, и прошло несколько мгновений, прежде чем он заговорил.

— В Грозовом племени всё в порядке.

Кроличья Звезда наклонил голову на одну сторону. 

—Может быть, это из—за той вкусной землеройки, которую принесло племя Ветра, — предположил он.

Грач, который сидел на корнях Большого Дуба вместе с другими глашатаями, разразился хохотом, которому вторило всё племя Ветра. Ежевичная Звезда лишь растерянно моргал; он явно не понимал, о чём идёт речь.

Пламелап бросил любопытный взгляд на Белку.

«Неужели она до сих пор не рассказала Ежевичной Звезде о нашем визите в племя Ветра?»

По грязному взгляду, которым Белка одарила Грача, он догадался, что она этого не сделала. Теперь она вскочила на лапы и чётко объявила: 

— В Грозовом племени хорошо идёт добыча. У нас есть всё необходимое.

Кроличья Звезда сузил глаза на Белку, с любопытством наклонив голову. Казалось, он понял, что она прикрывает предводителя, отвлекая внимание от его недоумения. Повернувшись к Ежевичной Звезде, он спросил: 

— Есть ли ещё какие—нибудь новости?

Пламелап заметил, что коты из другого племени повернулись, чтобы посмотреть на него. Этого момента он ждал с ужасом, ведь если он стал воином, то именно сейчас его предводитель объявит об этом. Но Ежевичная Звезда лишь покачал головой и отступил назад.

Устремив взгляд на землю, Пламелап впился когтями в землю. Ему хотелось наброситься на кого—нибудь, закричать на Ежевичную Звезду или Белку о несправедливости их решения. Но даже в бурных эмоциях он понимал, что это только усугубит ситуацию.

«Так вот почему Белка заставила меня прийти? — спросил он себя. — Может быть, она думает, что меня нужно хорошенько пристыдить, как будто я потерпел неудачу, потому что недостаточно много трудился?»

Затем он услышал, как Белка прочистила горло.

— У Грозового племени больше нет новостей, —мяукнула она, — но я уверена, что скоро будут.

Пламелап оскалил зубы.

«Да, Белка, будут!»

Когтезвёзд заговорил следующим, пустившись в какую—то запутанную историю о домашней киске зашедшей на территории племени Теней, и Пламелап больше не был в центре внимания. Но он всё ещё чувствовал, что некоторые коты бросают на него жалостливые взгляды.

Смущение и стыд разрастались в нём до такой степени,что казалось, они поглотят его полностью, но именно тогда, когда он подумал, что больше не может этого выносить, Кроличья Звезда повысил голос, чтобы сделать своё объявление.

— В последний полумесяц все наши целители отправились на Лунное озеро и пообщались со Звёздным племенем, чтобы представить им наши идеи. Я уверен, что каждый целитель отчитался перед своим племенем, но я был выбран, чтобы сделать объявление здесь, в Совете.

Он сделал паузу, обводя взглядом поляну; всеобщее внимание было приковано к нему. Даже Пламелап поднял голову и навострил уши, чтобы послушать.

— Как вы, наверное, знаете, — продолжал предводитель,— Звёздное племя одобрило наши идеи, и теперь я объявляю, что с этого момента эти изменения внесены в Воинский закон.

Из толпы котов на поляне поднялся многоголосый ропот. Пламелап ожидал возражений, особенно от тех воинов, которые выступали против изменений, но каждый, казалось, понимал, что время для споров прошло.

— В связи с этим я должен сделать ещё одно объявление, — продолжал Кроличья Звезда. —Воительница племени Ветра Хвощелистая решила покинуть наше племя и присоединиться к Грозового племени, чтобы быть вместе с Ракушечником. Меня не радует мысль о потере одной из наших воительниц, но мы все согласились на это изменение Воинского закона, поэтому я не могу отказать ей в просьбе. Они столкнутся с испытаниями, которое назначит принимающее племя, и пусть это решит исход дела.

Среди котов на поляне снова поднялся ропот, отчасти шокированный, отчасти одобрительный, но почти сразу же голос Листвяной Звезды прорезал его.

— Я также получила просьбу от Бахромы, — объявила предводительница. — Она попросила оставить Небесное племя и присоединиться к племени Теней, потому что хочет быть с Шпилевиком.

Ропот становился всё громче, и Пламелап чувствовал, как в воздухе покалывает возбуждение. Он догадался, что многие приняли идею перемен, не думая, что что—то произойдет на самом деле, и не понимая, какие потрясения это вызовет в жизни племён. Он не ожидал, что коты захотят воспользоваться изменениями, и уж точно не так скоро. Он задавался вопросом, будет ли ему когда—нибудь настолько дорога кошка, чтобы оставить ради неё племя.

В суматохе Ягодка из племени Теней вскочила на лапы и подняла голос, чтобы её услышали над суматохой.

 — Я знаю, что было решено дать нам всем шанс последовать за своим сердцем в новое племя, — начала она, — но я не думала, что кто—нибудь так быстро ухватится за этот шанс.

Листвяная Звезда смотрела на неё с сочувствием в янтарных глазах. 

— Я говорила с Бахромой, — заверила она встревоженную кошку, — и это решение не было лёгким. Как бы сильно она ни любила Небесное племя, Шпилевик ей нравится больше, и она готова сделать всё, чтобы быть с ним.

Ягодка явно пыталась скрыть своё раздражение, но не могла удержаться от того, чтобы кончик её хвоста не мотнулся туда—сюда.

«Конечно, она же мать Шпилевика, — вспомнил Пламелап. — Для неё это важно».

Прежде чем Ягодка успела сказать что—то ещё, Шпилевик вскочил на лапы и встал перед ней. 

—Бахрома — отличная кошка, — объявил он. — Она будет полезной для племени Теней.

Ягодка повернула голову и посмотрела на него. 

— Не тебе это говорить, — огрызнулась она. — У тебя ума не больше, чем у только что родившегося котёнка.

— Хватит, — влез Когтезвёзд с места, где он сидел на ветке большого дуба. — Этим спорам место в нашем собственном лагере, а не в Совете.

Шпилевик выглядел смущенным и кивнул своему предводителю, прежде чем снова сесть. Но Ягодка по—прежнему оставалась на лапах.

— Я понимаю, как Бахрома может хотеть измениться, —отрывисто продолжила она. —Любая кошка была бы счастлив оказаться рядом с моим сыном Шпилевиком. Но я хочу спросить: не слишком ли быстро кошки отказываются от возможности найти любовь внутри своего племени? И если кошки так охотно меняют племена на любовь, сколько времени пройдет, прежде чем они начнут находить другие причины для перемен? Как скоро произойдет столько изменений, что настоящих племён больше не будет? — она сделала паузу, и гнев исчез из её голоса, сменившись глубокой неуверенностью.—Мне нравится гордость племени Теней. Мне нравится, что мы делаем то, что хотим, и нам не нужно полагаться на других. Покинуть своё племя, чтобы последовать за Темнохвостом, было самой большой ошибкой в моей жизни. То, что я теперь настоящая воительница племени Теней, значит для меня всё, и меня пугает мысль о том, что я могу потерять это.

При словах Ягодки шум утих и наступила тревожная тишина. Племя Теней молчало, все на поляне начали разбиваться на небольшие группы, обсуждая сказанное. Пламелап остался на месте, обдумывая только что услышанное. Если племя Теней может измениться, подумал он, то и Грозовое племя тоже. «Имеет ли это значение для меня? — спросил он себя. — Если бы Грозового племени больше не было? Есть ли у нас вообще что—то, что делает нас особенными, или мы это уже потеряли, когда решили, что Уголёк — наш предводитель?»

— Это просто типичное племя Теней! —Восклицание отвлекло Пламелапа от его мыслей; повернув голову, он увидел группу старших воинов из своего племени. Говорил Терновник; его щетинистый мех вздыбился, когда он уставился на Ягодку.

— Кем они себя возомнили? — продолжал он.

— Говорят, будто они лучшее племя в лесу!

— Ну, каждое племя считает себя лучшим, — сказала  Белолапа, успокаивающе положив кончик хвоста на плечо Терновника.

— Да, но когда мы так говорим, мы правы! — ворчал Шмель. — Но мы не будем правы, если другие племена украдут всех наших лучших воинов.

— А нам пришлют лентяев и смутьянов, — согласился Терновник.

Пламелап отошёл ещё дальше в тень, испытывая отвращение к своим соплеменникам и надеясь, что ему удастся избежать разговора с ними. Оглядевшись по сторонам, он увидел, что не один такой. На дальнем конце поляны он заметил коричнево—белую кошку, которую помнил по предыдущему Совету, та самая кошка, которая сказала ему, что он не похож на Пламелапа. Она выглядела такой же несчастной, как и он.

«Интересно, что с ней?»

Но внимание Пламелапа отвлекли шепчущиеся голоса гораздо ближе к нему.

— Что с ним не так?

— Почему его до сих пор не сделали воином?

— Ну, мы могли бы просто спросить у него.

Подняв голову, Пламелап увидел группу молодых котов, с любопытством разглядывающих его. Он не узнал их, но по их тощим телам решил, что они, должно быть, из племени Ветра.

Пламелап, конечно, не собирался отвечать на их вопросы. Поднявшись на лапы, он затрусил вдоль линии кустов, пока не добрался до узкой щели, ведущей к скрытому кустарником участку земли, с которого открывался вид на озеро. Здесь можно было спокойно посидеть и поразмышлять, пока он не услышал шорох в кустах — другая кошка прокладывала себе дорогу.

— Это место занято, — огрызнулся он, не поднимая глаз. — Так что просто уйди, ладно?

— Это место тебе не принадлежит, — донесся до него раздраженный голос. — У меня столько же прав быть здесь, сколько и у тебя.

Пламелап повернул голову и увидел коричнево—белую кошку племени Теней, выражение её мордочки было яростным и печальным одновременно.

— Прости, — промяукал он, испустив вздох. — Я просто хотел побыть один.

— Я тоже, — ответила она. — Я не знала, что здесь есть такое место, но оно идеально подходит для того, чтобы спрятаться.

Она села рядом с ним и подогнула лапы под себя.

— Ты Пламелап, не так ли?

Пламелап кивнул. 

— Я не знаю, как тебя зовут.

— Я — Солнцесветница. Хотя, если честно, мне кажется, что сейчас я должна быть Тучкой.

— От чего ты прячешься? — спросил её Пламелап. — Мне показалось, что ты выглядела какой—то расстроенной, когда они говорили о том, чтобы бросить своё племя ради любви.

«Может быть, это её проблема?»

—Это как—то связано с... ну, с этим? — спросил он нерешительно.

— Неужели это было так очевидно? — спросила Солнцесветница, несколько раз смущенно облизывая шерсть на грудке. На мгновение Пламелап подумал, что она не ответит, как будто не хотела делиться своими чувствами с совершенно незнакомым котом.

Потом она пожала плечами и продолжила: 

— Я думала, что буду парой с Лучесветом, но теперь он отказался и общается с кошкой, которая все время была моей лучшей подругой. Они говорят, что не хотят быть парой, и я им верю, но я всё равно потерял подругу и кота, которого люблю, и всё это одновременно.

— Это тяжело, — сочувственно пробормотал Пламелап.

— И это ещё не всё, — продолжала Солнцесветница. — Я только что узнала, что мой брат Шпилевик тайно ухаживал за Бахромой из Небесного племени, а мне ничего не сказал. И мои родители в ярости из—за этого— особенно Ягодка.

— Могло быть и хуже, — предположил Пламелап. —Шпилевик мог бы бросить своё племя и уйти к ней.

— Я знаю, — вздохнула Солнцесветница. — Но если Бахрома придёт к нам, Шпилевик будет слишком занят ею, чтобы думать обо мне, а мои родители будут слишком сердиты, чтобы разговаривать. Я чувствую себя такой одинокой.

— Я не удивлён. Это просто ужасно.

Пламелап снова почувствовал внутри себя гнев, на этот раз не на себя, а на членов племени Теней — которые, не раздумывая, могут так жестоко предать.

— Может, нам стоит сделать то, что Бахрома и Шпилевик, — предложил он. — Искать кошку в другом племени, чтобы влюбиться в неё, и оставить наше собственное племя позади.

Солнцесветница фыркнула.

— Сомневаюсь, что моя мама согласится с этим, —мяукнула она. — Плохо, что Бахрома пытается присоединиться к нам, чтобы быть с Шпилевиком. Ты слышал, что Ягодка сказала только что — ты ведь знаешь, что она наша мать? Я уверена, что она не хочет иметь родственников из Небесного племени. Не то чтобы в Небесное племя было каким-то плохим, но, очевидно, наша мать предпочла бы, чтобы Шпилевик нашёл себе пару в нашем племени, так же как я хотела быть с Лучесветом. Но я думаю, никто из нас не получит того, чего хочет.

Пламелап бросил на неё сочувственный взгляд.

 — Это потеря Лучесвета, — объявил он. — Я почти не знаю тебя, но ты кажешься мне замечательной кошкой.

— Спасибо.

Солнцесветница подняла на него глаза, благодарно моргнув. 

— Это очень мило с твоей стороны. Так почему ты здесь? —добавила она через мгновение. — В чём твоя проблема?

— Я провалил испытание, — признался Пламелап. — Во второй раз. Я действительно не считаю, что это была моя вина, но Белка всё равно убедила мою наставницу оставить меня учеником.

Он выпустил когти в разочаровании. 

— Это так несправедливо! Я знаю, что у меня есть всенеобходимое, чтобы стать воином, но я всё ещё застрял в роли ученика. 

«Когда Я говорю об этом боль становиться ещё острее».

Пламелап задумался, как ему дальше терпеть эту боль.

— Если я снова потерплю неудачу, — признался он, наполовину удивляясь самому себе, — не думаю, что вообще захочу быть частью любого племени.

— Это так неправильно.

Голос Солнцесветницы был понимающим, но она не суетилась над ним, как над котёнком.

— Я уверена, что в следующий раз ты сдашь испытание и сможешь оставить всё это в прошлом.

Она сделала паузу, а затем добавила, — Но сейчас у

тебя есть полное право злиться.

Пламелап пристально посмотрел на неё. Никто в его племени не говорила ему такого.

«Все они ведут себя так, будто в моих проблемах виноват я сам».

Но здесь была кошка из другого племени, кошка, которая действительно понимала его, которая знала, через что он проходит.

«Так приятно, когда тебя понимают, но она — кошка племени Теней, так что, возможно, я больше не смогу с ней поговорить».

В горле у него запершило, но он сумел прошептать слова.

— Спасибо.