Бабочка в животе

Азиза Дамировна была старушкой замечательной — помогала всем бескорыстно и безвозмездно. Будь то просьба одолжить соли немного, или присмотреть за детьми, пока родители шли на корпоративы отмечать Новый Год и прочие праздники простых трудяг. Взамен никогда ничего не просила... Ну, разве что так, по мелочи. Как вот, например, полочку повесить. Ничего сложного — дырки две сделать, да гвозди туда вбить. Вот только на практике выходило не все так гладко.

Валера заебался еще на первом отверстии — ручная механическая дрель имела весьма неудобную рукоятку, за которую держать ее было затруднительно — рука потела и соскальзывала. Но раз уж обещал помочь, то до конца доведет, не будет на половине прогресса бросать. Поэтому, вытирая руки в очередной раз об олимпийку, он продолжает сверлить.

— Милок, может тебе водички принести? Утомился поди, — пожилая женщина подошла со спины тихо и незаметно. Словно успев забыть о ее существовании за это время, парень дернулся от неожиданности, упуская треклятый инструмент себе на ногу. Тяжелый, сука.

— Буду благодарен, — был он немногословен. На языке крутились одни матерные слова и словосочетания, но выражаться при старшем поколении не хотелось.

— Сейчас-сейчас, я принесу, Валерочка, — женщина зашаркала домашними тапочками обратно на кухню.

Делая небольшую передышку, он глянул на злосчастную полку, которая покоилась на балконе, ожидая своего звездного часа. И с чего вдруг она столько лет пылилась там, никому не нужная, а тут вдруг приспичило её повесить.

— Держи, мой хороший, — вернулась она также быстро, как и ушла. Делая жадные глотки, он забывал дышать, но вода сейчас казалась тем самым оазисом в пустыне. Спасением, не иначе. Осушив весь стакан почти залпом, он вытер рот рукавом и протянул, уже пустой, стакан обратно.

— Спасибо, — старушка довольно кивнула, забирая из рук стакан. — А с чего вы вдруг на ремонт решились, если не секрет.

— Да какой уж тут секрет, внучка ко мне приехала. Поживет у меня какое-то время, так я ей приятно сделать хочу, — было видно, что женщина была вне себя от радости. Всё же проживать старость в одиночестве это, наверное, страшно. — Вот, комнату ей отдала эту, самая большая в квартире, а мебели мало. Где ж она будет книжки свои хранить, учебники? Она в школу еще ходит, молодец у меня, отличница круглая.

Валера призадумался. Раньше ничего о родственниках Азизы Дамировны он не слышал. Не приезжал к ней никогда никто, да и не упоминала она никогда о семье. А тут от счастья светится, хочет со всеми новостью приятной поделиться. Мысли закрались недобрые — небось, бабка им никогда и не нужна была, а как время к завещанию близиться начало, так вспомнили об обузе. Или просто от ребенка устали, вот и скинули на бедную женщину, гады. С другой стороны, не ему их судить — мало ли какие причины у людей быть могут.

— Если не в тягость, Валерочка, я бы еще хотела тебя попросить стол перетащить из моей комнаты в эту. А то уроки ей делать негде будет, а мне-то стол не в надобность уже, — женщина приложила руки к сердцу. И он не смог отказать. Даже если бы не хотел, все равно бы не отказал. Совесть потом замучает.

— Ладно, давайте я полку доделаю, а столом позже займемся. Когда внучка Ваша приезжает? — Валера поднял дрель, и принялся снова отверстие несчастное мучить.

— Так приехала ж уже моя ненаглядная. Вчера еще, вечером, на последнем поезде примчала, а ей представляешь, какой-то козлина нагрубил и даже не помог сумки дотащить. Она ж уставшая была с дороги, слабенькая у меня, худенькая, а он так с девочкой обошелся. Я б ему как... — Азиза Дамировна сложила сморщенную ручку в кулачок и помахала в угрожающем жесте.

А Валера замер. Он чуть второй раз не упустил дрель прямо себе на конечность. Вот же срань. Да не может такого быть, слишком четко получается для простого совпадения. Он быстро оббежал комнату глазами. Никаких признаков проживания здесь девушки, да и в принципе кого-либо, он не обнаружил. Странно всё это. Она не ночевала у своей бабушки? Ну не могла же она всю ночь простоять на улице, на этом морозе, потому что не дотащила свои вещи на пятый этаж.

Напряжение и работу шестеренок в голове у Валеры прервала трель дверного звонка. Отверстие так и осталось нетронутым.

— Ой, а вот и внученька пришла, — женщина сразу направилась к входной двери. — Я ее в гости к соседке отправила, пока здесь не готово еще ничего. Надоело ей, наверное, у Ларисы, рано вернулась, — голос было слышно приглушенно из коридора, где старушка отворяла дверь внучке.

Сказать, что парень хотел сейчас исчезнуть — не сказать ничего. Если это правда, и она та самая девушка, которой он вчера грубил и угрожал, то она узнает его сразу же, как глянет. А потом нажалуется бабке своей, а она его за дверь выставит. И нет, переживал он не за свою репутацию хорошего молодого человека, а за обещанную награду. Сошлись они на том, что за полочку и мелкую работу по дому, она передаст ему соленья разные, и даже бутылку самогона подгонит. Ему самому она и даром не надо, но вот пацанов порадовать было бы хорошо. Главное, что есть что выпить, а повод — всегда найдется.

Последний замок щелкнул и дверь со скрипом открылась. С замиранием сердца он наблюдал как порог переступает хорошенькая ножка в кожаных сапожках, а следом в квартиру показывается вздернутый носик и белокурые прядки уложенных волос. Блять, это она.

— Нелечка, ты чего так рано вернулась? Не закончили мы еще ничего, — начала причитать старушка, закрывая дверь за пришедшей.

— Ну бабушка, меня тетя Лариса запоила бы чаем до смерти. Так еще и конфеты постоянно предлагала, я же так всю фигуру растеряю, — посмеиваясь и снимая верхнюю кофточку, шутила девушка.

— Эх ты, тебе переживать незачем. И так женихи толпами бегают за тобой.

— Ну ба, ну какие женихи. Рано еще о замужестве думать, школу бы хоть закончить.

— Это всегда успеется, — махнула рукой Азиза Дамировна. — А у нас в гостях сосед мой. Хороший мальчик, вызвался помочь полочку тебе в комнату сделать. Проходи, познакомлю вас.

Слышавший полностью диалог парень, растеряно встал посреди комнаты. Не мог понять, как вести себя в такой ситуации. Первым сразу же извиниться, или сделать вид, что по барабану вообще ему? Вот только пацаны не извиняются, даже перед слабым полом. Времени на размышления не было, поэтому просто отложил дрель и встал, руки в карманы убирая.

— Вот, знакомься, это Валерочка, — пропела елейным голосом старушка, подталкивая в комнату свою внучку легонько надавливая рукой той на спину.

Девушка подняла взгляд на парня, и подняла брови в удивлении. Глаза на секунду распахнулись шире, но она сразу же придала лицу безмятежный вид, и спокойно подошла к парню, пока тот стоял не двигаясь. К его удивлению, она не закатила истерику сразу, как увидела его. Может, просто не узнала?

— Приятно познакомиться, я Нелли, — девушка протянула ему руку для рукопожатия, и хватка ее, была твердой и крепкой.

Нелли. Странное имя, раньше он нигде такое не слышал. Вероятно, такие имена давали столичным девушкам. В Москве заурядным именем, вроде Маша или Настя, никого не удивишь. Там девушек называют Марго, Каролина или вот Нелли. На всю Казань вряд ли найдется хоть одна Нелли. Зато в каждом классе минимум три Айгуль.

— Валера, — кивнул парень, ожидая дальнейшего развития событий. — Простите, не успел еще полку доделать, сейчас продолжу.

— Погоди, милок, давай я лучше чайку вам сделаю. Поболтаете, познакомитесь. Мы же все в одном парадном живем, не чужие люди, — он хотел отказаться, но женщина, предвидев это, добавила, — С чебуреками, я нажарила с утра.

Пришлось сделать чайную паузу. Правда, она была скорее неловкой, чем чайной. Они разошлись по разным углам комнаты, и тихонько осматривали всякие вещи, лишь бы не пересечься взглядами. Почему игнорировал её Валера — было понятно. А вот почему молчит она — не ясно. Давно бы уже закатила истерику с обвинениями и разошлись бы каждый к себе. Но она упрямо молчит, рассматривая незамысловатый узор на настенном ковре.

Неловкую атмосферу разбавляет Азиза Дамировна с подносом в руках. На подносе было две чашечки чая в железных подстаканниках с ручками. В таких обычно подавали чай в поезде — Валера знал, потому что мама в красках рассказывала ему о своей работе, когда он был маленьким. Также маленькая фарфоровая сахарница с ложечкой и тарелка с чебуреками. Приятный запах сразу же наполнил комнату, разгоняя аппетит.

— Садитесь пока на диван, я вам на табуретку поднос поставлю, — засуетилась женщина, носясь с подносом по комнате.

На диване они продолжили занимать позицию «я ничего не знаю, я не при делах» и расселись в разных концах мягкого предмета мебели. Девушка, усаживаясь, потянула юбку пониже, и закинула ногу на ногу. Такая поза означала только дискомфорт и не располагала к контакту. Валера сел более расслаблено — ноги развел широко, корпус ссутулил весь, а локти на колени впер, вес перенося. Первым на диалог так никто и не решился.

— Ну вы пейте тут, а я на кухню обратно пойду. Кушайте, дети, на здоровьечко, — сказав это, она моментально ретировалась из комнаты, закрыв за собой дверь и оставив их наедине.

Ребята молча взяли по чашке и все также молча принялись остужать чай, накладывать сахар по вкусу и так далее. Валера первым делом, конечно же, потянулся к чебурекам, но именно в этот момент за кулинарным изделием потянулась и Нелли. Они оба одновременно дотронулись до самого верхнего, и соприкоснувшись руками, резко одернули их назад. В голове у Валеры что-то истерически посмеялось, осознавая всю абсурдность ситуации. Мда уж, ведет себя как школьник скромный, который никогда девушек не трогал. Позорище.

— Дамы вперед, — улыбнувшись, он сделал пригласительный жест рукой.

— А, я поняла, это в Казани парни такие многогранные, — язвительно начала она.

— Чего? — не понял он.

— Днем — обычный парень, соблюдающий манеры и уважающий женский пол, а вечером — гопник, угрожающий расправой.

Последняя нервная клетка издохла.

— Это совет был, но я вижу ты вообще хер клала на него. А с твоим характером стоило бы прислушаться, — Турбо повысил голос.

— Ну, совет я твой запомнила. Будет повод — обязательно припомню и тебе его адресую, — неприятно оскалившись, кинула девушка, делая глоток горячей жидкости.

— Пф, ну я посмотрю, как ты угрожать мне будешь. Долго таким темпом не протянешь, — чебурек пришлось отложить. Рот не закрывался.

— Слушай меня сюда, я... — договорить не вышло. В коридоре зазвонил телефон.

Хозяйка квартиры, судя по всему, не слышала телефонную трель, находясь на кухне за закрытой дверью, поэтому Нелли сама поднялась и пошла ответить. Ну и пусть валит, он хоть поест нормально и в тишине. Выходя из комнаты, девушка оставила дверь приоткрытой. До ушей парня донесся ее серьезный голос.

— Здравствуйте, Усмановы, — представилась девушка, — Папочка, привет, не знала, что это ты звонишь, — голос резко сменился на тихий полушепот.

Турбо заинтересовано прислушался, перестав жевать. Такая внезапная смена при общении с родственником удивила его. Может потому, что он сам с родителями общался равнодушным или пренебрежительным тоном, и просто не привык, что кто-то может так говорить с родным отцом, а может потому, что ее тон был напуганным, как у нашкодившего ребенка. Дожевав быстро перекус, он навострил уши и даже неосознанно придвинулся ближе к двери.

— Да, доехала нормально, всё со мной хорошо, — теперь было слышно, как дрожит ее голосочек, запинаясь на полуслове. — Нет-нет, прошу тебя, не надо, я справлюсь.

Теперь же Валера поднялся с насиженного места и подкрался к двери. Одернул себя за такое глупое поведение. Нахрена ему вообще это слушать? Не интересно же вообще, по сути. Но что-то заставляло его подходить к двери бесшумно, ступая с пятки на носок. Стоя уже почти перед дверью, он слегка наклонился к щели, прислушиваясь, о чем она там говорит с родителем.

— Прости, папа, я знаю, что ты хочешь как лучше, — судя по звуку, она нервно теребила спиральчатый телефонный провод. — Хорошо, я всё сделаю, не злись только, ладно? Да, давай. Целую, пока.

Девушка положила трубку, тяжело вздыхая. Какое-то время она просто стояла, теребя пальцы и сжимая-разжимая кулачки. Будто собиралась с силами и решительностью. В конец успокоившись, она вскинула голову кверху, и расправив плечи, направилась обратно в комнату. Валера тут же пулей полетел обратно на свое место — не хватало еще, чтобы она там себе что-то надумала, застав его за тем, как он уши греет чужими разговорами.

В комнату вошла уже не напуганная школьница, а уверенная в себе и наглая девчонка. Присаживаясь на диван, она не поправила юбку, и та слегка задралась, обнажая тонкие ноги в капроновых колготках.

Взгляд Турбо сам по себе упал на ее ноги. Пробежался от острой коленочки к стройным бедрам. Фигурой хороша, права была ее бабка, вот если бы еще рот свой не открывала... Господи, блять. Зачем он вообще смотрит на ее ноги? Ну не животное же он, в самом деле. Турбо, отвернись от ее ног, в них нет ничего особенного.

Эта мысль успокоила и придала уверенности. Действительно, чего он так запереживал, у нее самые обычные, совсем не примечательные, ноги. Не хватало еще себе надумать что-то лишнее. Просто бабы давно не было, вот он и потерялся слегка. Больше это никогда не повторится.

Продолжать начатое она не стала, и они допили чай в полной тишине. И так было гораздо лучше, чем снова обмениваться «любезностями». Потом в комнату заглянула Азиза Дамировна и убрала уже пустой поднос обратно на кухню, а они разошлись заниматься своими делами. Девчонка ушла в комнату к бабушке, а Валера молча приступил к своей работе и повесил наконец-то ебучую книжную полку. Удивительно, даже не накосячил ни разу.

***

Вечером у Универсама были привычные сборы с обсуждением актуальной информации. Но ее было негусто — никто ничего подозрительного не увидел, патрулируя район после школы. Разве что кто-то из скорлупы драку приметил у лесополосы, но это, как оказалось, херня ничего не стоящая была — двое парней из школы за девчонку дрались.

А вот в конце сборов был приятный сюрприз — сегодня вылазка для наживы. Давно уже пора было на общак собирать, и так в затишье неделю сидели. Дело плевое — спортплощадку для молодежи оккупировать, а потом с желающих плату за вход брать. По рублю за турники и по три рубля за лесенку, кольца и брусья. А если желающих мало будет — силой малых затаскивать, а потом уже плату с них изымать, мол, комплексом спортивным же пользовался, значит, плати.

Кто хотел жить, тот умел вертеться. Бизнес с нулевыми затратами был отличным решением для всех пропащих пацанов из неблагополучных семей. А о морали потом уже как-то подумают, если вообще думать будут. Турбо было необходимо подзаработать сегодня — с утра он занес продавщице последние 17 копеек, которые выпросил «в займы» у какого-то паренька во дворе. Отдавать, конечно же, не собирался, но тем не менее курить хотелось регулярно, а пачка «Космоса» уже подходила к концу, и скоро надо будет идти за новой. А еще неплохо было бы продуктов купить. Таких, чтобы готовить долго не приходилось, а можно было сварганить что-нибудь по-быстряку. Ну, колбасу там, сыр, хлеб...

План тоже был простым — несколько парней идут сперва на спортплощадку, чтобы отжать ее в свои владения, а остальные на стреме стоят, да малых вылавливают. Старшаки заниматься этим самостоятельно не хотели — не по авторитету было, а вот скорлупу учить надо, пусть привыкают. Поэтому Турбо давал наставления и объяснял, как действовать в случае чего, а сам на стреме остался. В реальности же просто курил с Зимой, да языком чесал, чтобы стоялось не скучно.

Скорлупа справлялась неплохо. Марат отлично подбивал народ на здоровый образ жизни, а Пальто забирал с мальчишек деньги, пересчитывая и складывая в надежный карман. Турбо оставалось только с гордостью наблюдать, и в нетерпении ожидать дележки собранной суммы на всех, кто принимал непосредственное участие.

Делая очередную затяжку вместе с Зимой, который любезно поделился сигареткой с новой пачки, Турбо размышлял о своем положении. Батя уже три дня не появлялся дома, и это даже радовало, но если мама будет звонить, и никто не возьмет трубку, то будет дерьмово. Перенервничает за алкаша этого, а потом будет в срочном порядке брать больничный и мчать домой, чтобы выяснить, где ее ненаглядный мужинек. А «ненаглядный» опять всю зарплату проебал и в запой ушел с концами. Ночует где-попало, а с утра с будуна жесткого на завод, и так по новой каждый день.

— Турбо, глянь, — Зима пихнул товарища локтем, показывая рукой с зажатой между пальцами сигаретой, на девушку. Турбо помрачнел, сразу узнав причину беспокойства. Что ж ей дома-то не сидится, а?

Девушка с любопытством оглядывала парней на входе в бесплатную площадку, которые возомнили себя охранниками и пропускали народ только за деньги. На голове неизменная меховая шапка рыжего цвета, а руки покоятся в карманах такого же цвета шубки. Валеру девушка не заметила, так как тот стоял за углом, контролируя ситуацию со стороны, и наготове предупредить о нагрянувших ментах.

Убедившись, что происходит полный беспредел, Нелли направилась в сторону импровизированных охранников в лице Марата и Андрея. Зима и дальше спокойно затягивался дымом, спокойно наблюдая за открывающейся картиной. Нужно было действовать.

— Я пойду уберу ее, нечего шляться в такое время и в таком месте, — Турбо, докурив, выкинул бычок и поправил шапку.

— Знаешь ее? — спросил Вахит. Пацаны не врут, не по-пацански это, но и признаваться в том, что водится с такой фифой, он тоже не хотел.

— Не-а, просто проблем не хочу. Настукачит еще, — если так разобраться, то он и не соврал. Он же не знал ее по сути, только имя и где живет.

Быстрым шагом подошел к девушке, заслоняя своей грудью происходящее на площадке. Она сделала шаг назад, не желая так близко находится к сомнительному знакомому. Оглядела его с головы до ног, отмечая высокий рост парня про себя.

— Вали отсюда, пока по шапке не надавали. Девочек мы, конечно, не трогаем, но больно любопытным можем доходчиво пояснить, — опять начал он с угроз, чтобы она поскорее убралась.

— А бабушка вроде уверяла, что ты хороший мальчик, — улыбнулась она, задирая голову, чтобы посмотреть ему прямо в глаза.

— Это с ней я хороший, а к себе такого отношения не жди. Че тебе дома не сидится, видела который час? Приличные девушки уже должны в кроватке сидеть, — не хотелось силой давить. Надо, чтобы до нее самой дошло.

— Приличные парни не отжимают деньги с детворы, раз уж на то пошло. Интересные у вас тут порядки.

Турбо обернулся на парней, и увидел, как те смотрят на них с непониманием. Давно бы уже отвадить ее отсюда должен был, но отчего-то медлит, время за разговорами теряет только. Закипел моментально. Из-за этой дуры сейчас еще и пацаны засмеют, а потом репутацию восстанавливать. Нахуй надо.

— Пошла, я сказал, — Турбо грубо схватил девушку под руку, утаскивая ее подальше, почти волоча за собой. Девушка пыталась брыкаться, но сапоги скользили по заледеневшей дорожке, не помогая сопротивлению.

Оттеснил ее за угол, только в противоположной от Зимы стороне — не хватало еще, чтобы он что-то заподозрил. Девушка перестала брыкаться, но все же вырвала свою руку из цепкой хватки, как только они остановились. Хватит.

— До тебя чё, не доходит? А если бы это не я был, а другой пацан, ты не думала, что он бы сделал? — Стало жарко. Кровь кипела в жилах, разгоняясь по венам с огромной скоростью. Всё же, как корабль назовешь, так он и поплывет.

— Не думала. Что вы мне сделали бы?

— О, а ты, я вижу, проверить хочешь. Показать на примере? — крикнул Турбо девушке в лицо.

— Покажи! — отразила его поведение Нелли.

Он не знал насколько упертой и отбитой она может быть, но если душой не кривить, то он и сам не придумал, что он сделать ей может. Не хотелось все же силу применять. Тем более внучка соседки. Как потом в глава Азизе Дамировне смотреть? Мысль так и не нашла логического завершения. Сзади началась возня, и парень отвлекся, а потом увидел, как в их сторону бежит наряд милиции.

— Атас, менты! — крикнул он своим низким басистым голосом, но было поздно.

Парочка из них уже добежала и начала заламывать парней лицом в пол. Кто-то пытался отбиться, кто-то смиренно лежал скрученный, остальные, кто мог, начали разбегаться в разные стороны. Один из милиционеров приметил Зиму в стороне, и кинулся ловить скрытого участника беспредельщины.

Турбо заметил, что и в их сторону начали смотреть, а затем кто-то тыкнул на них пальцем и двое хранителей порядка сорвались с места к ним. Он, не раздумывая, схватил девушку за руку и рванул куда глаза глядят. Потом будет думать, где пересидеть безопасно. А сейчас — валить надо было.

Легкие горели, работая как меха для раздувания огня, а лицо покраснело то ли от мороза, то ли от злости на самого себя. Но он продолжал бежать, таща за собой совершенно неспортивную девушку, что выдохлась еще минут пять назад. Но она молодец — ни звука не издала, а просто продолжала бежать, несмотря на то, что ноги путались, а каблуки застревали в снегу.

В конечном итоге, они добежали до конца улицы, но погоня так и не прекратилась. Видимо, им нужны были какие-то результаты. Вернутся в участок очередной раз с пустыми руками они не могли. Нужно было уже переставать бежать и начать думать головой. Нужен был хоть какой-то план. На соседнюю улицу им нельзя было — там уже зона домбытовских начиналась. Они такое им с рук не спустят.

Вариантов не было. Неля порядком устала и не могла физически бежать больше. Спасение пришло внезапно — Турбо приметил подвал с задней стороны какого-то завода. Лишь бы был открытый. Рванув девушку с новыми силами, он круто завернул за угол, сбивая преследователей с пути. Обогнув здание, они подбежали к подвалу, и Валера дернул дверь на себя. Она оказалась открытой. Он запихнул девушку внутрь, и забежал сам, закрывая за собой массивную железную дверь. Можно было отдышаться.

Нелли стояла в полусогнутом состоянии, облокотившись на дверь, и тяжело дышала, ловя воздух ртом, как рыба. Парень прошелся внутрь подвала, собирая головой приличный слой паутины, сразу же стряхивая липкую дрянь с волос. По идее, они не должны сюда заглянуть, да и долго искать не будут, махнут рукой на них, и скажут, что сделали всё, что смогли. Псы безвольные.

— Ты зачем меня с собой потащил? — подала голос Нелли, повышая голос с истеричными нотками. Вот-вот расплачется, наверное.

— А что мне делать было? Кинуть тебя там?

— Да, я же не при делах, что мне сделают?

— Ты совсем что ли? Алло, нас вместе видели, как мы разговаривали. Тебя первую бы в отделение увезли, а потом всю ночь бы допрашивали кого ты знаешь из нас.

— Так я не знаю никого, я второй день тут, — девушка выпрямилась и опять старалась смотреть свысока, несмотря на свой маленький рост. — Тебя только знаю, и то по имени.

— А знала бы больше, то сдала бы? — почему-то захотелось это спросить. Поставить себя на ее место он не мог, но понимал, что в ее интересах было бы всех их сдать.

— Нет, не сдала бы... — не раздумывая кинула она, сама удивляясь такому ответу. — Я не стукачка.

Валера был приятно удивлен. Честно говоря, он даже застыл, когда она выпалила это, не думая ни секунды. Вот так просто взяла и заверила. Не сдала бы. Почему-то он ей верил. Даже зауважал немного, потому что знал — много кто бы сдал. Даже среди своих.

Пробыв еще какое-то время в сыром и грязном подвале с затхлым запахом, Турбо решил, что надо хотя бы проверить обстановку снаружи. Аккуратно приоткрыл скрипучую дверь и высунулся наружу, бегло осматриваясь по сторонам. Кажется, чисто. Но внимание привлекла машина. Черный мерин тихо заехал в подворотню. Таких машин он тут раньше не видел и это вызвало интерес. Заглушив мотор, машина осталась стоять — никто из нее не вышел. Спустя пару секунд с другой стороны к машине подошла компания парней. В такой темноте плохо было видно, но одеты были обычно, ничего сверх. А вот с машины вышли уже люди серьезные — Турбо понял это по шубам, которые расценил как из соболя, и по треухам, кажется, из того же меха.

Две группы людей образовались в кучку и все вместе они направились к машине. Человек, вышедший из двери со стороны водительского места, подошел первым к багажнику, открывая, и пропуская затем других. Валере не было видно отсюда, что было в багажнике, но вряд ли что-то обычное.

— По рукам, — долетела фраза от одного из «простых», и водитель захлопнул багажник. Парни пожали друг другу руки, а затем разошлись по сторонам, с которых пришли.

Валера сам не понял, что он только что увидел, но сердце подсказывало, что что-то нечисто было. Тревожно стало. Надо рассказать на сборах.

— Пошли, уже всё чисто. Домой тебя отведу, — сказал парень, открывая тяжелую дверь, и пропуская Нелю вперед.

Та хмыкнула, улыбнулась слегка смущенно, и, аккуратно переставляя ноги, вышла из подвала на мороз. Ей об увиденном Валера решил не рассказывать.