Река

Солнцесветница носилась по лагерю, её лапы чесались от желания двигаться. Наконец—то её выпустили из целительской и позволили вернуться к своим обязанностям, и впервые за несколько дней она могла присоединиться к охотничьему патрулю. Она почти чувствовала тепло добычи, которую ей предстояло поймать.

Рыжинка собирала свой патруль возле логова воинов. Углехвост и Вихрь были рядом с ней; шаги лап Солнцесветницы замедлились, когда она поняла, что четвертой кошкой была Светогривка.

Тревога охватила Солнцесветницу, её энтузиазм угас, когда она вспомнила, как Когтезвёзд говорил с ней накануне о её участии в несчастном случае, когда Светогривка упала с дерева. Он не стал её наказывать, но упрекнул за то, что она пошла на поводу у лжи Светогривки.

— Смотри под лапы, — предупредил он её. — Потому что я буду следить за тобой.

«Это так несправедливо, — сердилась она про себя. — Я не сделала ничего плохого, а все равно попала в беду».

Но ещё больше, чем воспоминания о ругани со стороны предводителя, Солнцесветницу беспокоило то, что Светогривка больше не хочет быть её подругой. «Как я могу сосредоточиться на патрулировании, если она все еще так враждебна?»

Рыжинка повела свой патруль к озеру в направлении луга Двуногих на границе с Речного племени. Запахи лагеря ещё не совсем улетучились, когда Солнцесветница заметила, что Светогривка отстала от группы и идёт, опустив голову и хвост.

Снизив темп, Солнцесветница позволила остальным членам патруля уйти немного вперёд, чтобы она могла идти рядом со Светогривкой.

«Если она позволит мне объяснить, почему я рассказа об о всём Тенесвету, она поймет, что я просто пыталась помочь. Может быть, тогда мы снова станем настоящими подругами».

— Светогривка, я должна поговорить с тобой, — начала она. — Я никогда не хотела доставлять тебе неприятности. Я всё рассказала Тенесвету, потому что...

— Да, ты рассказала Тенесвету, — зашипела Светогривка, поворачивая голову, чтобы посмотреть на Солнцесветницу. — Хотя обещала никому не рассказывать. Я верила тебе!

— Прости, но я только хотела помочь, — защищалась Солнцесветница. — Я знаю, как ты несчастна, Светогривка. Но, честное слово, никто не винит тебя за то, что ты не пошла в Сумрачный лес. Я бы не осмелилась ступить туда даже лапой. Ты не должна... —

— Я не хочу говорить о Сумрачном лесе, — перебила Светогривка, скривив губы.— И уж точно я не хочу разговаривать с тобой.

— Но я просто хочу быть твоей подругой.

Солнцесветница позволила своему голосу сорваться, пока Светогривка ускорила шаг, чтобы догнать основной патруль. Когда она уже почти дошла до них, она, казалось, поняла, что с патрулём она тоже не хочет быть; она свернула в сторону и исчезла. Солнцесветница почувствовала боль в груди, как будто массивная лапа давила ей на сердце.

«Светогривка даже не хочет со мной разговаривать!»

Затем она услышала тоненький вскрик, оборвавшийся, когда один из её соплеменников поймал мышь. Солнцесветница поняла, что с тех пор, как она покинула лагерь, все её мысли были заняты только Светогривкой; она даже не пыталась поймать добычу.

«Если я не буду осторожна, то испорчу всю охоту»

Подняв голову, Солнцесветница позвала Рыжинку:

 — Я попробую спуститься сюда! — она жестом хвоста указала на место, где подлесок был более густым.

— Хорошо! — отозвалась Рыжинка.

Солнцесветница пошла по узкой травянистой дорожке через заросли папоротника, и останавливаясь, чтобы понюхать воздух через каждые несколько шагов. Вскоре она подошла к углублению, где можно было незаметно спрятаться под раскидистыми ветвями и ждать добычу. Но даже сейчас она не могла сосредоточиться на охоте.

«Сможет ли Светогривка когда—нибудь забыть это и снова стать моей подругой? А что, если нет?»

Отвлеченная мрачными мыслями, Солнцесветница не заметила белку, которая пронеслась мимо неё, пока хвост белки не щелкнул её по кончику носа. Она выскочила из папоротников и попыталась схватить белку передними лапами, но опоздала, белка поднялась тоненькую ветку на дереве

— Лисий помёт! — прорычала она, глядя на белку. —Ладно, на этот раз тебе повезло. Но берегись!

Упустив лёгкую добычу, Солнцесветница почувствовала себя ещё хуже.

«Я должна перестать думать о Светогривке и начать охоту!»

Когда она отвернулась, решив отбросить свои заботы и сосредоточиться на охоте, Солнцесветница услышала где—то далеко впереди яростный вопль, как будто кто- то был внезапно застигнут противником. За этим воплем, едва различимым из—за большого расстояния, последовало рычание. Солнцесветница замерла, навострив уши. Ничего больше не услышав, она осторожно направилась в сторону откуда шёл шум, укрываясь в папоротниках или в тени, отбрасываемой стволами деревьев. Её сердце лихорадочно билось, Солнцесветница пыталась сообразить, кто может быть на территории её племени. 

«Сейчас у нас нет врагов. С тех пор как Ежевичная Звезда вернулся из Сумрачного леса и мы разгромили Уголька, среди племён был мир. Так что это, должно быть, бродяги».

Мужество Солнцесветницы пошатнулось при этой мысли. Ей никогда не приходилось иметь дела с бродягами, но старейшины, сидевшие вечером у кучи свежей добычи, рассказывали о них страшные истории.

Она попыталась представить себя сражающейся, продумать, как лучше действовать и какие приёмы использовать, но тут же поняла, что понятия не имеет, сколько противников ей предстоит встретить. Она осознавала, что отделилась от охотничьего патруля; теперь она была совершенно одна.

«Действительно ли разумно с моей стороны ввязываться в драку?»

Солнцесветница решила, что самое разумное, что она может сделать, это найти остальных своих соплеменников и рассказать им о том, что она услышала. Рыжинка, как самая старшая воительница, могла решить, что делать. Кроме того, добавила она про себя, шум был очень далеко. Он мог доноситься даже с территории Речного племени, а если так, то это их проблемы. Когда она отвернулась, направляясь к тому месту, где рассталась с патрулем, подул лёгкий ветерок, затрепетали листья и зашелестели ветви папоротника.

Нос Солнцесветницы дёрнулся, когда она уловила кошачий запах. Это было племя Теней, Солнцесветница почувствовала внезапное облегчение: должно быть, она ближе к патрулю, чем ожидала. Затем запах стал сильнее, и Солнцесветница смогла определить кошку, которой он принадлежал. 

Светогривка!

Ветви папоротника расступились, и на открытое пространство, прихрамывая, вышла коричневая кошка, пришедшая с той стороны, откуда Солнцесветница слышала странные звуки. Увидев Солнцесветницу, она остановилась с неловким выражением морды, которое быстро сменилось подозрением.

— Ты следила за мной? — потребовала она, её голос был суров. — Ты шпионишь за мной?

— Нет, честное слово, — ответила Солнцесветница. — Я шпионила за добычей, но проклятая белка, удрала от меня.

Её попытка пошутить не произвела никакого эффекта на Светогривку, которая просто повернулась к Солнцесветнице спиной и захромала прочь.

— Что случилось? — позвала её Солнцесветница.

«Я слышала Светогривку? Она дралась с бродягами? Она опять рискует? Она ранена?»

Светогривка сделала паузу, оглядываясь через плечо.

— Ничего не случилось, — ответила она. — Я наступила на колючку, вот и всё. Теперь оставь меня в покое.

Солнцесветница последовала за ней, готовая отругать  её. «Если на нашей территории есть разбойники, то Когтезвёзд должен знать об этом».

С тревогой она осмотрела Светогривку, ожидая увидеть раны, но, к своему облегчению, ничего не нашла; Светогривка не выглядела как кошка, побывавшая в драке.

«Возможно, она говорит правду, — подумала Солнцесветница, — и она ещё больше разозлится на меня, если я скажу, что она лжёт».

Она решила ничего не говорить, когда Светогривка внезапно остановилась, повернулась и столкнулась с ней.

— Перестань бегать за мной, как будто ты тупой котёнок! — огрызнулась она. — Какую часть фразы «оставь меня в покое» ты не понимаешь?

— Я пытаюсь быть твоей подругой! — запротестовала Солнцесветница. — Но Великое Звёздное племя, Светогривка, ты всё усложняешь. На несколько мгновений ей показалось, что она смогла докричаться до Светогривки, которая стояла неподвижно, молча глядя на неё. Но надежда быстро улетучилась. Светогривка издала сердитое шипение и повернулась, чтобы уйти, заставив Солнцесветницу чувствовать себя ещё хуже. Почему—то вместо того, чтобы помириться со Светогривкой после ссоры, она ещё больше разозлила свою подругу.

«Мне лучше найти остальных, — устало подумала она.— И, пожалуй, я все—таки не буду рассказывать Рыжинке о том шуме. Не хочу снова попасть в беду. В прошлый раз рассказ о Светогривке прошёл не слишком удачно. В любом случае, я уверена, что ничего страшного не произошло».

Солнцесветница сидела возле палатки воинов в лагере племени Теней и смотрела на Светогривку, которая сидела возле кучи свежей добычи, деля добычу со своей сестрой Когтистой. Хотя Солнцесветница только чтовернулась из рассветного патруля, и её живот был полон от съеденной мыши, когда она вернулась в лагерь, она не рада. Ей все ещё не давало покоя чувство, что она должна была определить причину странные звуки, которые слышала накануне, или сообщить о них Рыжинке.

Но у неё была ещё более насущная проблема: сможет ли Светогривка когда—нибудь забыть о том, что Солнцесветница предала её, чтобы они снова стали подругами? После их возвращения с охоты Солнцесветница несколько раз пыталась заговорить с ней, но Светогривка холодно отворачивалась или демонстративно игнорировала её. «Что она делала вчера в лесу?»

От этих мыслей её отвлекло движение у входа в лагерь; она вскочила, увидев, как охотничий патруль сопровождает Чихушу и Орлянку из Речного племени на поляну. Их головы были подняты, глаза широко распахнуты, когда они направлялись в центр лагеря.

Солнцесветница могла сказать, что что—то случилось. Клеверница поднялась с места и направилась к ним. Солнцесветница тоже поднялась и подошла поближе, желая узнать, что всё это значит. Светогривка последовала за глашатаей, её глаза горели интересом.

Она не выглядит ни обеспокоенной, ни виноватой, — с облегчением подумала Солнцесветница.

— Приветствую вас, — начала Клеверница, слегка наклонив голову; ее тон был прохладным. — Почему вы здесь?

 — Приветствую,Клеверница.— Орлянка остановилась перед глашатаей. — Мы хотели

спросить, не видел ли кто—нибудь из вас Камышинника.

Клеверница моргнула, выглядя немного озадаченной.

 —Нет, — ответила она. Повернувшись, она окинула взглядом всех членов племени, находившихся на поляне. — Камышинник? Кто-нибудь его видел?

Ответа не последовало, кроме нескольких покачанных голов.

— Почему вы думаете, что Камышинник мог оказаться

на территории племени Теней? — спросила Клеверница.

— Конечно, вы не собираетесь признать, что он мог нарушить границу?

Чихуша, стоявший у плеча Орлянки, бросил на свою соплеменницу встревоженный взгляд, но черепаховая кошка осталась невозмутимой.

— Конечно, нет, Клеверница, — ответила она. — У нас нет причин думать, что он здесь. Но он ушёл на охоту, и Невидимая Звезда хотела, чтобы он вернулся в лагерь как можно скорее. Вам не о чем беспокоиться.

— Тогда я попрощаюсь. Мои соплеменники проводят вас до границы.

Орлянка открыла рот, как бы протестуя против того, что в этом нет необходимости, но закрыла его.

— Спасибо за помощь, — ответила она наконец.

В сопровождении они направилтсь к выходу из лагеря. Перед тем как они скрылись в кустах, Чихуша оглянулся через плечо. 

— Если кто—нибудь из вас увидит его, — позвал он, — скажите ему, что мы его

ищем.

Как только они исчезли в кустах, в племени началась возбужденная возня.

Лучесвет подошёл и встал сбоку от Солнцесветницы.

— Это было так странно! — воскликнула она, повернувшись к нему. 

Лучесвет пожал плечами. 

— Не стоит слишком много об этом думать, — посоветовал он ей. — Речное племя

всегда было странным, верно?

— Полагаю, да.

Хотя она была согласна с Лучесвет, Солнцесветница вспомнила шум драки в лесу и то, как Светогривка появилась, прихрамывая, во время охоты. Это всё как—то связано?

— Я должна тебе кое—что сказать, — мяукнула она Лучесвету. — Иди за мной, мы пойдем туда, где нас не подслушают.

Лучесвет добродушно закатил глаза, но без протеста последовал за Светогривкой к их любимому плоскому камню у края лагеря.

— Я всё ещё очень волнуюсь за Светогривку, —продолжила Солнцесветница, когда они уселись. Она рассказала, как Светогривка покинула охотничий патруль и ушла охотиться в одиночку. — А когда мы снова встретились, Светогривка обвинила меня в слежке. Я знаю, что ей сейчас нелегко, — закончила она, — но если она затеяла что—то неладное — что бы это ни было — кто знает, что может случиться?

Солнцесветница сделала паузу, не желая делиться своими худшими страхами даже с Лучесветом. —Предположим, Светогривка все—таки увидела

Камышинника и поссорилась с ним? Возможно, она даже напала на него, потому что он вторгся на нашу территорию — но если так, почему она не сообщила об

этом? О, я не могу рассказать об этом никому! Это еще больше ухудшит отношения между мной и Светогривкой.

Лучесвет явно ждал, что она продолжит; Солнцесветница быстро придумывала, что бы такое сказать, чтобы это не звучало слишком по—мышиному.

— Рассеянная воительница может стать помехой для её соплеменников, верно?

К её удивлению, Лучесвет выглядел не таким  обеспокоенным, как она ожидала.

— Ты столкнулась со Светогривкой только потому, что заблудилась, — холодно заметил он. — Разве ты сама не отвлеклась?

— Это совсем другое, — запротестовала Солнцесветница, хотя знала, что у неё плохо получается убедить Лучесвета.

— Я знаю, что ты беспокоишься о Светогривке, —продолжал Лучесвет, положив кончик хвоста на плечо Солнцесветницы. — Ты хороший друг. Но ты не должна быть слишком строга к ней или слишком зацикливаться на правилах. Отец Светогривки — наш предводитель, помни — не ты.

— Я знаю, кто наш предводитель! — ответила Солнцесветница, обиженная тем, что Лучесвет ругает её, а не сочувствует ей.

— Тогда, может быть, тебе стоит немного расслабиться,— предложил Лучесвет.

— Может быть.

Солнцесветница с трудом выдавила из себя эти слова. Она была так уверена, что Лучесвет поддержит её. Вместо этого он отмахнулся от её опасений по поводу Светогривки. Обычно он соглашался с ней или ласково подтрунивал над тем, что она зациклена на правилах, но сейчас ему было не до подтруниваний.

Солнцесветница отвернулась, чтобы скрыть чувство обиды.

«О, Лучесвет, я знаю, что что—то очень, очень не так! И что, во имя Звёздного племени, я собираюсь с этим делать?»