Мне 15

Глава 4

История с Элисон

Как обычно, мы с пацанами собрались в "Саду". На этот раз к нам присоединились Джуди и Элисон. Мы курили и запивали всё энергетиками - все, кроме Билли. Он не курил при Джуди, боясь, что она расскажет  маме о его вредной привычке.

Элисон смотрела на меня странным, почти диким взглядом, прикрывая нос.

- Чего так смотришь? - спросил я.

- Ты знаешь, что сигареты вредны для здоровья?

- Знаю, - ответил я, затягиваясь.

- Так почему не бросишь? - раздражённо фыркнула она.

Я пожал плечами:

- Да не знаю... Привычка.

- Это отвратительная привычка! - с нажимом сказала она. - Ты же убиваешь себя!

- Да ладно тебе, - усмехнулся я. - Все мы чем-то вредным занимаемся.

- Но это же можно прекратить! - Элисон говорила с таким пылом, будто ей реально было не всё равно. - Попробуй хотя бы неделю не курить. Ради себя.

Я усмехнулся, но, встретив её серьёзный взгляд, внезапно почувствовал себя неуютно.

- Подумаю, - пробормотал я.

Позже выяснилось, что Элисон просто не переносит запах табака. Но, кажется, дело было не только в этом.

Мы с Элисон отошли от пацанов немного что бы поговорить.

Элисон улыбнулась, но взгляд у неё остался серьёзным.

- А если честно? - мягко спросила она.

Я замолчал, глядя в сторону. Честно?

- Да нет, просто... Нервы, наверное, - пожал я плечами.

Элисон чуть нахмурилась.

- Почему ты никогда не говоришь, что чувствуешь?

Я поднял на неё взгляд.

- С чего ты взяла?

Она вздохнула, скрестив руки.

- Ты всегда так делаешь. Прячешь всё за шутками. Будто если сказать что-то серьёзное, это сделает тебя слабым.

Я молчал. Наверное, она была права.

- Ну, а ты? - спросил я. - Ты же тоже иногда скрываешь, что чувствуешь.

- Иногда, - признала она. - Но не с тобой.

Я чуть нахмурился.

- Почему?

Элисон посмотрела на меня долгим взглядом.

- Потому что мне не всё равно.

Я не знал, что сказать. В воздухе повисла тишина.

- А тебе? - добавила она, чуть тише.

Я сглотнул.

- Конечно, не всё равно. Иначе зачем бы я с тобой разговаривал?

Элисон покачала головой и улыбнулась - но на её лице читалось разочарование.

- Ты когда-нибудь перестанешь всё переводить в шутку, Дин?

Я не нашёл, что ответить.

Мы просто стояли, пока вечерний воздух остывал вокруг нас.

Элисон немного поёжилась от прохладного вечернего воздуха и скрестила руки на груди.

- Ты ведь понимаешь, о чём я, да? - спросила она, не сводя с меня взгляда.

Я глубоко вздохнул, глядя куда-то в сторону, туда, где слабо горели фонари.

- Элисон, я... - Я осёкся.

Она терпеливо ждала, но я не мог подобрать правильных слов.

- Я просто не привык к таким разговорам, - наконец выдавил я.

Она чуть усмехнулась, но не зло, скорее с ноткой грусти.

- Знаешь, Дин, иногда с тобой разговаривать - как пытаться пробиться через стену. - Она сделала шаг вперёд, сокращая расстояние между нами.  - Но я знаю, что за этой стеной что-то есть.

Я вздохнул, по привычке сунув руки в карманы.

- А если мне так проще? - тихо спросил я.

- Проще - не значит лучше, - возразила она. - Ты ведь не робот, Дин. У тебя тоже есть чувства. Просто ты всё время их прячешь.

Я посмотрел на неё.

- А если я боюсь?

Элисон удивлённо моргнула.

- Чего?

- Если я с кажу, что чувствую, а потом... всё пойдёт не так? - Я сжал губы. - Иногда проще сделать вид, что тебе без разницы.

Элисон долго молчала, а потом качнула головой.

- Ты не должен всё время быть сильным, Дин.

Я опустил взгляд.

- Ты ведь знаешь, что мне не всё равно, да? - спросил я.

Элисон чуть улыбнулась.

- Догадывалась, - мягко ответила она.

Мы стояли молча, пока ветер мягко шевелил её волосы. В этом молчании было больше смысла, чем в любом разговоре.

- Правда, что ты хочешь жениться на Лие, как только тебе исполнится 18? - спросила Элисон, опираясь на деревянный забор в саду, через который падал мягкий свет заходящего солнца.

- Откуда ты это знаешь? - удивился я, не ожидая, что она может быть в курсе.

- Мне сама Лия рассказала, - сказала она, слегка ухмыляясь, словно знала что-то, о чем мне не хотелось бы говорить.

- Вы разве общаетесь?

- Ну, пару раз пересекались, - она пожала плечами, как будто это было нечто совсем обыденное.

- Понятно, - я вздохнул, взглянув на ее лицо, которое теперь выглядело серьезным. - Ты знаешь, я как будто застрял между двумя стенами. У меня есть несколько выборов, но я даже не понимаю, какой из них правильный. Все кажется не таким уж простым, как хотелось бы.

Элисон немного замолчала, смотря на меня, потом, облокотившись на дерево, тихо произнесла:

- Ты не один. У каждого из нас бывают моменты, когда не знаешь, как поступить. Но, возможно, не всегда стоит идти по самому легкому пути. Иногда нужно рискнуть, чтобы понять, что для тебя действительно важно.

Она была права - мне не хватало решимости. Боялся выбрать не тот путь, а в этом страхе не было ничего нового.

- Может, ты права, - сказал я, ощущая, как внутри начинает что-то двигаться. - Просто иногда хочется, чтобы кто-то другой принял решение за тебя.

Элисон улыбнулась, слегка покачав головой.

- Но ты ведь сам можешь выбрать, - сказала она, снова смотря на меня с тем же взглядом, полным уверенности. - И в этом есть своя сила.

Элисон молча смотрела в землю, когда я сказал, что не могу сделать выбор. Легкий ветерок играл с ее волосами, но мне казалось, что в этот момент она стала отдаленной, как если бы расстояние между нами стало ощутимым.

- Ты... ты что-то замолчала, - заметил я, чувствуя, как ее молчание будто давит на меня. Она подняла взгляд, и я заметил, как быстро исчезает из ее глаз напряжение.

- Нет, просто... думаю, что тебе тяжело. - Она слегка наклонила голову, а потом добавила с каким-то грустью в голосе: - Ты знаешь, иногда это может быть не только сложно, но и нечестно.

- Ты ревнуешь, да? - вырвалось у меня. Я не знал, как по-другому спросить, но эта мысль уже не давала покоя.

Она молча кивнула, и я понял: она ожидала, что я скажу это. Ее глаза искали чего-то, но при этом были закрыты, словно она не хотела, чтобы я видел, что внутри у нее происходит.

- Ты продолжаешь общаться с нами обеими, - ее голос звучал тихо, но решительно. - Ты не можешь выбрать, потому что боишься, что потеряешь нас обеих.

Слова как будто пронзили меня насквозь. Я не мог возразить. Я боялся потерять кого-то, кого мне было важно. Но все это лишь усложняло ситуацию.

- Ты правда хочешь выбрать между нами? - спросила Элисон, взглянув на меня с лёгким недоумением. Мы сидели в саду, и тень от дерева почти скрыла нас от последнего света.

Я вздохнул и покачал головой.

- Я не хочу выбирать, Элисон. Я... просто не знаю, как это сделать. Мне сложно.

Она немного помолчала, как будто давая мне время, но потом спросила прямо:

- Так ты хочешь продолжать общаться с нами обеими? Даже если это кого-то ранит?

Я почувствовал, как эти слова словно зацепили меня, и попытался найти ответ.

- Я не знаю, - признался я. - Мне с вами обоими хорошо. Но я понимаю, что так не может продолжаться.

Элисон вздохнула и немного отстранилась, скрестив руки на груди.

- Ты просто боишься потерять кого-то, - сказала она тихо, но уверенно.

- Да, это так, - ответил я, и в голосе чувствовалась усталость. - Я не хочу потерять ни тебя, ни Лию. Но, похоже, я уже теряю.

Элисон посмотрела на меня, и её взгляд стал мягче.

- Ты ничего не теряешь, если будешь честен, - сказала она, и я услышал в её голосе что-то такое, что раньше мне не приходилось замечать. - Возможно, тебе нужно поговорить с ней, с Лией, и всё прояснить.

Я кивнул, но чувствовал, как внутреннее напряжение только растёт.

Элисон смотрела на меня немного задумчиво, её взгляд был каким-то глубоким, как будто она видела меня таким, каким я сам не осознавал себя. В воздухе стояла тишина, и в этом молчании было больше, чем просто пауза между словами.

Я не знал, что происходит, но почувствовал, как к ней тянет. Не из-за чего-то конкретного, а просто потому, что я понимал: именно она сейчас рядом. Я сделал шаг к ней, не думая о том, что это может изменить. Она не отступила, наоборот, чуть приблизилась, и её глаза стали ещё более искренними.

Без слов, просто интуитивно, я наклонился и поцеловал её. Это было мягко, почти как нечто ненавязчивое, но в этом поцелуе было много напряжения, как будто вся неопределенность вылилась в этот момент. Мы оба знали, что что-то изменилось, но не могли точно понять, что именно.

Элисон закрыла глаза, а я почувствовал её дыхание на своей коже. Всё вокруг словно исчезло. Никаких сомнений, никаких вопросов. Просто она. Просто я.

Когда мы отстранились друг от друга, я почувствовал, как сердце колотится в груди.

- Это... - я не знал, что сказать. Всё, что я мог, это смотреть на неё и пытаться осознать, что только что произошло.

Она улыбнулась и пожала плечами, как будто ничего не случилось, но её взгляд был серьёзным.

- Ты всегда говоришь, что не знаешь, что делать. Иногда стоит просто следовать за тем, что подсказывает сердце. - её слова были тихими, но в них было больше уверенности, чем в любом другом её высказывании.

Я кивнул, чувствуя, как внутри меня начинает проясняться. И, может быть, этот шаг был не таким уж неправильным.

Мы стояли друг перед другом, и в этот момент всё вокруг стало второстепенным. Элисон чуть улыбнулась, но её глаза всё ещё оставались такими же искренними и глубокими. Я чувствовал, как моё сердце бьётся быстрее, и в какой-то момент мне казалось, что ничего не имеет значения, кроме нас.

Я снова наклонился, и наши губы встретились. На этот раз поцелуй был дольше, глубже, как будто в нём было всё - наши страхи, сомнения, чувства, которые мы не могли выразить словами. В этом поцелуе не было лишнего - только искренность и потребность в друг друге. Мы не торопились, не думали о том, что будет дальше. Всё, что нам было нужно, - это этот момент, когда мы были вместе.

Время будто замедлилось. Я потерял счёт тому, сколько времени прошло, когда вдруг слышу голос Билли издалека:

- Эй, вы там что, уснули? - его смех прозвучал в воздухе, нарушая нашу тишину.

Мы отстранились друг от друга, но всё ещё оставались рядом, не в силах полностью вернуться в реальность. Я не знал, что делать с этим моментом, с тем, что произошло, но одно было точно - я больше не чувствовал себя таким растерянным.

Элисон слегка покраснела, но не могла скрыть улыбки, а я, чувствуя лёгкое смущение, посмотрел в сторону Билли.

- Мы не уснули, - ответил я, немного смеясь, пытаясь вернуть всё в обычное русло. - Просто... размышляли.

Билли, судя по его взгляду, сразу понял, что происходит. Он поднял брови и продолжил:

- Ну, если что, я подожду. Но если вдруг хотите поболтать - я рядом.

Я снова посмотрел на Элисон. Мы оба знали, что этот момент как-то изменил всё. Но пока мы молчали, в воздухе ощущалась лёгкая растерянность. Мы просто не были готовы к тому, что произойдёт дальше.

Я продолжал общаться и с Лией, и с Элисон, но в конце концов всё же сделал выбор в сторону Лии. Это не было лёгким решением, но я чувствовал, что это правильный шаг. Время шло, и однажды Джуди рассказала мне, что Элисон рыдала несколько дней подряд из-за меня. Я немного удивился, не зная, что моя ситуация так сильно на ней отразится. Мне стало немного жаль её, и я решил попытаться восстановить наш контакт.

Я писал ей несколько сообщений, она отвечала, но её ответы были короткими, без особого энтузиазма. Я понял, что её чувства изменились, и это было тяжело осознавать. Она как будто закрылась от меня, и я не знал, как вернуть то, что было раньше.

Прошёл год, и я всё ещё вспоминаю те моменты с Элисон. Иногда мне становится немного неудобно за то, что я не смог сделать всё правильно. Хотя она и не держала на меня зла, мне было ясно, что я причинил ей боль.

«Быстро и глупо»

Жизнь продолжалась, мы с пацанами всё так же находили себе приключения на жопу. Как-то раз, когда мы сидели у Джека во второй квартире, он вдруг сообщил, что ему срочно нужны деньги. Он назвал сумму, которая на тот момент для нас была огромной, и сказал, что ему нужно что-то срочно придумать.

Я, пытаясь подшутить, предложил ограбить магазин - как шутка, конечно. Всё было сказано в лёгком тоне, ведь мы часто так общались, не думая о серьёзности слов. Но вот Джек, кажется, воспринял это совсем по-другому. Он на секунду задумался, а потом посмотрел на меня с таким выражением, как будто я только что предложил самую логичную идею.

- А ты не шутил? - спросил он, и я почувствовал, как внутри меня поднимется напряжение.

Я растерялся, не зная, что отвечать. Я же не мог всерьёз предложить что-то подобное, да и вообще - как можно так легко забыть, что это была всего лишь шутка? Но Джек продолжал смотреть на меня, и я понял, что ему это не просто интересно. Серьёзно ли он воспринимает мой юмор, или он действительно подумывает о чём-то таком?

- Эй, я же пошутил, - ответил я, надеясь, что всё это быстро развеется. Но Джек, похоже, не собирался так просто отпускать эту мысль.

Мы всё чётко спланировали. Джек договорился с дядей, что возьмёт машину, пообещав заправить её и купить несколько пачек сигарет и пару банок пива. Это был его способ убедить дядю, что всё будет в порядке, и дядя не заподозрит ничего странного.

Мы все сели в машину, и на ночь поехали в соседний посёлок. Там был небольшой продуктовый магазин, который подходил для нашего плана - закрывался рано и не привлекал внимания. Когда мы подъехали, Джек остался в машине, чтобы наблюдать за ситуацией и быть готовым, если кто-то вдруг появится. Боб встал на шухер, а я с Шоном направились к двери магазина.

Перед нами стояла металлическая дверь с хорошим замком. Мы пытались открыть её отмычками, но замок оказался слишком крепким. Мы так и не смогли его вскрыть. Тогда Шон, уже немного нервничая, схватил монтировку. Он воткнул её в проём и начал ломать дверь. Звук был ужасный - металл скрежетал, и я точно знал, что если кто-то услышит, мы не успеем уйти. Но, к нашему удивлению, ни звука из соседних домов не было. Мы просто не могли поверить, что не привлекли внимания.

Когда дверь наконец поддалась, точнее, когда мы её сломали, мы почувствовали облегчение, хотя внутри всё равно было немного жутко. Мы быстро зашли в магазин, стараясь не шуметь. Внутри было темно, но в маленькой коморке горел тусклый свет. Мы насторожились - кто-то мог быть внутри. Шон аккуратно подошёл к коморке, держась монтировкой. Он резко повернулся и замахнулся в пустоту, но, к счастью, внутри никого не было.

Мы немного расслабились и принялись искать деньги. Мы перевернули все ящики, но, увы, деньги так и не нашли. Однако не собирались уходить с пустыми руками. Мы решили взять всё, что могло пригодиться. Пиво, энергетики, шоколадки, сигареты, колбасу - всё, что попадалось на глаза, запихивали в огромные пакеты и сумки. Всё быстро утрамбовали, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Когда всё было собрано, мы тихо покинули магазин, слава богу, никого не встретив по пути. В машине мы начали смеяться, как будто ничего серьёзного не произошло. Было приятно чувствовать себя, как герои какого-то фильма.

Когда мы наконец вернулись в квартиру Джека, всё прошло как-то быстро и без лишних слов. Мы выгрузили пакеты с товарами и продуктами, не особо задумываясь, как всё это будем прятать. Пару пачек сигарет и банок пива мы оставили себе, остальное разложили, как будто это было обычное дело. Шон с Бобом начали шутить и смеяться, а я только что-то мрачно замечал, как быстро всё это превратилось в обычный вечер.

Часы подкрадывались к пятому, и мы решили, что пора вернуть машину дяде Джека, как и обещали. Взяли ключи и поехали в соседний район. Было темно, дорога почти пуста, и весь этот процесс казался каким-то нереальным. Мы вернули машину на место, аккуратно поставив её, чтобы дядя не заметил, что что-то не так. Тихо, как тени, мы вернулись пешком к квартире, не успев даже обменяться парой слов.

Когда мы снова оказались в квартире, атмосфера была совсем иной. Никто не пытался оправдаться, никто не спрашивал, что теперь будет. Мы просто начали жадно пить, курить и наслаждаться тем, что сделали. Кажется, в этот момент всё вокруг стало неважным. Пиво шло легко, сигареты быстро заканчивались, а шутки становились всё громче. Мы смеялись, как будто это было всё, к чему мы шли.

Мы поделили товары и продукты поровну, как договаривались. Каждый забрал себе что-то - немного пива, шоколадки, энергетики, сигареты. Но мне было немного неловко. Я знал, что мы не просто "погуляли", что мы сделали что-то, о чём вряд ли сможем рассказать другим.

На следующий день мы начали продавать украденный товар пацанам с района. Мы знали, что они не будут задавать лишних вопросов, и продавать им товар по дешёвке было для нас выгодно. Мы ставили цены ниже, чем в магазинах, зная, что это привлечет покупателей. Пиво, энергетики, сигареты - всё шло на ура. Шон, Боб и я помогали Джеку, который был главным организатором всего этого процесса. Мы быстро заработали нужную сумму, и Джек, наконец, собрал ту сумму денег, которую ему так срочно было нужно.

Под вечер, когда всё это было завершено, мы решили немного расслабиться. Джек предложил пригласить пару девушек с района, чтобы как-то отметить "успех" нашего предприятия. Девушки приехали, и атмосфера в квартире мгновенно изменилась. Мы открыли оставшееся пиво, разлили алкоголь и начали потихоньку выпивать. Все эти разговоры, смех и лёгкое напряжение от того, что мы продолжали скрывать, что на самом деле произошло, создали странную атмосферу.

Пацаны были довольны, и девушки тоже быстро вошли в курс дела. Музыка играла, все начали шутить и расслабляться. Мы забыли о том, что происходило ночью, будто это было давно и совсем не важно. Сидели, пили, делились историями, смеялись и думали, что это - просто очередное приключение, которое останется в памяти как весёлое воспоминание.

Когда мы все немного опьянели, атмосфера в квартире стала ещё более раскованной. Смех и разговоры перешли в более расслабленную обстановку, и все стали вести себя как-то по-другому. В этот момент одна из девушек, которой было явно весело и немного поддатой, начала клеиться ко мне. Её взгляды становились всё более уверенными, а слова - чуть более откровенными. Алкоголь делал своё дело, и она, очевидно, решилась проявить больше интереса ко мне.

В какой-то момент я заметил, как ко мне подошла девушка, сидя на диване рядом. Она была спокойной и уверенной в себе.

- Привет, - сказала она, посмотрев на меня с интересом. - Ты часто так отдыхаешь, в компании друзей?

Я кивнул, улыбаясь.

- Да, я вообще люблю в таких компаниях бывать. Как-то проще, чем одному. А ты как?

- Мне тоже нравится быть с людьми, но иногда хочется просто пообщаться по-настоящему, без шума, - ответила она.

- Понимаю, иногда важно почувствовать эту лёгкость, без всяких ожиданий, - сказал я.

Она кивнула, взглянув мне в глаза.

- Я Алиса, кстати. А ты?

- Дин, - ответил я. - Рад познакомиться.

Алиса немного откинулась в кресле, наблюдая за мной. Её взгляд стал немного более пристальным, как будто она что-то искала.

- Ты всегда такой открытый, Дин? - спросила она, слегка прищурив глаза.

Я пожал плечами, чувствуя, как воздух между нами становится чуть более напряжённым.

- Не всегда. Всё зависит от того, с кем я общаюсь. Бывают моменты, когда хочется просто говорить, без всяких масок, знаешь?

Алиса скользнула по мне взглядом и улыбнулась, но в её улыбке было что-то, что я не мог понять сразу.

- Может, мы могли бы попробовать этот разговор без масок? - её голос стал чуть тише, но от этого не менее уверенным.

Я почувствовал, как сердце пропустило один удар, но постарался не выдать себя.

- Наверное, это будет интересно.

Алиса сделала паузу, её пальцы играли с краем чашки, а взгляд не отрывался от меня. Я заметил, как она чуть прикусила губу, словно подбирая слова.

- Знаешь, иногда хочется просто... расслабиться, - произнесла она с лёгким намёком, не убирая глаз с моего лица.

Я ощущал, как её слова, казалось бы невинные, приобретают какой-то скрытый подтекст. Она внимательно следила за моей реакцией.

- Иногда важно просто довериться моменту, не так ли? Без ожиданий, без ограничений, - продолжила она, её голос стал более низким и слегка тягучим.

Я почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Всё в её поведении говорило о том, что она хочет чего-то большего, но не спешит это открыто заявлять.

- Я понимаю, что ты имеешь в виду, - ответил я, пытаясь сохранить спокойствие, но внутри уже было непривычное напряжение. - Иногда такие моменты действительно важны.

Алиса сделала шаг вперёд, и я почувствовал её дыхание. Её глаза не отрывались от моих, а тонкий намёк на её губах казался чем-то неизбежным.

- Интересно, как ты отреагируешь, если я скажу, что иногда я просто хочу, чтобы кто-то разделил со мной этот момент, без лишних слов, - она почти прошептала, но так, что я услышал каждое слово.

Алиса тихо встала, не отрывая взгляда от меня, и мягко, но уверенно взяла меня за руку. Я ощутил тепло её ладони и замер. Она слегка потянула меня в сторону двери.

- Пойдём, Дин, я хочу показать тебе кое-что, - её голос был спокойным, но в нём чувствовалась твёрдость, словно она точно знала, что делает.

Когда мы вошли в спальню, она закрыла за нами дверь и подошла к окну, где мягкий свет от уличных фонарей играл на её лице. Я видел, как её глаза светились, но что-то в её взгляде заставляло меня почувствовать себя на грани.

- Иногда просто нужно быть настоящим, не так ли? - её слова были тихими, но каждое из них попадало точно в цель, как стрелы.

Я не знал, что сказать. Всё происходило так быстро, но она казалась такой уверенной, что я не мог отвести взгляд.

Алиса снова повернулась ко мне, её лицо было всего в нескольких сантиметрах от моего.

- Ты готов, Дин? - спросила она, слегка наклоняя голову, её губы еле касались моего уха.

Я ничего не ответил, лишь тихо кивнул, ощущая, как её присутствие заполняет всё пространство между нами. Алиса медленно обвела свои руки вокруг моей шеи, её пальцы скользили по моей коже, оставляя за собой теплый след. Она подошла ближе, и её дыхание стало более ощутимым, а её глаза искрились в тусклом свете.

Затем она коснулась моих губ своими, сначала осторожно, почти как бы проверяя, не отступлю ли я. Но я не отступил. Мой ответ был в том, как мои руки инстинктивно обвили её талию, привлекая её ещё ближе, до тех пор, пока мы не оказались совсем рядом, почти слившись в одном дыхании. Я чувствовал, как её тело отвечает мне, и моё сердце начало биться быстрее.

Её поцелуй стал глубже, страстнее, и я чувствовал, как она увлекает меня за собой, ведёт в новый мир, где нет слов, есть только действия и чувства. Это был момент безвозвратной близости, где каждая мелочь - каждое прикосновение, взгляд - имели значение.

Я с осторожностью опустил руки ниже талии и начал проводить их по её попе. Она тяжело вздохнула, и я почувствовал, как её тело слегка дрогнуло. Этот звук, её реакция, убедили меня в том, что она не против близости.

Она сделала первый шаг, сняла с меня кофту, затем плавно освободила от майки. Мы не оторвались друг от друга, поцелуй не прерывался, пока мы не оказались в постели.

Я снял с неё верхнюю одежду, а затем аккуратно освободил от джинсов. На её коже пробежала дрожь, и я почувствовал, как она немного волнуется. В этот момент я понял, что её сердце бьётся в унисон с моим. Через пару минут мы оказались под одеялом, обнажённые, и, несмотря на всё, продолжали целоваться, не переставая.

С лёгким возбуждением я аккуратно стал целовать её шею, затем, чувствуя её напряжение, медленно спустился ниже, целуя её грудь, а затем живот. Она слегка приподняла таз, как будто отвечая на мои прикосновения, и я почувствовал, как её дыхание становится всё более прерывистым.

Я вновь поднялся и поцеловал её в губы, чувствуя её реакцию на каждый мой жест. В этот момент Алиса взяла инициативу в свои руки. Она мягко подтолкнула меня, требуя, чтобы я лёг на спину, и повторяла мои действия, при этом её движения становились всё более уверенными. Она опустилась ещё ниже, и я почувствовал, как её руки и губы исследуют каждый сантиметр моего тела.

Я почувствовал как она взяла в руки моего дружка, вверх и вниз, она повторяла эти движение своими руками массируя мой половой орган. Я возбудился ещё сильнее. Затем она преподнесла его к своему рту, и начала облизывать как леденец. Мне было очень приятно, я чувствовал как тепло её ротовой полости обвивает моего дружка. Она посмотрела мне в глаза, затем тихо начала подниматься и залезла на меня сверху. Я держал её за талию, и мою руки тихо скользили по её телу. Она снова взяла в руки мой аппарат, но только сзади её попы. Тихо и плавно я входил в неё, она застонала от приятных ощущении. Её тело двигалось вверх и вниз, так плавно что я чуть не закончил прям в ту же секунду.

Спустя пару минут мы поменяли позу. Я оказался наверху. Она лежала на спине и я снова вошёл в неё. Вперёд и назад, с каждым движением её голос становился всё нежнее и громче. Я взял её за шею и начал слегка душить, она лишь выдала фразу: "Да, продолжай". Я целовал её тело а затем и её грудь. Алиса задрожала от удовольствия и в этот момент я почувствовал как вот вот вулкан будет извергаться. Я быстро вытащил, она закричала от оргазма, и мой аппарат выстрелил залпом прям до её груди.

Алиса слегка улыбнулась и вытерла всё одновременно облизывая свои пальцы которые коснулись моей спермы.

Спустя время мы лежали в обнимку, утопая в тепле друг друга.

Лёжа в темноте, я чувствовал, как Алиса прижимается ко мне, её кожа тёплая, дыхание ровное, но всё ещё чуть сбившееся. Её пальцы лениво водили узоры по моей груди, а я просто наслаждался моментом, медленно скользя ладонью по её спине.

- Ну как? - спросил я, улыбаясь в потолок.

Алиса тихо рассмеялась и прижалась носом к моему плечу.

- Как будто меня унесло куда-то далеко-далеко... и я не хотела возвращаться.

Я усмехнулся и поцеловал её в макушку.

- Хорошо уносило?

- Очень, - она подняла голову и посмотрела на меня, её глаза светились даже в полумраке. - А ты?

- Ну... если я не двигаюсь, потому что сил нет, это же хороший знак?

Она снова засмеялась и чуть сильнее сжала мою руку. Мы просто лежали так, слушая дыхание друг друга, без слов, но и без необходимости что-то говорить. Всё уже было понятно.

- Давай всегда вот так, - тихо сказала Алиса.

Я кивнул, снова целуя её в волосы.

- Давай.

- Интересно, а если бы кто-то сейчас заглянул сюда, что бы он подумал?

Я усмехнулся.

- Что мы двое счастливых людей, которые не хотят вставать с постели.

- Ага, - она улыбнулась. - И что у нас всё идеально.

- А разве нет?

Алиса чуть приподняла голову и посмотрела на меня, её глаза сияли даже в тусклом свете.

- Сейчас - да, - мягко сказала она.

Я провёл пальцами по её спине, ощущая её тепло.

- Ну вот и отлично. Давай просто запомним этот момент, без всяких "а что если".

Она кивнула, снова прижалась ко мне и прошептала:

- Тогда обещай, что утро тоже будет таким же хорошим.

Я усмехнулся, поцеловал её в лоб и ответил:

- Обещаю.

Алиса улыбнулась, закрывая глаза, но я чувствовал, что она ещё не заснула. Её пальцы лениво гладили мою руку, словно она не хотела терять этот момент даже на секунду.

- Спать совсем не хочется, - тихо сказала она.

- Тогда не спи, - я провёл ладонью по её спине, чувствуя, как её тело расслабляется.

- А если я усну, а утром окажется, что это был сон?

Я усмехнулся и слегка сжал её в объятиях.

- Тогда я разбужу тебя поцелуем. Чтобы ты точно знала, что всё это реально.

Она приоткрыла один глаз и хитро посмотрела на меня.

- А вдруг я не проснусь?

- Тогда придётся целовать, пока не проснёшься, - я наклонился и нежно коснулся губами её виска.

Алиса тихо рассмеялась и снова уютно устроилась на моём плече.

- Хороший план, - прошептала она. - Ладно, тогда давай спать... но только если ты не отпустишь меня.

- Даже не думал, - ответил я, притягивая её ближе.

Она выдохнула, а через пару минут её дыхание стало ровным. Я закрыл глаза, наслаждаясь теплом её тела, и понял, что никуда больше не хочу идти.

Я лежал, обнимая Алису, чувствуя её тепло, её ровное дыхание, и вдруг меня словно накрыло ледяной волной. Осознание пришло резко, без предупреждения: мы оба пьяны.

А ещё... я изменил Лие.

Моё сердце глухо стукнуло где-то в груди. Я моргнул, уставившись в потолок, а в висках начала пульсировать неприятная тяжесть. Как будто алкоголь вдруг перестал приятно шуметь в голове и превратился в удушающий туман, от которого хотелось проветрить не только комнату, но и самого себя.

Алиса доверчиво прижималась ко мне, ничего не подозревая. Её пальцы лениво скользили по моей коже, но я уже почти не чувствовал этого прикосновения. Мысль звучала слишком громко.

Я изменил Лие.

Я зажмурился, пытаясь прогнать это чувство, но оно не уходило. В груди что-то неприятно сдавило, словно меня заперли в комнате без выхода.

Я сглотнул, пытаясь собраться с мыслями, но чем больше осознавал происходящее, тем сильнее накатывало чувство вины.

Алиса ничего не замечала. Она сонно улыбалась, тёрлась щекой о моё плечо и лениво спросила:

- О чём задумался?

Я задержал дыхание на секунду, не зная, что ответить. В горле пересохло.

- Просто... - я сделал паузу, выбирая слова. - Я только сейчас понял, что мы пили.

Алиса тихо фыркнула.

- Ну конечно пили. Ты только сейчас это понял?

- Да, - коротко ответил я, чувствуя, как холодеют пальцы.

Алкоголь, вечер, шутки, лёгкие касания, улыбки - всё это было весело, просто игрой. До того момента, пока не зашло слишком далеко.

Я снова взглянул в потолок, пытаясь переварить случившееся. Перед глазами промелькнул образ Лии. Её улыбка. Голос. То, как она смотрела на меня, когда говорила, что доверяет.

Я выдохнул.

- Всё хорошо? - спросила Алиса, приподнимаясь и заглядывая мне в лицо.

Я кивнул, не глядя на неё.

Но это была ложь.

В этот момент из гостиной раздался грохот, а затем женский крик:

- Отвали от меня!

Алиса вздрогнула, испуганно посмотрев на меня.

- Что это было?

Я уже натягивал джинсы, ощущая, как тревога нарастает внутри.

- Я пойду проверю, - коротко сказал я, застёгивая ремень.

Алиса кивнула, быстро поднимаясь с кровати и тоже начиная одеваться.

Я вышел первым, направляясь в сторону гостиной. Алиса следовала за мной, её шаги были быстрыми и лёгкими.

Когда мы вышли из комнаты, перед нами предстала картина, от которой у меня похолодело внутри.

В центре гостиной, у стены, стояла Кристина. Она тяжело дышала, прижимая руки к груди, словно пыталась прикрыться. На ней был только бюстгальтер, а её порванная футболка свисала лоскутами, открывая плечо и часть живота. Джинсы сползли вниз, обнажая её ноги почти до колен. Глаза были широко раскрыты, полные страха и ярости.

Перед Кристиной стояли Шон и Джек, оба с расстёгнутыми ширинками. В их взглядах читалось нечто мерзкое - смесь наглости, пьяной самоуверенности и полного отсутствия границ.

- Чё за хрень здесь творится?! - рявкнул я, резко сделав шаг вперёд.

Кристина, дрожа, прижимала рваную футболку к груди. Она тяжело дышала, её глаза метались от меня к Алисе, которая застыла рядом со мной, прикрывая рот руками.

- Эти два придурка хотели меня изнасиловать, - голос Кристины сорвался, но она сжала кулаки, не давая себе разрыдаться.

Гнев взорвался во мне, словно спичка в бензине. Я больше не думал - тело само двигалось вперёд.

Я не думал. Всё произошло на автомате.

Я шагнул вперёд и со всей силы врезал Шону кулаком в челюсть. Глухой удар разорвал тишину, и он, не ожидавший такого, отлетел назад, спотыкаясь и глухо падая на пол.

- Ты чё, охренел?! - взревел Джек, бросаясь ко мне, но я уже развернулся и зарядил ему в живот.

Он согнулся пополам, закашлялся, хватаясь за брюхо.

Шон, шатаясь, попытался подняться.

- Да ты чё, блять! Мы просто...

- Просто?! - рявкнул я, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. - Просто решили напасть на девушку?!

- Она же... она не против была! - пробормотал Джек, отступая.

- Да пошёл ты! - выкрикнула Кристина, её голос дрожал, но в глазах горел ярость.

Алиса быстро подошла к Кристине, накинула на неё свою кофту и крепко обняла.

- Всё хорошо, ты в безопасности, - тихо говорила она, поглаживая её по спине.

Кристина дрожала, но, казалось, старалась держаться.

Я провёл рукой по лицу, стараясь не вскипеть ещё сильнее.

- Алиса, отведи её в другую комнату, - сказал я, не отрывая взгляда от Шона и Джека. - Я поговорю с пацанами.

Алиса на секунду посмотрела на меня, потом кивнула и повела Кристину прочь.

Как только дверь за ними закрылась, я резко развернулся к Шону и Джеку.

- Бля, пацаны, вы совсем ебанулись?! - резко выплюнул я, с трудом сдерживаясь, чтобы не врезать снова.

Шон вытер губу, с которой текла кровь, и зло посмотрел на меня.

- Да ты чё, блять?! Мы просто шутили!

- Шутили?! - я шагнул ближе, пламя ярости разгоралось внутри. - Тебе, сука, смешно, да?!

Джек вскинул руки.

- Да хорош, Дин, ты перегибаешь. Она сама с нами заигрывала весь вечер. Мы думали, что она не против.

- Не против?! - рявкнул я. - Она вам прямо сказала "отвали от меня"! Вам этого мало?!

Шон закатил глаза и выдохнул:

- Блять, братан, ну мы ж не насильники, чё ты... Просто бухие были, не так поняли, ну перебрали, бывает.

Я покачал головой, сжимая кулаки.

Алиса с Кристиной ушли после того, как Кристина немного привела себя в порядок. Алиса помогла ей натянуть кофту и пригладила волосы, успокаивая её. Кристина всё ещё была потрясена, но хотя бы выглядела чуть менее растерянной. Когда они ушли, я остался в квартире с Шоном и Джеком. Боб как раз ушёл в магазин, и атмосфера в комнате становилась всё более тяжёлой.

Я стоял посреди квартиры, глядя на Шона и Джека, которые, похоже, не осознавали всю серьёзность ситуации.

Шон снова начал что-то бубнить, но я перебил его:

- Хватит уже оправдываться, блять! Вы просто тупо полезли к девушке, которая чётко сказала вам, что не хочет этого. Что вы думали? Она врет вам?!

Джек замолк, глядя в пол. Шон как-то сразу побледнел и теперь явно чувствовал себя неуютно.

- Вам стоило бы остановиться ещё на первом шаге, когда она сказала "отвали", - продолжал я, чувствуя, как меня снова охватывает злость. - Иначе я, честно, не знаю, чем бы это всё кончилось.

Джек наконец поднял взгляд, и на его лице появилось осознание.

- Ладно, братан, прости, мы тупанули, не подумали. - его голос звучал уже не так уверенно, как раньше.

- Да, конечно, просто "тупанули", - саркастически сказал я, проходя мимо и садясь на диван.

Шон и Джек стояли, переминаясь с ноги на ногу, явно не зная, что дальше делать.

- Но мы не собирались её трогать, - продолжил Шон, - просто она слишком заигрывала, вот и...

- Заткнитесь, - перебил я, зажав виски рукой. - Если ещё раз увижу такое поведение, вам повезёт, если я просто откажусь с вами разговаривать.

Шон с Джеком молчали, но по их лицам было видно, что они поняли.

Я глубоко вздохнул, облокотившись на спинку дивана, но в голове всё ещё крутились мысли о том, как могло бы закончиться всё это.

Тишина в комнате затягивалась, и я чувствовал, как напряжение растёт с каждой секундой. Шон и Джек не осмеливались нарушить молчание, их взгляды скользили от меня к полу, пытаясь избежать прямого контакта.

- Чё молчите? - наконец вырвалось у меня. - Вам что, не стыдно за то, что вы натворили?

Шон пожал плечами, но видно было, что он понимает, что сделал что-то не то. Джек нервно ёрзал на месте, не зная, как оправдаться.

- Мы... мы не думали, что всё так выйдет, - сказал он, но его голос звучал неубедительно. - Мы же не хотели её обидеть.

Я поднялся с дивана, ощущая, как злость снова начинает кипеть внутри.

- Хотели или нет, результат один. Кристина была в опасности. Это могло закончиться куда хуже. Вы вообще думаете, что если девушка говорит "отвали", значит, она на самом деле "не против"? Вы в своём уме?

Шон наконец поднял голову, его глаза встречались с моими. Он молчал несколько секунд, потом тихо проговорил:

- Да, ты прав. Мы дебилы.

Я видел, что он искренне понимает, что всё это было ошибкой. Но всё равно это не отменяло того, что произошло.

- Вам повезло, что Кристина всё обошла с минимальными последствиями, - продолжил я, чувствуя, как адреналин постепенно уходит. - В следующий раз, если ещё раз такое повторится, я не буду церемониться.

Джек снова кивнул, и хотя на его лице была явная усталость и покаянность, я знал, что этого достаточно, чтобы в следующий раз они держались подальше от таких ситуаций.

- Хорошо, - сказал он тихо. - Больше так не будет.

Я кивнул, всё ещё не находя успокоения. Я сидел в комнате, чувствуя, как что-то внутри меня всё равно не отпускает. Трудно было успокоиться после того, что только что произошло. Я понимал, что этих пацанов, скорее всего, вряд ли переучишь, но если хотя бы немного заставишь задуматься о том, что они творят, может быть, в следующий раз кто-то из них подумает дважды.

Шон с Джеком снова переглянулись, потом решили молча сидеть. Я тоже не хотел больше говорить, так что просто сел обратно на диван, скрестив руки на груди и думая, как всё это в конечном итоге отразится на Кристине и Алисе.

Минут через десять вернулся Боб, с сумкой из магазина в руках. Сразу заметил, что атмосфера в комнате изменилась, но, как ни странно, не стал ничего спрашивать. Просто положил пакеты на кухонный стол и прошёл в комнату.

Я вышел на балкон, прикрыл за собой дверь и закурил. Глубоко затянулся, пытаясь хоть немного привести мысли в порядок. Ночь явно вышла из-под контроля, и мне нужно было переварить всё, что случилось.

Достал телефон, разблокировал экран, и в этот момент дверь балкона скрипнула. Обернувшись, я увидел Боба. Он только что вернулся из магазина, но, похоже, уже почувствовал, что что-то не так.

- Где девчонки? - спросил он, облокотившись на перила. - Чё вообще произошло? Атмосфера в квартире какая-то... ну, ты понял.

Я выдохнул дым и коротко пересказал ему суть: как Шон и Джек повели себя как полные придурки, как Кристина едва не попала в ужасную ситуацию и как я едва сдержался, чтобы не размазать их по стенке.

Боб нахмурился, слушая меня.

- Бля, серьёзно? - он выглядел реально удивлённым. - Они что, совсем тупые?

- Да, походу, - ответил я, глядя на тлеющий кончик сигареты.

Мы постояли в молчании пару секунд, пока он переваривал услышанное.

В этот момент телефон в руке завибрировал. Уведомление от Алисы.

Алиса: Кристина хочет написать заявление на пацанов.

Я нахмурился и перечитал ещё раз.

- Чё там? - спросил Боб, заметив моё выражение лица.

- Алиса пишет, что Кристина хочет написать заявление, - сказал я, не отрывая взгляда от экрана.

Боб выругался, выдохнул и посмотрел на меня.

- Бля, а я как раз хотел выебать Кристину сегодня... - пробормотал он и тут же усмехнулся. - Ну, похоже, не судьба.

Я покачал головой.

- Ты, главное, не веди себя как эти двое, а то и тебя в заявление впишут.

Боб фыркнул.

- Да я в курсе. Я ж не дебил, как они.

Мы снова замолчали, пока я обдумывал, что теперь делать.

Я затянулся ещё раз и стряхнул пепел за балкон. Голова была тяжёлой от всего этого дерьма.

- Чё делать будем? - спросил Боб, глядя куда-то вдаль.

Я молча уставился в экран, перечитывая сообщение Алисы. Конечно, Кристина имела полное право написать заявление. После того, что устроили эти два дебила, любой нормальный человек так бы и сделал. Но я знал, чем это закончится. Если она действительно подаст заявление, Шону и Джеку в лучшем случае светит серьёзный разбор с ментами, в худшем - реальные проблемы с законом.

Я выдохнул дым и загасил сигарету о бетон балкона.

- Надо с ней поговорить, - наконец сказал я. - Узнать, насколько она решительно настроена.

- Думаешь, отговорить? - Боб посмотрел на меня, приподняв бровь.

Я пожал плечами.

- Не знаю. Может, она просто злая сейчас и утром передумает. Но если нет... Ну, тогда хер знает, как этим двум идиотам выкручиваться.

Боб кивнул, закурил и немного задумался.

- Ну а если по чесноку, - сказал он после паузы, - они, конечно, конкретно накосячили, но заяву - это уже серьёзно.

- Они сами виноваты, - буркнул я.

Боб фыркнул.

- Ну да, понятно. Просто, блять, знал бы - не оставлял бы их одних с бабами.

Я не ответил. Телефон снова завибрировал.

Алиса: Мы сейчас у неё дома. Она пока в шоке, но говорит, что не собирается это просто так оставлять. Я не знаю, что делать...

Я кивнул сам себе, набрал ответ.

Я: Я поговорю с ней. Дай мне немного времени.

Отправил и убрал телефон в карман.

- Ладно, - сказал я, оборачиваясь к Бобу, - я схожу к ней.

- Окей, я с тобой.

- Не, лучше один. Не хочу, чтобы выглядело, будто мы давим на неё.

Боб вздохнул, но спорить не стал.

Я уже собирался выйти с балкона, когда Боб окликнул меня.

- Дин... - Он посмотрел на меня серьёзно, без своей обычной ухмылки. - Хоть они и полные придурки, они наши друзья. Уж постарайся отговорить Кристину.

Я посмотрел на него, взвешивая эти слова. Да, они друзья. Да, они вели себя как конченные ублюдки. Но где-то глубоко внутри я понимал, что Боб прав - если дело дойдёт до заявы, их жизнь конкретно слетит под откос.

- Посмотрим, - только и ответил я, открывая дверь.

- Удачи, братан, - бросил он мне вслед.

Я вышел в коридор, застёгивая куртку. Надо было поговорить с Кристиной. И убедиться, что я делаю всё правильно.

Они жили недалеко, и я побежал в соседний район к девочкам. Холодный ночной воздух немного освежил голову, но мысли всё равно продолжали хаотично метаться.

За десять минут добежал до нужного подъезда. Освещённые окна наверху подсказывали, что они не спят. Я глубоко вдохнул и набрал Алису.

- Ты уже тут? - ответила она сразу после первого гудка.

- Да, стою у подъезда.

- Ща открою.

Через минуту дверь щёлкнула, и я вбежал в подъезд, быстро поднялся по лестнице. Алиса встретила меня на пороге.

- Она в комнате, - тихо сказала она. - Всё ещё на эмоциях, но уже немного успокоилась.

Я кивнул.

- Ладно, дай мне с ней поговорить.

Алиса провела меня внутрь.

Кристина сидела на кровати, обняв себя за плечи. Вид у неё был измотанный, но в глазах читалась решимость.

Она взглянула на меня.

- Ты пришёл просить меня не писать заявление?

Я вздохнул, присел на стул напротив и посмотрел ей в глаза.

- Я пришёл поговорить.

Я немного помолчал, обдумывая слова. Кристина смотрела на меня напряжённо, её пальцы сжимали край пледа.

- Крис, я не оправдываю их, - сказал я наконец. - Они повели себя как полные ублюдки. Я был в шоке, когда увидел, что происходит. И если бы мы не вмешались...

Она отвела взгляд, но ничего не сказала.

- Но я хочу, чтобы ты подумала, к чему это приведёт, - продолжил я. - Ты напишешь заявление, начнётся разбирательство, их потащат в ментовку. А потом, возможно, суд, их поставят на учёт, может, даже сядут...

Кристина резко вскинула голову.

- А они не заслужили этого? Они, блядь, чуть не...

Она осеклась, но злость в её голосе была ощутима.

Я кивнул.

- Да, заслужили. Но ты уверена, что хочешь именно этого? Хочешь таскаться по допросам, вечно возвращаться к этой ночи? Тебе станет легче?

Кристина снова замолчала. Было видно, что она разрывается между желанием наказать их и избавиться от всей этой грязи.

Я наклонился ближе.

- Послушай, я не оправдываю их, но обещаю тебе одно. Этого больше никогда не повторится. Я клянусь, если хоть один из них снова попробует что-то подобное - я первый сдам его ментам. Но сейчас... Давай просто закроем эту тему. Они всё равно отхватят, я этим займусь.

Она долго смотрела на меня, потом медленно выдохнула.

- Ты правда думаешь, что это правильное решение?

- Думаю, что это решение, которое позволит тебе оставить всё это позади, - честно ответил я.

Кристина устало провела рукой по лицу.

- Ладно... Чёрт, ладно. Но если я услышу, что они что-то сделали снова...

- Даже не сомневайся, я разберусь, - твёрдо сказал я.

Она кивнула.

Я почувствовал, как напряжение внутри отпускает. Всё это было дерьмом, но, по крайней мере, ситуация не переросла в полное безумие.

В этот момент в комнату заглянула Алиса.

- Всё нормально?

Кристина посмотрела на меня и медленно кивнула.

- Да. Никакой заявы не будет.

Алиса выдохнула с облегчением и села рядом с ней.

Я встал.

- Всё, тогда я пойду.

- Спасибо, Дин, - тихо сказала Кристина.

Я кивнул и вышел из комнаты.

Я достал телефон и быстро набрал Боба.

- Ну чё? - услышал его голос.

- Всё нормально. Заявления не будет.

- Охренеть. Легенда, - фыркнул он. - Как тебе это удалось?

- Просто поговорил, объяснил, что ей самой не нужен весь этот ад с ментами. Но она сказала, что если они ещё хоть раз накосячат - им конец.

Боб тихо присвистнул.

- Ну и правильно. Если бы она написала заяву, этим дебилам пришёл бы полный пиздец.

- Да, - согласился я. - Но передай им, что если ещё раз что-то подобное случится - я сам их закопаю.

Боб хмыкнул, но в его голосе не было ни капли насмешки.

- Братан, даже не парься. Я если надо сам их прибью. Они творят херню, а нам потом разгребать. Достали уже.

Я усмехнулся.

- Ладно, Дин. Давай быстрее приходи, - сказал Боб. - Надо это дерьмо обсудить.

- Уже иду, - ответил я, убирая телефон в карман.

Я ускорил шаг, чувствуя, как ночной воздух немного прочищает голову. Хоть ночь и выдалась адовой, но, похоже, я сделал всё, что мог. Теперь оставалось только разобраться с пацанами.

Я зашёл в квартиру, дверь тихо щёлкнула за мной. В гостиной уже сидели Шон и Джек, у обоих вид был напряжённый. Боб стоял у окна, явно чего-то ждя. Он обернулся ко мне и сразу подал знак, что не всё так просто.

- Ну что, как она? - спросил Шон, явно пытаясь скрыть нервозность в голосе.

Я закрыл дверь и подошёл ближе, не скрывая того, что был уставшим.

- Кристина... не будет писать заявление, - сказал я, посмотрев на них.

Шон и Джек одновременно выдохнули с облегчением, но Боб, стоявший у окна, хитро усмехнулся.

- Ну, значит, всё уладилось, - сказал он, переводя взгляд с меня на пацанов.

Я заметил, что они расслабились, но в глазах всё равно была тень напряжения. Видимо, Боб рассказал им, что Кристина собиралась написать заявление, но умолчал, что я её отговорил. Он явно хотел, чтобы пацаны немного покачались в страхе и осознали, что на их поступки могут быть последствия.

- Да, но, - продолжил я, обращая внимание на их реакцию, - если ещё хоть раз они попробуют что-то подобное, у меня уже не будет разговоров.

Шон и Джек переглянулись, но на этот раз в их глазах не было того старого уверенного выражения.

- Мы поняли, - сказал Джек, опустив взгляд. - Мы реально лажанули.

- Это последнее предупреждение, - добавил я, давая понять, что серьёзно.

Боб хмыкнул и направился к дивану, усаживаясь на него с расслабленным видом.

- Ладно, всё, пацаны. За нахер, давайте лучше забывать об этом и двигаться дальше. Но если что, Дин прав, не забывайте.

Мы сидели в тишине, каждый с бутылкой пива в руках. Атмосфера немного разрядилась, хотя всё ещё оставалась лёгкая напряжённость, но уже не такая острая. Время от времени кто-то смеялся, а кто-то молча смотрел на экран телевизора. Все чувствовали, что эта ночь наконец подошла к концу.

Я посмотрел на пацанов, как они расслабляются и стараются забыть о том, что только что произошло. Мы все понимали, что от этого лучше не станет, но хотя бы всё не закончилось ещё хуже.

Шон взял очередную бутылку пива и отпил.

- Ну, короче, хер с этим, - сказал он с усмешкой. - В следующий раз будем поаккуратнее.

- Да, конечно, - буркнул Джек. - Прям не знал.

Я улыбнулся и выдохнул, чувствуя, как усталость давит на плечи. Эта ночь была длинной и тяжелой, но теперь, похоже, она закончилась. Мы сидели в тишине, потягивали пиво и больше не говорили о произошедшем.

Пацаны, видимо, тоже думали об этом, но каждый старался не показывать, что внутри всё ещё не отпустило.

Но как бы там ни было, это была не последняя ночь, когда нам приходилось решать такие проблемы. Я надеялся, что следующий день принесёт больше спокойствия.

На следующее утро Лия разбудила меня, как всегда. Я почувствовал, как в груди снова возникает неприятное чувство - воспоминание о том, как я повел себя с ней прошлой ночью. Я знал, что поступил плохо.

"Доброе утро", - сказала Лия с привычной теплотой.

Я ответил ей односложно, но мысли в голове были далеко.

- Сегодня я буду занят, так что не звони и не пиши мне - сказал я, - мне нужно побыть одному.

Она почувствовала, что что-то не так. Это было видно по её голосу - она начала задавать вопросы, пытаться узнать, что случилось.

Это меня только злило. Я не мог выговорить все, что хотелось, и вместо того, чтобы разобраться с этим, просто сказал:

- Не хочу сейчас говорить с тобой, - и бросил трубку.

Но гнев был не из-за неё. Это был гнев на себя. На то, что я позволил всему этому случиться, на то, что не смог держать контроль над ситуацией.

Я положил телефон на стол и некоторое время сидел, смотря на экран. Мои руки дрожали, и я чувствовал, как внутри всё кипит. В голове крутились мысли, но ни одна не приводила к решению. Я не знал, что мне делать дальше.

Я встал, прогулялся по комнате, пытаясь найти хоть какое-то успокоение. Но этого не было. Все эти моменты с Алисой и с Кристиной, то, как я себя повел, как я обманывал Лию - всё это сидело в голове, как тяжёлый камень. Я чувствовал, что так не могу продолжать, но в тот же момент не знал, как исправить всё, что натворил.

Когда я вернулся к телефону, увидел, что Лия снова написала мне сообщение. Но вместо того, чтобы читать его, я просто включил музыку, чтобы попытаться заглушить эти мысли. Вопросы Лии в голове не оставляли меня в покое. Почему я так поступил? Что я вообще хочу от этой ситуации? Я не знал.

Прошло несколько часов, и я понял, что нужно как-то прийти в себя, разобраться с этим всем. Я начал осознавать, что бегать от всего этого не поможет. Но и как подойти к Лие, когда я сам в таком состоянии, я не знал.

Я зашёл в чат с Лией, и её сообщение сразу бросилось в глаза:
«Что случилось? Я переживаю, расскажи мне, я тебя пойму.»

Её слова были полны искреннего беспокойства. Это было так контрастно с тем, что я сам себе устроил, и в этот момент мне стало ещё сложнее.

Я промолчал, не ответив на сообщение от Лии. В голове всё ещё было слишком много мыслей, чтобы что-то объяснять.

Ближе к обеду раздался звонок. Это была Алиса.

- Привет, как ты? - спросила она, будто не замечая напряжённости в голосе.

- Пойдёт, - ответил я коротко, пытаясь не показывать, что в голове буря.

- А с голосом что? Всё в порядке? - её вопрос был полон заботы, и я почувствовал лёгкую неловкость.

- Да ничего такого, просто не выспался.

- Может, я могу тебя подбодрить? - спросила Алиса.

- Может быть, но только вечером, - сказал я.

- Отлично! У меня дома как раз никого нет, приезжай, - обрадовалась она.

- Хорошо, до вечера, - ответил я и повесил трубку.

Я снова наступаю на те же грабли. История повторяется, и я это понимаю... но почему-то не останавливаюсь. Мне это нравилось. Секс без обязательств - именно этого мне не хватало. Но, несмотря на всё, моё сердце принадлежало Лие.

Ближе к вечеру я сам набрал Лию. Телефон зазвонил несколько раз, прежде чем она ответила.

- Привет, Лия, как ты? - спросил я, услышав её голос.

- Привет. Устала немного, но в целом нормально. А ты? - в её голосе слышалась лёгкая усталость.

- Да тоже так себе день... Слушай, давай увидимся сегодня после семи? Хочу тебя увидеть.

- После семи?.. - она задумалась на мгновение. - Ладно, давай. Где встречаемся?

- Может, у старого озера? На пирсе. Там спокойно.

- Звучит хорошо... - в её голосе появилось что-то тёплое. - Ладно, тогда до вечера.

- До встречи, Лия, - сказал я, прежде чем сбросить вызов.

Вечер стремительно приближался. Я посмотрел на часы - 18:45. До встречи оставалось немного, и я решил выйти пораньше.

Воздух был холодным, небо темнело, окрашиваясь в свинцово-синие оттенки. Когда я добрался до озера, там было тихо, лишь порывы ветра гнали по льду редкие снежинки. Пирс был покрыт тонким слоем снега, а доски под ногами скрипели не только от старости, но и от мороза. Я глубже засунул руки в карманы, пытаясь согреться.

Достав сигарету, я закурил, вдыхая тёплый дым, но вскоре услышал лёгкие шаги по заснеженной тропинке. Обернувшись, я увидел Лию. Она шла ко мне, закутавшись в длинное тёмное пальто, с высоко поднятым воротником. На её тёмные волосы падали снежинки.

- Привет, - тихо сказала она, подходя ближе.

- Привет, - ответил я, бросая окурок в снег и раздавливая его носком ботинка.

Лия поёжилась и сунула руки в карманы. Мы оба смотрели на замёрзшее озеро, его поверхность покрывала тонкая корка льда, местами проглядывала чёрная глубина.

- Ты странно себя ведёшь, - заметила она, сдвинув брови.

- В каком смысле?

- Не знаю... В тебе что-то изменилось.

Я усмехнулся, стряхивая с рукава снег. Она внимательно смотрела на меня, словно пыталась разгадать что-то.

- О чём думаешь? - спросила Лия, наклоняя голову.

Я глубоко вдохнул морозный воздух, но не сразу ответил.

- О нас. О себе. О том, почему я иногда делаю то, что делаю.

Лия чуть прищурилась, но не отвела взгляда. В её глазах мелькнуло что-то похожее на тревогу, но она ничего не сказала, просто стояла рядом, ожидая, что я скажу дальше.

Лия немного переступила с ноги на ногу, пытаясь согреться.

- И к какому выводу ты пришёл? - её голос был тихим, но в нём слышалась настороженность.

Я опустил взгляд на снег, хрустящий под ботинками, потом снова посмотрел на неё.

- К такому, который мне самому не нравится, - ответил я, усмехнувшись одними губами.

Лия склонила голову набок, рассматривая меня. Её дыхание превращалось в облачка пара, растворяясь в холодном воздухе.

- Ты говоришь загадками. Хочешь сказать мне что-то конкретное?

Я молчал. Хотел сказать. Но не знал, как.

Она вздохнула и сделала шаг ближе.

- Ты ведь снова что-то скрываешь, да? - в её голосе не было упрёка, только усталость.

Я провёл рукой по лицу, словно стирая с него невидимые следы сомнений.

- Я просто... - начал было я, но замолчал. Ветер усилился, пробираясь под одежду.

Лия смотрела прямо в глаза.

- Просто скажи, - попросила она.

Я сжал кулаки в карманах. Сказать? Рассказать ей о сегодняшнем вечере? О том, что я снова оказался на пороге ошибки? Или оставить всё, как есть, сделать вид, что ничего не произошло?

Между нами повисло молчание, долгие секунды, наполненные зимним холодом и напряжением. Лия не сводила с меня взгляда, словно ждала, как я поступлю.

Я глубоко вздохнул, снова глядя в озеро. Снежинки медленно падали на поверхность воды, и я понял, что не хочу скрывать больше.

- Лия, у меня дома проблемы. Не знаю, что делать, - сказал я, стараясь, чтобы мои слова звучали спокойно.

Она замерла, и я почувствовал, как её взгляд стал более внимательным. Лия сделала шаг вперёд, кладя руку мне на плечо.

- Я здесь, - тихо сказала она, - и ты можешь мне всё рассказать.

Я кивнул, ощущая её поддержку. Взгляд скользнул по её лицу, и мне стало легче. Я начал говорить. Рассказывал о трудностях дома, о том, как я чувствую себя потерянным, как всё, что я делаю, кажется неправильным. Каждое слово вытекало, как вода из прорвавшейся реки.

Лия не перебивала, слушала внимательно, иногда кивая, поддерживая. Мы говорили несколько часов напролёт, забыв о времени. Тёмное небо потемнело ещё больше, звёзды начали светить ярче, а мороз с каждым часом становился всё сильнее.

Я не заметил, как подошла ночь, и как исчезла вся тяжесть, что тянула меня вниз. Вместо неё осталась только тёплая уверенность в том, что не один.

- Ты не один, - сказала Лия, когда мы наконец замолчали. - Я здесь. Всё будет хорошо.

Я посмотрел на неё, и что-то в её глазах заставило меня поверить в эти слова. Мы стояли там, рядом, под снегом, и даже мороз не казался таким холодным.

Я скрыл правду, придумав истории о проблемах дома. Но как бы я не пытался обмануть себя, в душе стало спокойно. Лия была рядом, поддерживала, и это уже значило больше, чем я хотел признать.

Я смотрел на неё - её лицо, её глаза, и внимание привлекали её губы. Они были такими близкими, почти на расстоянии вытянутой руки, и с каждым моментом желание поцеловать её становилось всё сильнее.

Она была немного выше меня, и я как-то представлял, как это выглядело бы со стороны - я, стоящий перед ней, с этим внезапным порывом. Неловкость смешивалась с чувством страха, но желание всё же побеждало. Моё сердце билось быстрее, а руки слегка дрожали.

Не зная, что делать с этими чувствами, я просто молчал, пытаясь скрыть свою бурю эмоций за внешним спокойствием. Лия заметила это, её взгляд стал немного более пристальным. Она не отводила глаз, и мне казалось, что в её глазах мелькнула искорка того, что я чувствовал.

Лия посмотрела на меня, её взгляд был немного озорным, но в то же время мягким, как будто она знала, что происходит в моей голове. Она наклонила голову и тихо спросила:

- Ты хочешь поцеловаться со мной?

Я почувствовал, как кровь приливает к лицу, и покраснел. Я даже не знал, что ответить, слова застряли где-то в горле. В голове метались мысли, но я еле выдавил:

- Да.

Она чуть улыбнулась, и её взгляд стал ещё более мягким, как будто я сказал что-то, что не было удивительным для неё, но тем не менее важным. Я нервно вздохнул, но не мог отвести взгляда. И вот, в этот момент, мы оказались очень близки, и ничто не могло нас удержать от того, что уже было неизбежно.

Лия подошла ещё ближе, её дыхание стало тёплым и слегка ощущаемым на моей коже. Я уже чувствовал её близость, и почти потерял контроль, когда она вдруг шепнула мне на ухо:

- Ещё рано... Мы ещё не муж и жена.

Я замер, ощущая лёгкое потрясение от её слов. Всё желание, что я чувствовал до этого, словно столкнулось с реальностью. Я почувствовал, как моё сердце снова забилось быстрее, но теперь не от возбуждения, а от неловкости. В её голосе не было осуждения, скорее, что-то вроде лёгкой усмешки, как будто она просто играла с этой ситуацией.

Я отступил на шаг, пытаясь осознать её слова. Лия улыбалась, но в её глазах я увидел что-то более серьёзное, что заставило меня немного расслабиться. Может, она была права - я слишком спешил.

- Прости, - сказал я, чувствуя, как напряжение растаяло, но всё ещё оставаясь немного растерянным.

Лия слегка пожала плечами и улыбнулась, как будто ничего страшного не произошло.

- Не переживай, - ответила она, - не всё всегда должно происходить по плану.

Мы молча шли по заснеженной тропинке, оставляя за собой следы в свежем снеге. Время, кажется, остановилось, и я чувствовал, как холод проникает сквозь одежду, но всё равно оставался в неком тепле рядом с ней. Когда мы подошли к её дому, Лия остановилась, и я тоже замер, не зная, как попрощаться.

Она обернулась ко мне, улыбаясь чуть слабее, чем обычно, и медленно протянула руки. Я ответил на её жест, и она обняла меня. Это было неожиданно тёплое и нежное объятие, в котором я почувствовал её искренность.

Когда она прижалась ко мне, я уловил её запах. Это был аромат лёгкого цветочного парфюма, едва уловимый, но такой живой и свежий, как весна. В нём была лёгкая сладость, немного пудровая, как если бы она только что вернулась из цветущего сада. Этот запах был настолько нежным, что мне захотелось впитать его, запомнить, и, возможно, никогда не забывать.

Она отстранилась, слегка поднимя подбородок.

- Береги себя, - прошептала она, и её глаза были полны какой-то печальной лёгкости.

Я кивнул, ещё не понимая, что чувствую. Мы простились, и я, по-прежнему ощущая её присутствие в воздухе, пошёл к ближайшей улице.

Я не успел поймать такси. Вместо этого я просто решил пойти пешком. Холодный воздух моментально обжигал лицо, но я не чувствовал, как меня пронизывает мороз. Мои мысли были заняты Лией, и вместо того чтобы возвращаться домой, я решил направиться в соседний район, к Алисе. Почему? Я сам не знал. Просто хотелось пойти туда, где, возможно, можно было забыться, хотя бы на время.

Шаг за шагом я двигался по пустынным улицам, застывшим от зимнего холода. Весь путь занял больше времени, чем я ожидал, и когда я наконец дошёл до её дома, улицы были почти опустевшими, только редкие прохожие спешили по своим делам.

Я постучал в дверь, и Алиса открыла её спустя несколько мгновений. Увидев меня, её глаза слегка расширились от удивления, но она сразу же улыбнулась, не задавая лишних вопросов.

- Ты что, решил прогуляться всю ночь? - подшучивала она, впуская меня в квартиру.

- Как-то так, - ответил я, скидывая с себя куртку и начиная привыкать к уютной теплоте в её комнате.

Мы сели на диван, и я почувствовал, как расслабляюсь, забывая обо всех заботах. Алиса предложила чай, и мы начали разговаривать, время тянулось медленно.

После долгих разговоров и теплых моментов с Алисой, снова оказавшись рядом, я не мог удержаться. Мы снова оказались в её объятиях, и всё, что было между нами, как будто снова вспыхнуло. Лёгкость, которой я так хотел, снова наполнила атмосферу, но вместе с ней пришла и тяжесть вины. Я понимал, что изменяю Лие, и эта мысль не давала мне покоя.

Но в этот момент, когда всё происходило, я словно потерял контроль, и, несмотря на всё, что должно было быть иначе, я снова оказался в этом вихре. После того, как всё завершилось, я лежал рядом с Алисой, чувствуя, как внутренне снова пытаюсь уговорить себя, что это было правильно. Хотя в глубине я знал, что это не так.

Каждый раз, когда я был с ней, я чувствовал, что теряю себя. И несмотря на эти моменты с Алисой, в глубине души я знал, что моя связь с Лией всё ещё не завершена. Но, как всегда, всё сложно, и я снова оказался на перепутье, с болью внутри, но не зная, что делать с тем, что произошло.

Время пролетело быстро, и я продолжал видеть Алису, проводить с ней ночи и утра, забывая обо всём, что происходило вокруг. Мы снова и снова возвращались к этим моментам, как будто ничто другое не имело значения. Но всё, что начинается, когда-нибудь заканчивается. Летом она уехала в другой город, и всё изменилось.

Когда Алиса уехала в другой город, я почувствовал некую лёгкость. Это звучало жестоко, но я был рад её переезду. Она больше не была рядом, и это позволяло мне не чувствовать себя виноватым. Я больше не был вынужден скрывать свои поступки и продолжать изменять Лие.

Переезд Алисы стал своего рода избавлением. Он дал мне пространство, чтобы не сталкиваться с её присутствием, не быть в искушении. Я мог сосредоточиться на том, что казалось более важным для меня - продолжать отношения с Лией, без того чувства вины, которое преследовало меня раньше.

Конечно, я не был горд своим поведением, но на тот момент мне казалось, что всё это должно было закончиться именно так. Алиса уехала, и я не стал пытаться поддерживать с ней связь. Это было проще, чем я думал. И хотя я продолжал жить своей жизнью, что-то в этой ситуации оставалось болезненным - я не мог стереть из памяти то, что произошло.

Глава 5

"Последний вечер у озера"

С уездом Алисы всё действительно изменилось. Я перестал искать утешение в изменах, перестал общаться с другими девушками, а бессмысленные ночные пьянки на улице стали казаться такими пустыми и лишёнными смысла. С каждым днём я чувствовал, как моя жизнь наполняется чем-то более стабильным, чем те бурные и безумные моменты, которые я когда-то считал важными.

Лия стала моим центром. Я наконец-то перестал разрываться между двумя мирами. Мы с ней начали строить нечто настоящее, несмотря на то, что прошлое не стерлось, а следы ошибок всё ещё оставались. Но я больше не пытался скрывать, не искал укромных мест, где можно было бы сделать что-то запретное. Я чувствовал, что, возможно, пришло время для изменений, и это не было легко.

С каждым днём я становился более честным - сначала с собой, а потом и с ней. Мы начали проводить больше времени вместе, и я понял, что эти настоящие моменты с ней - гораздо важнее, чем все те фальшивые связи, что я пытался строить раньше.

Летний день был жарким, солнце палило нещадно, но мы не могли просто сидеть дома. Мы снова собрались на районе, как всегда, в компании старых друзей. Шум, смех, лёгкая атмосфера без забот - всё, как и раньше. Мы решили сходить на озеро, как в старые добрые времена, когда каждая встреча была поводом для приключений.

Дорога туда была весёлой, с привычными шутками и разговорами о том, как прошли последние недели. Мы не обращали внимания на жару, потому что предвкушение хорошего времени у воды перебивало всё остальное. Оказавшись на озере, я почувствовал, как летний день наполняет меня лёгкостью и радостью, и весь мир стал каким-то проще.

Мы пришли на озеро, как всегда, с нашей привычной компанией: я, Джек, Антонио, Шон и Энтони. Билли и Боба сегодня с нами не было, так что оставались только мы, старые друзья. Когда мы подошли к озеру, нас сразу же поразило, что уровень воды сильно опустился. Мы стояли на пирсе, и расстояние между ним и водой оказалось больше, чем обычно - примерно два метра. Это выглядело странно, как будто всё было не на месте.

Мы долго колебались, кто прыгнет первым. Серьёзно, никто не хотел быть тем, кто окажется первым. Высота была заметной, и, честно говоря, выглядело это пугающе. Все знали, что если неудачно приземлишься, можно легко повредить себя. В воздухе ощущалась напряжённость, все пытались скрыть волнение, но оно было явным.

Как и всегда, Джек был первым, кто нарушил молчание. Он посмотрел на меня с таким знакомым, чуть усмешливым взглядом и сказал:

- Слабо прыгнуть первым, Дин?

Я поймал его взгляд и понял, что это не просто шутка. Это было вызовом, и я не мог просто так отпустить. Внутри меня сразу поднялся азарт, хоть я и знал, что высота действительно пугает. Я нервно засмеялся и прикусил губу.

- Да ты что, слабо мне, что ли? - ответил я, стараясь скрыть, как нервничаю.

Все замолчали, и внимание было на мне. Антонио и Шон уже начали что-то подшучивать, Энтони просто ждал, кто же из нас решится. Джек, в свою очередь, продолжал смотреть с этой едва заметной ухмылкой.

- Ну давай, Дин, - сказал Джек. - Ты же всегда был первым, когда дело доходило до таких вещей.

Сказать, что я был уверен - это было бы ложью. Но я уже знал, что не могу отступить. Я шагнул вперёд и без лишних слов прыгнул. В момент, когда я начал падать, как будто всё замедлилось. Это была не просто высота - это была вся реальность, которая сжалась в одной секунде.

В тот момент, когда я наконец приземлился в воду, все сразу же разразились смехом. Я почувствовал, как холодная вода обрушилась на меня, но чувство облегчения сразу заменило страх.

- Это было жёстко! - сказал Шон, до сих пор смеясь.

Тем временем Джек вытащил телефон и сказал:

- Ну-ка, пацаны, давайте снимем его. Такого не пропустим!

Мои друзья начали снимать видео, смеясь и подшучивая надо мной. Видео с этого момента сразу же стало мемом нашей компании.

Спустя пару часов купания, я решил выйти на берег, чтобы немного согреться. Солнце жарило, но мне всё равно было нужно отдохнуть и вытереться. В этот момент мой телефон зазвонил. Я достал его и увидел, что это был Билли.

- Алло? - ответил я.

- Эй, где вы, ребята? Я вас тут ищу, не могу найти! - сказал Билли, его голос звучал немного раздражённо.

- Мы на озере, на пирсе, - ответил я, расправляя полотенце. - Вода спала, между пирсом и водой теперь два метра. Сильно не прыгай, может быть опасно.

- Чёрт, серьёзно? Я думал, вы в другом месте! - ответил Билли, посмеявшись. - Ладно, всё понял, еду к вам. Не убегайте, я скоро буду!

Я положил телефон обратно в сумку и лег немного на начало пирса, наслаждаясь тёплым солнцем. Через некоторое время, когда я уже начал подниматься, Билли подошёл к нам. Он выглядел немного уставшим от бега, но как всегда с улыбкой на лице.

- Ну что, пацаны, - сказал он, подходя к нам и присаживаясь. - Где тут эти страшные два метра? Я думал, вы шутите!

Мы рассмеялись, и весь настрой снова стал весёлым, когда Билли присоединился к компании.

Мы смеялись, снимали видео, как прыгали в воду голыми, устраивали конкурсы на самый смешной прыжок и шутили друг над другом. Все старые привычки вернулись: смех, веселье и беззаботность. В такие моменты казалось, что ничто не может омрачить этот день. Мы прыгали с пирса, кто-то пытался сделать смешные трюки, а кто-то просто нырял с размаха, оставляя водяные брызги, словно мелкие вспышки. Видео, которое мы снимали, мгновенно стало коллекцией самых забавных моментов.

Заметив, что день уже близится к вечеру, я оглянулся. Солнце медленно опускалось за горизонт, и свет становился мягким и тёплым. Всё вокруг было наполнено этим золотистым сиянием. Мы сидели на берегу, пытаясь досушиться и не обращая внимания на поздний час, смеялись над нашими прыжками и спорили, чьи видео самые крутые.

Но время неумолимо шло, и вечер всё-таки наступал. Всё казалось таким простым и правильным в эти моменты.

Наконец, мы двинулись в сторону нашего посёлка, по дороге продолжая болтать и смеяться. Когда мы вернулись на район, каждый из нас сразу же разошёлся по своим домам, чтобы поесть и немного отдохнуть. Все, кроме меня и Билли, конечно.

- Чё, Дин, заходи ко мне, - предложил Билли, когда мы подошли к его дому. - У меня тут всё есть, можно поесть и немного расслабиться, пока не вернёмся.

Я согласился и пошёл с ним. Мы зашли в его квартиру, где пахло вкусной едой - Билли всегда умел устроить себе обед. Я сел на диван, расслабился, пока он разогревал еду, а разговоры плавно перешли к планам на вечер. Мы договорились с пацанами встретиться через час на районе, чтобы продолжить веселье и, возможно, устроить ещё одну встречу, уже с другими планами.

- Через час - да, давай, - сказал Билли, ставя на стол пару тарелок с едой. - А то потом опять будет поздно.

Я кивнул, зная, что вечер только начинается.

Мы собрались с пацанами спустя час после того, как разошлись. Стояли на районе, болтали о всяком, вели свои разговоры. Шон с Джеком отправились в магазин за сигаретами, а я, Антонио, Билли и Энтони остались. Всё было в порядке, пока к нам не подошёл дядя Билли - Дилан.

Этот мужик был настоящим гигантом. Огромный, под два метра ростом, с телом, как у быка. Мы все его боялись, и особенно, когда он был пьян. Он мог быть весёлым, но в такие моменты его взгляд становился жёстким, и все знали, что лучше не провоцировать.

Он подошёл к нам, слегка покачиваясь, и сразу же начал отдавать приказы:

- Эй, вы чё, стоите тут? В магазин за пивом! - сказал он, сунув в руки деньги. - Побыстрее, не то не увидите меня трезвым.

Без разговоров, мы побежали в магазин. Договориться с ним было бесполезно, так что скинули деньги и побежали. В голове крутились мысли о том, как вернёмся, что будет дальше, но мы не могли терять времени.

Когда мы вернулись, Дилан сидел на скамейке перед подъездом, задумчиво куря. Мы аккуратно поставили пакет с пивом рядом с ним, как вдруг он вдруг резко посмотрел на нас.

- Щеглы, вы чё, ахуели? Почему так долго? - рявкнул он, не поднимая глаз от сигареты.

Билли сразу начал оправдываться, объясняя, что в магазине была длинная очередь, но мы знали, что это только усугубляет ситуацию. Антонио, очевидно, решил разрядить атмосферу и сказал:

- Да, Дилан, очередь была длинная, как в старые добрые времена!

Это немного разрядило атмосферу, но мы все чувствовали: теперь всё зависит от настроения Дилана. С его пьяным видом и тяжёлым взглядом мы ожидали чего угодно.

Внезапно, не предупредив, Дилан схватил Антонио за воротник, резко дернул и ударил его пощёчиной. Антонио даже не успел понять, что произошло, и тут же вырубился. Дилан держал его за шею, как игрушку, а его ноги свисали в воздухе. Мы все замерли, не зная, что делать, пока Дилан снова не ударил его. Он свисал в его руках, полностью потеряв сознание.

Страх сковал нас, и в один момент мы просто побежали, оставив Антонио. Мы знали, что поступаем не по-дружески, но идти против Дилана в таком состоянии было бы безумием. Мы скрылись в темноте, остановившись на перекрёстке, в том месте, где не было почти никаких фонарей, и единственный свет освещал нас вдалеке.

Пять минут прошло в тишине, пока мы стояли, напряжённо обсуждая произошедшее. Мы продолжали угарать, но напряжение было видно на лицах каждого. Дилан, по всей видимости, ещё продолжал играть с Антонио, но мы не собирались возвращаться и снова сталкиваться с ним.

Темнота вокруг нас становилась всё более густой, и хотя мы прятались, в наших головах оставался этот страх, словно тень от того, что произошло.

Мы стояли, вглядываясь в темноту, как вдруг услышали грохот шагов, который приближался с каждой секундой. В темноте ничего не было видно, и мы не могли понять, кто или что это. Сердца в груди забились быстрее, мы замерли, пытаясь прислушаться.

И вот, когда Дилан пробежал под единственным фонарём, который разделял нас и его, мы узнали его. Он мчался к нам с бешеной скоростью, его огромная фигура выделялась в свете, а лицо - такое свирепое, что мы не могли ни на секунду усомниться: он был в ярости. Это был Дилан, и его взгляд обещал беду.

В голове пронеслось одно единственное желание - убежать. Мы не ждали ни секунды, и как только он приблизился, мы все одновременно бросились в сторону, давая «в тапку». Мы бежали, не оглядываясь, а единственным звуком, который разрывал тишину, были наши быстрые шаги и грохот Дилана, который, возможно, всё ещё следовал за нами.

Энтони и Билли, хотя и были немного пухлыми, бегали со скоростью, которой мог бы позавидовать любой спринтер. Похоже, в такие моменты всё лишнее просто исчезало, а их ноги не чувствовали усталости. Я, конечно, в шоке, наблюдали, как они рвутся вперёд, и мне казалось, что их аппетит к скорости просто не имеет границ.

Я оглянулся на мгновение, чтобы понять, на каком мы расстоянии от Дилана, и тут как-то не по себе стало. Он был уже чертовски близко - как раз на таком расстоянии, что даже мелькнувшая мысль о том, что он мог бы нас схватить, заставила меня заорать, словно меня столкнули в пропасть.

- Беги быстрее! - я кричал, как мог, пытаясь убедить себя, что если я ещё быстрее побегу, то возможно, смогу вырваться. Энтони и Билли словно получили невидимый стимул, и их ноги принялись не просто прыгать, а буквально катиться по земле с такой скоростью, что я даже не успевал их догонять.

Мы все, конечно, начали нестись ещё быстрее. Как в плохом фильме, где группа друзей старается избегать главного злодея, но вместо героизма получается сплошной комизм. Билли, Энтони, все мы - просто бегаем, как будто нас везёт на скейтборде, и при этом искренне надеемся, что Дилан просто устанет и решит отдохнуть.

Наконец, мы оторвались от Дилана. Билли и Энтони были уже почти на грани, но двигались так, что могли бы стать героями какого-то спортивного фильма. Джек и Шон, видимо, не рискнули выйти, увидев, как Дилан избивает Антонио, и прятались в темноте, словно самые настоящие шпионы. Мы же, в свою очередь, стояли перед магазином, еле отдышавшись, будто только что пробежали марафон.

Как только мы немного пришли в себя, из темноты вдруг раздались наши имена. Мы сразу замерли, испуганно переглядываясь. Мы были готовы снова сорваться с места, но тут в свете фонаря появился... Антонио. Мы все буквально замерли на месте.

Он подошёл к нам, весь такой слегка потрёпанный, но с обиженным выражением лица, и сказал:

- Хули вы меня кинули, коненные?!

В голосе было столько недовольства и обиды, что мы не смогли удержаться. Смех просто прорвался через нас. Мы начали угарать так, что никто из нас даже не мог остановиться. Всё, что только что произошло, казалось таким нелепым, что смех был единственным способом справиться с этим. Мы смеялись, пока не попали в ту стадию, когда невозможно остановиться, а ржать хочется всё больше и больше.

Антонио посмотрел на нас, его лицо постепенно растянулось в улыбке, и, наконец, он тоже не выдержал.

Невозможно было удержаться от этого безумного веселья. Похоже, страх перед Диланом и бегство от него стали уже не такими важными, когда мы, наконец, поняли, что всё обошлось.

Антонио, немного отдышавшись, всё-таки добавил:

- Ну, ладно, я не обижен. Но в следующий раз вы меня так не кидайте!

Мы продолжали смеяться, потому что в этот момент все напряжение словно исчезло. Не важно, что происходило до этого - сейчас всё было как-то легче, проще. Мы снова были теми же пацанами, которые могут угарать по любому поводу.

После того как смех немного утих, мы все снова собрались, договорились встретиться ещё не раз и продолжить проводить время вместе, как настоящие друзья. Мы понимали, что приключения не заканчиваются, но хотя бы в этот раз всё обошлось. Вечер подходил к концу, и мы разошлись по домам, уже с лёгкими сердцами.

Но, несмотря на всю суматоху, мы знали одно: ничто не могло так объединить нас, как такие моменты, когда всё вдруг выходит из-под контроля, а ты вместе с друзьями смеёшься, забывая обо всём остальном. И так продолжалось до следующего приключения.

2018 год, 17 августа.

Я проснулся ближе к обеду. Телефон стоял на беззвучном режиме, и я не услышал звонка от Лии. Медленно поднявшись с кровати, я вышел во двор. Сходил в туалет, выкурил сигарету и просто посидел в тишине. Настроение было каким-то вялым, пустым.

Вернувшись домой, я умылся, поел и переоделся. Только после этого решил перезвонить Лие.

- Алло, привет, как дела? - лениво и устало пробормотал я.
- Привет! Отлично! А ты как?
- Пойдёт.
- Ну ты и заспался, - усмехнулась она.
- Да... Теперь голова почему-то болит.
- Это потому что слишком долго спал. Лучше выйди на улицу, пройдись, свежий воздух поможет.

Я молча потер виски. Может, она и права.

- А ты чем занимаешься? - спросил я, переведя разговор.
- Да вот, с сестрёнками гуляю.
- Понятно...

Я встал с дивана, подошёл к окну и выглянул на улицу. Всё было как обычно: жара, тишина, редкие прохожие.

- Может, встретимся? - предложила Лия.
- Я только за, - ответил я, натягивая кроссовки.

Через десять минут я уже выходил из дома, снова закуривая сигарету. Голова слегка отпустила, но в груди оставалось какое-то странное чувство.

Я ещё не знал, что этот день запомнится мне надолго.

Я дошёл до остановки, поймал такси и поехал к Лие в посёлок. Сонливость всё ещё не отпускала - голова была тяжёлой, а мысли путались. В салоне стояла удушающая жара, солнце нещадно палило через лобовое стекло,  как назло, у таксиста не работали окна.

Когда, наконец, машина остановилась, я поспешно вышел, вдохнув свежий воздух. Достав телефон, набрал Лию, но она не отвечала. Странно.

Не теряя времени, я направился к её дому. Добравшись, постучал в дверь. Несколько секунд ничего не происходило, но затем створка скрипнула, и на пороге появилась её мама. Она выглядела слегка удивлённой, а в её взгляде скользнуло что-то похожее на тревогу.

- Здравствуйте, - тихо сказал я.

Женщина посмотрела на меня внимательно, слегка нахмурившись.

- Здравствуй... А ты кто? - спросила она.

- Извините, а Лия дома?

- Да, но она сейчас спит.

- А... Понял. Спасибо и извините за беспокойство.

- Ничего страшного, - спокойно ответила она.

Я развернулся и пошёл обратно по дорожке, а за моей спиной хлопнула дверь.

Отошёл на несколько шагов и снова набрал Лию. На этот раз она ответила почти сразу, голос у неё был сонный, тихий.

- Алло...

- Ты забыла, что мы договорились встретиться?

- Нет... Я думала, что мы увидимся вечером. Не знала, что ты сразу приедешь.

- А, ну ладно... Тогда спи дальше, а я пока с пацанами пересекусь.

- В 19:00 у нашего места, - пробормотала она, явно засыпая.

- Хорошо... - начал было я, но на другом конце провода уже послышалось её тихое, размеренное дыхание.

Я усмехнулся и убрал телефон в карман. День только начинался.

Я двинул в сторону магазина, на ходу проверяя карманы - деньги были. Зайдя внутрь, сразу взял энергетик, пачку сигарет и литровую газировку для пацанов. Расплатился, сунул покупки в пакет и вышел на улицу, щурясь от солнца.

Достал телефон и набрал Антонио. В последнее время мы с ним стали ближе, чем с остальными. Он всегда понимал мои разговоры, поддерживал, как родной брат.

Гудки... Раз, два...

- Алло, Тони, чё там, брат? Ты где? - спросил я.

- Может, сначала поздороваешься, мелкий азиат? - усмехнулся он.

Я фыркнул.

- Здарова, мой брат родной, от мамы другой! Как дела? Как жена, как дети, как жизнь? - с сарказмом протянул я.

Антонио рассмеялся.

- Да какие дети, братан? Мне бы самому кто карманные деньги давал!

- Да-да, горячий малый, как твои шары после операции, - усмехнулся я.

- Отлично, сияют как шары для боулинга, - протянул он, вздыхая. - Ладно, я у Шона на хате, он тут зависает в какой-то фигне. Давай подходи.

- Уже бегу.

Я скинул вызов, сунул телефон в карман и направился к дому Шона. Вечер только начинался.

Я ускорил шаг, улицы нашего района были мне знакомы до каждой трещины на асфальте.

Когда я дошёл до ворот Шона, дверь оказалась приоткрытой. Я толкнул её и прошёл через двор к дому. Из-за двери доносились звуки музыки и приглушённые голоса.

Постучал.

- Открыто! - раздался голос Антонио.

Я толкнул дверь и вошёл. В комнате сидели Антонио и Шон. Первый развалился в кресле, листая телефон, а Шон сидел на кровати, уставившись в экран своего смартфона.

- Чё за фигня, Шон? - спросил я, проходя внутрь.

- Да тут видос один странный нашёл... - пробормотал он, не отрывая взгляда от экрана.

Я поставил пакет на стол и подошёл ближе. На экране было мутное видео, снятое будто на старую камеру. Темнота, какие-то силуэты, шёпот за кадром.

- Чё за хрень ты опять смотришь? - Антонио бросил телефон на стол.

Шон наконец повернулся к нам. В его глазах читался лёгкий азарт.

- Говорят, это видео из нашего района... Снято лет десять назад. И те, кто его смотрят, видят кое-что странное.

Я переглянулся с Антонио.

- Ага, классика, - фыркнул я. - Что там за очередная страшилка?

Шон кивнул на экран.

- Лучше сами гляньте.

Я сел рядом, Антонио тоже подвинулся. Шон нажал «плей».

Экран дёрнулся, картинка пошла рябью. Мы замерли, вглядываясь в мутное изображение.

Я смотрел в экран, и меня не покидало странное ощущение...

На видео было плохо освещённое место, похоже, какой-то старый двор. Камера тряслась, а за кадром слышалось тяжёлое дыхание. Оператор явно куда-то крался. На секунду вспыхнул фонарик, осветив облупленные стены гаражей.

- Где это? - спросил Антонио, слегка подавшись вперёд.

Шон перемотал видео на пару секунд назад и поставил на паузу.

- Вот это место... тебе не кажется знакомым? - он указал пальцем на тёмный угол экрана.

Я прищурился. За гаражами виднелась старая площадка, заросшая травой. Сердце неприятно кольнуло - я знал это место.

- Это же рядом с озером... - тихо сказал я.

Антонио тоже выпрямился.

- Твою мать, это же те самые гаражи по набережной! - Он повернулся к Шону. - Откуда у тебя это видео?

Шон откинулся на кровати и усмехнулся.

- Нашёл на форуме. Якобы кто-то наткнулся на этот файл в интернете, но оригинала уже нигде нет. Осталась только эта копия. И знаешь, что самое странное?

Мы молча уставились на него.

- Чувак, который выложил это видео, писал, что оно появилось у него на телефоне само. Он его не скачивал. Просто однажды включил галерею - а там этот ролик.

Я скептически фыркнул:

- Ну да, конечно. Давай ещё скажи, что его после этого нашли с лицом, перекошенным от ужаса.

Шон не улыбнулся.

- Почти. Он исчез. Никто его больше не видел.

В комнате повисла тишина. Только с экрана продолжало мерцать изображение - тёмный двор, слабый свет фонарика, тишина.

И тут, внезапно, что-то мелькнуло на видео.

Тёмный силуэт.

Мы все вздрогнули.

Шон отмотал назад и нажал паузу.

На экране, на грани видимости, в глубине двора стояло что-то. Человек... или не человек?

Антонио выругался.

- Ладно, хватит. Это какая-то постановка.

Но мне было не по себе. Потому что чем дольше я смотрел на эту фигуру, тем больше казалось, что она тоже смотрит на меня.

И тогда экран снова дёрнулся... и видео продолжило играть само.

Мы переглянулись.

- Ты это сделал? - спросил я у Шона, но он только медленно покачал головой.

Антонио нахмурился и потянулся к телефону, но в тот момент из динамика вырвался резкий шорох. Видео пошло рябью, а силуэт на экране будто сдвинулся ближе.

- Чё за... - пробормотал Антонио, отдёргивая руку.

Экран дёрнулся снова, и мы услышали звук - как будто кто-то шаркал ногами по бетону. Камера медленно повернулась в сторону площадки. Теперь же там стояли только сломанные качели, едва заметно раскачиваясь на ветру.

Я сглотнул.

- Это точно наш район, - тихо сказал я.

Шон кивнул, но в глазах у него будто мелькнуло что-то подозрительное.

И вдруг раздался голос. Глухой, словно пробивающийся сквозь помехи:

- Вы... видите меня?

Антонио резко подался назад.

- Нахрен, мне не нравится эта хрень! - пробормотал он.

Я хотел сказать, что это наверняка какая-то монтажная фигня, но тут из-за окна донёсся протяжный скрип.

Мы замерли.

- Это... что? - прошептал Антонио.

Я медленно повернул голову к окну.

С огорода донёсся ещё один скрип, а потом... будто бы кто-то шаркал ногами по асфальту.

- Братан, я не хочу это видеть, - Антонио уже сдвинулся к выходу, но Шон быстро встал и положил руку ему на плечо.

- Спокойно, просто посмотрим... - сказал Шон.

Я шагнул к окну и выглянул.

Неподалеку от дома, стояла фигура. Длинная, сгорбленная, в тёмной одежде.

Антонио хватанул меня за руку.

- Братан, оно смотрит сюда...

И тут фигура сделала резкий шаг вперёд.

Антонио взвизгнул так, как будто ему на ногу уронили гирю, и отпрыгнул назад.

Когда фигура шагнула вперёд, у неё на голове что-то закачалось.

Я прищурился.

- ...Это что, пакет?

Секунда тишины.

А потом фигура запуталась в собственных ногах и с глухим «УПС!» шлёпнулась на землю.

Я тяжело выдохнул.

- БЛЯТЬ, ДЖЕК, ВСТАНЬ!

Из-за деревьев донёсся приглушённый ржач. Джек скинул пакет с головы, пытаясь подняться.

Шон в комнате уже просто катался по полу от смеха.

Антонио смотрел то на нас, то на окно.

- Вы... Вы дауны?!

Я повернулся к Шону.

- Ты с самого начала это задумал?!

Шон задыхаясь кивнул.

- Боже... Антонио, твоё лицо... Я не могу!

Антонио сгреб со стола пачку чипсов и запустил в него.

- Я ВАС ОБОИХ СОЖГУ!

А Джек под окном всё ещё ржал, отряхиваясь от пыли.

После громкого смеха и удачного пранка от Шона и Джека мы, всё ещё обсуждая их выходку, направились на наш район - то самое место, где мы всегда собирались с пацанами.

Когда мы пришли, там уже тусовались Билли, Энтони и Нэсси. Они расслабленно стояли у знакомого бревна, лениво переговариваясь.

- О, короли возвращаются! - с ухмылкой сказал Билли, закидывая в рот горсть семечек.

- Да-да, - подхватил Энтони, - судя по вашим ржущим рожам, кто-то опять кого-то развёл?

- Лучше не спрашивай, - усмехнулся я, бросив косой взгляд на Шона и Джека. - Эти два гения решили нас напугать.

- И как, получилось? - с интересом спросил Энтони, прищурившись.

Антонио резко кашлянул и сделал вид, что рассматривает облака.

- Да не, фигня полная, - быстро ответил я, откупоривая бутылку газировки.

Мы сели по привычным местам, закинулись семечками и начали делиться новостями. Кто-то рассказывал, как соседский пёс опять сорвался с цепи и погнался за детьми на великах, кто-то вспоминал, как Боб недавно чуть не проиграл спор и не побрился налысо.

Жара давила, но с пацанами было как-то по кайфу. Щёлкали семечки, запивали газировкой, переговаривались, подкалывали друг друга. Обычный день, но именно за такие моменты я и любил наш район.

- Ладно, - сказал Джек, - давайте лучше расскажем, у кого что за неделю случилось.

Я сделал глоток газировки, почувствовал, как холодок пробежался по горлу.

- Да ничего особенного. Купил энергетик, пачку сигарет и литруху вам.

- А ты добрый, конечно, - кивнул Энтони, потягивая газировку. - Не зря тебя в друзья взяли.

- Ну, а чё, своих пацанов угощать - дело святое.

- Друзья - это святое, - сказал Билли, задумчиво щёлкая семечки.

Мы молча кивнули. Тут никто не сомневался в этих словах.

- Ну, раз святое, то может, кто-нибудь мне газировки нальёт? - усмехнулся Энтони, протягивая пустой стаканчик.

- Слышь, ты давай с горла пей как все - фыркнул Шон.

- ТЫ чего он же богатенький, и не привык с горла пить - король жизни, - с ухмылкой добавил Джек.

Энтони, как всегда, посмеялся, а потом сделал хороший глоток газировки прямо из бутылки. Среди нас он был самым ухоженным - чистая одежда, уложенные волосы, да ещё и самые новые кроссы на ногах.

Он был младшим в семье и, честно говоря, настоящим любимчиком. Родители баловали его, давали карманные деньги чаще, не как наши родители раз в год, и, кажется, никогда не отказывали в просьбах.

Несмотря на всё это, Энтони был таким же парнем, как и мы. Да, родители его баловали, но вёл он себя без понтов. Если надо было влезть в какую-то передрягу - он лез вместе с нами. Если мы мутки какие-то проворачивали, он тоже был в деле.

Курить и пить? Да он начинал вместе с нами. Первая сигарета, первый глоток пива - всё это происходило в нашей компании, на этом же самом районе.

Начало формы

Спустя несколько часов непрерывного разговора, Нэсси вдруг подняла голову и сказала:

- Слушайте, а давайте в теннис сыграем? У меня дома ракетки и мяч валяются.

Мы переглянулись, а потом дружно кивнули.

- Давай, тащи! - сказал Билли, щёлкая последнюю семечку.

Пока Нэсси бегала домой за ракетками, мы уже начали делиться на команды. Когда всё было готово, игра пошла. Кто-то азартно отбивал мяч, кто-то просто сидел на бревне, залипал в телефоне и угорал, перекидывая друг другу мемы.

Я оказался в числе тех, кто играл. К тому моменту мой телефон уже окончательно сел, и зарядить его было негде, так что пришлось отвлечься от экрана и полностью влиться в игру.

И тут, немного позже, к нам подошли Джуди и Элисон.

- О, что вы тут делаете? - улыбнулась Джуди, сложив руки на груди.

- Ну тусим, как и всегда - ухмыльнулся Энтони, раскручивая ракетку.

- Тогда мы присоеденимся! - заявила Элисон, схватив одну из ракеток.

Мы переглянулись и пожали плечами. Чем больше народу, тем веселее!

Мы играли и веселились, шутили, дразнили друг друга за неудачные удары, пока вдруг не обратили внимание на небо.

Над районом раскинулся ярко-малиновый закат, растекаясь по горизонту густыми оттенками оранжевого и розового. Солнце медленно садилось за дома, и в воздухе повис тот самый приятный вечерний прохладный ветерок, которого мы ждали весь день.

- Блин, уже так поздно? - удивился Билли, прищуриваясь на солнце.

- Вообще не заметил, как время пролетело, - сказал я, вытирая лоб.

- Значит, хорошо провели день, - улыбнулась Джуди.

Элисон посмотрела на небо и мечтательно сказала:

- Люблю такие вечера. Когда жара уходит, но день ещё живёт.

Мы переглянулись и молча кивнули. Да, такие моменты были особенными. Никаких забот, никаких проблем. Только мы, наш район и закат, который будто специально был таким красивым, чтобы завершить этот день.

Весь вечер Элисон старательно избегала меня, делая вид, что занята игрой или разговором с остальными. Я это сразу заметил - слишком уж очевидно было, как она отворачивалась, когда наши взгляды случайно встречались, или как переходила на другую сторону, если я оказывался рядом.

Понятно, почему. После того случая, когда мы перестали общаться, между нами повисло какое-то неловкое напряжение. Никто ничего не обсуждал, но оба знали - что-то сломалось.

- Ты тоже это видишь? - шепнул мне Джек, незаметно кивнув в сторону Элисон.

- Да, вижу, - вздохнул я.

Джек усмехнулся, бросив на меня хитрый взгляд.

- Да ладно, серьёзно? Она же явно пытается вести себя так, будто ничего не произошло, но ты ей до сих пор нравишься.

Я пожал плечами, сконцентрировавшись на том, как Шон отбивает мяч.

- Возможно... - ответил я, не глядя на него.

Джек фыркнул.

Я посмотрел в сторону Элисон. Она стояла чуть в стороне, смеясь над чем-то, что рассказывала Джуди. Но я видел, что она мельком бросала на меня взгляды, думая, что я не замечу.

В этот момент рядом со мной стоял Антонио. Вдруг зазвонил его телефон. Он взглянул на экран, усмехнулся и поднёс трубку к уху.

- Алло, привет.
- Нормально, а ты как?
- Да, он рядом со мной, - ответил Тони, бросив на меня взгляд. - Дать ему трубку?
- Окей, секунду.

С этими словами он протянул мне телефон.

- Кто это? - спросил я, недоверчиво глядя на него.

Антонио ухмыльнулся.

- Лия тебя спрашивает.

Я замер на мгновение, почувствовав, как внутри что-то сжалось. Вокруг продолжалась обычная движуха: кто-то смеялся, кто-то залипал в телефон, но для меня в этот момент всё будто притихло.

- Чёрт возьми, сколько сейчас времени? - пронеслось у меня в голове.

Я резко вытащил свой севший телефон из кармана, будто он мог мне чем-то помочь, и быстро посмотрел на часы у Тони на запястье.

Внутри всё похолодело. Я совсем забыл про встречу с Лией на берегу старого озера, у пирса в 19.00

Я сжал челюсти и перевёл взгляд на телефон в руке Антонио. В трубке всё ещё ждала Лия. Наверное, уже злилась или, что хуже, обижалась.

- Ну, ты будешь брать? - Тони приподнял брови, наблюдая за моей реакцией.

Я быстро прикинул, что делать. Если сорвусь сейчас - пацаны точно начнут подшучивать, а если не пойду... Вариантов тоже было немного.

Я всё же взял трубку и поднёс её к уху.

- Алло... - сказал я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя внутри уже начинало расти чувство вины.

На том конце повисла короткая пауза, а потом раздался знакомый голос Лии.

- Ты вообще помнишь, что у нас была встреча?

Я выдохнул и провёл рукой по лицу.

- Лия, извини... Я совсем замотался.

- Замотался? - в её голосе послышалось лёгкое раздражение. - Ты понимаешь, что я уже час сижу у этого чёртового пирса и жду тебя?

Я закрыл глаза и тихо выругался себе под нос. Час. Она ждала меня целый час.

Пока я обдумывал, что ответить Лие, она опередила меня:

- Почему ты такой безответственный?

В этот момент во мне что-то щёлкнуло. Будто в голове перегорел предохранитель. Я замкнулся, чувствуя, как внутри закипает злость. Чёрт, ведь она была права - ответственности у меня действительно не было.

Лия вздохнула и снова заговорила, уже немного мягче:

- Мне тебя ждать? Ты придёшь?

До неё было всего пять минут ходьбы. Но вместо того чтобы просто сказать «да», я вдруг ощутил, как раздражение накатывает ещё сильнее. Может, потому что её слова попали прямо в больное место.

- Нет, я не приду. Я сейчас занят. - Голос прозвучал холодно, будто это был не я.

Я почувствовал, как Лия разочаровалась во мне. В её голосе не осталось ни злости, ни упрёка - только тихая, почти сломленная просьба:

- Я... я сделала тебе браслет. Своими руками. Забери хотя бы его...

Она говорила так, будто вот-вот расплачется. Но в этот момент я был сам не свой, словно меня подменили. Как будто внутри меня кто-то дёрнул рубильник, и на смену мне пришёл совсем другой человек - холодный, грубый, чёртов мудак.

- Не нужен мне твой грёбаный браслет, - выдал я, даже не подумав.

И почти сразу пожалел.

- Ладно, пока, - тихо сказала Лия и бросила трубку.

Веселье улетучилось. Я сидел, уставившись в пустоту, прокручивая в голове то, что только что сказал. Злость испарилась, оставив после себя только тяжесть. Я не понимал, что на меня нашло.

Так прошло минут десять, пока кто-то не заметил:

- О, там Лия идёт с сестрёнкой.

Я сразу же посмотрел в её сторону. Она шла в тридцати метрах от нас, одетая в лёгкое белое летнее платье. На мгновение её взгляд задержался на нашей компании, и даже с такого расстояния я увидел боль в её глазах.

Меня тут же накрыло стыдом. Я отвернулся, будто мог спрятаться от собственного поступка.

После этого мне было уже не до веселья, хоть наше приключение только начиналось. Время приближалось к 21:00. Я попрощался с друзьями, и Тони предложил проводить меня, но я лишь отмахнулся:

- Да ладно, сам дойду.

Я был зол на себя, но вся эта злость выплёскивалась наружу. Я еле как поймал такси и поехал домой.

Когда наконец прибыл, не сразу зашёл в дом - остался во дворе, опустился на старый, пыльный диван и уставился в небо. Среди тьмы выделялась одна звезда, сияющая особенно ярко.

И тут в памяти всплыл разговор с Лией.

- Что делаешь? - спрашивала она.

- Да ничего, сижу во дворе. А ты?

- Я тоже. Смотрю на звезду, которая так ярко сияет, аж бесит, - ворчливо сказала она.

- Почему бесит? Она же такая красивая.

- Красивее меня? - вдруг возразила Лия.

Я усмехнулся:

- Конечно нет. Ты красивее этой звезды.

- Пока эта бесячая звезда сияет, наша любовь тоже будет сиять, - тихо сказала она тогда.

Эти слова эхом пронеслись в голове. Я снова поднял взгляд в небо, и та самая звезда уже не сияла так ярко как тогда -звезда тускнела прямо на моих глазах.

"Видимо, нашей любви пришёл конец," - пронеслось у меня в голове.

Я не знал, что делать. Чувствовал себя полным дебилом. Гнал злость на самого себя, ругал в мыслях, снова и снова прокручивая тот момент, когда сказал ей эти дурацкие слова.

Вдруг телефон завибрировал.

Уведомление.

Я машинально разблокировал экран и увидел сообщение от Лии. Открываю - фотография.

На ней был тот самый браслет, который она сделала своими руками. Проста́я красная нитка, аккуратно связанная. И на ней - наши инициалы:

Д ❤️ Л

В горле встал ком. Я смотрел на этот браслет, и что-то внутри меня медленно рушилось.

Я долго смотрел на экран, будто эта фотография могла что-то изменить. Пальцы дрогнули - хотелось написать что-то, но что? «Извини»? «Я был не прав»? «Вернись»?

Никакие слова не казались правильными.

Телефон снова завибрировал. Сообщение от Лии:

"Ты ведь даже не сохранишь его, да?"

Грудь сдавило, как будто что-то тяжелое упало прямо внутрь.

Я провёл рукой по лицу, чувствуя, как внутри разливается бессилие. Чёрт, я не должен был так говорить. Не должен был так с ней.

Я набрал ответ, но тут же стёр. Набрал снова - и опять удалил.

Минуту смотрел на экран, потом просто закрыл телефон и закинул голову назад, снова глядя на эту чёртову звезду.

Она не сияла так же ярко, как и тогда.

Но теперь её свет меня не грел.

Я закрыл глаза и выдохнул. Казалось, что если я не посмотрю на телефон, то всего этого просто не было. Но это было.

Я снова разблокировал экран, открыл её сообщение.

"Ты ведь даже не сохранишь его, да?"

Она уже всё решила за меня. Уже знала мой ответ. Думала, что этот браслет ничего для меня не значит.

Я не мог просто оставить её слова без ответа. Пальцы снова замерли над клавиатурой.

"Я... сохранил бы."

Удалил.

"Ты не представляешь, как мне жаль."

Удалил.

Я хотел написать что-то правильное. Что-то, что исправило бы всё. Но разве есть такие слова?

В конце концов, я просто написал:

"Прости."

Сообщение отправилось. Я уставился на экран, ожидая чего угодно - даже пустого «прочитано». Но её ответ так и не пришёл.

Телефон показал, что уже почти полночь.

Я провёл рукой по лицу, поднялся с пыльного дивана и пошёл домой, ощущая, как в груди разрастается пустота.

Зайдя домой, я рухнул на кровать и уставился в потолок. В голове снова всплыл её образ.

Она была такой красивой... Вся в белом.

Лия наряжалась для меня. Хотела, чтобы я оценил её, чтобы сделал комплимент, чтобы посмотрел на неё так, как раньше.

А я?..

Я прокручивал в голове сотни вариантов. Что, если бы я бросился к ней в тот же момент, когда  она позвонила Тони? Если бы не сказал ту дурацкую фразу, не позволил злости взять верх?

Я представлял, как подхожу к ней, как она улыбается мне, как протягивает браслет, а я беру его и надеваю на руку, обещая никогда не снимать.

Но это был всего лишь сценарий, который уже никогда не станет реальностью.

Мои глаза наполнились слезами, и я не смог сдержаться.

Плакал навзрыд. Громко, судорожно, так, что едва мог дышать. Словно внутри что-то разломалось, и все эмоции хлынули наружу, смывая остатки злости, оставляя только боль и пустоту.

После этого дня всё начало рушиться.

Я хотел как-то помириться с ней, сказать, что был идиотом, что не думал, что наговорил лишнего... Но, похоже, я окончательно разочаровал её.

В её глазах я теперь был не тем, кто мог сделать её счастливой. А тем, кто сделал ей больно.

Череда неудач

Октябрь 2018

Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как я проебал свою любовь. Тогда я этого до конца не понимал - просто пытался жить дальше, как будто ничего не произошло.

Но неудачи преследовали меня.

Сначала я провалил семестр, а потом меня и вовсе исключили из колледжа. Пришлось перевестись в другой, на совершенно другую профессию. Я не был рад этому.

Денег не хватало - ни на дорогу, ни на еду. Дома обстановка накалялась с каждым днём, казалось, что все меня ненавидят. Или, может, мне просто так казалось, потому что я сам ненавидел себя?

Единственный, кто меня поддерживал, был мой младший двоюродный брат Мэтью. Он был ещё ребёнком, но каким-то образом понимал меня лучше, чем кто-либо другой.

С пацанами мы почти не собирались - у каждого были свои дела, учёба, заботы.

Я начал подрабатывать у дяди в автосервисе после колледжа. Клиентов было мало, работа шла из рук вон плохо. Почти полгода я работал бесплатно, надеясь, что всё наладится.

Но ничего не наладилось.

В итоге дядя обанкротился, запил и полностью забил на свою жизнь.

Всё валилось из рук. Казалось, куда бы я ни сунулся, везде меня ждали только провалы.

И, наверное, из-за этого во мне проснулась какая-то странная личность - личность спасателя.

Я не мог исправить то, что сделал с Лией. Не мог вернуть её, не мог стереть её боль. Но, возможно, мог помочь другим?

Я начал общаться с разными девушками. Слушал их, поддерживал, давал советы, старался быть тем, кто не причинит им боль.

В глубине души я знал, что это не исправит моих ошибок. Знал, что просто пытаюсь заглушить чувство вины.

Но мне было легче думать, что я хоть кому-то становлюсь нужным.

Из всех девушек, с которыми я общался в тот период, мне запомнилась лишь одна.

Её звали Ванесса, но я называл её Валли.

Познакомились мы случайно - я отправил ей заявку в друзья в соцсетях, и после того как она её приняла, мы начали общаться почти каждый день.

Валли была милой, хрупкой девушкой с бледной кожей. На тот момент она болела анорексией - была болезненно худой. К тому же у неё были серьёзные проблемы в семье: вместо родного отца её воспитывал отчим, и отношения у них, мягко говоря, были сложными.

Я понимал её как никто другой. Я сам рос без отца, и, возможно, именно поэтому между нами быстро возникла связь.

Мы часто созванивались, переписывались, я поддерживал её, убеждал, что она не одна. Я заставлял её есть, буквально вынуждал отправлять мне видео, чтобы убедиться, что она лечится и хоть немного поправляется.

И она слушалась меня.

Так прошло три-четыре месяца. Я видел её старания, её прогресс. Видел, как она медленно, но всё же выбирается из того состояния, в котором была.

А потом... я просто перестал с ней общаться.

Она писала мне, звонила. Наверное, привязалась. Но я считал, что выполнил свою «миссию».

Я оставил её одну.

Наверное, я просто пытался убедить себя, что я не такой уж плохой человек. Что я могу кому-то помочь, сделать хоть что-то хорошее.

Но это была ложь.

Я был мерзким. Невыносимо мерзким.

Плохим.

После всего, что я натворил, я не мог назвать себя иначе. Я использовал людей, оправдывая это «помощью». Мне хотелось чувствовать себя лучше, но на самом деле я просто бросал тех, кто начинал мне доверять.

Я подвёл Лию.

Я подвёл Валли.

И, наверное, больше всего я подвёл самого себя.

Глава 6

День рождения Джека

Я сидел дома, как обычно, когда вдруг зазвонил телефон.

На экране высветилось знакомое имя.

Джек.

Я недолго думая поднял трубку.

- Алло?

- Йо, брат! - послышался в трубке его голос. - Живой там вообще?

- Джек? Офигеть, давно тебя не слышал.

- Ага, вот и решил напомнить о себе. Как ты, чем занимаешься?

- Да так... Учёба, работа, всё как всегда. А ты как?

- Да норм, слушай, у меня сегодня день рождения. Вся наша старая банда собирается. Антонио, Бобби, Шон, Энтони - все будут. Давай, подтягивайся!

Я на секунду замялся.

- Даже не знаю...

- Да чего тут думать? - засмеялся он. - Всё равно делать нечего, так что жду тебя. А ещё...

- Что?

- Захвати-ка пару литров водки, а то пацаны не простят.

Я усмехнулся.

- Ладно, уговорил. Скоро буду.

- Вот это другой разговор! Давай, не тормози.

Звонок сбросился, а я ещё немного посидел, уставившись в телефон.

Похоже, этой ночью скучно не будет.

Я тепло оделся - на улице уже был февраль, зима не собиралась сдавать позиции.

Зашёл в магазин возле дома, быстро взял две литровые бутылки водки и направился к кассе. Продавщица кинула на меня взгляд, но ничего не сказала.

Расплатившись, я вышел на улицу и пошёл к остановке.

Холод пробирал до костей, пар валил изо рта, но я молча стоял и ждал.

Прошло минут тридцать, пока наконец не остановилось такси. Я быстро сел в машину, сказав адрес.

Машина тронулась с места, а я, глядя в окно, думал о том, какая встреча меня ждёт.

В машине было тепло, но внутри меня всё равно пробирал холод.

Я смотрел в окно, наблюдая, как мимо проносятся заснеженные улицы.

Таксист молчал, что меня вполне устраивало. В какой-то момент телефон в кармане завибрировал - сообщение от Джека:

"Ты где там? Пацаны уже накидываются без тебя!"

Я усмехнулся, печатая ответ:

"Уже в пути. Скоро буду."

Через десять минут машина остановилась при въезде в посёлок. Я вышел, огляделся. Всё вокруг казалось таким знакомым и одновременно чужим.

Район в котором мы тусили был далеко, но улицы стояли так же, даже фонарь, который всегда мигал, так и не починили.

Я глубоко вдохнул, поправил бутылки в пакете и пошёл к двери.

Подойдя к дому Джека, я уже слышал шум голосов за дверью - громкий смех, музыка, переговаривающиеся пацаны.

Я постучал.

Дверь тут же распахнулась, и на пороге стоял Джек.

- О! А вот и наш блудный сын! - ухмыльнулся он, распахивая дверь шире.

Я шагнул внутрь, а за его спиной меня уже встречали знакомые лица.

Похоже, ночь обещала быть долгой.

Я шагнул внутрь, и меня сразу накрыла тёплая, шумная атмосфера.

В комнате было накурено, в воздухе смешивались запахи алкоголя, чипсов и дешёвых ароматизаторов. Музыка играла на фоне, кто-то смеялся, кто-то что-то громко рассказывал.

- Ну ты чего стоишь, раздевайся давай! - хлопнул меня по плечу Джек.

Я снял куртку, кинул её на диван и прошёл вглубь комнаты.

- О, брат! - раздался знакомый голос, и ко мне тут же подошёл Тони, протягивая руку.

- Тони, ты не изменился, - усмехнулся я, пожимая его руку.

- А ты, похоже, вообще пропал, - заметил он, но без злости, скорее с ухмылкой. - Ладно, прощаем, если нальёшь!

- Да без проблем, - кивнул я, ставя пакет с водкой на стол.

- Вот это я понимаю! - обрадовался Антонио. - Ну что, пацаны, за встречу?!

Все поддержали крик, и Джек тут же начал разливать.

Я взял рюмку, посмотрел на ребят. Всё было, как раньше, но почему-то внутри всё равно было странное ощущение - будто я смотрю на всё это со стороны.

- Давай, не тормози! - подтолкнул меня локтем Энтони.

Я поднял рюмку.

- За встречу!

- За встречу! - прокричали в ответ, и алкоголь полился в глотки.

Жар разлился по телу, музыка стала звучать громче, а голоса - веселее.

Прошёл час, а может и больше. Алкоголь уже хорошо разогрел нас, шутки сыпались одна за другой, а смех не стихал ни на секунду.

Я сидел на диване, слушал, как Антонио что-то увлечённо рассказывает, размахивая руками так активно, что едва не смахнул бутылку со стола.

- Короче, пацаны, прикиньте, я иду как-то вечером по району, никого не трогаю, и тут... - он сделал эффектную паузу. - Навстречу мне эта девчонка, помните, о которой я рассказывал?

- Да ну нахер! - Джек сразу оживился.

- Реально, она! Я думаю, ну всё, сейчас подойду, поговорю, ну а дальше - как пойдёт.

- И что, подошёл? - ухмыльнулся Энтони.

- Да подошёл-то я, а вот дальше... - Антонио рассмеялся. - А дальше сзади выскакивает её старший брат!

- Да ладно?! - все загудели.

- Да, прикиньте! Этот хрен сразу такой: «Ты что, к моей сестре клеишься?!» Я такой: «Не, братан, ты чего, мы просто знакомые».

- И что он? - спросил я, уже догадываясь, чем всё закончилось.

- Да ничего! Я просто дёру дал, он был раза в два больше меня!

Все разом заржали.

В этот момент кто-то предложил выйти на улицу покурить. Мы с Тони переглянулись и пошли за компанию.

На улице было холодно, но алкоголь грел изнутри. Я облокотился на стенку дома, глядя на огни вдалеке.

- Слушай, Тони, - вдруг сказал я, тише обычного.

- А?

- Ты когда-нибудь думал, что всё как-то... не так?

- В смысле?

- Ну, не знаю... Мы здесь, пьём, ржём... А в голове как будто пустота.

Тони затянулся сигаретой, посмотрел на меня.

- Иногда думаю.

- И что?

- Да ничего. Мы же всё равно не изменимся.

Я кивнул, понимая, что он прав.

Мы постояли на улице ещё пару минут, глядя на тёмную степь, и трассу освещённые тусклым светом фонарей. Морозный воздух немного прочищал голову, но ощущения пустоты внутри он не убирал.

- Ладно, пошли обратно, замёрзну к херам, - сказал Энтони, затягиваясь в последний раз и стряхивая пепел.

Я кивнул, и мы вернулись в комнату, где продолжался шумный хаос.

Джек уже наполовину лежал на диване, угорая над чем-то вместе с Бобом. Антонио возился с колонкой, пытаясь поставить какой-то новый трек, а Шон доставал из пакета ещё одну бутылку.

- О, пацаны, а давайте покурим? - вдруг выдал пацан с которым я только познакомился, достав из кармана небольшой свёрток. Его звали Майк.

Я посмотрел на него с лёгким удивлением: раньше мы в такое не лезли.

- Это что, трава? - спросил Тони, скептически прищурившись.

- Ну а чё? Расслабимся, поугараем. Давайте, кто со мной? Энтони тут же кивнул:

- Я за! Чё, один раз живём.

Джек пожал плечами:

- Да мне похер, я попробую.

Я посмотрел на Тони, и тот тоже колебался.

- Слабо, что ли? - ухмыльнулся Майк, скручивая косяк.

- Да мне не слабо, просто... - Тони посмотрел на меня. - Ты как?

Я вздохнул. Честно говоря, мне было пофиг. Всё равно внутри уже было какое-то опустошение, так что я просто пожал плечами:

- Давай, похер.

- Вот это базар! - Майки радостно хлопнул меня по плечу.

Через пару минут косяк уже горел, и ребята начали передавать его по кругу.

Когда дошла очередь до меня, я задержался на секунду, затем сделал затяжку.

Дым ударил в горло, я чуть не закашлялся, но быстро взял себя в руки.

- Ну как? - спросил Антонио с ухмылкой.

Я выдохнул, чувствуя лёгкое тепло внутри.

- Пока непонятно...

- Подожди, сейчас накроет, - усмехнулся Майк.

И действительно, через пару минут всё вокруг стало как будто медленнее, смех ребят начал звучать глуше, но при этом казался в разы смешнее.

Музыка словно проникала прямо в кости, и меня накрыло странное ощущение...

Веселье продолжалось, но где-то внутри оставалась мысль: а не схожу ли я с ума?

Смех не стихал. Я пытался успокоиться, но каждый раз, когда мой взгляд снова цеплялся за Энтони с его литровой газировкой, я взрывался новой волной хохота.

- Да что с вами, дебилы? - наконец не выдержал Энтони, глядя на нас с подозрением.

- Братан, ты просто... ты так её держишь, как будто это твоя последняя надежда в этой жизни! - выдохнул Тони, согнувшись от смеха.

- Да пошли вы, - фыркнул Энтони, делая громкий глоток.

Но это только добавило масла в огонь. Майки уже просто катался по полу, Антонио хлопал себя по коленям, а Джек, закрыв лицо руками, пытался подавить истерику.

- Ладно, ладно, надо выйти подышать, а то я щас сдохну, - сказал я, вставая и направляясь к двери.

- Я с тобой! - тут же подхватил Тони, явно пытаясь сбежать от всей этой угарной атмосферы.

Мы вышли во двор, и я, облокотившись о стену, глубоко вдохнул. Холодный воздух немного прояснил голову, но внутри всё равно было ощущение какой-то странной пустоты.

Тони достал сигарету, закурил и протянул мне одну. Я взял, хотя особо не курил, но сейчас хотелось хоть как-то заглушить это странное чувство внутри.

- Блин, давно так не смеялся, - выдал Тони, вытирая глаза.

- Да... - я посмотрел вокруг, глядя на тёмный двор. - Аж челюсти болят.

Мы постояли молча, наблюдая, как изо рта вырываются облака пара. Вечер был холодный, но этот холод даже немного успокаивал.

- Чувак, - вдруг сказал Тони, глядя куда-то в даль, - а у тебя вообще как дела?

- В смысле?

- Ну... давай честно. Ты вроде здесь, но как будто и нет. Чё у тебя в башке творится?

Я долго молчал, вглядываясь в ночь. Потом выдохнул:

- Я скучаю по Лие.

Тони посмотрел на меня и кивнул:

- Я знаю.

- Не знаю, зачем я так с ней тогда... - я сжал сигарету в пальцах, даже не притрагиваясь к ней. - Когда она мне звонила, я мог просто пойти к ней. Просто поговорить. Она ведь тогда даже голосом дрожала... а я... я как конченный всё разрушил.

Тони вздохнул и прислонился спиной к стене.

- Ты был на эмоциях, братан. Ты же знаешь, как бывает.

- Да, знаю, - горько усмехнулся я. - Но от этого не легче.

Он молчал пару секунд, а потом сказал:

- Ты ведь её правда любил, да?

Я посмотрел на него и еле слышно ответил:

- Люблю.

Тони прикрыл глаза и кивнул.

- Тогда тебе нужно с этим что-то делать. Ты не можешь вечно закапывать себя в это дерьмо.

Я фыркнул:

- А что делать? Она мне даже не пишет. Я, кажется, для неё уже никто.

- Ты пробовал сам ей написать?

Я замялся.

- ...Да.

Тони покачал головой:

- Ну так, может, снова напишешь или позвонишь?

Я посмотрел на него, но не знал, что сказать.

- Я не знаю, брат... - пробормотал я. - Что, если она меня ненавидит?

Тони ухмыльнулся:

- Если бы ненавидела, то не делала бы тебе браслет.

Я сглотнул. Внутри что-то дрогнуло.

- Ладно, пошли обратно, а то замёрзну к херам, - сказал он, хлопнув меня по плечу.

Я кивнул, но внутри всё ещё оставалось что-то, с чем я не мог разобраться.

Мы вернулись в дом, где пацаны всё ещё громко смеялись и обсуждали что-то невнятное. Энтони наконец отпустил свою литровую газировку, Майк дурачился с самим собой, а Джек уже слегка качался на месте.

Тони плюхнулся на диван рядом с Майком, глотнул пива и сказал:

- Всё, пацаны, я в отключке.

Он буквально вжался в подушки, закрыв глаза.

- Блин, не рано ли? - усмехнулся Джек.

- Да ну нахрен, - пробормотал Тони. - Меня рубит...

Мы переглянулись, но оставили его в покое. Пусть поспит.

Прошло минут двадцать. Мы сидели, расслабленно болтали о старых движах, когда вдруг Тони дёрнулся, издал странный звук и...

- БЛЯЯЯЯЯТЬ! - раздался крик Джека.

Мы все рванули назад, а Тони, не приходя в сознание, просто взял и обрыгал весь диван, пол и даже свои руки.

- Твою мать... - простонал Энтони, закрывая лицо руками.

- Да он же убил всю атмосферу, - простонал Майк, чуть не падая со смеху.

Джек схватился за голову:

- Да вы издеваетесь?! Это же мой ДИВАН!

Мы просто угорали. Даже Энтони, который полчаса назад просто сидел молча, теперь держался за живот.

И тут в комнату зашла младшая сестра Джека - Рэйчел. Она остановилась, оглядела хаос, перевела взгляд на нас, потом на Тони, который в отключке валялся в своей же рвоте, и, закатив глаза, сказала:

- Ну и свиньи.

- Сама ты свинья! - крикнул Джек. - Давай помогай!

- С чего бы это? - Рэйчел скрестила руки.

- Да потому что ты младше меня!

Рэйчел замерла, потом посмотрела на рвоту Тони, потом на диван и сказала:

- Блядь...

Мы снова засмеялись.

- Ладно, несите ведро и тряпку, - тяжело вздохнула она.

Пока Рэйчел убиралась, мы вытащили Тони в другую комнату и уложили его на пол, подстелив ему куртку.

- Всё, пусть тут дрыхнет, - сказал Майк, хлопнув его по плечу.

Тони что-то промычал во сне, но даже не открыл глаза.

В конце концов всё закончилось хорошо. Рэйчел всё прибрала, мы ещё немного посидели, а потом начали расходиться.

Когда я вышел на улицу, было уже под утро. Холодный воздух освежил меня, и я закурил, глядя в небо.

Я думал о Лие. О том, как она там, что делает, вспоминает ли обо мне.

Но впервые за долгое время у меня появилось чувство, что, может быть, не всё ещё потеряно.

Я шел домой по пустым улицам, закутавшись в куртку. Утренний воздух бодрил, но в голове всё ещё гудело от алкоголя и бессонной ночи. Я вспомнил разговор с Тони...

«Если бы ненавидела, то не делала бы тебе браслет».

Эти слова засели в моей голове. Может, правда, стоит попробовать?

Я достал телефон и открыл наш с Лией чат. Последнее сообщение было от неё. Месяцы назад. Я даже не знал, есть ли смысл писать...

Палец завис над клавиатурой. Что сказать? «Привет, как ты?» - звучит глупо. «Прости» - слишком банально. Я закрыл чат, убрал телефон в карман и вздохнул.

В тот момент я не знал, что уже скоро всё изменится.

Дома было тихо. Мать ещё спала, а я прошел на кухню, налил себе воды и рухнул на стул. Голова немного кружилась, но я знал - заснуть не получится.

Поймал себя на мысли, что хочу написать Лие. Хоть что-нибудь. Просто услышать её голос.

Я снова достал телефон, открыл чат и набрал:

«Лия, привет. Я знаю, что много натворил... но ты мне очень нужна. Как ты?»

Долго смотрел на текст. Нажимать «отправить» не решался.

Телефон завибрировал в руке.

Сообщение. Но не от Лии.

Я посмотрел на экран - какая-то рассылка, ничего важного.

Но этот звук, эта вибрация... Она заставила меня снова задуматься. Я ведь почти решился написать Лие. Почти нажал «отправить».

Я снова уставился на её имя в списке чатов. Столько времени прошло, но что-то внутри всё ещё тянуло меня к ней.

Вздохнув, я стёр набранное сообщение.

Я убрал телефон в карман и откинулся на спинку стула. В голове была пустота.

Вчерашняя ночь с пацанами осталась позади - смех, разговоры, даже этот чёртов Тони, который обрыгал всю комнату... Всё это казалось таким далёким.

Я снова вспомнил Лию. Как давно мы не виделись... Не слышали друг друга. А ведь когда-то она была самым близким человеком для меня.

Встал, прошёлся по комнате, затем снова сел. Всё внутри меня словно спорило само с собой.

«Написать ей или нет?»

Может, я и правда окончательно разочаровал её. Может, она давно обо мне не думает.

Но если не попробую...

Я снова достал телефон и на этот раз не стал долго думать.

«Привет. Я не знаю, зачем пишу... Просто хотел сказать, что скучаю»

Я снова уставился в экран, палец завис над кнопкой «отправить».

В голове крутились мысли: «А если она не ответит? А если ей всё равно? Или, наоборот, ей будет только хуже от моего сообщения?»

Я тяжело вздохнул и стёр набранный текст.

Просто закрыл чат и убрал телефон в карман.

Наверное, уже слишком поздно.

Я поднялся, подошёл к окну и посмотрел на улицу. Там, за стеклом, медленно падал снег. Люди спешили по своим делам, машины проносились по мокрому асфальту. Жизнь шла дальше.

А я так и остался стоять на месте.

Я вышел во двор покурить. Морозный воздух обжигал лёгкие, но мне было всё равно.

Мы с Лией никогда не удаляли наши переписки. Пусть это мелочь, но в ней была какая-то своя романтика.

Я достал телефон, пролистал чаты до самого начала - к тому моменту, когда мы только познакомились, когда всё было просто и легко.

Уткнувшись в экран, я начал читать.

Три года. Три года переписки - каждое слово, каждая эмоция, каждый смайлик.

Я вспоминал, как мы смеялись ночами, обсуждали глупости, мечтали о будущем. Как переписывались до рассвета, не замечая, как пролетает время.

Докурив, я вернулся домой, сел на кровать и продолжил читать.

Мои глаза наполнились слезами.

Я плакал не от боли, а от счастья - того, что когда-то у нас это было. Когда-то мы были по-настоящему счастливы.

Я не заметил, как прошло несколько часов.

Сквозь мутный от слёз взгляд я продолжал перечитывать наши старые разговоры. Иногда невольно улыбался, натыкаясь на её дурацкие шутки или наши ссоры, которые тогда казались такими важными, а теперь выглядели смешными.

Пальцы замерли на одном сообщении.

«Пока эта бесячая звезда сияет, наша любовь тоже будет сиять»

Лия писала это когда-то давно, в один из наших ночных разговоров.

Я резко выключил телефон и закрыл глаза.

Эта звезда всё ещё светила. Но уже тускло.

Но вот сияет ли наша любовь?

Потеря одного из нас

Прошло много времени, и вот наступило лето.

Иногда мы всё же собирались с пацанами, творили глупости - пили, курили, вспоминали старые времена. Но такие встречи случались всё реже. У каждого появлялись свои заботы: кто-то устроился на работу, кто-то был загружен учёбой или личными делами.

Лето, июль 2019 года.

Мы с Шоном работали в поле, копали картошку. Почти всё лето прошло в этой рутине - уход за посадками, жара, пыль, редкие минуты отдыха в тени деревьев.

Кожа уже успела загореть, руки привыкли к тяжёлому труду, но в конце июля началась самая сложная часть - сбор урожая.

День выдался знойным. Солнце палило так, что рубашка прилипала к телу, а пыль оседала на лице. Но работы было много, и останавливаться нельзя. Мы молча сгибались над землёй, вытаскивая картошку и кидая её в мешки.

- Чёрт, как же жарко, - выдохнул Шон, вытирая пот со лба.

Я кивнул, распрямляя спину и бросая взгляд на бескрайнее поле перед нами. Работа только начиналась.

Я кинул лопату на землю и потянулся, разминая затёкшую спину.

- Может, перекур? - предложил я, глядя на Шона.

Тот только усмехнулся, смахивая пыль с рук.

- Да я только этого и жду, братан.

Мы уселись под одинокое дерево на краю поля. Я достал сигареты, кинул одну Шону, себе закурил.

- Никогда бы не подумал, что наше лето пройдёт вот так, - сказал я, затягиваясь и выдыхая дым в жаркий воздух.

- Да уж, не совсем то, что мы представляли, - хмыкнул Шон, глядя в небо. - Раньше думали, что будем тусоваться, кайфовать, а в итоге...

Он махнул рукой в сторону поля, полных мешков и лопаты.

- Ну, зато загорели, да? - я усмехнулся, но на самом деле внутри было какое-то странное чувство пустоты.

Шон кивнул, но потом посерьёзнел.

- Слушай... - он сделал паузу, раздавил окурок о землю. - Ты не замечал, что всё меняется слишком быстро?

Я посмотрел на него, не понимая, куда он клонит.

- Ну... типо мы уже не те, что раньше. Пацаны разошлись кто куда, всё реже собираемся. А помнишь, как раньше каждый день виделись?

Я молчал. Конечно, помнил.

- Кажется, что время нас разбрасывает по разным сторонам, - продолжил Шон, смотря вдаль. - И я боюсь, что однажды кто-то из нас просто... исчезнет.

Я глубоко затянулся, сжимая сигарету в пальцах.

- Ты чего это вдруг?

Шон пожал плечами.

- Просто предчувствие.

Я хмыкнул, стряхивая пепел с сигареты.

- Да брось, Шон. Мы же пацаны. Даже если каждый занят своими делами, мы всё равно будем держаться вместе.

Шон покачал головой, глядя в небо.

- Хотел бы я в это верить.

Мы сидели в тени дерева, лениво курили, ловя слабый ветерок, который хоть как-то спасал от жары. Поле перед нами растягивалось бесконечной полосой, пыль кружилась в воздухе, и от этого картина казалась какой-то замедленной, как кадр из старого фильма.

- Слушай, а ты так и не пытался связаться с Лией? - вдруг спросил Шон, не глядя на меня.

Я напрягся, задерживая дыхание.

- Да ну её, - пробормотал я, выкидывая окурок. - Что изменится?

Шон усмехнулся, но ничего не сказал.

Мы ещё немного посидели молча, а потом вернулись к работе. Вечером, когда солнце уже клонилось к горизонту, мы собрались уходить. Я закинул лопату на плечо, Шон перекинул мешок через спину.

- Сегодня к пацанам поедешь? - спросил он.

Я покачал головой.

- Не знаю... Чё-то не особо хочется.

- Понял, - кивнул он.

Закончив работу под вечер, мы сложили мешки с картошкой и лопаты в трактор, отряхнулись от пыли и отправились к тёте. Её дом находился недалеко от поля, и дорога заняла всего несколько минут.

Мы доехали до дома тёти, уставшие, пыльные, но довольные тем, что рабочий день наконец-то закончился. Тётя встретила нас на крыльце, покачала головой, глядя на наши грязные футболки и руки.

- Ох, ну и вид у вас... Баня уже топится, так что отмойтесь как следует, а потом заходите ужинать.

- Спасибо, тётя, - кивнул Шон, бросая мешок с картошкой у крыльца.

Я снял футболку, провёл рукой по потной шее и взглянул на гору, что возвышалась за домом.

- Слушай, Шон, а пока баня топится, давай на гору сгоняем?

Шон прищурился, оценивая расстояние.

- Ты серьёзно? После целого дня на поле?

- Да мы же всю жизнь хотели туда забраться, но так и не решались. Самый лучший момент, как по мне.

Шон усмехнулся, покачал головой, но в итоге согласился.

- Ладно, только давай быстрее, а то потом в баню ввалимся мёртвые.

Мы двинулись вверх по склону, пробираясь через заросли. Дорога была непростая - кое-где приходилось цепляться за корни деревьев, карабкаться по камням. Но чем выше мы поднимались, тем круче становился вид.

Когда мы, наконец, добрались до вершины, перед нами открылась картина, от которой перехватило дыхание.

Закат заливал горизонт золотым и розовым светом, деревья внизу казались крошечными, а поле, где мы весь день копались в картошке, растянулось словно лоскутное покрывало. Вдали виднелась деревня, лениво тянулся дым из труб, и всё это было таким тихим, таким умиротворяющим...

Шон тяжело дышал, уставившись на горизонт.

- Ну и вид, блин... Стоило того, да?

Я кивнул, глядя на солнце, которое медленно скрывалось за горизонтом.

- Стоило.

Мы молча сидели на камнях, наслаждаясь моментом, пока не почувствовали, что начинает темнеть.

- Погнали вниз? - спросил я.

- Ага, а то тётя нас заживо сожжёт, если ужин остынет.

Мы рассмеялись, встали и начали спускаться.

Внизу уже дымилась баня, от дома пахло свежей выпечкой, и в этот момент я вдруг понял, что несмотря ни на что, несмотря на всё, что было в прошлом, сейчас я чувствовал себя... живым.

Но это чувство длилось недолго. Мы спустились с горы и молча шагали в сторону дома тёти, наслаждаясь вечерней прохладой. На вершине связи не было, но стоило Шону достать телефон, как его лицо тут же изменилось.

- Чёрт... - пробормотал он, вглядываясь в экран.

- Что такое? - спросил я, в груди вдруг стало тревожно.

- Несколько пропущенных от Антонио... - Шон дрожащими пальцами набрал номер и поднёс телефон к уху.

Я слушал, как он коротко отвечал:

- Да... Что?! ... Нет, не может быть... Блин...

Он убрал телефон в карман, его лицо побледнело.

- Что случилось? - спросил я, но внутри уже чувствовал, что ответ мне не понравится.

Шон сглотнул, закрыл лицо руками и выдохнул:

- Джек... Он... Он повесился.

Мир будто рухнул. Всё, что было до этого - жара, поле, гора, лёгкость - исчезло, словно стёртое ластиком. В груди стало пусто и холодно.

Я потряс головой, надеясь, что ослышался.

- Нет... Нет, этого не может быть...

Но по глазам Шона я понял, что это правда. Мы стояли молча, не в силах пошевелиться, и через секунду меня просто накрыло. Я зажмурился, сжал зубы, но не выдержал - слёзы потекли сами по себе.

- Чёрт, как... Как так... - прохрипел я, пытаясь дышать, но воздух в лёгкие не поступал.

Шон опустился на землю, закрыл лицо руками и тоже начал плакать. Мы оба стояли среди этого проклятого летнего вечера и рыдали, понимая, что больше никогда не увидим Джека.

Мы сидели на сухой траве у подножия горы, смотрели в землю и молча переваривали то, что только что услышали. Слёзы высыхали на щеках, но внутри не становилось легче.

- Мы должны поехать туда... - хрипло выдавил Шон.

Я кивнул, не находя в себе сил сказать хоть что-то. Голова гудела, в висках стучало.

Мы поднялись и, не говоря ни слова, заспешили к дому тёти. Ноги были ватными, мысли путались.

Когда мы вошли во двор, тётя вышла нам навстречу.

- О, вы уже пришли? Баня нагрелась, идите... - Она осеклась, увидев наши лица. - Что-то случилось?

- Джек... Он... - Шон не смог договорить, голос предательски дрогнул.

Я взял на себя:

- Джек повесился.

Тётя прикрыла рот рукой, её глаза наполнились ужасом.

- Господи...

Я почувствовал, как внутри меня всё начинает ломаться. Дыхание снова стало тяжёлым, и я не мог понять, дрожу ли я от злости или от боли.

Мой телефон зазвонил. Дрожащими руками я вытащил его из кармана и посмотрел на экран. Тони.

- Алло?

- Это Тони... - его голос был хриплым, каким-то усталым. - Слушай, не приезжайте сегодня. Приезжайте завтра...

- Ч-что? Какого чёрта? Что вообще происходит?!

- Джек жив, - перебил он меня. - Сейчас он в больнице. Ему делают операцию на гортань... Он пытался... пытался повеситься, но его вовремя нашли...

Я не мог поверить в услышанное. Всё это время я готовился к худшему, а теперь меня словно накрыло новой волной шока. Я обернулся на Шона, но он уже по моему лицу понял, что произошло.

- Завтра... приезжайте завтра, - повторил Тони и сбросил звонок.

Я опустил телефон и глубоко вздохнул, но ком в горле не исчез.

- Он жив, - только и смог выдавить я.

Шон закрыл лицо руками, шумно выдохнул, будто только что вынырнул из воды.

Тётя молча завела нас в дом. Мы сели за стол, но никто не ел. Никто не мог даже нормально говорить.

- Баня уже готова, - тихо сказала тётя. - Вам надо согреться...

Мы молча переглянулись и кивнули. Горячий пар не смыл тревогу, но хотя бы ненадолго позволил осознать - завтра будет новый день. И, возможно, у нас ещё есть шанс исправить всё.

На следующий день мы поехали в больницу к Джеку. К счастью, нас пропустили к нему без проблем. Зайдя в палату, мы замерли. Он лежал на кровати, бледный, с пересохшими губами, а вокруг шеи туго обвивалась перевязка. Вид у него был паршивый, но, когда он увидел нас, уголки его губ дрогнули в слабой улыбке.

В палате повисло тяжёлое молчание. Никто не знал, что сказать. Мы просто стояли, глядя на него, а он - на нас. Первым не выдержал Тони.

- Ты совсем ебанутый? - его голос сорвался на хрип. - Нахрена ты так поступил, Джек?!

Джек лишь улыбнулся, как ребёнок, которого застукали за шалостью. Мы еле сдерживали слёзы. Видеть своего друга между жизнью и смертью было невыносимо.

- Ты хоть понимаешь, что мог сдохнуть?! - голос Шона дрожал от злости. - Что нам бы пришлось хоронить тебя?!

Джек тихо вздохнул, взгляд его потускнел. Он посмотрел на нас, затем отвёл глаза.

- Ты вообще о нас подумал? О своей семье? - продолжил Тони. - Или тебе плевать?!

Джек прижал пальцы к горлу, мол, говорить не может.

- Ну да, блядь, удобно теперь молчать, да? - бросил Антонио. - Когда всё уже произошло.

Мы все замолчали. От злости, от боли, от бессилия.

- Главное, что живой, - тихо сказал я.

Джек посмотрел мне прямо в глаза. Он хотел что-то сказать, но не мог. Мы это понимали. Но всё равно злость не утихала.

- Ладно, отдыхай, - выдавил из себя Шон. - Мы ещё поговорим об этом.

Джек снова улыбнулся, слабой, какой-то виноватой улыбкой.

Мы вышли из палаты, а в груди было пусто. Казалось, что мы его потеряли, хоть он и остался жив.

Два дня спустя нас снова накрыло.

На второй день после нашего визита мы снова заехали в больницу. Джек выглядел лучше - он даже начал писать короткие фразы в блокноте, чтобы хоть как-то общаться. Он шутил, пытался нас подбадривать. Мы уже думали, что он идёт на поправку, что всё обошлось...

Но на третий день раздался звонок.

Я только проснулся, когда зазвонил телефон. Номер Тони.

- Алло... - пробормотал я, ещё не до конца проснувшись.

На том конце провода молчание. Тяжёлое, будто сквозь него можно было услышать дыхание смерти.

- Тони? - я уже сел на кровати.

- Его больше нет... - голос у Тони был сломанный, будто он только что захлебнулся в собственных слезах.

- Что?.. - у меня перед глазами всё поплыло.

- Джек... он умер этой ночью...

Я ничего не мог сказать. Только тупо смотрел в стену.

- Как... как это произошло? - спросил я после долгого молчания.

- Врачи сказали... осложнения. Отеки, дыхание перекрыло... Они не успели... - Тони судорожно вдохнул.

Я уронил телефон из рук. Внутри будто что-то оборвалось.

Мы не спасли его.

Он выжил тогда, но всё равно ушёл.

Боль была настолько сильной, что я даже не мог плакать.

Мы собрались с пацанами и поехали к нему домой. Его тело уже привезли, чтобы подготовить к последнему пути. Во дворе было полно людей: родственники, друзья, одноклассники - все, кто знал и любил Джека. Атмосфера была тяжелой, словно даже воздух впитал в себя боль и скорбь.

Мы помогали, чем могли: собирали деньги, таскали стулья, чаны, помогали рассаживать пришедших. Все держались молча, будто слова сейчас ничего не значили.

Когда тело было подготовлено, мы зашли в комнату. Джек лежал перед нами - бледный, с перевязанной шеей, исхудавший за эти несколько дней. Казалось, что это не он, а всего лишь оболочка, пустая и безжизненная.

Мы сели прямо на пол рядом с ним, переглядываясь, но никто не мог выдавить ни слова. Все понимали - его больше нет. Больше не будет его смеха, дурацких шуток, безумных идей. Он всегда был тем, кто разгонял любую тьму, кто вытаскивал нас из любых передряг.

Тишина повисла в комнате, пока её не нарушили шаги. В дверном проёме появилась сестрёнка Джека - Рэйчел.

Она медленно подошла к брату, опустилась на колени и провела дрожащими пальцами по его холодной щеке.

- Джек... - её голос дрогнул, и через секунду она уже прижималась к нему, зарывшись лицом в его грудь. - Почему ты нас оставил?

Слёзы текли по её лицу, падали на его неподвижное тело. В этот момент даже те, кто держался, больше не смогли сдерживать эмоции. Шон отвернулся, стискивая зубы. Антонио закрыл лицо руками.  Энтони нервно теребил рукав футболки, а у меня внутри всё сжималось от осознания, что мы потеряли не просто друга. Мы потеряли часть себя.

Джек был тем, кто всегда объединял нас, тем, кто жил на полную катушку. Но теперь его не было. Осталась лишь боль, которая навсегда застряла в груди.

Я смотрел на Рэйчел, как она плакала, обнимая брата, и чувствовал, что у меня просто нет слов, чтобы хоть как-то утешить её. В тот момент я понял, насколько хрупкой может быть жизнь, как легко можно потерять кого-то, кто был частью тебя.

Джек ушёл, и с ним ушла частичка нашей юности, наших безумных ночей, наших бесконечных разговоров. Осталась только боль, которая теперь навсегда поселилась в наших сердцах.

После молитвы и всех необходимых обрядов, тело Джека вынесли.

Мы осторожно уложили его тело в машину, готовясь отправиться на кладбище. Всё было готово, но, когда водитель повернул ключ в зажигании, мотор не издал ни звука. Ещё одна попытка - тишина. Будто сама судьба намекала, что Джек не хочет покидать свой дом, будто у него остались незавершённые дела.

Люди начали переглядываться, кто-то предложил подождать, кто-то - поискать другую машину, но мы с пацанами не хотели откладывать. Мы переглянулись и без лишних слов приняли решение: понесём его сами.

Мы подняли носилки с его телом и вышли на дорогу.  Мы шли три километра пешком , ещё два километра до кладбища под палящим солнцем казались бесконечностью. Люди шли за нами, молча читая молитвы. Только ветер сопровождал нас, проносясь между деревьями и тихо шурша листвой.

Я чувствовал, как напрягаются руки, но даже не думал останавливаться. В голове крутилась только одна мысль: Джек всегда был с нами, и в свой последний путь он тоже идёт вместе с нами.

Каждый шаг был прощанием.

Мы уставали с каждым шагом, но никто не подавал виду. Никто не жаловался, не останавливался, не просил передохнуть. Но боль, что жгла нас изнутри, была куда сильнее физической усталости.

Каждый из нас нёс не только носилки с телом друга, но и груз своих мыслей, воспоминаний, сожалений. В голове вспыхивали моменты - его смех, глупые шутки, бесконечные споры ни о чём, ночные прогулки, вечеринки, посиделки во дворе. Казалось, что стоит закрыть глаза, и он снова будет рядом, толкнёт в бок, спросит, о чём задумался.

Но он молчал.

Только ветер гнал пыль под ногами, а солнце безжалостно палило сверху, пока мы шаг за шагом приближались к месту, где нам предстояло его оставить.

Когда до кладбища оставалось всего два километра, вдруг подъехала другая машина. Будто сам Джек решил, что хватит мучить нас этой дорогой. Мы аккуратно переложили его тело в салон, а сами разместились вокруг.

В машине никто не говорил. Только мотор ровно урчал, а за окном проплывали знакомые улицы. Мы сидели, молча глядя вперёд, будто до последнего не хотели верить, что всё это происходит наяву.

Кто-то сжимал кулаки, кто-то закрывал глаза, а кто-то просто смотрел в окно, будто ожидая, что вот-вот Джек сорвётся с места и снова затянет свою дурацкую песню, от которой мы всегда смеялись.

Но он молчал.

Мы доехали до места, где предстояло проститься с Джеком навсегда. Могила уже была подготовлена, свежая земля лежала рядом тёмным холмом. Оставалось лишь опустить его туда.

Вокруг собрались родные, друзья, одноклассники - все, кто знал его, кто смеялся с ним, кто когда-то делил с ним радостные моменты. Но сейчас никто не смеялся. Стояла тишина, нарушаемая лишь тихими всхлипами и шелестом листвы на ветру.

Мы с пацанами встали ближе, чтобы последними подержать его на своих плечах. Лёгкий, будто сам воздух, он казался совсем невесомым, но внутри нас всё тяжело сжималось.

Когда мы медленно опускали его в землю, реальность ударила сильнее, чем раньше. Это был тот момент, после которого дороги назад не будет.

Мы вышли из могилы и, встав, начали закапывать его. Мягкая, холодная земля осыпалась с наших рук, заглушая всхлипы и удары сердца. Каждый новый слой земли, каждая горсть, брошенная вниз, будто отнимала у нас частичку души.

Слёзы текли сами собой, их невозможно было сдержать. Чем больше земли скрывало его тело, тем тяжелее становилось на душе. Казалось, что с каждым движением лопаты он уходил от нас всё дальше, и никакие слова, никакие поступки уже не смогут вернуть его обратно.

В какой-то момент руки задрожали, земля в пальцах стала казаться тяжелее свинца. Кто-то из нас замер, просто глядя вниз, будто ожидая, что он сейчас откроет глаза и скажет что-то, как раньше, с той самой улыбкой, что всегда была на его лице. Но тишина отвечала нам гулким эхом пустоты.

Всё было закончено. После молитвы люди начали расходиться. Родственники, друзья, знакомые-все медленно покидали кладбище, унося с собой горечь утраты. Остались только мы с пацанами.

Кто-то молча достал пачку сигарет, раздал нам по одной. Мы закурили, не произнося ни слова. Одну зажгли для него и аккуратно поставили на могилу. Ветер хлестал по лицу, теребил одежду, гнал по земле пыль, но сигарета даже не шелохнулась. Огонёк тлел ровно, спокойно, будто Джек действительно был рядом, и курил последнюю сигарету перед уходом.

Мы молча докурили последние сигареты, затоптали окурки в землю и, не сговариваясь, медленно развернулись. Уходить было тяжело. Казалось, если мы сделаем шаг, то оставим его здесь окончательно. Но мы всё равно пошли.

Мы шагали молча, не оборачиваясь. Никто не произнёс ни слова, но тишина между нами говорила громче любых слов. Каждый из нас осознавал, что жизнь уже не будет прежней.

Когда добрались до дороги, Антонио первым нарушил молчание:

- Не верится, что его больше нет...

Шон опустил голову, глядя себе под ноги, словно ища ответы на вопросы, которые разрывали каждого из нас.

- Он бы сейчас поржал над нами, - грустно усмехнулся Энтони. - Сказал бы: "Чё вы как дебилы стоите?"

Мы переглянулись. Джек и правда не любил, когда кто-то унывал. Он всегда находил способ поднять настроение, даже когда всё было хреново.

- Помните, как он продал телефон Дина за копейки что бы мы бухнули? - Шон улыбнулся, вспоминая тот день.

- А потом ещё не смог выкупить её обратно, - добавил я.

Мы невольно засмеялись. Это был первый раз за весь день, когда смех звучал не как нервный срыв, а как тёплая память.

- Ему бы это понравилось, - сказал Антонио.

- Да, - кивнул Билли. - Он бы хотел, чтобы мы его помнили не в слезах, а вот так.

Мы молча согласились.

- Пошли домой, - наконец сказал я.

И мы пошли, унося с собой не только боль утраты, но и воспоминания о человеке, который всегда был с нами - и останется с нами, пока мы его помним.

Начало формы

Конец формы

Конец формы